Безобразный

Они молчали за столом. Ник бесшумно перелистывал страницы тетради, оставляя пометки в ней. На одной строчке он остановился читать и поднял голову. Уоллес пристально смотрел в окно, можно было сказать, что он мечтает о чем-то приятном, но Ник чувствовал, как от блондина веет злостью. Неужели он как-то его разозлил? Проследил за взглядом. Хозяин смотрел на солдат. Ник сглотнув, опустил взгляд в тетрадь. Ему не хотелось на них смотреть. Больше не надо отвлекаться. Хозяин умный, ему можно, а Ник отстает на лет так 20 точно от его уровня. Поэтому нужно догонять. — Ник… Когда у вас следующий поход на разгон демонстрантов? — Уоллес моргнул, отгоняя наваждение. — А… н-е с-н-а-й-ю, — странно, что вдруг господин заинтересовался. — Тогда узнай, я хотел бы закончить до твоего отгула эту тему.- Если бы Ник слышал, он бы точно услышал бы в голосе хозяина стальные нотки. Тот явно задумал что-то не доброе. Ник послушно кивнул. На обеде Уоллес наблюдал, как Ник после приветственного поклона, заговорил с командиром. Тот, ответив, потащил мальца к остальным обедать. — Уолесс-сама, обед, — служанка, постучав, зашла в комнату с подносом. В столовую Уоллес идти пока боялся. — Я не хочу, унесите, — встав, блондин быстрым шагом покинул свою комнату. Сейчас все мысли были заняты одним, отомстить. Он не понимал, почему Ник так спокойно себя ведет. Как будто вчера ничего не произошло. Или он просто принял это, как само разумеющееся? Но Уоллес твердо решил, такое с рук тому солдату он просто не спустит. В библиотеке открывался вид на деревья, и на сидящих под ними наемников. Ник сидел отдельно от всех, спиной к дому. Что-то старательно выводил на песке веткой. Остальные шумно разговаривали и смеялись, не обращая на мальчика никакого внимания. Уоллес искал глазами того самого. Джек Рейн, шатен 30 лет, рост 186 сантиметров. Не женат, детей нет, на плече шрам от огнестрела, раньше служил в пехотных войсках, но был выгнан из-за скандала: передача наркотиков к Западной стене, нелегальная продажа оружия. Мерзкий и скользкий тип, и все его личное дело сшито белыми нитками, похоже, кто-то из крупных шишек покрывает его. Уоллес открыл окно, пуская теплый летний воздух. Отойдя, подошел к стеллажам, начал рыться на полке. В библиотеку кто-то зашел, мальчик замер. Сердце наращивало темп. Шаги были легкими, значит не отец. Это обнадеживало. — Ну давай, быстрее.- Блондин узнал голос Мишеля. — Молодой господин, вы точно мне заплатите? — Ого, служанка? Уоллес тихо подкрался ближе, из-за полок было видно, как девушка лихорадочно скидывала свою форму. Ублюдок-брат стоял, облокотившись на стол. — Сказал же да, сколько можно повторять, покажи сиськи и интересное внизу, и вот тебе легкие деньги.- Уоллес чуть не прыснул. Кому-то не хватает внимания. — Да, хорошо. — Называй все своими именами.- Оба вздрогнули, Мишель со страхом распахнул глаза, девушка, покраснев, прикрылась платьем.- Ты же хочешь ее трахнуть, так зачем вся эта прелюдия? Или сразу не встанет? — Уоллес вышел с книгой в руке.- Грязный ублюдок. Может отцу сказать? Позоришь его имя. — Х.ха, он тебя не послушает! Да ты ничего в этом доме не можешь, кроме как книжки свои для даунов читать. Че это за кривлянья руками были, махаешь ими как пришибленный. — Я даже тебе объяснять не буду, не далекий мой брат. И ты ошибаешься, что я ничего не могу…- Четко прописав между глаз, Уоллес, наступив на упавшего маленького извращенца, придавил его к полу.- Про этот синяк, если хоть что-то вякнешь, получишь новый. А куда, догадайся. Сутенер недоделанный. А ты пошла вон! — Бледная служанка, поклонившись, вылетела из библиотеки. Сам Уоллес вышел следом, крепко сжимая книгу. Мальчик ненавидел людей, которые творили такие вещи. Он сжал губы, лицо Ника, заплаканное и бледное стояло перед глазами. Зайдя в туалет, он раскрыл книгу. В ней было вырезан тайник, где лежал телефон. Уоллес пользовался им только в крайних случаях, отец о нем не знал. В нем был лишь один номер. — Доктор, добрый день. Нет, все хорошо, не окажете мне небольшую услугу? До вечера Уоллес занимался с Ником. Узнав, что до конца недели Ник еще свободен, Уоллес обрадовался. Все складывается хорошо. — А тут, нужно это переместить сюда, дробь переворачивается при делении и можно сократить эти числа.- Видя полную потерю происходящего на лице Ника, мальчик вздохнул.- Где не понятно? — П-о-т-с-е-м-у п-е-р-е-в-а-р-а-т-с-я? — Ник смотрел на лист бумаги. — Эх, да потому что деление, ты забыл, что мы вчера с тобой проходили? — Тут Уоллес запнулся. Горький привкус во рту. — Д-д-а п-р-а-с-т-и, — Нику было неприятно. Он пытался вспомнить сегодня весь день, даже на обеде, но все бесполезно, память ни в какую не хотела давать ему то, что нужно, упрямо скрывая. Наверное, из-за наркотиков. — Ничего, это сложно пока для тебя, хочешь, потренируемся пока на сложении и вычитании? — Н-н-э-т, — Ник упрямо смотрел на блондина.- М-м-о-з-н-о з-а-н-а-в-о? — Можно, — улыбка. Ночью Ника разбудило предчувствие, такое было всегда, когда случалось что-то непредвиденное. Вскочив, Ник выпрыгнул из окна. Босиком бежав по мокрой траве, Ник чувствовал запах крови. Жетоны тихо звенели на шее. Свернув к конюшням, он разрезал дверь катаной. Тяжело дыша, вошел. Тишина. Принюхавшись, Ник направился в сторону запаха крови. Зоркие глаза уловили движение в темноте. Мальчик готов был нанести удар, как рука замерла в воздухе. Вышедшая из облаков луна, осветила помещение. Под потолком висел человек. Веревки связывали ему по разные стороны руки и ноги, а по ногам текла кровь, капая на песок. Тот был в отключке, только тело дергалось от напряжения и боли. Он постанывал. Ник узнал в нем Джека. Что делать? А вдруг это очередное наказание командира? Осмотрев еще раз мужчину, Ник понял, что ошибся. Он отошел. Кто мог такое сделать? Кто видел? Неужели хозяин? Ник обернулся, в дверях стояли двое. Уоллес и мужчина. Ник подошел. Настороженно взглянул на незнакомца. Уоллес же начал говорить жестами. « Это доктор Хилл, он друг семьи». Уоллес задумался, как бы понятно объяснить. « Вы это с ним сделали? Зачем?» «Потому что он плохой человек, Николас. А плохих людей нужно наказывать.» «Вы все видели?» Ник замер, ожидая ответа. — Один тип, тоже солдат 10 лет назад изнасиловал мою дочь. Он проходил реабилитацию в моей больнице, дочка же помогала, таскала воду для больных, меняла повязки да и просто ухаживала. Была прекрасной собеседницей, мое солнышко… Она была твоего возраста, но того урода это совсем не смутило, дождался пока я уеду в город и… После она умерла, не пережив этого, и даже будучи доктором, я не смог ей помочь… Когда Уоллес рассказал, что произошло с тобой, я не смог не приехать. Ник опустил катану. Та оставила борозду на песке. Руки дрожали. Он все видел… — Ник… Прости меня… Я не хотел, чтобы ты чувствовал себя так, как сейчас. Но пойми, таких людей нужно наказывать, ты сильный, ты сможешь жить с этим, но кому-то другому это будет последней каплей, как, к сожалению, получилось с дочкой Доктора… — Зато теперь он своим обрубком больше не перед кем трясти не будет. Не совру, если скажу, что мне не стало легче. Спасибо Уоллес за звонок.-Доктор скрылся в ночном мраке. Ник все еще стоял, опустив голову. Впервые чувство стыда накрыло с головой. Перед другими было совсем не так, как перед господином. — Ник, Ник…- Уоллес подошел к мальчику. Протянул руку, взял его за руку. Сжал. Ник поднял глаза. Уоллес на лице прочитал смятение. Наклонившись он поцеловал того в щеку. Ник дернулся. Отошел.- Это успокаивающий поцелуй, он должен тебе помочь.-Развернувшись, смутившийся блондин побежал обратно к поместью. Вот выдал, придурок. Ник опустил ладонь на щеку. Поцелуй? Так вот как он чувствуется. Тепло. Развернулся. Подойдя к Джеку, Ник разрезал веревки, проследил глазами его падение, после чего дал ногой в живот, отчего вызвал еще более сильное кровотечение и с легким сердцем вышел на воздух. Хозяин странный. Но стало как-то лучше на душе, может это и называется заботой?