Безобразный

— И это тоже берешь? Черт, как же тяжело общаться с бракованными, нихрена не понятно…- Мужчина средних лет протянул Нику пакет с продуктами, -с тебя двадцатка, парень. Расплатившись, Ник покинул магазин, можно стерпеть такие вот слова, обидные, но это единственный магазин с такими ценами, пока что. В остальных без чемодана денег и заходить не стоит, цены сошли с ума, как и правительство. И так бандитов полно, которые не прочь всадить нож в почку, ради той же двадцатки. Тяжко будет удерживать баланс… Сколько еще придется им убить, чтобы сами главы города друг другу глотки не перегрызли? — Ты долго.- Прислонившись к шершавой стенке одного из многочисленных одинаково грязных домов, Уоррик, сделав последнюю затяжку, затоптал сигарету под ногами.- Все купил? Тогда пошли, нас заждались уже. — В-с-е т-а-к п-л-о-х-о? — Не знаю, она вдруг упала, может просто слабость? Все-таки Джина их гоняет все 24 часа в сутки. А Вероника, девушка хрупкая, не выдержала нагрузок. Ты так за нее переживаешь? — Д-а, о-н-а м-н-э н-р-а-ф-и-т-с-а, о-ч-е-н-ь т-о-п-р-а-й-а, в-с-э-г-т-а п-р-и-х-о-т-и-л-а к-о м-н-э, т-э-п-е-р-ь м-о-й-а о-ч-е-р-е-т-ь з-а-п-о-т-и-т-ь-с-я о н-е-й. — Хм… Апельсины ты не забыл? Слышал, она просто без ума от них. — Ц-е-л-ы-й п-а-к-е-т. — Эх, а когда я валялся с простудой, ты мне даже червивого яблочка не удосужился принести… Ладно-ладно, это шутка, мой, как всегда, не понимаемый тобой юмор. — Н-э х-о-ч-у, ч-т-о-п-ы о-н-а у-м-э-р-л-а т-а-к р-а-н-о.- Клиника появилась за следующим поворотом, военная машина говорила об одном. Они будут не единственными гостями. — Не говори ерунду, она еще нас с тобой переживет. Выше нос, Ник. А то твоя удручающая рожа, точно ей радости не прибавит. Колокольчик коротко звякнул, парни вошли, запуская в помещение морозный воздух. Рик смерил их тяжелым взглядом, Джина сидела рядом с пациенткой, чуть повернувшись, кивнула обоим. Ник подошел первым. Поставил пакет на стол, Джина встав, вышла покурить, оставив их наедине, сама она давно сделала выводы. Рик вышел следом. Лишь коротко похлопал по плечу Уоррика, чтобы это не значило, волнение лишь усилилось у обоих. — Вероника, привет.- Уоррик встал рядом с сидящим Ником.- Ты как, цветочек? — Бледная, как снег за окном. — Как видишь, вся в цвету.- Повернув лицо, Ник впился взглядом в ее серо-синие глаза, ища опровержение своей страшной догадки. — Нет, Ник, все так, как ты думаешь. Похоже, наступает лимит…-Девушка слабо улыбнулась, лицо покрыла синева, в виде больших пятен, а правая рука была туго перебинтована, но кровь успела пропитать слой бинтов, — не ожидала, что все будет происходить так, медленно и болезненно. Рука вообще перестала двигаться, Рик сказал… она гниет…- Девушка сжала губы. — Совсем нет никаких гарантий прийти в норму? Тебе, черт возьми, только 17. Еще слишком рано для сумеречного. — Рик сказал что… — В задницу Рика! Он Нику инвалидность на всю жизнь прописал. Нужно бороться, цветочек! Ты молода, красива, умна и сильна, что самое главное, так сожми зубы и борись! Мы поможем. Вероника положила руку на руки Ника. Тот упрямо смотрел. Он был полностью согласен с Уорриком. — Спасибо, парни. Вы и Джина, единственные, кто по настоящему заботитесь обо мне. Я постараюсь.- Сжала ладони Ника, — обещаю. — Так-то, а то все, списала себя на скамейку запасных.- Уоррик сел на край кровати, улыбнулся. Ник достал из пакета апельсин, у девушки глаза округлились, улыбнулась. — Черт, ну вы даете! Где только достали, сейчас фрукты, как мясо стоят.- С благодарностью приняла очищенный апельсин из рук Ника.- А сочный какой! Давайте, налетайте! Берите, берите, не буду я одна их есть, если и захочу, от передоза витаминов ласты склею быстрее.- У девушки отлегло от сердца, парни расслабились, не стоит нагнетать. — В-к-у-с-н-о, — кисло-сладкий сок, продавец, как ни странно, не обманул, сказав, что свежие. — А то! Бери еще, и мне еще один, пожалуйста. Джина! Доктор Рик! — На голос зашли взрослые. Похоже, говорили они не о самом приятном: на лице Джины выступили глубокие морщины, она о чем-то думала. О серьезном.- Угощайтесь, тут и на вас хватит, и улыбнитесь, госпожа. Все хорошо! — Детка, да ты прям светишься.- Откусив так, что брызги долетели до Ника, Джина положила руку ему на голову.- Как руки? — П-о-ч-т-и. — Ясно, значит, ты мой потенциальный экзаменующийся в следующем месяце. Пора бы. — А как будет проходить экзамен? — Уоррик передал апельсин Рику. — А это только дело Николоса, как он захочет. И с чем захочет. — Вы подстраиваетесь? Интересно. — В этом нет ничего такого, одноглазый, я раскрываю весь талант сумеречного, в его привычной для этого обстановке, мне же нужно субъективное мнение о его силе. А если я вдруг предложу ему драку на ложках, как думаешь, пройдет ли он? Вот и я о том же, ранг-это самое важное, что есть у сумеречного, после хозяина, конечно.- Потрепав по макушке Ника, Джина удалилась, пообещав зайти через пару дней. — Умна, стерва.- Рик сел за свой рабочий стол, — вы, малышня, тоже разбегайтесь, сейчас будут водные процедуры, да и поздновато уже для посетителей. — Мы зайдем завтра, не скучай, цветочек.- Уоррик вышел, Ник еще стоял у кровати. Сумеречные так сильны, но, в тоже время, так слабы. — Ник, все хорошо, не беспокойся, скоро меня выпишут, я не могу пропустить твой экзамен. Обещаю, все будет…- Девушку обняли. Ник уткнулся носом в ее шею. Та обняла в ответ.- Какой же ты добрый, не теряй это качество, Ник.- Ник обнял крепче, всего на пару секунд, нужно удостовериться, что сердце работает без перебоев, сейчас она так хрупка в его руках, и от нее пахнет апельсинами и чем-то цветочным. — Ж-ы-в-и.- Отпустив, Ник, не смотря более на нее, вышел. — Да… буду… Я так не хочу умирать, — она скрыла свою боль перед другими, но Ник смог разглядеть ее.- Спасибо, Ник. — Как она? — Идя по ночным улицам и вдыхая ночной морозный воздух, Уоррик украдкой смотрел на Ника. Не понятно, что было у него на лице, какая эмоция. А, значит, он очень расстроен. — Н-а-й-е-л-а-с-ь а-п-и-л-ь-с-и-н-о-ф.- Выдохнув клубочек теплого пара, Ник сглотнул. Ей всего 17, Целебре она принимает, как он знает, умеренными дозами, значит, гены. Ебучие гены предков, что обрекли ее на такое. — Ник, Ник, — Уоррик остановился, Ник же пошел дальше, не оборачиваясь, злясь, не понятно на что, но злясь.- Ник! — Парень вздрогнул. Повернулся. И чего Уоррик остановился и орет еще в придачу? « Ты помнишь, что было со мной, когда ты попал в полную жопу?». « Эту самую жопу и подтирал». « Нет, осел. Я не сдавался. Улыбался и говорил, что все будет чики-пуки. Поддержка близких — это дало тебе силы выйти из той самой задницы». « С ней все по-другому, Уоррик, ты сам видел, ее ткани, они просто, как пергамент становятся». « Без разницы, у тебя руки на коряги были похожи, не в этом дело, дело в нас, Ник. Как мы поступим в этой ситуации. Если хочешь, чтобы она встала на ноги и прожила еще столько, сколько возможно, то, черт возьми, улыбайся ей, не переставай говорить, что все будет хорошо, поддерживай ее в первых шагах к восстановлению и просто будь рядом. Я буду, я помогу ей, цветочек будет жить!». Ник замер. Уоррик опустил руки, надеясь, что Ник увидел все, что тот хотел сказать. Ник подошел. — Й-а т-о-ш-е п-у-т-у р-я-д-о-м. Д-о с-а-м-о-к-о к-о-н-ц-а. — Жизнь — полное дерьмо. Но даже в этом дерьме можно найти что-то хорошее, дело в тех, кто рядом. Понимаешь? — У-о-р-р-и-к, — Ник поправил шарф на блондине, -й-а п-о-н-и-м-а-й-у, т-э, к-т-о в-е-р-я-т, п-р-и-т-а-й-у-т с-и-л-ы. П-о и-с-т-и-н-е у-ш-а-с-а-й-у-щ-у-ю, о-н-а о-п-р-а-в-и-т-с-я, й-а в-е-р-ю в н-е-й-е, к-а-к и т-ы. — Замерз уже, пошли, хочу горячего чая. Дома парни пили не только чай, Нику хотелось, Уоррик был не против. Он не ожидал, что после сегодняшнего, Ник первым проявит инициативу. Но тот, оказывается, думал иначе. — Ник, о чем ты думаешь? — Снимая теплый свитер со своего сумеречного, Уоррик поцеловал его в шею. Напряженный.-Чего молчишь? — Звякнула ширинка на брюках. — О т-е-п-е.- Ник обхватил руками шею Уоррика, приподнявшись, помог тому стянуть с себя брюки. Хотелось быть ближе, дольше. Когда придет его лимит? Эти мысли грызли мозг. — Не отвлекайся, Ник.- Уоррик снял с себя рубашку, — я догадываюсь, почему. Знай, раньше меня отдыхать не будешь.-Поцелуй почти невесомый, на пробу, Ник открыл рот, горячий язык вызвал мурашки по телу. Ник обхватил сильнее.-Шею сломаешь мне.- Разорвав поцелуй, Уоррик толкнул Ника на кровать.- Спокойно. Ник тяжело задышал. Это может произойти в любую секунду, он выйдет из строя, станет ему ненужным, беспомощная кукла, опять все повториться? — На, давай, затягивайся. Дурь еще та, всякую хрень из головы выбьет, — Уоррик протянул сигарету, едкий дым резанул глаза, Ник закашлялся.- Только по праздникам такие курю. Не подсаживает, но на время прекращаешь думать, иногда это просто необходимо. Ну? — Ник дотронулся, вдохнул, легкие тот час будто забило, дышать стало невозможно. Захотелось кашлять, — подержи немного в себе, — Уоррик тоже затянулся,- выдыхай. Ничего. Абсолютно. Все это- полная хрень. Только перед глазами поплыло. Нет, все не так, тело легкое. Чувство губ на коже, фейерверк перед глазами. Уоррик облизывал живот. Ник хмыкнул. Щекотно. — Сладко, хочу ниже, с ягодкой попробовать.- Уоррик засмеялся, что ему глючилось было только в его голове. Ник хрипнул, все обострилось, как же там тепло и влажно. А язык такой мягкий и быстрый. Вцепился в покрывало, на них почему-то танцевали звезды. Маленькие и яркие. Слепили глаза. — У-у-о-р-р-и-к! — Что тот делал? Вперед, назад, вперед, назад. Еще руки везде! — Х-в-а!-Судорога перехватила горло, а голову будто приложили об что-то, шум сильный. — А вот и главное блюдо! — Уоррик потянулся вперед, навалился на Ника, глубокий кислый вкус.- Давай, ты тоже. Попробуй.- Привстал, руками схватился за спинку кровати, — Ник, пожалуйста. Ник не знал как это делать. В первую секунду, Уоррик о чем-то говорил, но Ник абсолютно ничего не понял. Перед глазами плыли цвета, Уоррик надавил на рот, Ник послушно открыл. И почувствовал что-то горячее и бьющееся. Блондин начал двигаться, Ник же застыл. Глотку распирало, но дискомфорта не было, возможно, еще не отпустил наркотик. И хорошо. Вообще, все хорошо. Все мысли заняло происходящее сейчас действие. — Ник! — Уоррик протяжно вскрикнул. А Ник закашлялся, а после засмеялся.- Похоже, все еще не отпустило? Продолжим сходить с ума? — Отцепившись от кровати, Уоррик повернул Ника на живот. Толчки были бешеными, грубыми, сорвало крышу обоим. Они кричали, смеялись. Уоррик предложил еще по одной. Безумство продолжалось до утра. Оба лежали обессиленные, Ника выкрутило на пол, рядом с кроватью, перебор с дурью. Но так же пусто в котелке. Спать. Он почувствовал себя живым. Ночью Веронике стало хуже, Рик провел операцию, но было ясно одно, жить девочке осталось очень мало. Утром об этом сообщили ребятам. Ник весь день просидел рядом с ней, держа за руку. Злость колотила внутри. Не так все должно закончиться! — Неужели, нет ничего, что может ей помочь, док? — Уоррик кусал губы. — Есть, но это опасный ход конем, этот препарат еще не тестировался, не известна реакция.- Доктор обошел кровать девушки.- Он может убить ее или исцелить. Только вчера закончил с ним работать. Но не увере… — Н-а м-н-э! П-р-о-ф-е-р-ь-т-е н-а м-н-э! — Ник вскочил. — Ник! — Уоррик разрывался, если еще и с Ником что-то случиться… Но сумеречный был непреклонен. Сам лег на кушетку, задрал рукав. — Д-а-в-а-й к-о-л-и! В-р-э-м-е-н-и н-е-т! — Тяжело дыша, он принял этот укол. Уоррику хотелось застрелиться, или напиться, только не слышать, как орет Ник. Надорвал все связки. Изгибаясь на кушетке, он чуть-ли не выворачивал себе руки, было очень больно. Но он смотрел на бессознательную девушку, она побледнела еще больше. — Держи его, мать твою! Скоро должно подействовать! — Рик с усилием давил на тело Ника.- Туго протекает. — И как, мать твою, оно подействует? Что оно вообще может? На что он согласился? -Злость и страх не за себя, за Ника. Уоррик бесился. — Этот препарат заставляет клетки регенерировать быстрее, чем это делает Целебре. Если все пройдет как надо, руки Ника станут нормальными. Если тело выдержит такую нагрузку. — Вот блядь… Ник! Давай держись! Слышишь? Не смей отключаться! Бесконечные часы. Но сумеречный успокоился, руки и правда пришли в норму, только шрамы свидетельствовали об ужасных ранах. Позже небольшую дозу вкололи Веронике. Та перенесла болезненно. Но кризис миновал. — Ему лучше сегодня здесь переночевать, утром заберешь его. — Никогда, больше никогда так не делайте, если бы с ним что-нибудь случилось, клянусь, я застрелил бы вас без промедления, и плевать, что вы один такой врач на весь город. — Оу, полегче на поворотах, пацан. Меня самого чуть кондратий не хватил, но твой парень молоток, справился. — И больше никаких экспериментов с ним. — Успокойся, ковбой, сваливай уже. Ночью поднялась метель, снег бил в окна, заставляя рамы противно дребезжать. Ник проснулся, тело ломило, будто он дом в одиночку строил. — Спасибо, что был рядом, Ник. Не знаю, чтобы было сейчас со мной, если не ты. И прости, за все, что пришлось вытерпеть. — Й-а н-е п-р-о-ш-у т-е-п-я и п-о-с-т-а-ф-л-ю н-а н-о-г-и.- Голова снова отключалась. — Эй, так и влюбиться не долго, — девушка засмеялась. Ник сильно вымотался, чтобы понять, о чем сказала Вероника, но он был счастлив. Он смог ей помочь, и поможет еще раз, если потребуется. Ведь, когда она улыбается, она выглядит, как самый прекрасный цветок, который еще должен распуститься. Ник поможет. С Уорриком они могут все. Надо завтра извиниться перед ним, заставил поволноваться, пошел против, не спросив разрешения. Но это того стоило.