Save

Тайлер кричит на сцене оглушающе громко, Тайлер кричит «спаси меня». Там, за сценой, Тайлер улыбается (он много улыбается), говорит «это всё в прошлом, знаете, это реально было тяжело, но я был подростком, это всегда тяжело». Тайлер улыбается. Джош чувствует себя вправе не верить ему. На сцене невозможно соврать. На сцене после отыгранного концерта, Тайлер — одни эмоции, оголённый провод, со своим восторгом, болью, любовью и страхом. Со слезами на глазах (Джош знает это, даже не глядя; и здесь Джош н е м о ж е т ему не верить). Глаза у Тайлера пустые, чёрные, он смотрит в потолок и не закрывает их, несмотря на то, что на часах 5 утра, а им вставать через пару часов. Тайлер снова в депрессии, и Джош по себе знает, что проще сказать это, чем почувствовать. Тайлер потерял причину закрывать глаза. В этот день «спаси меня» звучит как отчаянная молитва. И Джош знает почему. Даже когда на Тайлере нет краски, Джош видит (додумывает) красные следы на его шее. Блуррифейс душит его. Тянет его на дно, такое же чёрное и страшное, как и депрессия Тайлера. Он больше не получает удовольствия от концертов, только мазохистское чувства вины и отчаяние. Джош знает это. А ещё он знает, что «Иисуса» в устах Тайлера вполне можно заменить на «Джоша Дана». И тогда Джош спасает его. На следующем концерте Тайлер исключает эту песню из списка.