Семь предложений

Вокруг новой афиши, которую тщательно приклеивали прихлебатели местного авторитета Мишки, потихоньку собиралась толпа. С афиши на них взирал довольно тонконогий, но с солидным брюшком хлыщ с глазами как при базедовой болезни в цилиндре и с галстуком бабочкой. А под изображением большими красными буквами было выведено: «Единственное выступление самого модного андеграунд-поэта, борца "против" и "за", который взбудоражит ваши умы и души». Поглазев, любопытствующие уже было собрались расходиться по своим делам – кому в наше время нужна эта поэзия, да еще за нее и платить, как раздался басовитый голос Мишки. Он, абсолютно не обладавший вкусом ни в каком из видов искусств, но считавший себя истинным ценителем прекрасного, пригрозил, что тот, кто не придет на выступление им же и приглашенного новоиспеченного гения, будет иметь дело лично с ним – и демонстративно сжал кулаки размером с его же голову. Вечером скучающие, но не смеющие пойти против Мишки с его бандой, принудительно-добровольные слушатели заполнили концертную площадку, надеясь хоть что-то понять в неформальных стихотворениях, которые им предстояло услышать. Наконец в луче прожектора на пенёк, что служил сценой, перед собравшимися лесными обитателями запрыгнул уже не первой свежести жаб (художник, рисовавший афишу, ему явно очень сильно польстил), обвел всех надменным взглядом и изрек свое гениальное: Ква-ква-ква ква-ква ква-ква-ква, Ква-ква-ква ква-ква-ква ква-ква, Ква-ква-ква ква-ква ква-ква-ква, Ква-ква-ква бре-ке-ке ке-кекс!