Sherlock fucking Holmes was ticklish/ Шерлок грёбанный Холмс боялся щекотки

Шерлок грёбанный Холмс боялся щекотки. Джон впервые понял это на месте преступления – что было вполне естественно для их необычной жизни. Шерлок рассматривал мертвое тело, которому и так было уделено много внимания. Это было четвёртое убийство, и все они имели схожие черты – горло людей было разорвано, а на стене начертано кровавое «Х». Неожиданно пошёл дождь – хотя Джон не помнил, чтобы в прогнозе погоды предупреждалось о дожде, ведь тогда бы доктор обязательно взял свой зонт. Поэтому Джону только оставалось обнять себя, чтобы хоть как-то согреться. – Шерлок, – сказал Джон, стараясь привлечь к себе внимание своего друга и как бы намекнуть на то, что пора бы им уходить. И, конечно же, его проигнорировали… Не то, чтобы доктор ожидал чего-то другого. На лицах окружающих их офицеров полиции можно было заметить растущее нетерпение, но не только это: недовольное бормотание и то, как они всё чаще поглядывали на наручные часы. – Шерлок. Идёт дождь, я замёрз и могу предположить, что ты тоже. Ты сможешь вернуться сюда и завтра. Ещё одна попытка, и его по-прежнему игнорировали. Лило как из ведра. Мокрые волосы прилипли ко лбу и Джон, жмурясь, мог рассмотреть, что завитки волос Шерлока полностью распрямились и заслонили его глаза. Это смотрелось необычно, но Джон не мог отрицать, что в то же время и очаровательно. –Шерлок! – позвал он, всё ещё надеясь привлечь к себе внимание консультирующего детектива. Ничего не получилось. Он подошёл ближе и увидел, что глаза его друга были плотно закрыты. – Замечательно, – едко пробормотал себе под нос Джон, – время Чертогов, да мы здесь весь день простоим! Руки Шерлока были сложены лодочкой, и если бы Джон не знал его лучше, то он мог бы подумать, что детектив молится. Но, учитывая то, что личность Холмса была Ватсону более-менее известна, он знал, что подобный жест, служащий призывом к Богу, с Шерлоком Холмсом просто несовместим. Он делал подобное движение в тех случаях, когда думал над чем-то особенно сложным, находясь в своих Чертогах разума. Его средний палец почти касался подбородка, что также имело своё значение – Холмс уже начинал уставать от бесконечных поисков ответов. Подобные едва заметные детали Джон замечал уже сотню раз. Тем временем, Джон мог сказать по виду Шерлока, что тот пребывал в скверном настроении и вообще не проявлял никакого желания к возвращению в реальный мир, так что Ватсон подошёл ещё ближе. Шерлок полностью промок. Пальто от тяжести воды обвисло, а сквозь рубашку можно было увидеть четкое очертание ключиц. И Джон соврал бы, если бы сказал, что смотрел на Холмса намного больше, чем ему следовало бы. Всё-таки было множество вещей о Шерлоке, которые Ватсон не понимал и, несмотря на это, понемногу начинал привыкать к этому. Джон вздохнул и опустился на колени рядом с детективом, стараясь случайно не уничтожить никаких улик. Когда же этого получилось благоприятно избежать, он помахал рукой напротив лица Шерлока. Ноль реакции. Тогда он три раза потыкал в щёку Шерлока, но тот даже не шелохнулся. И это уже начинало беспокоить Джона. Он вздохнул и ткнул Шерлока в бок. Тык. Тык. Тык. И в этот момент Шерлок не смог сдержать рвущегося наружу смеха. Джон в полном изумлении посмотрел на детектива, а тот, осознав, что он только что сделал, залился краской. Некоторые офицеры странно глянули на него и тут же начали переговариваться между собой. – Так… – Шерлок прочистил горло, – ты что-то хотел? На его щеках всё ещё рдел румянец и это, безо всяких на то причин, только ещё сильнее разжигало в Джоне желание пощекотать Холмса ещё раз. – Гм… да. Сейчас просто ужасный ливень и я подумал, почему бы нам не пойти домой, а завтра уже вернуться сюда? Шерлок посмотрел вокруг так, будто только сейчас заметил разгулявшуюся погоду. Джон был уверен, что так и было; видимо детектив даже не чувствовал насколько он промок, совсем углубившись в Чертоги. Шерлок снова прочистил своё горло. – Да, хорошо. Я поймаю такси. И Холмс поспешно направился к дороге. Джон проследовал за ним и увидел, как чёрная машина уже подъезжает к ним. Ватсон даже не представлял, как детективу удавалось так быстро «ловить» такси. Они оба сели в машину. Шерлок задумчиво уставился в окно, а Джон в это время нескрываемо смотрел прямо на своего друга. – Значит, ты боишься щекотки? – начал Джон. Шерлок посмотрел на него и твёрдо произнёс: – Нет. Ватсон вновь удивился, но на этот раз тому, как Шерлок старательно пытается скрыть свою слабость, и, больше желая удостовериться в том, что ему это не приснилось, доктор резко ткнул Шерлока в бок со своей стороны. Это вызвало ещё один взрыв хохота, который оставил на губах Ватсона улыбку. – О, я отлично повеселюсь, – произнёс Джон, оставляя Шерлока с выражением ужаса на лице в темноте машины. Это произошло несколько недель спустя, когда Джону по-настоящему удалось повеселиться. Шерлок глубоко забрался в свои Чертоги, стараясь распутать очередное дело, которые было связано с обрубком левой руки или пальцами – Джон как-то особо не вглядывался. Он подошёл к детективу и, взяв его руки, протянул их вдоль тела мужчины, при этом внимательно наблюдая за изменениями на лице Холмса. Его глаза были по-прежнему закрыты, так что Джон не заботился о том, чтобы быть замеченным. И, осознав весь простор своих действий, Ватсон с особым энтузиазмом принялся щекотать Шерлока. В начале ничего не происходило, но вскоре Шерлок начал тихо посмеиваться, что медленно стало переходить в истерический смех. Теперь глаза Шерлока были широко раскрыты, и Ватсон видел, как его друг от смеха начал складываться пополам, что было самой восхитительной вещью, которую Джон когда-либо наблюдал в своей жизни. Шерлок продолжал смеяться, всё сильнее скручиваясь в некое подобие шара, из-за чего Ватсону с трудом удавалось добраться до детектива. Тогда Джон решил сменить стратегию: он стал пробегать пальцами по спине Шерлока, старательно избегая сопротивляющиеся толчки детектива, пока не уткнулся носом в прохладный лоб Холмса. Ватсон чувствовал отрывистое дыхание Шерлока на своей коже и покраснел, осознав в какой позе они находятся. Слишком близко и чуть ли не в обнимку. Джон мог бы отпрянуть от него, но вместо этого обвил руками шею мужчины и приблизился настолько, пока между их лицами не осталось чуть меньше дюйма. Что-то внутри Джона, похоже, сказало «Да пошло оно!», потому что в следующее мгновение он наклонился – и, о боже! – поцеловал Шерлока Холмса, что было просто восхитительно. Шерлок отвечал медленным поцелуем, и Джон просто не мог не начать улыбаться. А дальше они оба тихо засмеялись, соприкоснувшись лбами. Никто из них не знал причину смеха и, посчитав это пустой тратой времени, мужчины вернулись к поцелуям, и руки Джона невесомо скользили по волосам Шерлока, заставляя чувствовать в груди необъяснимый трепет. Холмс прервал поцелуй и с улыбкой посмотрел на доктора. Он настолько заразительно улыбался, что невозможно было удержать тянущиеся вверх уголки губ. Пальцы их рук переплелись, и Джон был настолько счастлив в этот момент, что не мог даже чётко мыслить. Они оставались в такой позе до тех пор, пока в комнату не зашла миссис Хадсон и не увидела их двух до неприличия счастливых. Она улыбнулась им обоим. – Это был вопрос времени, мальчики. Но чуть дольше, и я бы была должна Майкрофту двадцать фунтов стерлингов.