First Love

Каждый раз, когда Чонгук тоскует по ком-то — в последнее время это Пак Чимин — начинает лить сильный, не замедляющий темп, дождь. Такой холодный и до жути неприятный. Вот и сейчас, сидя у окна, Гук наблюдает за внешним миром. Небо затянуло темными, не расступавшимися тучами. Мелкие капли разбиваются вдребезги об стекло. Дождь стихает, а через мгновение с новой силой тарабанит в окно. Теперь эта унылая картина разбавляется раскатами грома и секундными вспышками молний, но лучше от этого не становится. Чон не был законченным пессимистом, чтобы страдать, но быть долго без родного человека сложно. Прошел уже месяц с того момента, как он последний раз видел Чимина, как не попрощавшись выскочил из квартиры. О чем тысячи раз жалел. За этот месяц Чон десятки раз проходил зазубренным маршрутом к тому дому под номером четыре со странными жильцами, с Пак Чимином. Гук настолько часто там бывал, что выучил досконально кто, когда и во сколько приходит и уходит, по сколько раз на день. Изучил, наблюдая, старых жителей и тех, кто только заезжал. И за все время Чонгук и намека не уловил на расположение его любимого в том доме. Чимина или очень старательно скрывают, или действительно нет в городе. Что из этого хуже? Правда, однажды, уходя, заметил, как мимо него прошла женщина, очень похожая на мать Пака. Но была ли это она, или Чонгуку просто так хотелось. Гук пошел в прихожую. Сейчас все еще лето, но, из-за постоянных капризов погоды, температура опустилась ниже положенного. Без штанов и кофты, а в данный момент и зонта, ни в лес, ни в поле, ни просто из квартиры не выйти. В самом помещении положение не лучше — из одеяла не вылезешь! Чонгук бы и не вылез, наверное, если бы час назад не позвонил Сокджин, главный в алкодвиже, и не «хватит страдать, жду в шесть у себя в баре, или сам приеду к тебе!». Либо пострадает квартира Чона, еле выдержавшая прошлое нашествие, либо ехать к Киму и спасти свое место обитания. Выбор был очевиден. И только поэтому Гук рассматривает из-под зонта большую неоновую вывеску, которая висит над входом, зазывая к себе. Чон идет по коридору, в котором местами витал дым сигарет, удерживая себя, чтобы не сорваться самому снова. Он ведь обещал завязать. Чонгук замечал по сторонам коридора множество комнат, из которых доносились чьи-то завывания в микрофон. — Ты пришел. Я уже собирался брать набор и к тебе, — Ким сидел за одним из VIP-столиков, потягивая какой-то коктейль. — Боже упаси, чтобы ты хоть еще когда-то приезжал выпить ко мне, — натянуто улыбаясь, Чон сел рядом. — Итак, предлагаю начать вот с этого. По щелчку пальцев, к столику подошла официантка с заполненным подносом. — Даже не спросишь, как у меня дела? — приподнял бровь Гук. — А зачем? И так все ясно. После этих слов Сокджин налил что-то из большого количества бутылок с цветными жидкостями в стакан и подставил к Чонгуку. Без слов, парни вылили содержимое в себя. Прошла минута, и Ким повторно начал наливать. «Влип, — подытожил Чон. — Но ты же знал, на что подписывался». — Так ты целыми днями думаешь о Паке? — спросил Сокджин. — Небось, на подработку не ходишь, и уволили тебя уже, и из дома почти не выходишь? — С чего ты это взял? Я — не ты. Подработка моя все еще в силе. Может, ты подкинешь мне еще одну? — стрельнул слегка опьяневшим, после нескольких заходов, взглядом в старшего Чон. Деньги для Чонгука всегда были важны, и всегда «за», когда что-то предлагают. К тому же, это возможность меньше думать о Чимине. Помнится, когда-то, когда Чон нуждался в деньгах и обратился к Соджину, тот предложил подрабатывать в ночную смену стриптизером. Конечно, Ким сказанул это забавы ради, но Чонгук не понял этого, и после никогда больше не обращался. Но прошло уже несколько лет, забылось. — Хм… — задумался Джин. — Есть вакансия. — Стоп, нет-нет-нет, это была плохая идея, если вспомнить прошлый раз. Сокджину кто-то позвонил, он встал из-за столика и отправился куда-то за пределы зала. — Официант! — к Чону подошла та же девушка, которая принесла выпивку. — Принесите какой-нибудь десерт. На ваш вкус. — Да, хорошо. Вторая слабость Джина после алкоголя — сладкое. Поэтому здесь очень большой ассортимент разных десертов. Ким, можно сказать, насильно вытащил его сюда. А напиваться до беспамятства Чонгук не хотел и не собирался. К тому же, Соджин добродушен, и всегда рад угостить друга, почему бы не взять? Чон тот еще халявщик. Заказ прибыл быстро. Чон, подмигнув официантке, принялся за еду. Девушка, расплываясь в улыбке от малого внимания такого мужчины, поспешила обслуживать другие столики. Периодически Чонгук поглядывал на дисплей смартфона. В ожидании чего-то, наверное. А чего — и сам не знал. Ким отсутствовал уже продолжительное время. Несколько раз официанты передавали парню различные презенты от соседних столиков, от некоторых даже по несколько раз. Чон заерзал на стуле. Сколько можно? Неужели, если Чон никак не отвечает и не обращает внимания, не понятно, что ему все равно? — Вот ты где. Мы тебя искали, — послышался знакомый голос позади. Чон, запихивая последний кусок за щеку, повернулся. — Да, теперь я понимаю, почему остальные говорят, что ты на кролика похож, — сказал Хосок, улыбаясь. — А ты нам не верил, — в один голос сказали Намджун с Тэхеном. Через пару секунд за их спинами появился еще и Мин Юнги. Чон не ожидал увидеть ребят здесь. Сейчас. Это ничего хорошего не предвещает, ведь… «Внимание! Прошу прощения. Необходимо освободить помещение в течение десяти минут. Благодарю за понимание», — раздался из динамиков голос Джина. Чонгук застыл. Его догадка оправдалась. Когда все собираются вместе, в основном всегда, а сегодня так точно, закатывается масштабная пьянка. Похмелье наутро предрешено заранее. И даже не сбежать втихаря теперь. — Ребят… Что-то у меня голова начала болеть, — Чон встал со стула. — Сидеть, — опустил того обратно Намджун. — Почему каждое наше совместное времяпрепровождение приводит к утреннему сушняку и дикой головной боли? — задался вопросом Гук. — Это судьба такая у нас, — повис на его шее Юнги с приподнятым настроением. За последний год Чонгук слишком много начал пить. Не собственной инициативе, конечно. Осталось дождаться Сокджина и, считай, гулянка началась. А вот и он. Ким идет уверенной и ровной походкой, а за ним, подражая его темпу, шли еще пара людей. С подносами. — Главное, не приставать потом к столбу… — Тэхена передернуло от одного из воспоминаний. Ким вернулся на свое место, приглашая всех за, уже заполненный, стол. Хорошо, Чонгук теперь вместе с ними в одной подводной лодке. Никуда не деться. — Рассказывайте, как у вас, не ссорились больше? — обратился к Хосоку с Тэхеном Юнги. — Не нуждаетесь в квартире, чтобы разнести ее в порыве гнева? — Все прекрасно. Если что, мы тебе позвоним, — подмигнул Тэхен. — Ага, буду ждать звонка, — с сарказмом ответил Мин. Рассевшись, глава сея внезапного мероприятия разлил всем в стаканы, рюмки, фужеры и в остальное, кто что предпочитал. — Чтобы мы чаще так собирались! И все выпили. «Ха. Отличный тост. Прекрасное начало». Через несколько часов порядок превратился в хаос: разлитые жидкости по полу, наполовину пустой бар, пара сломанных стульев, пирамида из нескольких столиков, во главе которой был Хосок, случайно побитая посуда. Это далеко не весь список ущерба. — Я пйоду уже, — язык переплетался, буквы в словах путались, но Чонгука понимали. Спотыкаясь на выходе, Чон хватается за дверь, предотвращая падение. Сейчас уже одиннадцать часов вечера, тучи расступились, на дороге остались лужи, но дождь больше не окутывал город. Чон решил пройтись поздним вечером, подышать свежим воздухом, протрезвиться, хотя бы немного. Не замечая за собой, ноги привели парня… угадайте, куда? Да. К дому, в котором живет семья Пак. Несколько фонарей освещают двор, один погас, и еще один периодически мигает. Черт, как же шатает Чонгука. Еще немного, и он бы наплевал на всех и вся, а в отдельности на свои штаны и здоровье, и сел бы прямо на холодный, мокрый, покрытый грязью тротуар. В последний момент Чон успел сесть на лавочку. Такую же влажную и холодную. — Черт бы тебя побрал… ПАК ЧИМИН! — закричал со всей мощи Чонгук. Потом встал, и начал колотить в металлическую дверь. Но смысл? Через минут пять, когда жильцам с первого этажа надоел стук в дверь возле окон, некоторые стали выглядывать и грозиться полицией. «Да вызывайте, кого хотите, хоть самого сатану!» — отвечал всем Чон. Еще через минуту что-то за дверью щелкнуло, и она открылась. Точнее, ее кто-то открыл. Чонгук был готов получить за то, что мешал людям, но ему не нагрубили, не ударили, ничего не сделали. Этот кто-то взял Чона под руку и начал отводить от двери. Гук начал отмахиваться, освобождаясь. Тот незнакомец хоть и был меньше ростом, но был так же силен, зацепившись мертвой хваткой в руку Чонгука. — Отстань от меня, — чуть ли не шипел Чонгук. Он немного протрезвел, но далеко не весь алкоголь выветрился. — Эй! Но незнакомец никак не реагировал. На нем был капюшон и черная маска. Опознать кого-то из ежедневно проходящих туда-сюда жильцов не выходило. Гук схватил того за руку, останавливая. Этот человек не произнес ни звука. Чонгук держал его за рукав на расстоянии вытянутой руки, они глядели друг другу в глаза, не спеша отводить. Оба стояли неподвижно. Через минуту незнакомец быстро-быстро заморгал, отводя и задирая голову вверх. Чон же отпустил его, стоя и ничего не соображая толком. — Уходи и не возвращайся, — напоследок сказал парень в капюшоне и зашел обратно в подъезд.

***

— Черт, как же голова раскалывается… — застонал Чонгук сразу же, как только открыл глаза. — И не говори, — сказал кто-то рядом лежащий. Чон подскочил в положение сидя. — Какого… Ты кто?! — Ащй, не кричи так, — послышался голос с другой стороны. Внимательно посмотрев по сторонам, Чон убедился, что он у себя в квартире, но не один. В его спальне еще пятеро парней. Потормошив двух, которые лежали с ним на кровати, узнал в них Намджуна и Юнги. Где-то на полу еще спали в обнимку Тэхен с Хосоком. А из кухни в комнату пробирались приятные ароматы. Значит, вся компания в сборе. Отлично. Переползя через Тэхена, обступая по пути спящую парочку, Чон добрался до выхода из спальни. Как и ожидалось, на кухне уже вовсю работал Соджин. Да, он не только устраивает алкодвижи, а еще любит готовить. И довольно-таки хорошо. — О, уже проснулся, доброе утро, — улыбаясь, Ким поставил на стол суп. — Доброе… Спасибо. Почему, как вы оказались здесь? — сел за стол Чонгук. Положив смартфон на кухонную тумбу, оперся об нее же. — Мы прогуливались по городу и встретили тебя, лежащего в кустах. «И как меня угораздило?..» — И как тебя угораздило до дома не дойти даже? — будто прочитал мысли Ким. — Не помню… — Чон решил, что рассказывать о своей ночной прогулке не стоит. — Ну, главное, что все обошлось, тебя никто не ограбил, не убил, не изнасиловал, — улыбнулся Джин, потягиваясь, и ушел в спальню. У Чонгука всплыло воспоминание с тем незнакомцем, который, можно сказать, отогнал его от двери. Нет, лица не помнил совсем. Только как тот схватил за руку и пытался оттащить. Надо проветрить голову. Дверь захлопнулась, оставляя пятерых парней на хозяйстве. Но они все равно будут спать. «Надеюсь». На Чоне была легкая толстовка и джинсы. Немного прохладно, но это к лучшему в данный момент. Гук решил прогуляться до магазина, купить воды, может какую-нибудь сладость на радость душе своей. Ближайший магазин всего в пяти минутах ходьбы. На обратном пути Чонгук остановился перед подъездом. Мог ли сейчас он вернуться в квартиру? Мог, но хотел ли? Нет. Тоска затягивала новой непроглядной пеленой, из которой нет выхода. Единственным лучом света был Пак Чимин. Но где он сейчас, этот луч? Чон остался стоять на улице. Время прекратило свое существование. Были только Чонгук и его мысли. А еще кто-то подошел сзади и остановился в метрах пяти от него. Но кого волнует, кто это. На смартфон Гука пришло оповещение, возвращая в реальность. Пришло СМС. «Обернись». Недоумевая, Чон повернулся всем телом, роняя бутылку с водой. Перед ним стоял смущенный, но очень радостный блондин с чемоданом в руке. Гук медленно, шаг за шагом, подошел к Паку, не доверяя своим глазам. До этого, еще несколько минут назад, Чонгук думал, что как только встретит Чимина, бросится к нему со всех ног, но теперь, когда это произошло — в чем Чон до сих пор сомневался, и пока еще спихивал на глюки от остатков алкоголя — Гук оказался в ступоре. Часто так, представляешь себе свою реакцию по одному, а когда это происходит наяву, просто переклинивает, забываешь все, о чем до этого думал. — Чимин, — Чонгук обхватил того крепко-крепко, чтобы не испарился вдруг. — Я так скучал… Неуверенно и медленно Пак обнял своего любимого, по которому так же сильно скучал, но в силу своих возможностей не мог прийти раньше. Слеза счастья покатилась по щекам Чимы. — Прости… — Чимин хотел отстраниться, чтобы заглянуть в глаза старшего, но не мог, тот слишком крепко его держал. — Не отпущу. Вдруг ты всего лишь сон. Очень долгожданный сон. Не хочу просыпаться. — Люблю тебя… — И я тебя. Чонгук трепетно коснулся манящих и столь желанных пухлых губ Чимина, от чего время вокруг них остановилось.