Новенький

— Познакомьтесь, Со Кан Шим. Это мой сын Чимин, — проговорил директор Пак, указывая на прибывшего недавно юношу. — Хотя вы уже знакомы. Это был Пак Чимин собственной персоной. Новенький ученик, который перевелся в середине года. И тот, кто выбил размеренную жизнь Со из колеи. Он был в дорогом чёрном костюме, который подчёркивал его широкие плечи и накаченные бедра. Волосы парня были аккуратно уложены, что делало его ещё сексуальнее обычного. Светские львицы сразу набросились на Чимина с различными вопросами. Тот увилисто отвечал из-за отсутствия желания в общении с ними, но диалог поддерживал. Взгляд его карих глаз иногда плавно переплывал на Кан Шим, от чего на лице у парня расползалась улыбка. Его очень привлекал такой образ Со, несмотря на то, что в голове всплывала она без одежды. Но иногда из его уст вылетали задорные смешки. Это её злило. С ней Чимин никогда не смеялся, а тут каким-то глупым девицам в бриллиантах удалось его рассмешить. Неужто это ревность? «Грязный шепот… Вот что идёт Пак Чимину», — мельком пронеслось в голове и заставило щёки налиться румянцем. Кан Шим сделала глоток вина и продолжила слушать то, что говорил ей директор. Тот не отрывал от Кан Шим взгляда и приторно улыбался, иногда даже подмигивал, если ей это не показалось. Директор Пак всячески пытался извиниться за то, что сразу не рассказал всю правду о Чимине. Она кивала и повторяла, что ничего страшного в этом нет, хотя на самом деле из-за этой ситуации отношение к директору ухудшилось. Масло подлили его прикосновения. Учитель Со чуть не вышла из себя, когда он при всех обвил своими ручищами её талию и прошептал на ушко: «Просто улыбнитесь». Кан Шим выдавила еле заметную улыбку. Но кое-какую выгоду она смогла из этого получить. Наверное, каждый в этом зале смог узреть стиснутые челюсти Пак Чимина в этот момент и сжатые кулаки, которые парень поспешно скрыл в карманах брюк. После этого Со покинула этот зал, чтобы привести мысли и чувства в порядок в дамской комнате. Прохладная вода с лёгкостью помогла бы ей освежиться, но Со было жалко макияж. Поэтому она просто глубоко дышала, отгоняя навязчивые мысли прочь. Резко на плечи опустилась пара горячих рук, от чего Кан Шим вздрогнула. Чимин. Он спокойно стоял в дамской комнате, где не должен находиться, и улыбался, как чеширский кот. — Вам не следует… — Я сам решу, что мне следует делать, а что нет, — перебил он. — И давай всё-таки будем общаться на ты. Я понимаю, что конспирация важна. Но наши отношения перешли на новый уровень. Ваши. Отношения. Кан Шим и Чимина. Новый уровень. Конспирация. Все эти слова никак не укладывались в голове. Может это из-за того, что Со было слишком жарко и окружение, как оказалось, отца Чимина вызывало у учительницы тошноту. — Нет у нас никаких отношений. — Правда? А как же это? — Чимин расстегнул пару первых пуговиц на рубашке и отодвинул высокий ворот. На его шее виднелось алое пятно. Метка, которую оставила Кан Шим. — А по поводу этого… Думаю, лучше всего будет забыть об этом. — Ты не говоришь то, что хочешь. — Это не должно волновать вас, Пак Чимин, — проговорила Со и удалилась из комнаты. На этом благотворительный вечер был окончен. Уже в машине директор Пак поведомил Кан Шим, что нашёл спонсоров для школы. Но её волновало сейчас совсем другое. Чимин был абсолютно прав, когда сказал, что она не говоришь то, что хочет. Высказать всё этому нахальному, но до жути сексуальному юноше, дать пощечину директору за его флирт и повырывать волосы этим длинноногим в коротких платьицах — вот были её истинные желания сейчас. Со представляла в голове эти сцены, даже не делая вид, что внимательно слушаешь директора. Но только оказавшись дома под струями холодной воды, она смогла дать своему воображению безграничную волю, утешая себя надеждой, что когда-нибудь это произойдёт на самом деле.