17 Часть. Прошлое
27 апреля 2017 г., 20:51
Джагхед молча пялился на меня с минуту, будто на сбежавшую с дурдома. Я в общем-то и понимала, почему. Мне сегодня уже говорили, что просьбы у меня довольно странные. Чувствую, сейчас услышу то же самое.
— Чего? — наконец-то выдавил из себя парень.
— Ладно, забей, — отмахнулась я от него и снова вернулась к перетаскиванию корма. Правда мне этого не дали сделать. Джонс опередил меня и спокойно подняв мешок, закинул его себе на плечо.
Я не стала ничего говорить, впрочем, и парень тоже. Так мы и шли вплоть до самого моего дома. Я лишь изредка поглядывала на него, ожидая, когда он не выдержит и таки начнёт меня заваливать вопросами по поводу Бетти. Но этого не было, что довольно сильно удивляло.
— Можешь поставить корм, дальше я сама, спасибо. — Я хотела, чтобы Джонс наконец-то ушёл, и я смогу избавиться от этой давящей неловкости. Но парень снова не стал меня слушать.
Когда он уже подошёл к двери и потянулся к ручке, я сорвалась с места и нагнала его. Открыв ему дверь и пропуская вперёд, зашла следом и услышала голос отца Джагхеда.
— Марли вернулась! — орал мужчина. — А если ещё и Зои навестит нас?! А?! Что тогда будете делать, герои вы наши?!
— Успокойся, Джонс! Зои в психушке, она не угроза! — на этот раз вопил Ларри.
— А ты, Марино? Что молчишь?! Не боишься, что твоя драгоценная доченька узнает правду?! — Старший Джонс всё ещё не прекращал говорить на повышенных тонах.
— Не смей даже говорить о Фиби! — взорвался мой папа, и я услышала глухой удар, будто что-то впечаталось в стену. Или кто-то.
— Эрик, отпусти его! — ещё громче крикнул Ларри. — Так! Всем нам надо успокоиться, Элеонор повесилась. Её не убили. И то, что Марли вернулась в город, ничего не значит. А насчёт Зои действительно не надо волноваться. Даже если она и заговорит, кто поверит чокнутой, просидевшей бóльшую часть жизни в психушке?
Услышав звук приближающихся шагов, я тут же дёрнула Джагхеда за свободную руку и потащила на улицу. Быстро обойдя дом, Джонс тихо опустил мешок на землю и посмотрел на меня:
— Что это было?
— Я не знаю, но уже второй раз слышу как папа спорит с кем-то из-за этой Элеонор, — припомнила я недавний случай. — Только тогда не было твоего отца.
— Я не знал, что они вообще знакомы, а тем более, что их может связывать что-то, — парень выглядел озадаченным. — Нужно найти эту Марли.
— Нет, — я замотала головой. — Что бы ни случилось, это в прошлом.
— И ты не хочешь знать, как твой отец замешан в самоубийстве Элеонор? — Джонс смотрел на меня как на дуру.
— Не хочу. Я тоже совершала ошибки, и папа не знает о некоторых, так почему я должна копаться в его прошлом? — высказалась я, хотя если бы не нынешние обстоятельства с этой чертовой игрой, я бы начала копать. Но не теперь.
— По твоей вине умирал человек?
— Нет, но…
— Что «но»? — перебил меня Джагхед. — Из их спора я понял одно: они все замешаны в этом и боятся, что правда выйдет наружу. Я понимаю, тебе сложно поверить в это, ведь он твой отец и всё такое. Я правда понимаю, но что, если мы узнаем правду и сможем убедить эту Марли ничего не предпринимать? Подумай, ты сможешь защитить отца.
— Я и так этим занимаюсь, — пробубнила я себе под нос.
— Так ты со мной? — Парень выжидающе посмотрел на меня.
— А ты поцелуешь Бетти? — снова спросила я, так как мне совершенно не хотелось, чтобы мой дом, пусть и временный, сожгли.
— Да что ты заладила?! Нет, я не поцелую её! — начал выходить из себя Джагхед.
Я не стала ничего отвечать, просто мысленно чертыхнулась, понимая, что никак не удастся избежать наказания. А теперь ещё и косые взгляды Джонса добивают. Да чтоб вас всех!
— Нужно занести корм, — вспомнила я о голодающем щенке, и парень тут же поднял мешок. — И да, я с тобой.
— Чудно, — протянул Джагхед, идя к дому. Да, я не для того тут играю и скоро понесу наказание, чтобы какая-то ошибка прошлого погубила папу. Не будет такого.
— Пап! Я корм купила, тащи Бурундука! — заорала я с порога.
— Ёжик, ты головой не билась? У нас же собака, а не… Джагхед? — Мой родитель замер на месте, удивлённо глядя на гостя.
— Мы встретились у магазина, и он помог донести мешок, — пояснила я присутствие парня в нашем доме. — А Бурундук — это кличка щенка.
— Милая, твоё воображение поражает, — хмыкнул отец. — Щенок пытается сожрать кресло в гостиной. Джагхед, спасибо что помог, до свидания.
Парень поставил корм у стены и вышел из дома. Папа пошёл назад в гостиную, на разные лады выкрикивая «фу».
— Эй, — окликнула я Джонса, выйдя вслед за ним. Он остановился и повернулся ко мне.
— Снова будет какая-то странная просьба? — Джагхед скрестил руки на груди.
— Ты знаешь где живёт Барсик?
— Да, — лаконично ответил парень.
— Подожди меня в конце улицы, покормлю собаку и приду, — попросила я, отступая назад к дому. Джонс кивнул и, засунув руки в карманы пайты, ушёл.
— Бурундук! — позвала я щенка, когда вернулась домой, и, разумеется, никто не вышел ко мне. Зайдя в гостиную, заметила папу и Ларри, заглядывающих под диван, лёжа на полу.
— Ну, иди сюда, дам вкусняшку, — сюсюкался отец.
— Бурундук, выходи, не надо грызть плинтус, — мягко говорил папин друг.
Поняв, что происходит, я сходила на кухню и вернулась с сосиской. Так же улеглась на пол и засунула руку с едой под диван. Щенок принюхался и стал двигаться к сосиске. Я медленно доставала руку, и собака наконец-то вылезла ко мне.
— Пойдём, я тебя покормлю. — Подхватив Бурундука, поспешила на кухню, где поставила на пол новые миски, а тарелки убрала. Налив ему воды и насыпав корма, почесала щенка за ухом и довольная пошла к родителю.
— Шерил позвала меня в кафе, так что я ушла, — оповестила я папу и, не дожидаясь ответа, выскочила из дома.
Джагхед был на том месте, где я и попросила его ждать. Он прислонился спиной к дереву и с закрытыми глазами слушал музыку. Ну или что там у него в наушниках играет. Весь его вид удручал: на брови пластырь, под глазом и на скуле синяки, да и вообще выглядел он потрёпанно. И почему-то даже в таком виде он был дико горяч.
— Хватит, — приказала я себе, понимая, что сейчас мне вообще не должно быть дела до его сексуальности, да и ни до чьей, в общем-то. У меня проблем хватает и без всех этих девчачьих штук.
Подойдя поближе, я уже хотела дотронуться до парня, чтобы привлечь внимание, но он сам открыл глаза. Спокойно вытащил наушники и засунул их в карман.
— Зачем тебе Барсик? — спросил Джонс, отталкиваясь рукой от дерева.
— А ты как предлагаешь искать эту Марли? Бродить по городу и спрашивать имена всех женщин? — скептически посмотрела на него я.
— Идём, — вздохнул Джагхед и довольно быстро зашагал вперёд. Мне оставалось только тащиться за ним, так как просто не поспевала за его темпом.
И снова молчание. Это у него фишка такая? Целуешь девушку, а потом просто ходишь с ней, не разговаривая. Ну прямо-таки варан какой-то.
Он резко затормозил минут через двадцать, и я врезалась ему в спину, так как всю дорогу шла, уставившись в телефон.
— Предупреждать же надо.
— А ты по сторонам смотри, — моментально отреагировал Джонс. — Мы пришли.
Я перевела взгляд на такой же убитый дом, как и у меня. Хотя почтовый ящик был на месте и газон был ухоженным, а так всё то же самое. Поднявшись на крыльцо, я позвонила в звонок, и буквально через пару секунд дверь открылась, а на пороге стоял мальчик лет десяти. Он был жутко похож на Барсика.
— А Лана дома? — спросила я, глядя на ребёнка сверху вниз.
— Лана! — заорал парнишка и убежал в глубь дома, а нам на встречу вышла его сестра.
— Фиби, Джагхед, что нужно? — вместо приветствия Барсик сразу перешла к делу. Видимо, привыкла к таким гостям.
— Надо, чтобы ты кое-кого нашла, — влез Джонс. — Женщина, зовут Марли, недавно вернулась в город.
— И все? Ни фамилии, ни возраста? — удивлённо переспросила хозяйка дома.
— Как видишь, — я пожала плечами.
— Ладно, заходите. — Девушка пропустила нас в дом и закрыла дверь. — Второй этаж, последняя комната по коридору. Я сейчас приду.
Выполнив указание Ланы, мы поднялись на второй этаж, и вскоре оказались у неё в комнате. Помещение было огромное, но тёмное. Два стола у окна были завалены всевозможными проводами и подобными вещами. Вся стена над широкой кроватью была завешана постерами различных рок-групп. Только светлый пушистый ковёр выделялся из этой обстановки.
— Родители настояли, чтобы у меня в комнате было хоть что-то женственное, — неожиданно раздался голос Барсика за нашими спинами. Девушка прошла к кровати и залезла на неё с ногами, открывая ноутбук.
— Может, всё-таки скажете что-то ещё о вашей таинственной Марли? — Лана с надеждой посмотрела на нас, но я покачала головой. — Ладно. Проверим всех женщин с таким именем в Ривердэйле.
Хозяйка дома застучала по клавиатуре, а я стала осматривать комнату дальше. На стене около столов висели фотографии Барсика с какой-то девушкой. Почти везде они дурачились.
— Посмотрите, — минут через пять сказала девушка, и мы с Джонсом рванули к ней.
Я уселась поближе к ноутбуку, а Джагхед плюхнулся позади меня. Барсик открыла какую-то вкладку в браузере, и на экране появилось три фото с кратким описанием — имя, дата рождения и адрес. Я почувствовала тяжесть на правом плече и краем глаза заметила, что Джонс упёрся о него подбородком. Его горячее дыхание задевало мою шею, и по телу пробежались мурашки. Сжав левую руку в кулак, постаралась откинуть все мысли не по теме поисков и сконцентрировала внимание на экране.
— Эти две не подходят: одной почти шестьдесят, а второй всего двадцать три. Открой третью, — попросила я Барсика, и, когда появилась более подробная информация, стала внимательно читать: — Чёрт, она ж умерла три года назад. Больше никого нет?
— Нет, — покачала головой девушка. — Что-то ещё?
— Да, проверь нашу психушку на имя Зои, — попросил Джагхед. Лана снова углубилась в поиски, а мы следили за её работой.
— Зои Винсент, уже почти двадцать лет находится на лечении с диагнозом психотическая депрессия, — прочитала Барсик текст. — Надеюсь, на этом все? У меня ещё домашка.
— Да, спасибо. Я у тебя в долгу, — улыбнувшись девушке, встала с кровати. — Провожать не надо.
— Пока, — кивнула мне Лана, и мы вышли из её комнаты, а потом и из дома.
— Пойдем? — спросила я, намекая на психушку.
— Да, — снова лаконичный ответ и ничего более. Вот теперь дорога заняла куда больше времени, а ещё Джонс все время меня подгонял, говоря, что часы приёма до шести вечера, а уже почти пять.
В разрез с моими представлениями о психушке, передо мной предстало довольно милое здание в светлых тонах. Всё было ограждено высоким забором, а наверху была проволока с колючками, но, тем не менее, на заборе были красивые завитушки и листики, что придавало не такой зловещий вид.
Джагхед пошёл первым, самоуверенно открыв дверь, и сразу же направился к женщине за столом. Это был обычный холл, больных тут не было.
— Мы хотим навестить Зои Винсент, — обратился парень к работницам.
— Да, моя мама с ней дружила в школе, я тут проездом, и мама попросила проведать Зои, — встряла я со своим комментарием.
— Все железные вещи сюда, — женщина с полным отсутствием каких-то эмоций протянула нам пластиковый контейнер. — Также украшения, сумки, телефоны, наушники, ремни. В шесть часов вы уже должны покинуть больницу.
Когда мы всё скинули в ёмкость, работница протянула два бейджика, на которых было написано «Посетитель», и махнула рукой на огромную дверь.
За дверью оказался светлый коридор, в конце которого была прямо-таки неприступная железная дверь, а возле неё на обычном стуле сидел молодой парень и читал какую-то книгу. Заприметив нас, он оторвался от своего занятия и встал.
— Часы посещения до шести, — предупредил работник нас и, проведя карточкой в замке, пропустил нас дальше.
А вот тут уже были больные. Огромный зал был заставлен разной мебелью. Тут были и диваны, и кресла, и обычные деревянные столы со стульями, также пианино, настольный теннис, а на полу были разбросаны всякие игрушки.
— Здравствуйте, я доктор МакКартни. К кому вы пришли? — возле нас будто из ниоткуда появился врач.
— Зои Винсент, — ответила я, осматривая больных.
— Должен вас предупредить, у Зои психотическая депрессия, у неё бывают галлюцинации и разрывы с реальностью, так что если она начнёт говорить какой-то бред, просто дослушайте до конца, но не воспринимайте за правду, — на одном дыхании произнёс мужчина средних лет. — Вон она, в кресле около окна.
— Спасибо, — поблагодарила я доктора МакКартни и пошла к женщине. Она забралась в кресло с ногами, укутавшись в плед, и просто смотрела на улицу.
— Мисс Винсент, — обратилась я к женщине, садясь на корточки около неё. Внезапно за моей спиной раздался скрип, и я обернулась. Джонс двигал кресло в нашу сторону.
— Садись, — сказал парень, и я послушалась.
— Мисс Винсент, мы тут из-за Элеонор, — мягко произнесла я и наконец-то добилась того, чтобы Зои обратила на меня внимание.
— Элеонор? Неужели их всё-таки наказали? — заинтересованно спросила больная.
— Кого наказали? За что? — тут же влез Джагхед, который стоял за моей спиной.
— За убийство Элеонор, тех троих парней.
— Убийство? Она ведь покончила с собой. — Я не понимала, почему она думает иначе.
— А разве доведение человека до самоубийства не то же самое? — Зои поправила спадающий с её плеча плед.
— Вы можете рассказать, что случилось? — Я надеялась, что женщина ещё помнит подробности.
— Элеонор, я и Марли дружили в школьные годы, мы не были популярны, но и не были изгоями. Обычные девчонки, пока один парень из популярной компании не обратил внимание на Элли. О да, он был тем ещё красавцем, и добрая половина девушек сходили по нему с ума. У них завертелся роман, вот только он был односторонним. Тот парень, — Пол Зейн, — переспал с ней и сделал несколько фотографий этого процесса. На следующий день вся школа увидела их. Как оказалось, Пол поспорил с ребятами, что сможет уложить в постель добропорядочную девушку на раз два, и выиграл. Тогда начались нападки на Элли со стороны всех вокруг. Её в открытую называли шлюхой, парни предлагали заплатить ей за секс и всё в том же духе. На доме писали краской все вариации и синонимы слова «проститутка». А та компания это всё видела, но только смеялась, гордясь своей работой. Так продолжалось месяц, а потом она не выдержала и повесилась. Через два месяца Пол тоже покончил с собой. Видимо, чувство вины не покидало его, а те трое так и остались не при делах.
— Кто были те парни? — спросил Джагхед, а я уже знала ответ, но надеялась, что услышу что-то другое.
— Митчел, Джонс и Марино, — все-таки подтвердила мои опасения Зои. — Все они убийцы!
