I Hate U I Love You

Я таки сходила на второй и третий урок, даже почти правильно решила уравнение на химии. И вот наконец-то пришло время идти в больницу на приём к доктору Симмонс. На полпути я решила устроить перекур и привести мысли в порядок. Что мне ей говорить? Для начала, думаю, стоит поплакать о том, что я очень хочу ребёнка, хотя все вокруг твердят, что слишком рано. Надеюсь, она не станет проверять правдивость моих слов о беременности. Если она будет меня жалеть, я попытаюсь вывести её на разговор о других девушках, которые решились родить в таком раннем возрасте. Элеонор как раз было столько же лет. Ну, а дальше как пойдёт. План казался вполне годным, и потушив окурок о ствол дерева, уже более уверенно зашагала в сторону больницы. Я пришла за пять минут до начала моего приёма, и медсестра любезно проводила меня в кабинет. Симмонс на вид было уже лет пятьдесят, но она сохранила хорошую фигуру и явно следила за собой. — Добрый день, — доктор жестом пригласила меня сесть. Я умостилась на стуле около её стола, прямо напротив женщины. — Здравствуйте, — поздоровалась я и совершенно не знала, что говорить дальше. — Милая, как тебя зовут? — врач приняла моё молчание и растерянность за страх. — Судя по виду, ты ещё учишься в школе? — Да, я Фиби, — фамилию я решила умолчать. — И по какому ты вопросу, Фиби? — Моя мама у вас наблюдалась во время беременности и очень вас хвалила. Вот я и подумала… — ...что я смогу помочь и тебе? — перебила меня Симмонс. — Милая, я с радостью. Но я должна встретиться с твоими родителями. — Да... Понимаете, тут такое дело... Мои родители против. Они настаивают на аборте, но я очень люблю Кларка, и мы оба хотим этого ребёнка, — стала я воодушевленно врать. — Его родители готовы помогать, но не мои. Они уверены, что если я рожу так рано, то пущу свою жизнь под откос. Понимаете? — Фиби, подростковая беременность — совсем не счастье. Я понимаю, что ты настроена решительно, но должна сказать, что это очень тяжело. Ты станешь мамой, и больше не будет всех тех вечеринок, которые вы так любите, не будет свободного времени для себя. Ты понимаешь, на что идёшь? — доктор смотрела мне прямо в глаза. — Ещё как, — уверенно заявила я. — Но у вас ведь были подобные случаи? Что делали другие девушки? — Ко мне приходили многие девушки твоего возраста, но все только на прерывание беременности, — сказала женщина совершенно не то, что я хотела услышать. — Но ведь были и те, кто рожал? — я надеялась, что этот вопрос заставит её рассказать об Элеонор. — Да, была одна девушка. Но всего одна, — Симмонс не называла её имени. — Можете о ней рассказать? Как у неё всё прошло? — Её отец был категорически против, но мама настояла на родах. У Элеонор беременность протекала хорошо, она родила здоровую девочку, — наконец-то разговор зашёл в нужное русло, — но на моей памяти это единичный случай. Я аж зависла. Как она могла родить девочку, если в документах говорится, что у неё был мальчик? Что за хрень? — Но был же! — воскликнула я, полностью войдя в роль. — Она смогла, и я смогу! — К сожалению, у неё была послеродовая депрессия и она покончила с собой, — с грустью в голове протянула доктор. — Такое бывает. Особенно в столь юном возрасте. — Серьёзно? Неужели ребёнок её не остановил? — К сожалению, нет. — Казалось, что женщине тяжело вспоминать тот случай. — А как она её назвала? — тут же спросила я, а потом добавила: — Просто мне очень нравятся имена Мэтт и Стефан, а если будет девочка, то Нора или Элизабет. — Этель, — протянула Симмонс. — Очень красивое имя. Жаль, что она лишилась матери. — Мне тоже жаль, — я продолжала притворяться. — Фиби, милая, если ты и правда решилась на этот шаг, мне нужно поговорить с твоими родителями, — напомнила мне женщина. — Мама сейчас с Канзасе по работе, может, получится уговорить папу, — нагло соврала я. — Тогда жду нашей следующей встречи, — улыбнулась врач и проводила меня до двери. Я шла в полном тумане до самого выхода. Только на улице, вдохнув свежий воздух, начала хоть немного соображать. Ладно, допустим, что в документах ошибка и Элеонор родила девочку. Фамилии я не знаю, только имя. Она могла давно сменить адрес, даже переехать в другой город или штат, да даже в другую страну. Ну и как мне её искать? Что-то мне подсказывало, что эта девушка — разгадка всей истории с Элеонор. Ладно, это я обдумаю потом, а сейчас мне надо вернуться в школу и забрать своё фальшивое удостоверение. Мда уж, и зачем я его там оставила? Что за паранойя, что папа его дома обязательно найдёт? Сама себе больше проблем создала. Дорога до школы почему-то заняла меньше времени. Может, потому, что я уже не так сильно волновалась, а может, и из-за того, что мои мысли были заняты загадочным ребёнком. Этой Этель сейчас должно быть около двадцати. Зайдя в школу как раз на перемене, я пошла к своему шкафчику. Около кабинета физики я заметила Джагхеда, который еле заметно мне улыбнулся. Оно и понятно, рядом стояли Лодж и Купер. А всё-таки на друзей у моего новоиспеченного парня вкус дерьмовый. Как только я открыла дверцу шкафчика, возле меня появился Реджи, и выглядел он крайне взволнованно. Интересно, что за проблемы вообще бывают у футболистов? — Привет, — поздоровалась я, так как парень всё ещё молча смотрел на меня. — Ты беременна? — в лоб спросил Мантла. — Что? — Я слышал твой разговор, а потом ты ходила в больницу. — Ты следил за мной? — У меня в голове такое не укладывалось. — Да, следил, — кивнул Реджи. — Ты беременна? — Да тебе какое вообще дело? — спросила я, закрывая шкафчик. — Просто ответь! — повысил голос футболист, и краем глаза я заметила, что Джагхед идёт в нашу сторону. — Ты беременна? — Чёрт! Да не беременна я! — слишком громко ответила я, и в нашу сторону покосились три рядом стоявшие девушки. Уж не знаю, услышали ли они всё правильно, или просто повернулись на громкий звук. Надеюсь, второе. — Фиби, просто скажи мне… — его дальнейшие слова заглушил звонок на урок, а когда он прекратился, Реджи закончил фразу: — ...скажи мне правду. — Я сказала, — я на пару секунд заткнулась, ожидая, когда пройдут эти любопытные курицы, — я не беременна. К врачу я ходила только затем, чтобы поговорить о своих месячных. С ними какая-то фигня. Чересчур сильно идут. — Ладно. — Видимо, такой ответ устроил парня, так как он оставил меня в покое и пошёл на урок. Блин, я же никого не видела в коридоре, когда звонила в больницу! Все ученики разошлись по классам, вокруг никого не было. Глубоко вздохнув, хотела уже было направиться к выходу, чтобы покурить и обдумать план по заданию Крамера, когда позади меня раздались шаги. — Поговорим? — услышала я голос Джагхеда и, повернувшись, встретилась с ним глазами. Парень кивнул на дверь мужского туалета, и мне пришлось пойти за ним. В помещении никого не было, так что быть замеченной с Джонсом меня больше не волновало. Зато парень был весь на взводе. — Что за беременность? — спросил Джагхед, сверля меня взглядом. — Да вы достали! — вздохнула я. — Нет никакой беременности. Я ходила к врачу за сведениями об Элеонор. Да, красавчик, наша суицидница родила ребёнка. — Что? — переспросил парень. — Ты уверена? — На все сто. Девочку зовут Этель, больше я ничего не узнала, — приналась я в своей находке. — А что, собственно, такое? Неужто ревнуешь? — Утром ты призналась, что переспала с Реджи, а потом он спрашивает тебя о беременности. Что мне по-твоему думать?! — Что твоя девушка не настолько глупа, чтобы трахаться с кем-то без презервативов, — предположила я. — Знаешь, что я подумал? Что моя девушка залетела от идиота футболиста! — вспылил Джонс. — Что моя девушка решила скрыть от меня такую новость! — Ты серьёзно думаешь, что я бы не сказала о таком тебе?! — меня жутко выбесили его слова. — Зная тебя и учитывая, что ты не горишь желанием говорить мне правду, то да! Я так подумал! — Вот как, — протянула я, делая шаг назад. — Так может нам и вовсе не стоит начинать эти отношения? — Может, — согласился Джонс и, после этого единственного слова я пулей вылетела из туалета. Было неимоверно больно, будто грудную клетку вскрыли и стали вырывать все внутренности. Ну и сколько мы протянули? Меньше суток. Меньше, чем полдня. У меня никогда не было нормальных отношений, и, видимо, я просто не создана для них. В любом случае, сейчас есть задание поважнее, чем мои чувства. Что-то мне подсказывало, что Марли посещает своё заведение ближе к вечеру, когда можно наблюдать за тем, сколько людей проигрывает, а значит, и сколько она на этом зарабатывает. До казино я добралась быстро, чуть ли не бежала сюда, пытаясь скрыться от своих эмоций. Вот, что важно. Важно выполнить задание Крамера, важно найти Этель, важно сообщить папе о смерти Ларри. А мои отношения с Джагхедом совершенно ничтожны и не должны мешать. Ладно, если быстро справлюсь, успею на шестой урок — тест по праву я не могу пропустить. Что бы сейчас ни происходило, мне нужно поступить в Стэнфорд. С этими мыслями я постучала в дверь заведения Марли. — Мисс Кук, мы ещё закрыты, приходите к девяти вечера, — чуть ли не пропела Кэндис. — Знаю, я флэшку потеряла, там очень важные документы по одному делу, уже все места оббегала, ваше заведение последнее, — стала сочинять я на ходу. — Пожалуйста, дайте мне её поискать. Если я не найду флэшку и не предоставлю судье эти документы, очень плохой человек будет оправдан! — Так вы из полиции? — удивилась девушка, впрочем, как и я. Слова слетели с языка прежде, чем я успела их обдумать. — Да, я криминалист, — кивнула я и улыбнулась. — На флэшке отчёты об анализах, на повтор которых у меня просто нет времени! — Ладно, проходите, — Кэндис посторонилась, давая мне зайти. — Знаете, у нас уборщица иногда находит забытые вещи и переодически забывает об этом сообщить. Она уже в возрасте, оно и не удивительно, но работает она очень хорошо, вот мисс Джефферсон её и держит тут. Помните, где дверь в туалет? Вот рядом находится её кладовка. Можете зайти к ней и спросить. Я оставлю вас? А то у меня дел ещё по горло. — Да, конечно, я сама справлюсь, — я несказанно обрадовалась, что блондинка наконец-то заткнулась. Боже, она говорила без остановки! Ей как будто дышать не надо. Когда я оказалась в главном зале, где никого не было, Кэндис куда-то убежала, а я стала озираться вокруг. Точно никого. Чудно. Подойдя к двери, за которой тогда исчезла Марли с отцом Шерил, заметила, что она приоткрыта. Неужели Джефферсон тут? Осторожно проскользнув внутрь, увидела небольшой коридор с двумя дверьми друг напротив друга и огромное зеркало около рядом стоящего декоративного дерева в конце. Итак, за одной дверью находится кабинет Марли, так что же за второй? Подойдя к той двери, что была слева, дёрнула за ручку, но она была закрыта. Проверив вторую, которая тут же поддалась и открылась, заметила лестницу, ведущую вниз. Тихо и осторожно ступила на первую ступеньку и стала медленно спускаться. Когда я достигла последней ступеньки, увидела огромный зал, — такой же как и наверху, с баром, парой столиков, но без игральных столов. Тут было просто уйма диванов и кресел, прямо посреди зала была круглая возвышенность, в центре которой был шест. К гадалке не ходи, это стрип-клуб. Прав был Крамер, когда говорил про подвал. Около бара находился ещё один коридор — длинный такой, и просто уйма дверей. Внезапно одна из них открылась, и я заметила тележку, за которой появилась довольно старая женщина, лет шестидесяти. Она была в жёлтом фартуке, — видимо, уборщица. Спрятавшись за углом, стала наблюдать за ней. Она открыла дверь напротив и закатила туда тележку. Ничего необычного, просто выполняет свою работу. Я стала идти по коридору и проверять все двери подряд, но каждая была закрыта. Кроме одной. Я уже хотела было войти, когда меня остановил знакомый голос: — Глория, у меня важный разговор, уберешь позже! Я тут же прикрыла дверь и стала слушать разговор отца Шерил. — Стейси мертва, Карен и Сара уехали в колледж, девочек не хватает! Найди мне хотя бы двух! Немедленно! — Блоссом явно был зол на своего собеседника. Затем смягчился: — Хорошо, сколько понадобится времени? Есть вообще кто на примете? Ты знаешь критерии. Видимо, собеседник стал перечислять имена, так как отец Шерил ненадолго замолчал. — Марино отпадает, — наконец-то заговорил мужчина. — Она подруга моей дочери, и её отец — охотник за головами. Она обучена, и если ты хоть подойдешь к ней с какими-то намёками, будь уверен — девчонка докопается до правды и растрезвонит на весь город. Ривер тоже не подходит — она хоть и бунтует против родителей, они при деньгах и могут нас потопить. Ищи лучше, Везерби! После услышанного имени я пулей помчалась наверх и уже почти около выхода чуть ли не впечаталась всем телом в Кэндис. — Нашли флэшку? — с улыбкой поинтересовалась девушка. — Да, около бара лежала, под стулом. Наверное, уборщица не заметила: она сливается с ковролином, — ну одном дыхании выпалила я. — Извини, срочно надо передать отчёты. — Надеюсь вас тут ещё увидеть, мисс Кук, у нас такие вежливые клиенты — редкость, — протянула блондинка, отходя в сторону и давая мне возможность пойти к выходу. Как только я оказалась на улице, вдохнула свежего воздуха и мигом помчалась в школу. Какова вероятность, что в городе есть ещё один Везерби, который знает меня? Только один — директор школы. Боже, это же бордель, а девочек туда ищет наш старичок-добрячок среди своих учениц! К горлу стал подступать комок, и я оперлась двумя руками о дерево, когда меня стошнило. И в довершение во всём этом замешан отец моей подруги! Твою ж мать! Добравшись до школы, я замерла перед входом. Директор предложил мою кандидатуру и ещё какую-то Ривер. Ну и как он собирался меня уговаривать? Как вообще можно предложить стать шлюхой? Да ещё и несовершеннолетней. Справившись с эмоциями, я таки толкнула дверь и оказалась внутри. До перемены оставалось ещё двадцать минут. Мне нужно как-то отвлечься и сосредоточится на предстоящем тесте. Мне нужно думать о будущем! Чёрт, может и нужно, да только нихрена не выходит! Как же мне сейчас хочется с кем-то поговорить. Рассказать обо всём дерьме, что я узнала. Ни Шерил, ни папе я не могу рассказать в какой хрени я замешана. У меня остался только Джагхед. Но остался ли он у меня после сегодняшней ссоры? Достав телефон, написала смс Джонсу: «Если ты ещё в школе, иди в туалет». Отправив сообщение, сама пошла в место встречи. Надеюсь, он придёт. Боже, как же я надеюсь на это! Когда дверь в туалет стала открываться, я решила себя не обнадеживать, подумала, что это какая-то ученица. Но нет. Передо мной оказался Джагхед. — Привет, — снова поздоровалась я, пытаясь улыбнуться, но зуб даю, вышло это ужасно. — Привет. — Парень не сдвинулся с места, продолжая смотреть на меня. — Я не хочу с тобой ссориться, я не хочу не иметь возможность всё тебе рассказывать, — стала лепетать я, делая нерешительные шаги к Джонсу. — Ты мне очень нужен, Джагхед. Я хотела быть сильной, но у меня не выходит. Я не могу справиться со всем этим дерьмом одна. — Прости, — парень не сводил с меня глаз, а потом резко сократил расстояние между ними и обнял меня, уткнувшись лицом мне в шею. — Прости. — Больше не думаешь, что твоя девушка шлюха? — с усмешкой спросила я, когда он отпустил меня. — Или я больше не твоя девушка? — Моя, ты всегда будешь моей, — уверенно заявил Джагхед. — Я не должен был устраивать тебе ту сцену. Я понимаю, что до меня у тебя была личная жизнь. Просто... Реджи? Серьёзно? — Мне нравилась его улыбка и тело, — призналась я, — но чувств не было. — Это хорошо, — улыбнулся Джонс, обнимая меня за талию и притягивая к себе. — А теперь рассказывай. — Я узнала, что Элеонор была беременна и родила девочку, её зовут Этель и ей около двадцати, — стала пересказывать я недавние новости. — И ещё. Помнишь Крамера? Я же всё ещё на него работаю. Тогда в том казино я была по его поручению. В ту ночь я ничего не нашла. Но сегодня вернулась и узнала, что под главным залом есть подвал, где находится бордель. Им занимается отец Шерил. Девочки там работают из нашей школы. И вот тебе охренительная новость: их поставляет наш директор. Я слышала разговор Блоссом с Везерби, директор предложил в качестве шлюх меня и какую-то Ривер. — Майя Ривер, её семье принадлежат все продуктовые магазины в Ривердэйле, — раскрыл личность девушки парень. — Так что мы будем делать? — Мы? Ты мне поможешь? — Я не могла поверить в то, что он согласен пойти на такое. — Конечно, — хмыкнул Джонс, — а ты думала будет иначе? Я всегда буду на твоей стороне. — Как и я на твоей, — кивнула я, совершенно уверенная в своих словах. — Для начала мы ничего не скажем Шерил. Это будет удар для неё, а я такого не допущу. — Чёрт, чем Блоссом вообще заслужила твою дружбу? — спросил парень, глядя мне прямо в глаза. — Преданностью, — сказала я чистую правду. — Что бы я ни сделала, как бы плохо все ни было, она всегда на моей стороне. Мне кажется, если я даже убью кого-то, она обеспечит мне алиби. То же самое я сделаю ради неё. — Ладно, она немного поднялась в моих глазах, — улыбнулся Джагхед, — но все равно я её не перевариваю. — У вас это взаимно, — хмыкнула я и, привстав на носочки, поцеловала парня. — Я с тобой, до самого конца, — пообещал Джонс.