История Fренка

Когда я вернулся в «Чёрного дракона», то белокурый человек, чьё имя я не смог запомнил, сидел на кровати и оглядывался по сторонам, видимо, в поисках своей одежды. Я встал на пороге, облокотившись на дверной косяк, тихо наблюдал за ним. Он выглядел забавным, хотя на лице его читалось скучная серьёзность. — Не ищи. Я ее выкинул. Она была вся разорвана и в крови… — Наконец сказал я. — Тебе придётся поносить мою. — Что? Кто ты? — Я представлюсь вечером за ужином. Что с твоим партнером? Он всё еще спит? — Человек с голубыми глазами посмотрел на второго и кивнул. Мда, не многословен он. Размеренным и медленным шагом я подошёл к ним, чтобы не напугать. — Где это мы? И что стало со съёмочной группой? — Все вопросы за ужином. — Из шкафа пришлось достать свободные штаны и такую же свободную кофту. — Надень и иди за мной. Мы оба вышли из дома и направились в маленький домик-кухню. С помощью драконьего пламени я разжёг печь, чему, конечно, удивился мой гость. Пока она нагревалось я попросить Голубоглазого почистить красноплодок. Сам же занялся Серебряной Рыбой-зубохваткой. Это было основное блюдо. Такая рыба отлично гармонировала с пшеничными семенам, сваренными в молоке. Через несколько минут печка почти разогрелась до нужного состояния. — Я поставлю рыбу, а ты принеси молоко из погреба. Оно слева от входа. Возьми светлячка, а то свалишься на лестницах. — Светлячки спали в прозрачном кубе на окне, но, услышав мой призыв, сразу отправились за Голубоглазым в погреб. Тот скоро вернулся с серебряным сосудом молока. — Вот… — Басом проговорил он, поставив на стол молоко, и сел на массивный деревянный трон. — Спасибо, Голубоглазый. Ты же не против, если я буду тебя так называть? — Чем тебя не устроило моё имя? — Оно сложно для моего восприятия. Уж прости. — Мда. — Он немного закатил глаза, а после как-то зло посмотрел на меня. — Вместо того, чтобы сердиться на, поди и посмотри, как чувствует себя твой партнёр. Он с недовольством вышел (его можно было сейчас понять), а я стал варить пшеничные семена. Золотая крупа раскрылась при варке, и запахло чем-то сладким и тягостным. Я добавил солёные кристаллы и специи. Запах поменялся, теперь он был ярким и горьковатым. Я расслабился, закрыл глаза и по доброй привычке нащупал коричневый лук и листья пампея. Быстро нарезал их и бросил в полученную кашу. — Ему плохо! — На кухню вбежал Голубоглазый, чуть не выломав крепкую дверь, — Он задыхается! — Иду! Я бросил всё и помчался вперёд Голубоглазого, ворвался в дом через задний двор. Второй глубоко и часто дышал, сжимая в кулаки льняную простынку. Его пришлось немного потрепать — никакой реакции. — Помоги мне! Я его переверну, а ты держи, чтобы он не ложился на живот, иначе сдавишь внутренности. Начнёт рвать — отведи голову на пол. — Я старался говорить быстро и чётко, надеясь, что Голубоглазый меня поймёт. И он понял. Я побежал к комоду — к лекарствам! Жуки уколохвасты использовались у нас вместо людских шприцов. Я напоил одного такого зельем «Анубиса» и отложил. После собрал чёрнила. — Всё, я здесь, тихо, малыш, тихо. — Я отпустил уколохвата на тело больного, он сразу нашёл место, куда вводить лекарство. — Моя печать не помогла. В его организме сидело что-то покрепче. — Что с ним? — Чёрные нити. Я чувствую их в его теле. — На спине больного чёрными чернилами я написал заклятие Дикой Луны ワイルド月 — оно должно облегчить страдания, но не избавить от него… Придётся переходить к крайним мерам. — Переверни его на спину! — Хорошо… Я открыл его рот и подогнал свою чакру к своей гортани — я должен был передать светлую часть энергии ему, только так я его смогу спасти. « Надеюсь ты не возненавидишь меня за это!». Я прогнал чакру к губам, закрыл глаза и… передал свою белую, светлую и тёплую энергию ему. Его губы были сладкими и нежными, как утренние цветы, девственными, как природа этих краёв, но кто вообще обращает на это внимание? Изо рта больного побежала кровь, а после начали выходить нити зла. Тело стало биться в конвульсиях, но после мышцы расслабились, по телу побежала мелкая дрожь. Я приложил свою руку к его лбу — он был холодным. Я успокоился, зная, что больной вскоре оклемается. — Как его имя? — Зачем тебе, ты же не воспринимаешь наши имена… — мы немного помолчали, а Голубоглазый после добавил: — Ярослав. Его имя Ярослав Бойко. — Я ухмыльнулся. — Его имя мне запомниться. Яр, или Ярослав обозначает Яркое Солнце. Здешних жителей так называют в честь Красного кролика — самого яркого светила этого измерения. А вот твоё имя ничего не означает. Мне сложно его запомнить. — Понятно… — Только без обид. Мне же простительно. — Я улыбнулся, потрепав по голове Ярослава. — А теперь надо спасти остатки ужина. Проследи, что бы знаки луны на его спине полностью в него впитались, а после выходите ужинать на веранду. Если что, то одежда в шкафу. Она почти вся одинаковая, так что твой партнёр может надеть любую. Как я и предполагал нашу рыбку спасли домашники. «Спасибо вам!» — поблагодарил я треххвостых маленьких крыс с большими ушами и голубой гривой. «Рыба чуть подгорела, но это не страшно. — объяснял я своим помощником. — А вот десерт я приготовить не успел». Я всё вынес на веранду, туда, где стоял стол. Ярослав и Голубоглазый уже сидели за ним в одинаковых одеждах. — Тебе легче? — Спросил я у Ярослава, и сели за стол. — Где я и кто ты? — Сразу же спросил тот. — Ну вот тебе и благодарность за спасение. Хотя тут был и мой недочёт. Почему-то я не смог почувствовать нити раньше. Это очень было странно. — А ты везунчик, твой партнер задавался этими вопросами целый день и мучил себя неизведанным. А ты получишь информацию сейчас! Господа, видимо настало время ответов… Но дело в том, что я не все смогу вам рассказать. Я сам толком ничего не понимаю…