Канарейка

      Под ногами земля и галька. Ни асфальта, ни травы, ни чего-то иного здесь нет. Частные дома стоят пустые и покосившиеся, двери и окна их заколочены досками. Южный район как всегда страшен и сер. Земля здесь выжжена ядохимикатами, поэтому все мирные жители уехали давным-давно. Единственным гостем является элита преступного мира, приезжающая ближе к ночи. Тут собираются все: от самых крутых бандитов до тощих юнцов, только-только шагнувших на кривую дорожку. Для своих развлечений они отстроили даже парочку зданий, где одна из личностей, конечно же, любит покутить.       Деннис никогда не одобрял такое поведение Ансела. Как только он появился, так сразу же этого парня закинули куда-нибудь подальше на задворки сознания Кевина, потому что все его выходки потом приходилось очень долго разгребать. Вечные проблемы с полицией, стычки со своими «приятелями» и многое другое сваливалось на голову Денниса, когда тот просыпался на утро с синяком под глазом, переломанной рукой в отделении полиции, или еще хуже – в какой-нибудь сточной канаве. Только когда Ансел освоился в преступном мире, его деятельность начала приносить плоды, хоть и полученные нечестным способом. Патриция отчитывала парня, но только Деннис знал, что теперь его не остановить. Оружия в их доме становилось все больше, а проблем Ансел приносил все меньше. И это радовало, но ровно до того момента, пока эта крыса не переступила пресловутую черту, отдав Кейси своим дружкам. А за чертой всегда бездна.       Полуденное солнце греет заброшенный район, где днем, как правило, не появляется ни одна живая душа. Ветер поднимает пыль, оседающую толстым слоем на стеклах очков. Деннис большими шагами мерит расстояние от машины до фиолетового дома, стены которого овиты диким плющом. Или чем-то другим, судя по здешним обитателям. Худощавый хипстер с дредами, исполняющий роль местного консьержа, даже не смотрит в сторону гостя. В нос ударяет стойкий запах алкоголя вперемешку с дымом от кальяна. Если сейчас на свет явится Ракель, то Деннис заорет благим матом. Мужчина в упор глядит на паренька, спокойно сидящего на кресле, сжимает челюсть, и желваки перекатываются под кожей. Это Ксавьер. Он пропустит.       Голос в голове звучит хрипло и натужно. Анселу говорить трудно. После долгой ругани у него настолько сел голос, что если не видеть парня, то кажется, что разговариваешь со стариком. Однако налитый синяк под глазом ставит все на свои места. Пенсионеров же бить запрещается. Ден, хочешь, я еще раз ему врежу? Только попробуй, щенок. Я тебя старше.       Деннис не слушает перепалку двух парней, спускаясь по лестнице, но почти ясно видит, как изнывают руки Ракеля от желания еще раз треснуть нелегалу, которому и так нехило досталось. Как от юноши, так и от Денниса. Мужчина недобро усмехается – на обидчике живого места не осталось, а он все равно дерзит, храбрится, как подросток. Ну и кто тут щенок?       Пока они ссорятся и кроют друг друга всеми известным матами, Деннис уже спускается в подвал, освещаемый тусклым светом. Здесь много комнат, и обстановка вдруг напоминает ему свой прежний дом. Мужчина трет глаза, надавливает пальцами до искр и жжения. Если сейчас из-за этой ностальгии появится Зверь, то мало никому не покажется. Особенно Кейси. Мужчина вымученно вздыхает и вновь задается вопросом, зачем он сюда пришел. Возможно, этой пигалицы уже и в живых нет. На этой мысли сердце пропускает удар. Куда-то мимо.       Вдруг его слух режет тихий всхлип. Мужчина поворачивает голову в сторону последней комнаты и прислушивается. Тишина. А потом снова.       Надрывно. Скуляще. Тихо. До мурашек по коже.       Деннис приближается к комнате медленно, так долго, словно там какой-то страшный монстр. Это так нелепо и несуразно, но уголек надежды тлеет в душе. Мужчина знает, что рассуждать вот так – по-детски. Взрослый человек в нем обо всем уже догадался. Однако Деннис все равно не прекращает надеяться на то, что ему послышалось или там кто-то другой. Боже, ну какая глупость.       Мужчина в нерешительности замирает перед дверью, нервно теребя ручку. Он не хочет этого видеть. Он не знает, что может случиться с ним, с ней, в глазах рождается страх, но болезненный всхлип, опять раздающийся из комнаты, решает все за него. Дверь со скрипом распахивается, и Деннис застывает на месте.       Тонкая фигурка скрючилась на жесткой кушетке, обхватив свои ноги. Голова Кейси упирается в острые колени, девчонка в изорванной футболке воет и ревет. Где-то на полу валяются ошметки ткани, которая раньше называлась джинсами. Кук скулит, как побитая собака, покачиваясь на столе. Страшно и бездумно, словно китайский болванчик. Волосы, заляпанные кровью, скрывают запястья с яркими синяками. По всему телу рассыпаны украшения в виде гематом и кровоподтеков. Кейси трясет. Лихорадит и трясет. На бедрах кровоточат мелкие ранки, видно, сделанные ради веселья. Кровь стекает по ногам, рисуя некрасивые узоры. У Кейси на щеке синяк. То ли от чужой руки, то ли от его собственной.       Мужчина смотрит на разбитую девушку, и понимает, что черное чувство патокой разливается по телу. Кулаки невольно сжимаются в желании растерзать того, кто это сделал. Деннис только шумно выдыхает, заставляя Кейси поднять голову. Мужчина видит, как ее лицо опухло, раскраснелось от слез, стекающих солеными дорожками. Заплаканные глаза смотрят на Денниса еще пару секунд, а потом девушка вновь роняет голову на колени и заходится новыми рыданиями. Навзрыд, дико, до асфиксии. Мужчина чувствует, как ярость рождается в нем злющим зверем. Щерится, встает на лапы, выпуская когти. У злости глаза красные, алые, цвета крови, в отличие от глаз мужчины, которые темнеют и полыхают страшным огнем. Деннис делает глубокие вдохи и выдохи. Вот этого он и боялся. Лютое чувство, колотящееся у него в груди, не принесет ничего хорошего ни ему, ни девчонке. Кейси снова поднимает голову, пялится на мужчину затуманенным взглядом, и тут до Денниса доходит.       Она его не узнает. У девчонки шок.        Мужчина в два шага преодолевает расстояние между ними. Кейси разом сжимается, боится шелохнуться. Она даже, кажется, задерживает дыхание, и Деннису на мгновение становится интересно, долго ли она так сможет протянуть. Мужчина прикасается ладонями к ее холодным щекам, отчего девушка дергается, как от удара. Она начинает чаще дышать, смотря в мужские глаза, в которых бушует что-то такое страшное, что узнать их обладателя практически невозможно. С ним никогда не происходило подобного. Но проходит минута-две, и во взгляде Кейси мелькает узнавание. Она начинает еще громче плакать, реветь так, что закладывает уши. Кейси изломанными пальцами цепляется за плечи Денниса, силится успокоиться, но вместо слов слышны только завывания и всхлипы. - Они не сделали этого, - голос у нее тихий, ломаный, тонкий и до ужаса хриплый. Говорить ей больно, но Деннис и не просит. Он просто стоит и смотрит на нее. Как-то по-новому.        Перед ним сидит и жмется маленькая плачущая девочка с разбитым и поломанным телом, пережившая муки ада от родного дяди, ужас в подвале под зоопарком и нападение двух озабоченных бандитов, но, тем не менее, защитившаяся. Наверняка она отбивалась из последних сил, кричала, била невпопад, но не дала собою воспользоваться. Это восхищает. Он знал, конечно, предполагал, что Кейси сильная девушка. Однако только сейчас осознание острой спицей вонзилось в голову. Чувак, ты просто обязан разнести их к чертовой матери.       Деннис молча соглашается с взбалмошным парнем, крадясь по темному коридору. Из дальней комнаты доносятся тихие разговоры, и, кажется, очень доверительные. Как же не хочется портить их идиллию. Деннис сардонически кривит губы. Агрессия, злость и ненависть топят его сознание, впрочем, как и вина по отношению к Кейси. Впервые это чувство ударяет под самые ребра, и мужчина ощущает себя последней скотиной. Если бы он выгнал ее еще после первого задания, то все было бы нормально. Так нет же. Захотелось дураку развлечений. Доигрался, блин.       Когда он видит две большие фигуры, что-то внутри двигается, съезжает в сторону. Ярость накрывает с головой, жрет изнутри, с огромной силой обрушиваясь на врагов. Убить, растерзать, стереть с лица Земли. Кулак мужчины въезжает в лицо одного из них, сдвигая нос на несколько миллиметров левее положенного. Второй ошарашено делает шаг назад и видит что-то такое в глазах гостя, что у него дергается кадык. - Ансел, ты чего? – испуганно спрашивает он, отступая. Его охватывает такой страх, будто перед ним стоит настоящее чудовище. Но ведь Зверь сейчас спит. А его место занял злой и ненавидящий Деннис.       Мужчина выхватывает биту, взятую бандитом, и ожесточенно бьет, бьет до неприятного хлюпанья, кровь брызжет на рубашку, но Деннис, кажется, этого даже не замечает. В голове все разом притихли, явно не ожидая такого от мужчины, впрочем, как и он сам. Но Деннис сейчас зол. Чертовски зол. Он не понимает, откуда взялась эта ярость. Ярость за нее. Это еще больше сбивает с толку.       Когда мужчина возвращается к Кейси, то видит маленькую, скрюченную на кушетке фигурку, завернувшуюся в белую простынь. Девушка поднимает взгляд на мужчину и резко садится. Весь взмыленный, загнанный, перепачканный кровью он тяжело дышит. То, что мужчина даже не обращает внимания на грязную рубашку, пугает еще сильнее. Девушка вскакивает, пытаясь идти, но ноги не слушаются. Она делает еще несколько шагов, на что Деннис только фыркает. Мужчина легко подхватывает ее на руки, и Кейси вмиг напрягается, будто он съест ее здесь и сейчас. Еще и косточки обглодает.       Когда они проходят мимо консьержа, тот смотрит на Денниса с неподдельным уважением, пляшущим по радужке. Мужчина только хмыкает, думая, что у Ансела здесь теперь репутация только лучше станет. Простынь от соприкосновения с рубашкой пропиталась кровью, и со стороны кажется, что у Кейси какое-то тяжелое ранение. Хотя в каком-то смысле так оно и есть.       Девушка, как статуя, сидит на кухонном столе. Не шелохнется, не двинется, взгляд упирается в одну точку. Да в мертвецах жизни больше. Глаза у нее потухшие, руки бледные, а в голове ни одной мысли. Это пугает скорее мужчину, который за стеной уже стягивает заляпанную рубашку, украдкой глядя на кровавые пятна. Полчаса назад они не вызывали в нем даже намека на раздражение. А сейчас все вернулось в прежнюю колею, и ему незамедлительно хочется убрать сгустки крови. Но мысли все равно возвращаются к волнующему вопросу.       Почему.       Он не понимает, что на него нашло. Никто никогда не видел его таким. Неужели это из-за того, что он почувствовал себя виноватым или здесь примешано что-то еще?       Когда Деннис возвращается, то видит, что девушка не сдвинулась с места. Она вообще дышит там? Мужчина поднимает ее лицо, смотря в зеленые глаза. Девчонка перед ним не живая. Мертвая. Дышит, конечно, но не живет. Взгляд пустой, руки безвольно болтаются. Тряпичная кукла. Деннис топчется на месте, бросает какое-то матерное слово, а потом берет девушку за подбородок, чтобы было удобнее, и целует. Кейси сначала не реагирует, но проходит секунда-другая, и рот ее приоткрывается. Деннис целует девушку долго, неожиданно для себя дуреет от мягких девичьих губ, от тихих вздохов и всхлипов.       Он отстраняется быстро, бормочет что-то про важные дела и оставляет ее одну. Сбегает. Кейси все еще остается сидеть на месте, чувствуя, как пунцовеют щеки. Мысли в голове разом спутываются, а сердце бьется где-то под самым горлом. Оживил, черт возьми. Принц гребаный