Мы же братья

В душ они, конечно, вместе не пошли. Пока Чонгук копался на кухне, закидывая в себя хоть что-нибудь, чтобы не упасть с ног, Тэхён успел запрыгнуть в ванную вместе с Хосоком. Гук не мог толком сам для себя определить, что он почувствовал от этого поступка старшего. Он хмурился, представляя, как Хоуп сейчас трёт спину по-кошачьи выгибающегося (он всегда так делал) хёна, и ему было неприятно. А ведь Хосок даже не знает ничего про Ви. Может, тот украдкой осматривает его с головы до ног, а старший ни сном, ни духом! Может Ви сейчас жмурится от удовольствия, помогая вымыть хёну голову, запускает пальцы в его волосы… В его голове может быть всё, что угодно! Чонгук встряхнул головой. Какого чёрта он вообще всё это представляет? Когда макнэ, чуть ли не последний, выбрался из ванной и пришёл в свою комнату, каштановая макушка Тэ уже уютно торчала из-под его одеяла. Чонгук только бесшумно перевёл дыхание и не забыл ещё раз порадоваться тому, что завтра выходной. В итоге он не мог уснуть еще два часа, слушая медленное дыхание хёна… Утро… ну как, утро, по ощущениям и палящему сквозь полуприкрытые жалюзи солнцу, время близилось к полудню; позднее утро встретило Чонгука уползшей куда-то с кровати подушкой и извечной подростково-мальчиковой проблемой ниже пояса. Макнэ лежал на боку, а Тэхён, судя по всему, был зажат где-то между ним и стеной. Чонгук разлепил глаза, упираясь взглядом в рисунок обоев, но никакого хёна не увидел. Пару раз он моргнул удивлённо, а потом с ужасом обнаружил потерявшегося Тэхёна. Чонгук чуть ли не со стоном опустил голову вниз. Старший крепко обнимал его бёдра, а его лицо, какое-то довольное до невозможности во сне, уютно зарывалось в его майку в районе живота. Он сквозь одежду чувствовал его горячее дыхание чуть выше пупка. Какого чёрта? Тэхён действительно был плотно вжат в стену телом младшего, но чувствовал себя при этом, казалось, прекрасно. Гук осторожно выдохнул. Утреннее возбуждение и не думало проходить, оно и понятно, его член был плотно прижат ключицами старшего, прекрасно чувствуя каждый его вдох. Тэхён еле ощутимо дёрнулся, медленно открывая глаза, а Чонгук наоборот зажмурился. Как неловко. Когда Чон открыл глаза, сразу наткнулся на слегка удивлённый взгляд хёна. Тот, безусловно, всё чувствовал. Гук отчетливо ощущал, как горят у него сейчас губы, наверное, они сейчас почти красного цвета. Он нервно облизал их, не разрывая зрительного контакта со старшим, и прохрипел: - Хён… Как ты там оказался? Тэ как-то глупо моргнул, приоткрыв рот, а Гуку стало от этого только хуже. По правде говоря, он был почти на грани. Он почувствовал, как там, внизу, на самом кончике выделяется капля смазки, и его ноздри расширились от глубокого вдоха. Тэхён смотрел на него, не отрываясь, продолжая дышать, слишком ощутимо придавливая его плоть. Чон зубами прикусил губу, но не смог удержать свои бёдра, которые неконтролируемо подались вперёд. - Ч-чёрт, - прошипел он, а зрачки Тэхёна вдруг расширились до предела – он почувствовал, как головка младшего упёрлась в его подбородок. Чонгук не выдержал этого взгляда и, грубо схватив старшего за ворот футболки на спине, с силой подтащил наверх. Тэхён выглядел растерянным несколько секунд, а потом снова впился ошарашенным взглядом в лицо младшего – горящего возбуждением. Чонгуку срочно нужно было в уборную, прямо сейчас! Но хён как-то неуверенно хватался за его майку на груди. - Чонгу-ук, - тихо прошипел он сиплым голосом. – Я чувствую твой запах… И Чон не выдержал. Он со стоном уткнулся макушкой куда-то в шею старшего, до крови закусывая губу. Его бёдра с силой вжались в бёдра хёна, притянутые своими сильными руками, а пижамные штаны уже жадно впитывали горячую влагу между его ног. Он кончал тугими толчками, судорожно впиваясь пальцами в бёдра старшего. Гук беспомощно всхлипнул, почувствовав, как пальцы хёна зарылись в его волосы, успокаивающе поглаживая затылок. Чонгук дрожал и задыхался. Сейчас ему не было уже стыдно перед хёном за то, что не смог сдержаться… Он только думал о том, что на стройных бёдрах Тэхёна без сомнения останутся следы от его рук.