Папина Дочка

      Остальные родители тоже теряются, когда их дети просят рассказать, как они появились? Как познакомились родители? Как они жили до того самого «поворотного момента»? Потому что мы растерялись.       Пять часов утра, вторник, конец июня месяца, две тысячи пятнадцатый год. Я была рада моему долгожданному отпуску, который приходилось откладывать несколько раз в связи с такими непредвиденными обстоятельствами, как нападение армии роботов известного миллиардера на маленькую страну в Европе и разрушение целого города. Отличные выдались пасхальные каникулы, верно? Как команда специального назначения, сформированная для ликвидации последствий как раз подобных инцидентов, ФБР отправило нас на зачистку города от всего, что могло бы причинить вред людям. Не то чтобы я была против. Наоборот, собирать отдельные части роботов-убийц было довольно весело, хотя мне не дали забрать себе даже одну голову в качестве сувенира. Хотя угроза внезапной детонации все еще существовала. Ситуацию омрачало огромное количество погибших людей, чьи тела были усеяны по уцелевшей части города — дети, старики, мужчины и женщины, чьи жизни были загублены благодаря супергероям, которые пытались их спасти.       — Больше никакой Заковии! — воскликнула Моника, стоило только нам шагнуть за порог дома. — Месяц разбираться одной только зачисткой этого бл… хм… города.       Я кинула ключи, сумку и куртку прямо на пол и помчалась на кухню прямо в пыльной обуви.       — Я так скучала по нормальной еде. В чешских отелях готовят первоклассные помои, — промямлила я, запихивая в рот единственное съедобное, чтобы было в доме. — Фьюри совсем ошалел.       — Овсяное печенье? Думаешь, оно все еще пригодно для употребления? Спасибо, боже, что придумал такую классную вещь, как доставку на дом. Я закажу нам что-нибудь.       Прожевывая остатки печенья, которые вроде как было съедобно, я прошла обратно в прихожую, где меня ждал неподъемный багаж с огромным количеством грязной одежды после месячной командировки в Европе по спецзаданию ФБР, хотя они не догадывались, что я больше предана Нику Фьюри, нежели им. Я рассчитывала на недельную поездку, ну или максимум на двухнедельную, но месяц… Вдали от дома, в таком себе отеле в центре Чехии, где, собственно, и находилась Заковия, вдали от цивилизации, в разрушенной до основания столице, в компании кучки самодовольных агентов.       Как же я рада, что наконец вернулась домой.       — Через полчаса мы наполним свои животы роллами, пиццей и чизбургерами. На утро я заказала кальцоне с овощами и тофу, хумус с томатами конкассе и омлеты с грибами. Но оплата с тебя, так и знай.       Отлично. Заработанные пóтом и кровью на другом конце света деньги просрали за три минуты телефонного звонка со службой доставки.       — Супер, — выдохнула я, с диким скрежетом таща сумку за собой в спальню.       В ту ночь заснуть мне дали лишь на добрые три часа. Уставшая и измотанная я была не в состоянии ответить на разбудивший меня телефонный звонок и наотрез отказывалась откликаться на жалобные вопли Моники из соседней комнаты, но стоило замолчать моему, как начал орать ее телефон. Но когда она с ноги выбила дверь в спальню, деваться было некуда.       — Что?! Что не так? — злобно процедила я, вскакивая с мягкой перьевой подушки. Моника включила свет и дала несколько секунд привыкнуть нашим глазам.       — Ник звонил, — сонно пробормотал она, потирая переносицу.       — Какой Ник? — уставилась я на нее, готовая начать кидаться подушками за нарушенный покой. — Фьюри?       Она кивнула, протягивая телефон так, чтобы я увидела номер и имя звонившего. Если звонил Фьюри, то дело дрянь. Мне потребовалось еще несколько секунд, чтобы прийти в себя после непродолжительного сна и достать телефон с тумбочки. Пять пропущенных от «Большой Одноглазый Босс». Ох, это плохо.       — Что он сказал? Мне перезвонить ему?       — Там… — Мон запнулась, переминаясь с ноги на ногу и потирая шею, что выдавало ее сильное волнение. — Нам нужно поехать на базу.       — Он сказал зачем?       — Я пойду собираться.       И вышла. Просто взяла и вышла. Здорово. Она точно что-то знала, но боялась сказать об этом.       Мне ничего не оставалось, кроме как с огромной неохотой одеться в первое, что выпало из шкафа, и выйти из дома. До рассвета оставался час, и я закуталась в простую черную олимпийку, которую набросила поверх футболки.       — Не хочешь рассказать о твоем разговоре с Ником? — спросила я, сев за руль машины. Этой ночью температура стояла не самая летняя, и я поспешила включить обогрев. Моника молчала те несколько секунд, что у меня ушли на его включение и выезд транспорта на асфальтированную дорогу.       — Ничего такого. Просто что-то пробурчал о том, что нам нужно быть на базе, кинул координаты и бросил трубку. — Она театральной зевнула, отворачиваясь к окну. — Ты знала, что сестра Бека вышла замуж? Кажется, за кого-то иностранца.       Она была просто отличным агентом, но никогда не умела хорошо врать таким близким людям, как я. Плотно сжатая челюсть, частое моргание, массаж шеи под предлогом несильных болей или заламывание пальцев всегда выдавали ее волнение и ложь, хотя она отчаянно над этим работала.       Я не стала доставать расспросами и усугублять ее состояние, поэтому просто сосредоточилась на освещаемой уличными фонарями дороге, кинув взгляд на навигатор, куда подруга предварительно ввела координаты места прибытия. Одиннадцать миль, двадцать минут езды через западную Ван-Кортленд-авеню, через мост Вашингтона, прямо через западную часть Нью-Дженси и в Тенафлай. Я не сразу сообразила что к чему.       — Новая база Мстителей, — выдохнула я. — Ну конечно. Вот почему Фьюри так хвастался новым местоположением своей штаб-квартиры. Решил скрыться от правительства у всех на виду. Гениально.       — Я думала, ты сразу поняла, что он работает со Старком. Позвал с собой кучу ученых, типа Селвига, Уильямс, Чо, Бролина и прочих, — подала голос Моника, не отворачиваясь от окна.       Восстание «Гидры» и падение Щ.И.Т.а сильно ударило не только по репутации моего босса, но и по его эго. Он не смирился с мыслью, что пригрел змею на груди, позволив злобному врагу глубоко пустить корни в организацию и промыть мозги семи с лишним миллиарду человек, выставив тех, кто был готов отдать жизнь за защиту человечества, истинными злодеями. Теперь у него появилась другая головная боль: восстановление Щ.И.Т.а и очищение добрых имен, в чем ему любезно помогал человек, некогда бывший моим наставником, когда я только поступила на службу агентом пятого уровня, совершенно зеленая и ничего не смыслящая в том, что происходило вокруг.       — Колсон тоже там работает? - уточнила Мон.       — Не-а. Насколько я знаю, он орудует где-то в Нью-Дженси недалеко от базы Старка. Не хочет привлекать к себе лишнего внимания.       Нам всем сейчас приходилось нелегко. После неожиданного «увольнения» всех верных своей работе агентов, не переметнувшихся на сторону врага, всем было трудно найти новую работу. Кто-то ушел в Старк Индастриз, как Мария Хилл, кто-то в ФБР, ЦРУ и АНБ. Нашим с Мон основным прикрытием было ФБР, наше «второе начальство», где мы могли принести больше пользы для простых граждан, но мы любили потусоваться в команде верных Фьюри агентов, оставивших его после мерзкого предательства доброй половины кадров.       Но даже несмотря на то, что многим удалось найти стабильную работу, мы вот уже год проходили ежемесячные допросы на всяких детекторах, решали психологические тесты, беседовали с психологами, причем каждый раз с разными. Нам не доверяли и имели на это все основания. Но мне нравилось смотреть на лица своих мерзких боссов, когда им вручали отчет о том, что я чиста как младенец — не встречалась с подозрительный личностями, что находились в их группе риска, куда они заносили всех тех, кто мог иметь отношение к «Гидре» или Щ.И.Т.у; мой организм не принимал в себя никаких запрещенных наркотических и психотропных препаратов, кроме элементарных снотворных, помогающих мне спать без жутких сновидений; прошла на "отлично" все грамотно составленные тесты и не вызвала никаких подозрений у психологов. Они с кислыми мордами ставили штампик об аттестации напротив моей фамилии в списке сотрудников отдела, и я с довольной физиономией уходила в свой офис.       — Сейчас налево, Грейс, — предупредила Моника.       Я была в Башне Мстителей, что находилась в Манхэттене, когда работала с Колсоном, и она казалась мне не столь практичной, сколько эффектной. Нынешнее здание было недостроенным, но куда больше по своим размерам. Длинный ангар с джетами, на крыше которого красовались вертолеты, огромное здание с панорамными окнами на всю стену и огромной буквой «М» с боковой стороны, одно здание, не уступавшее вышеобозначенному гиганту в размерах, стоявшее чуть поодаль, еще три продолжали строиться — неподалеку стояла массивная техника. Все это выглядело куда круче, чем на таблоидах.       Несмотря на столь раннее время суток, жизнь здесь уже во всю кипела. Пока я парковалась, три квинджета успели подняться в воздух и два сесть на посадочную полосу, началась разгрузка прибывшего груза; солдаты вышли на утреннюю пробежку; о чем-то бурно спорящие люди в белых халатах завтракали в небольшой кофейне у, как я поняла, научного центра.       — Охренеть… — вырвалось у меня, но я поспешно прикрыла рот ладонью.       Моника, не скрывая своего шока, осматривалась во все глаза на окружающие нас сооружения. Мы словно находились в другом городе, куда более современном, чем Нью-Йорк.       — Так. — Я с трудом оторвала взгляд от пробегающих мимо красавчиков в спортивных формах и дернула подругу за рукав её плаща. — Куда нам? Я бы пошла прямо за ними, если бы мы так не спешили.       — Ох, я бы тоже, — согласно кивнула она и с такой же неохотой отвернулась от них. — Если честно, то черт знает, куда нам нужно идти. Он ничего не сказал.       Я зевнула и в очередной раз огляделась. Неподалеку от ангара, размахивая руками стояли грузчики, и я смело потопала к ним, авось подскажут.       — Простите, сэр, — обратилась я к ним. — Я ищу Ника Фьюри. Не подскажите, где мне найти его или кого-нибудь, кто мог бы меня проводить к нему?       Я показала ему значок агента, мужчина уставился на меня с неприкрытым недовольством, переглянулся с остальными, скривился и направился к джету, который и разгружал. Я хотела было возмутиться, какого черта он проигнорировал мой очень даже вежливый вопрос, но заткнулась, когда он заговорил с кем-то, кто находился внутри транспорта:       — Мистер Бартон, не поможете?       - Бартон?! — донёсся до меня голос Моники, стоявшей в десяти шагах от нас.       Мне или очень повезло, или очень не повезло. Я нервно сглотнула, когда по трапу спустился человек, которого я обожала всем сердцем и душой, на которого старалась ровняться с тех пор, как поступила в Академию Щ.И.Т.а.       — Чем могу помочь? — обратился ко мне Клинт Бартон, вытирая руки о полотенце. Иисус, сам Хоукай...       — Здравствуйте, сэр. — Я не смогла скрыть улыбку при виде героя моего подросткового периода и, сама того не понимая, протянула ему руку. — Грейс Стюарт, команда Фьюри.       — А-а-а, точно, — с милой улыбкой протянул Клинт, поднимая мою руку. У меня по спине пробежались мурашки. — Старик любит нахваливать членов своей «Ревущей команды», мол, не бросили в трудную минуту в отличие от меня с Романофф, оставшихся верным своей команде. — Он указал мне в сторону предполагаемого научного центра.       Моника побежала к нам с таким счастливым лицом, что Бартон аж отшатнулся.       — Моника Аркет. Мне безумно приятно познакомиться, агент Бартон. — Мужчина первым протянул руку для рукопожатия.       — Вы по какому вопросу? — осведомился он.       — Если бы мы сами знали. Разбудил ни свет, ни заря с требованием приехать сюда.       — Типичный Фьюри. Никогда не говорил прямым текстом. До истины приходится докапываться самостоятельно. Идёмте.       Нас провели в огромное помещение с высоченными потолками и массивными железными балками. Справа от нас за толстым стеклом находилась лаборатория или мастерская, где не было места людям. Не то деталь квинджета, не то оружие, не то какой-то материал для строительства, подвешенный на конструкцию, ремонтировался или дорабатывался роботами. По левую сторону стоял то ли трансформатор, то ли блок питания, к которому были подключены тысячи проводов разной толщины, которые словно кровеносных сосуды расползались по всему зданию, транспортируя электричество.       Не успели мы осмотреть весь первый этаж, как нас провели в просторный лифт, который быстро наполнился работниками.       — Как-то рано у вас начинается рабочий день, — негромко сказала Мон.       — Первый подземный этаж, — объявил наш звёздный сопровождающий, на что механический женский голос ответил ему: «Подтверждено». Другие находившиеся с нами люди повторили его действие, каждый назвав своё место прибытия. — Это только в такие дни, как сегодня, — ответил Клинт, смыкая накаченные руки в замок у себя на шее. — Раскрыли новую-старую лабораторию «Гидры» на Северном Кавказе, вот и разгребаем весь хлам.       — Я думала, заковианская лаборатория была последней. — Моника отвернувшись к прозрачной стенке, открывающий вид на медленно исчезающие внизу этажи.       — Мы тоже. — Голос Бартона прозвучал чуть мрачнее. — Но мы получили сведения от наших друзей о пропаже большого количества людей и странных базах в Верхней Балкарии, что не могло не привлечь наше внимание.       — A Фьюри отправил нас в Заковию, мол, попробуйте выиграть в игре «Собери робота по деталям», — буркнула я.       Первый подземный этаж оказался чем-то вроде разделённой на секции лаборатории, где проводились экспертизы, изучали привезённый материал и прочее. Скука смертная, как по мне. Уж лучше собирать остатки от Альтрона, чем штаны просиживать в подобных местах, света белого не видя.       — Дамы, вам прямо и направо. — Клинт показал куда-то в короткий коридор. — Вынужден вас покинуть, дел по горло. Фьюри мой пламенный привет.       Стоило только объекту нашего обожания скрыться обратно в кабине лифта, как две взрослые бабы, прямо на глазах у большого количества абсолютно незнакомых личностей запрыгали на месте, слово безбашенные антилопы.       — Я пожала руку самому Клинту Бартону, — пищала я, улыбаясь, как тупица. — Так и расцеловала бы милашку.       — В жизни он ещё красивее, чем на фотках, — поддержала Моника, поправляя слегка растрёпанные короткие волосы. — Поверить не могу, мы находимся в месте, где вершится история.       — И если мы не поспешим, наш Большой Одноглазый Босс прибьёт нас к стенке, — напомнила я себе, отгоняя мысли о Соколином глазе и других обожаемых супергероях, с которыми мы находились в одних стенах.       Но не успели мы пройтись до конца указанного коридора, как из прохода с правой стороны появился сам Ник с таким же непринуждённым выражением лица, в старом чёрном пыльнике и повязке на левом глазу.       — Если вы, две курицы, наконец, соизволите зайти, прекратив сохнуть по моему агенту, то будет очень даже здорово.       Мы опять заржали, направляясь к нему.       — Большой Одноглазый Босс, — усмехнулся он. — Стюарт, я давно оценил твоё уникальное чувство юмора.       — Не будь я твоим лучшим агентом, давно прибил бы к ногтю, — прокомментировала я. Ладно, шутка. Никогда не считала себя хорошим агентом. — Рада тебя видеть.       — Спасибо, что прибыли так быстро. Единственное, в чём я не силён, так это в том, чтобы поднять тебя на работу в раннее время суток, но ты, Аркет, справляешься с этим как нельзя лучше.       — Пять часов утра — это ранний подъем на работу? У меня отпуск, если ты не забыл, — фыркнула моя недовольная персона. — Зачем мы здесь?       — Моника, подожди, пожалуйста, на балконе. Здесь кондиционер неисправен, а там теплее.       Когда подруга скрылась за прозрачной дверью, кинув предварительно на меня полный жалости взгляд, я серьёзно насторожилась. Да, Ник любил загадки, но что-то здесь было нечисто, всё это дело всё менее напоминало его очередной квест.       — Идём.       Он достал ключ-карту из кармана кожаного пыльника и спрятал за спину какую-то красную папку с кипой торчащих бумаг, направляясь к массивной железной двери.       — Мне сейчас бояться?       Когда меня провели в очередное помещение, к счастью, более тёплое, чем коридор, я потеряла дар речи. Чёрная Вдова, не менее известная легенда Щ.И.Т.а, распивала что-то из большой красной кружки, сидя на железном столе. Капитан Америка, помогающий перетаскивать Брюсу Беннеру какие-то компьютеры с одного конца комнаты в другой. Железный человек, отдающий команды своим роботам, работал за большим плоским монитором и первым обратил на нас внимание.       — Это она? — подал он голос, вставая с кресла и приближаясь к нам.       О господи, кто-нибудь, поднимите мою челюсть с пола и дайте мне леща, доказав, что это не сон. Я находилась в одной комнате с величайшим героями этой чёртовой планеты! Я не могла вспомнить, когда мне так везло за всю мою жизнь.       — Мистер Старк, — я рискнула первой заговорить с миллиардером, авось окажется таким же дружелюбным как Бартон, — Грейс Стюарт. Для меня огромная честь познакомиться с Вами.       — Взаимно, мисс Стюарт.       Сердце бешено забилось от волнения. Я мечтала об этом моменте с тех пор, как мельком увидела команду «Мстители» на хелликариере Щ.И.Т.а в двенадцатом году, помогая агентам, которых распределили на это задание, с погрузкой.       Я кинула взгляд на остальных, но они все как по команде, отошли в самый дальний угол, сделав вид, будто установленный Капитаном компьютер — очень интересная штука.       — Тебя уже посвятили в курс дела, верно? — снова заговорил Фьюри, привлекая к себе моё внимание.       — Эм… — Я поправила джинсовку и сделала несколько шагов в сторону какой-то капсулы, спрятанной за перегородкой. Её окружали другие большие деревянные ящики, некоторые из которых были всё ещё криво заколочены. — Верно. Но я не пон…       — Её нашли на балкарской базе вчера.       Он отошёл в сторону, нажав какие-то кнопки на капсуле (или как обозвать эту странную штуку?), и она с негромким шипением раскрылась.       — Мне жаль, Грейс.       Я не видела, что находилось внутри, и мне было страшно подходить к ней. Колени и руки дрожали, сердце бешено колотилось, в голове была каша, ни одной чётко сформулированной мысли.       Но стоило сделать несколько шагов на ватных ногах, как моё сердце пропустило удар, внутренние органы словно провалились куда-то вниз, дыхание перехватило. Холодная, бледная как мел, с огромными мешками под глазами, но такая же красивая и молодая, какой она была в день нашей последней с ней встречи; на её шее висела та же серебряная цепочка с кулоном в виде капли, которую она носила с собой каждый божий день и никогда не снимала. Я по привычке дотронулась к своему точно такому же кулону висящему у меня на шее, всё ещё не в состоянии переварить происходящее.       — Мама…