Рейвен Певерелл

Старая развалюха, вот на что был похож дом Поттеров в Лощине. Лишь слабые отталкивающие маглов чары стояли на земле. — Для такого как я, самое то, — скривил губы Рейвен. Он прошелся по разбитой и мертвой от заклятий земле, прошел сквозь покосившийся проем дома и очутился... У парня не было слов с чем это можно сравнить. Так, наверное, выглядят дома после бомбежки. Разруха — вот где он очутился. Везде пыль, грязь, обломки мебели и части стен и, конечно же, аура смерти. На первом этаже не было ничего, за чтобы мог задержаться яркий зеленовато-льдистый взгляд. Смерть, везде была одна смерть. Гнилая, протухшая и затхлая. — Мунин, долго же нам придется разгребать все это дерьмо, что натворило старое поколение. Заигрались они, — хрипло проворчал бывший заключенный. Звук его шагов и голоса наконец-то нарушил гробовую тишину дома. — А разбираться опять мне, Вечном Спасителю. — Ворон довольно закаркал. Певерелл любовно погладил Мунина, сидящего на его плече. Они поднимались по скрипучей лестнице на верх. Туда, где все началось и или быть может закончится!? Дверь в детскую была снесена с петель и валялась где-то в глубине комнаты. Даже здесь спустя столько лет виднелись следы боя. Черные подпалины от обычного огня и радужные блики от магических источников. Тогда в ход шли заклинания и артефакты. Локальная война за жизнь маленького крохи. Рейвен переступил порог комнаты и, наконец-то, оказался в своей детской. Здесь почти ничего не изменилось, разве что в затхлом воздухе витал запах озона, словно недавно тут творили колдовство. Ворон на плече встрепенулся и перелетел на колыбельную, тихо покачивая ее. — Не ожидал я так рано гостей, — тихо проговорил беглец. — Ну, здравствуй, Гарри Поттер, — хрипло рассмеялись за его спиной. — Точнее Рейвен, не так ли? Парень неторопливо обернулся. Мертвецу бояться нечего, а ворона так просто не убить. — Антонин Долохов, какой чудный гость. И с чем же он пожаловал? Ведь это Вы здесь чаровали, не так ли? Бывший заключенный 000-006 указал на слабо мерцающий ритуальный круг на полу. Сине-зеленые круги перетекали и сливались в серебряный, выписывая символы. — Я бы назвал это по-другому. Ворон рвался в наш мир и я открыл проход и только, — отозвался Долохов. — Сколько потребуется время на восстановление? — тут же перешел к делу мужчина. — Я сам выйду на Вас с Леди Малфой, — отмахнулся Рейвен, уже ни на что не обращая внимание. Теперь его взгляд был прикован к его кроватке. Парень даже не заметил, как Упивающийся Смертью покинул старый дом Поттеров тихо шепнув: — Ты часть Великой Лавины, мальчик. Двое до тебя не справились со своей задачей и не смогли изменить этот мир. А может и не часть вовсе... Он лежал на пыльном полу своей бывшей детской, в руках его была обычная детская погремушка. Магловская, какие-то гремящие пластиковые шарики. Что еще ожидать от ведьмы, родившейся среди обычных людей? Быть может именно это и спасло его. Вдруг именно поэтому ворон решил прийти к нему. Или быть может Мунин его мать или отец? Говорят, что вороны сами являются заблудшими душами. Снег все также хлопьями падал с небес. Сквозь дыру в крыше «белая надежда» проникала в мертвый мир здания. Все здесь было мертво: лестницы, стены, мебель, ворон, даже юноша с именем Рейвен Певерелл. Тут царила смерть и так будет всегда. Казавшись неподвижным, юноша резко поднялся, взмахнув руками. — И долго ты будешь наблюдать за мной из темноты? Меня таким не напугаешь? — Я из расы нарглов, — проскрежетала темнота. — Мы хотим поприветствовать Ворона. — Вот и приветствую Мунина, я здесь не причем, — отмахнулся парень, вновь укладываясь на холодный пол. — Нет-нет, — прохрипела темнота. — Мы пришли к Вам. — Да-да, к Вам, — зашелестело со всех сторон. — Мы не враги заблудшей душе. Мы будем служить. Да-да, служить. — Трикс будет рад лично помогать, — прошебуршала тьма и из-под кровати выползло существо похожее на здоровенную лысую крысу. Морда была приплюснута и больше походила на человечью. Рейвен призадумался. Ему было знакомо это существо, но считалось, что оно вымышленно либо же вымерло уже давно. Одна девочка в Хогвартсе часто говорила о нарглах. — Вы вроде бы обратная сторона фей, — смутно припомнил подросток, растрепав свое «воронье гнездо». — Мы самое темное, что есть в этой расе. Мы можем многое. Мы можем помогать убивать. Можем собирать информацию. Заботиться о Вас, хозяин. — Да-да-да, — устало пробормотал Певерелл, закрывая глаза и засыпая.

***

Нервно перебирая бумаги одного из древних родов, директор Гринготтса проклинал тот день, когда занял эту должность. Кто же мог знать, что Великий Ворон решит воскресить Гарри Поттера? Или лучше спросить, как магическое сообщество допустило заключение мальчика в тюрьму? Магические расы не вмешиваются в дела людей уже давно, а ведь не мешало бы уже давно созвать совет рас. Гоблин нервничал, спрыгивал со своего стула, ходил по кабинету, но все не мог найти себе место. Скоро должен прийти один гость, не предвещающий ничего хорошего. Но уж лучше он, чем сам потомок Певереллов. И вот долгожданный стук в дверь и, не дожидаясь приглашения в кабинет директора банка, вошел прихрамывая высокий гоблин. — Здравствуй брат! — прохрипел вошедший. Он сильно отличался от Грипхуса и ростом, да и вообще габаритами. Он больше походил на воина, чем казначея. Собственно, так все и обстояло. Гость был гоблином-воином из другой реальности. Коричнево-серая кожа, острые зубы и когти, мутно-желтые глаза, узловатые мышцы рук и ног. Грубую кожу прикрывали черные доспехи, в прорехах стали виднелась кольчуга или дубленая кожа. Несколько изгибающихся ножей засунуты в ножны на невысоких сапогах. Многие подозревали, что кожа была человечьей. Уж больно тиха была поступь этого гоблина. Эдакие скромный детский кошмар пришел зимней ночью в гости в банк. — И тебе не хворать, Гъерх, — недовольно пробурчал директор Гринготтса. — Что тебе понадобилось? — А ты как будто не знаешь, — кряхтяще, отозвался воин, пристраивая свою копью рядом с креслом. — Я заметил, что магия взбунтовалась. Она стала нестабильной и крайне агрессивной. Что-то грядет и, возможно, нам не понравятся эти перемены. Что, если она решила уничтожить своих детей и начать все заново? — Думаешь именно поэтому Поттера постигла такая участь? — постукивая по обитому бархатом подлокотнику, предположил Грипхус. Даже со своим статусом он содрогался перед воинственностью своего брата. Если бы те гоблины участвовали в прошлых войнах здесь. Жизнь была бы другой. — Нет, не думаю, — пробормотал Гъерх. — Она прислала ворона. Парень будет мстить. Тщательно мстить. — У него еще и помощники появились. Многие головы сложат. Гъерх долго сидел молча. До него доходили слухи, что магические расы готовы поднять бунт против людей и вновь вернуть себе власть на Земле, как в стародавние времена. Но вот вопрос. Позволит ли Магия этому случиться? — Нужно посовещаться с другими народами, но если этот Рейвен придет к тебе за информацией или еще за чем, угоди ему. Приглядимся к нему пока что. — Как скажешь, брат, как скажешь.