Штамп с характером

Я слишком поздно начала ценить то, что имею. И от этого мне становится еще больнее. Стейс Крамер "50 ДДМС"

Маринетт уже который день приходит к парню, который, похоже, и не думает приходить в сознание. Ей было плевать на ругань медсестр и советы врачей, она приходила с утра и сидела до вечера. За время посещения она рассказывала парню о примитивных вещах, что происходили с ней. Но вскоре ей категорически запретили проходить в лечебное заведение в неположенное время. Под давлением врача ей пришлось смириться, ведь именно он разрешал проводить целый день у койки больного. Это был мужчина средних лет, с которым было легко договориться, но несмотря на это, он является профессионалом своего дела. Сегодняшний день отличается от предыдущих не только датой. Маринетт шла к уже давно знакомой палате с небольшой улыбкой на лице. Минуту назад она говорила с врачом, и тот сказал, что Агрест идет на поправку. Да, он не пришел в сознание полноценно, но иногда он все же открывал глаза, пытаясь произнести какие-нибудь слова. Самой девушке еще не посчастливилось застать его в сознании, но его более оживленный цвет лица подавал надежды. Мелкие раны уже затянулись, что позволяло рассматривать парня с удовольствием. Мари иногда казалось, что от ее пристальных взглядов блондин слегка напрягается и вздрагивает, но это не останавливало. Зайдя в палату, девушка тут же посмотрела на Адриана. С каждым днем он казался все более здоровым и живым, что хотелось наброситься на него и затискать, а потом убить за то, что заставил поволноваться. Но врач сказал, что сейчас ему нужно только присутствие близкого, а не физическое насилие. Честно говоря, Маринетт даже хотела попытаться сообщить родственникам о сложившейся ситуации, но рука так и не поднялась это сделать. И на данный момент самый близкий человек - она сама. Каждый день она приходит к Агресту, рассказывает о том, как провела время, скучая в одиноком доме. Она без смущения говорит, что любит его и ждет, когда же он откроет глаза и встанет на ноги. Врач посоветовал ей говорить именно о чувствах, но только искренне и желательно с позитивом, якобы это поможет больному войти в привычный образ жизни.

***

- Мадам Агрест, время посещения окончено. - в палату зашел лечащий врач Адриана, Николя д' Джанкур, желая выпроводить юную леди. - А? Да, хорошо. Я сейчас. - она подошла поближе к больничной койке и, несмотря на странное выражение лица врача, чмокнула блондина в щеку. - Пока, Адриан. - Мари пошла к выходу, последний раз обернувшись на мирно лежащего блондина. А потом посмотрев на врача, все так же держащего на лице какое-то напряжение, попрощалась с ним. Как только Маринетт закрыла за собой дверь больничной палаты, она расплылась в глупой улыбке, вспоминая теплоту его щек. Она хочет еще прижаться к нему (и не только губами к щеке), хочет ощутить тепло его рук на своей талии, обнять его за шею и никогда не отпускать. Буквально перед приходом Месье д' Джанкура, она твердо сказала: "Я ведь люблю тебя, идиот", а блондин, похоже, даже и не слышал этого.

***

Как только Маринетт покинула палату, Николя подошел к кровати, на которой, даже и пальцем не пошелохнув, лежал парень. - Что же ты делаешь, парень? Она же волнуется, а ты... Не успел врач и договорить, как по палате разнесся громкий смех. Человек в белом халате посмотрел на больного, который, откинув голову и выгнув спину, ржал во весь голос. - Ничего, ей полезно волноваться. - успокоившись, сказал Агрест, при этом мысленно благодаря школьные годы за то, что научили симулировать и вырастили прирожденного артиста. - Пусть еще немного пооткровенничает, а потом ты скажешь, что от этого я чудесным образом пришел в себя. Ну, договорились? - Хорошо, но не увлекайся ты так, парень, а то удача к тебе задом повернется.