Social phobia

Люк и Калум по дороге до музыкальной консерватории шли молча. Худ просто нагло улыбался, глядя на рассерженное лицо Хеммингса. Второй был не в восторге от нового квартиранта. Калум слегка ударил Люка в плече и сказал: – Ну, что? Ты ещё долго будешь губки дуть, как девчонка? – Чего блять? – Ну, ты же явно не доволен, что теперь я буду жить с вами и учиться там, где и ты. – Во-первых, не жить, а временно проживать, пока не найдёшь себе другое жилье. Ну, а по поводу консерватории: да, меня это раздражает. Меня раздражаешь ты. – И почему же? – Потому что… – Хеммингс не хотел аргументировать свою неприязнь к брату. Все те «стычки», ссоры с детства надоели Люку. Там, где Калум – там проблемы. А когда Люк рядом с Худом – эти проблемы касаются и его. Оставшуюся дорогу они шли молча. Возле входа в консерваторию стоял Майкл. Он поправил растрёпанные волосы, которые совсем недавно перекрасил в черный, и присел на ступеньках. Худ пригляделся к Клиффорду: – Кто это? – Калум кивнул головой в сторону Майкла, а затем вопросительно посмотрел на Хеммингса. – С какого хрена я должен тебе рассказывать что-то? – Люк возмутился. Блондин посмотрел на Клиффорда, который сразу же замешкался под пристальным взглядом двоих парней. – От тебя кусок отвалится? Харе вот эти обиды мне показывать. Ты же знаешь, что мне глубоко похуй на все такие игрушки: «Я с тобой не дружу». Не скажешь ты – скажет кто-то другой. – Калум безразлично пожал плечами. Люка напрягла последняя фраза. Хеммингс изменился в лице. Он снова выглядел холодно и злобно. Клиффорд не слышал разговора двоих братьев, поэтому удивлённо отреагировал на резкую смену поведения Люка. Такой, как Худ, всегда вливается в новую компанию. Уверенный, наглый, бесстрашный любитель тусовок. Калум спустя пару минут уже разузнал всю информацию, которая интересовала его касаемо Майкла Гордона Клиффорда. Люк жестко бесился. Он не знал, зачем это Калуму. Майкл был игрушкой в их глазах. Парень сначала ловил на себе заинтересованный взгляд незнакомца-Худа, а после – озлоблённый Хеммингса. Ему было жутко некомфортно. Клиффорд хотел, чтобы этот учебный день поскорее закончился, и он оказался уже дома. Перед последним уроком Майкл немного задержался возле своего шкафчика. Что-то видимо заело, и код не хотел вводиться. В этот момент в пустом коридоре раздались чьи-то шаги. Клиффорд напрягся. Он развернулся, чтобы забежать в первую попавшеюся аудиторию, но рука с татуировками резко дернула парня назад, от чего тот чуть не потерял равновесие. Майкл еле удержался на ногах от такого рывка. Сверху вниз на него нагло смотрел Худ. Он «впечатал» Клиффорда в шкафчики. Майкл заскулил. Клиффорд хотел закричать, но Калум прикрыл ему рот рукой: – Чш-чш-чш… красавица. Потише – он вновь толкнул его. Майкл был жутко напуган. Худ зажал его щеки своими пальцами и засмеялся с мордашки. Глаза Клиффорда уже наполнились слезами, которые готовы были брызнуть. – Будешь плакать? – Калум зацокал языком – Давай! Люблю, когда маленькие мальчики плачут – Худ замахнулся, чтобы нанести ещё один удар, но этому помешал декан, который вышел из своего кабинета на грохот. Что он мог подумать? Явно не то, что тушу Майкла сейчас беспощадно ебашат об металлические синие шкафчики. Худ резко сменился в лице, и якобы подал руку Клиффорду, чтобы помочь встать: – Что здесь происходит? Почему вы не на уроках? – ебаные заученные фразы. Что ещё можно сказать? Эти глупые люди не могут сказать ничего более, кроме как: «Почему вы не на этих хреновых уроках? Поторопитесь, блять. Нам ведь платить деньги этим уебанам, которые рассказывают вам, где «до», «ля», «ре» и прочая музыкальная хуета». На каком моменте окружающим стало так похуй на всё происходящее вокруг? Наверное, на том, когда люди придумали разноцветные бумажки и решили, что за это можно купить всё: еду, машину, квартиру, город, тебя. Один парень бьет другого. Какая первая мысль преподавателей и других "высших" персон? Правильно! "Схуяли они не на уроке?" Деградация. Калум пробубнил под нос что-то, типа: "Да, уже идём". Клиффорд был напуган и не проронил ни слова. Худ грубо толкнул Майкла в плече в направлении к аудитории. Парень вытер слёзы и выбежал из консерватории. Клиффорд бежал так быстро, как только мог. Худ остановился и вслед негромко проговорил: – Я сделаю всё, чтобы при виде меня его детские зелёные глаза наполнялись слезами.