Моё апельсиновое счастье.

— Ооо, Шугарь заявился, — усмехнулся и поднялся с места, притягивая при этом на себя Чимина, заставляя его тоже встать. — Какими судьбами? — Убери от него лапы! — Я сверлил его взглядом, а сзади меня догнали остальные бантаны. — Чё это ты? Никогда к омегам не подходил, а тут на новенького кидаешься, понравился, что ли? А всё, ЗАНЯТО НАХУЙ! — заорал последнюю фразу и начинал громко ржать. — Я сказал: убери лапы от моего брата, пока я тебе их не переломал! — Я понимал, что нарываюсь на мордобой, но ярость заставляла меня продолжать. — Серьёзно? Я учусь с тобой с начальной школы, у тебя никогда не было брата. А тут появился, сразу такой взрослый, странно, не находишь? — Он, действительно, его брат, Хорук, его усыновили, — послышался спокойный голос Сокджина из-за моей спины. — Отпусти его. Хорук о чём-то задумался, а я просто взял Чима за локоть и выдернул на себя. Тот слегка ударился лбом мне в плечо, поднял на меня голову и облегчённо вздохнул. Качок смотрел сначала на Пака, потом на меня и выдал: — Ну и ладно, он всё равно даже не пахнет. — Развернулся и ушёл. Я наблюдал за ним и видел, как на нас смотрят все, находящиеся в кафетерии. Конечно, самая крутая банда всей школы защищает новенького омегу. Я перевожу взгляд на Чима. — Ты как, в порядке? — Д-да, спасибо большое, хён, — терялся младший, но потом поднял взгляд. — Техён~а, какой у нас сейчас урок? — Английский, — почёсывая затылок, выдаёт вишнёвый. Раздался звонок, и все в столовой начали подниматься с мест, собираясь на уроки. — Пойдём, — улыбнулся Тэхён, протягивая ему руку. Пак медленно потопал к нему, оглядываясь на меня. — Позаботься о нём, Ви, — попросил его я, на что тот просто кивнул, утягивая рыжего за собой. * * * — Всё, мы пошли, будем утром, не скучайте! — послышался из коридора голос папы, а затем дверь захлопнулась. Чимин сидел на стуле с ногами и мешал ложечкой в кружке с кофе, сладко облизывая губы. Я сидел и, так же как и сутки назад, таскал из чашки апельсины. От Пака это не увернулось, он поднял на меня глаза и спросил: — Хён, ты любишь апельсины? — Да, обожаю! Чимин почему-то покраснел и опустил глаза обратно в кружку. Повисла тишина. — Я сегодня позвал в гости друзей, — я первый разорвал тишину, — ты их видел сегодня на перерыве. Ты не против? — Конечно нет. Я тихо в комнате посижу. — Ну-у-у… вообще-то я хотел вас познакомить. — Ну я даже не знаю. — Чимин засмущался. — Мне, наверное, будет неловко со старшими сидеть. — Дак ты из-за этого? Пф-ф-ф… — я посмеивался. — У нас в компании большой разбег возрастов. С Техёном ты вообще в одном классе учишься, а Чонгук младше тебя на 2 года. — Ну… может… Он не успел договорить, как в дверь раздался звонок. Я пошёл открывать, а он в свою очередь поплёлся за мной, встал у входа, встречая гостей. Я открыл дверь. В квартиру с шумом и ором внеслись мои ебанутые собратья. Чим наблюдал за тем, как в квартиру, не разуваясь, пронёсся вприпрыжку Хосок, на его голове была надета странная рамка в форме лепестков ромашки, а в центре, вместо сердцевины, было его лицо. За ним в квартиру плавно, как царь, вошёл Намджун, под руку с принцессой Сокджином. За ними, легко шатаясь, запорхнул Чонгук, в руках у него была бутылка чего-то спиртного, а через плечо переброшена рука Тэхена, который, похоже, уже в хлам. — Ну-ка, блять, успокоились, разулись и на кухню все, живо! — заорал я, и на моё удивление, меня послушали. Мы устроились на кухне. Пьяные Гук и Тэ заползли на диван, с ними пристроился и цветочек-Хосок. Все остальные (Намджун, Джин и я) сели на стулья. И только Чимин стоял у порога, боясь войти. — Ну, чего ты, Чим-Чим ~а, заходи! — я протянул руку, приглашая его внутрь. Он медленно вошёл и сел на свободный стул рядом со мной, он был красный и краснел всё больше с каждой секундой. Я же начал представлять ему свою пьяную компанию, отбирая у ВиГуков бутылку. — Смотри, Чим-Чим~а, это Сокджин, самый старший хён, ему 19. — Указал на него. — Мамочка всея Бантан, самая заботливая омежка на свете. Мы его Джином зовём. — Сделал паузу и ткнул рукой в Намджуна, что укладывался на груди у своего омеги. — Это Намджун, он у нас типа самый главный альфа, как батя, ему 17 и, как видишь, они с Джином вместе. Мы его зовем РэпМонстром. — Сделав ещё одну паузу, я ткнул в Хосока, который таскал из вазы конфеты и пытался забрать у меня бутылку. — Это Хосок, бета, солнышко и угар нашей компании, ему тоже 17, и он пока, как и я, один. J-hope. — Я перевёл взгляд на пьяных малолеток. — Тэхёна ты уже знаешь, ему тоже 16, он у нас чутка странноватый омега, мы зовем его Ви, это из-за запаха. Ну а рядом с ним его истинный, Чонгук, и да, ему 14, тем не менее этим двоим это не мешает, да и вообще он у нас не по годам умный и развитый альфа, вырастет, всем нам фору даст. — Я облегчённо выдохнул, закончив. — Ну вот, в принципе, и всё. — Очень приятно познакомиться, — чуть поклонился Чимин. Мы болтали весь вечер, даже уговорили Пака немного выпить с нами. Рассказали, чем мы занимаемся, кто у нас танцует, поёт, рэп читает. В конце вечера, часов около 12 ночи, все потихоньку собрались по домам. — Чимин~а, приходи завтра к нам, мы будем рады тебя видеть, — пьяным голосом лопотал с порога Ви. — А куда и во сколько? — Чимина это явно заинтересовало. — На крышу школы, после уроков, — добавил я, объясняя где мы обычно собираемся. * * * Я лежал на кровати и думал. С момента появления этого парнишки в нашем доме моя жизнь почему-то окрасилась из тёмной, цвета кофе, в яркую, солнечную, цвета его ярких волос. Прошли всего одни сутки, а я уже понимал и был готов признаться себе, что влюбился в этого милого омежку без запаха. В голове появлялись очертания этого парня. Я прокручивал все воспоминания с его участием и невольно улыбался. Меня тянуло к нему, очень тянуло. Я соскочил с кровати, уселся за стол, включая лампу, и начал черкать карандашом по первому попавшемуся листу бумаги. Строчки летели из головы, не останавливаясь, а я плыл по этому потоку. В голове уже плыла мелодия, на фоне которой будет рэп. Я сел за синтезатор и, убавив его до минимума, начал наигрывать мелодию. Всё было готово за 30 минут. В текстах были прекрасные сопоставления объекта моего обожания с фортепиано. Я лёг на кровать, прокручивая написанные строчки у себя в голове. С этими приятными мыслями я уснул. * * * Я открыл глаза от того, что почувствовал копошение над собой. Оседлав меня бёдрами, надо мной нависал Чимин. Его глаза горели похотью, сам он часто, громко дышал. — Хё~он… — простонал он, — я знаю: ты тоже хочешь. — Он нагнулся, втягивая меня в страстный влажный поцелуй. — Помоги мне! — шептал он мне в губы, а я уже притягивал его к себе, хватаясь за ягодицы.