Пусть тебе приснится сладкий сон

Я читала множество классических романов про благородных дам с идеальными осанками и вежливыми улыбками, которые прикрывали спины сильных мужчинами Старого света. Многие не воспринимали их всерьёз, но время показало, что большинство из них стоило бояться. Кто мог плести интриги лучше, чем благородные девицы в пышных платьях? Такое ощущение вызывала и Сандара, несмотря на свой невинный вид. На мой взгляд она была старше меня не больше, чем на пару лет, но я видела еле заметную морщинку на почти идеальном лбу. Такая появлялась у тех, кто очень много читал или думал о важных вещах, представлять о которых я даже не смела. Хрупкие ручки были одеты в шёлковые перчатки, которые я до сих пор чувствовала кожей своих рук. Она продолжала держать меня и улыбаться той самой сестринской улыбкой, из-за которой я уже была готова поверить любому её слову. Я пыталась отыскать на её лице намёк на то, что мы похожи. Конечно, это было немного глупо, нас разделяли века, но часть её крови определённо текла в моих венах, ведь договор действовал именно на тех, кто является настоящим потомком. Мне казалось, что мы совсем не похожи. Рядом с этой статной молодой женщиной хотелось выпрямить спину и поднять повыше подбородок. Когда я немного пришла сюда, решила воспользоваться своей силой мысли и призвать два удобных кресла для разговора. Мне нужно было лишь прикрыть глаза и представить часть гостиной утвари, обтянутой красным бархатом, который было так приятно ощущать кожей. Такие кресла были в нашем старом доме. Прямо посреди зеркальной комнаты появились два кресла, которые я и представила. Сандара наконец-то отпустила мои руки и с детским восторгом плюхнулась в одно из них, отчего её платье и волосы подпрыгнули в унисон действиям. Я села на противоположное, ощущая неловкость от её улыбки. — Впервые за всё время моего нахождения здесь кто-то создал для разговора кресла. Вот что значит девушка-потомок, — рассмеялась Сандара, как ребёнок, продолжая мотать ногами в милых туфельках на каблучках. Всегда о таких мечтала в детстве, совсем как у принцессы. — Тебя ведь зовут Джису? Ты очень умная, я наблюдала за тобой, когда это позволяли мои возможности. — Ты... наблюдала за мной? — я задала это с лёгким подозрением, потому что первоначальный эффект стал сходить, и я вспомнила об опасности. Нельзя доверять людям в коридоре снов, пока ты не убедишься в их честности или не узнаешь цели. — И почему при первой встречи ты выглядела как ребёнок? Сандара стала внезапно серьёзней и вытянулась, явно демонстрируя своё высокое происхождение. Но меня совсем не напугало это, казалось, что после нападения с ножом, смелости во мне стало в раза три больше. — Если ты не собираешься доверять мне, то я не знаю, кому ты можешь доверять. Я отвечу на все интересующие вопросы, но по порядку, — она откашлилась и откинулась на спинку. — Я заточена здесь с самого первого дня, после того как... умерла. Эта комната стала моей тюрьмой, но иногда мне удаётся накопить нужную энергию, и я даже выхожу в коридор, но превращаюсь в ребенок. Мне нужно быстро вернуться в комнату, чтобы не исчезнуть совсем. Это звучало достаточно правдоподобно, но мне нужно было здать ещё кучу вопросов, чтобы увидеть картину в целом. Почему-то чем больше мы погружались в эту историю, тем больше вопросов возникало, а ответы не находились. Из-за этого даже характер менялся: я становилась подозрительней и жёстче к другим людям. — Почему ты заключена здесь? — спросила я ещё один вопрос, сомневаясь, что и остальные предки сейчас ждали моих одноклассников в их комнатах. — И что насчёт остальных первых предков, они тоже в комнатах и способны... шпионить? Одно дело, когда о моём маленьком обмане знал лишь Пак Чжинён, который обещал молчать, другое — призраки-предки. Я не собиралась становиться предателем по умолчанию. — Если ты переживаешь о своих тайных делах с потомками Тэмина и Юны, то забудь. Я единственная и неповторимая в своём роде, потому что только меня Силуэт убил здесь, в мире снов, — она говорила о своей смерти таким обыденным тоном, будто о погоде. Удивляло, насколько её внешность не соответствовала словам о смерти. — Скорее всего это моё проклятие. Я хотела задать ей ещё множество вопросов, но услышала звон будильника, который говорил о том, что ночь закончилась и пора возвращаться в настоящее. Сандара понимающе улыбнулась и встала с кресла как раз в тот момент, когда моё сознание вернулось на место. Пробуждение в этот раз отличалась от обычного. Было ощущение, будто я вынырнула из плотного слоя воды, лёгкие горели и с трудом глотали воздух, который сейчас так мне был нужен. Я прижала руки к грудной клетке и приняла сидячее положение, жмурясь от лучей солнца и борясь с желанием плотно задвинуть шторы. Телефон был где-то под кроватью, и на моё удивление, кроме будильника, на экране высветилось сообщение от учителя О. Кажется, все в городе уже были в курсе произошедшего на вечеринке.

***

Впервые за долгое время в этом городе вышло солнце, а мне приходилось париться в вязанном кардигане, чтобы скрыть порезы от шипов. Людей было непривычно много на улицах, но все как всегда куда-то спешили. Я вылетела из дома даже не позавтракав, чтобы встретиться с учителем О перед уроками. Из-за нас Айрин в этот раз не решилась закрывать для нас кофейню, но пообещала отдалённое место, где нас никто не смог бы заметит. Я добежала до кофейни за считанные минуты, но О Сехун стоял уже у входа куря сигарету и стуча ногой от нетерпения. Выглядел он достаточно нервным, будто бы от уравновешенного и серьёзного историка и грозы всей школа остался лишь какой-то невротик. Он, завидев меня, указал головой на вход в кофейню и зашёл первым, придерживая для меня дверь. Я без слов последовала за ним. Как и всегда в первую очередь мы ощутили терпкий аромат кофе, который так и манил меня выпить что-нибудь из утреннего меню. Вокруг столиков порхала совсем не Айрин, а высокая девушка с раскосыми глазами и волосами, собранными в хвост. Она повернулась в нашу сторону с улыбкой, но эта улыбка растаяла, как только она взглянула на историка. — А, это ты, О. Айрин ждёт тебя в своём кабинете, — произнесла она с лёгким пренебрежением, а потом заметила рядом меня. После этого на её лице снова расцвела вежливая улыбка. — Добро пожаловать! Какой столик хотите занять? Сехун цыкнул и покачал головой, шагая в другую сторону от девушки. — Простите, но я тут вместе с учителем О, — произнесла я, на что девушка понимающе кивнула, но взгляд стал довольно серьёзным и подозрительным. Похоже, мне не стоило называть его своим учителем. — Я пойду. Сехун скрылся за дверью, видимо ведущей в кабинет, так что мне пришлось почти бежать, чтобы проскользнуть следом за ним. Мне это удалось. Но как-то я оказалась в кабинете, то пожалела, что так спешила, потому что взгляд историка не обещал мне ничего хорошего. Айрин сидела за небольшим письменным столом и писала что-то, иногда поправляя съезжающие с носа очки. Обычно ее волосы всегда лежали на плечах, но сегодня она собрала их в высокий хвост для работы. Если бы нас поставили рядом, то Айрин могла бы сойти за мою младшую сестру — настолько она выглядела молодой и невинной. Сехун присел на диван в углу и откинул голову назад. Сегодня у него не было уроков, поэтому вместо вычурных костюмов он позволил себе что-то более свободное и простое. Из-за этого разрушился образ тирана и важного человека, отчего мне даже захотелось рассмеяться и подшутить над ним. Но удержалась, потому что сейчас были дела поважнее. — Что произошло на вечеринке? Ты видела нападавшего? — он перешёл сразу к вопросам, в то время я только собиралась поздароваться с Айрин, но та лишь понимающе кивнула и вернулась к своей работе. Но что-то мне подсказывало, что она очень внимательно слушала наш разговор. — Ты не сильно пострадала? После этого вопроса он откашлился. О Сехун собирался сделать вид, что задал этот вопрос между прочим, но я видела легкое беспокойство. Хотя это можно было и списать на мою фантазию. — Я упала в кусты роз, он не успел поранить меня. К сожалению, лица я не видела, но мне снова попалась та же вещица, которую мне удалось заметить во время нападения на Лису, — я решилась сказать о кольце, потому что похожее было на руке у Сехуна. Нет, его я не подозревала, но он мог знать других обладателей колец. — Оно напомнило мне то, что сейчас на твоей руке. Сехун удивлённо переглянулся с Айрин, которая оторвалась от бумаг и смотрела на меня так, будто я нашла ключ ко всему. — Эти кольца есть у всех выпускников нашей школы, которые играли в баскетбольной команде, — пояснила мне Айрин, выйдя из-за стола и присев на диван рядом с историком. — Зная это, мы можем начать искать среди выпускников последних годов. А ты случайно не видела гравировку? Так мы хотя бы могли бы узнать на какую букву начинается его фамилия, и тогда поймать его уже было бы проще. Я отрицательно покачала головой, разрушая все надежды Айрин и Сехуна на то, чтобы поймать нашего нападавшего. В той темноте для меня было почти невозможно рассмотреть гравировку. И это снова ставило нас в тупик. — Но как кто-то из выпускников пробрался на вечеринку в дом шерифа? Туда ведь были приглашены только игроки команды и их друзья, верно? — начал рассуждать Сехун, и это показалось мне вполне рациональным замечанием. Но было одно большое но. — Нападение произошло не в доме, а во дворе, — сказала я, и поймав их внимание, пояснила. — Что ему стоило пробраться в сад и ждать удобного момента? Мои слова имели довольно веский смысл, поэтому решение искать среди выпускников последних лет стало самым правильными. Впервые я была рада тому, что этот маленький городок, поэтому Сехун и Айрин знали большинство бывших учеников школы, которые были старше или младше них. — Тогда ты, Сехун, можешь взять фотоальбомы из архива школы, — произнесла Айрин, скрестив руки на груди, на её предложение он согласно кивнул. — Вы можете принести их сюда и просмотреть с Джису. Я понимала, что без меня поиск будет бесполезной тратой времени, но мы и так с О Сехуном слишком много светились вместе. Это могло стать проблемой для меня в будущем. — Я думаю лучше, если мы будем заниматься этим в школе, — прервала я их, из-за чего получила в ответ непонимающие взгляды. Откашлившись, я продолжила. — Я работаю на два фронта, поэтому если буду слишком много светиться рядом с учителем О, остальные члены круга могу снова начать меня подозревать. Сехун откинулся на спинку и прикрыл глаза, будто что-то обдумывая. А потом снова сел ровно, будто к нему в голову пришла гениальная мысль. — Ты права, но зато у нас всё ещё есть дополнительные занятия. На них вместо учёбы ты можешь просматривать альбомы, отмечая более подозрительных личностей. А дальше мы с Айрин попробуем уже поговорить с ними, — предложил такой план О Сехун, на этом плане мы и остановились. Первым кофейню покинул историк, а я решила сначала взять с собой какой-нибудь крепкий кофе и только потом пойти на уроки. Та симпатичная девушка с улыбкой приняла мой заказ и попросила немного подождать, на что я присела за столик у выхода и открыла один из каталогов. Сзади от меня прозвенел колокольчик, заставивший меня обернуться и встретилась со знакомым взглядом, от которого тут же захотелось убежать. Пак Чжинён, несмотря на этот взгляд, выглядел как всегда хорошо. Пальто заменил на финку белого цвета, благодаря которой я в очередной раз убедилась в бледности его кожи. Он кивнул мне и проследовал к стойке, чтобы тоже сделать заказ. А после вернулся ко мне и присел напротив. В этот момент я не знала, что ему сказать, потому что неловкость от произошедшего на вечеринке вернулась с новой силой. Но он выглядел достаточно спокойным и даже не оскорблённым моим отказом. — Моё отношение не изменилось к тебе после... кхм... отказа, — когда он произносил это, я впервые увидела на его лице что-то похожее на смущение. Но это быстро пропало, и он снова стал беспристрастным принцем. Мне захотелось скептически поднять бровь. — И я надеюсь, что и ты не изменила своё мнение обо мне. В тот момент мне показалось это достаточно крутым, даже помогло расслабиться настолько, что я улыбнулась. — А какое у меня мнение о тебе? — да, я в наглую сидела и флиртовала с ним, потому что чувствовала власть. Легкую и хрупкую власть над ним из-за его заинтересованности во мне. На мой вопрос он лишь улыбнулся. Мы оба улыбались, и наш зрительный контакт мог бы длиться долго, если бы не подоспел кофе. Мы забрали наш заказ и отправились в школу. Всю дорогу мы болтали о каких-то мелочах, хотя по большей части говорила я, а Чжинён внимательно слушал. Но он не заставлял меня чувствовать так, будто я навязываюсь. Его вопросы всегда были к месту, поэтому такому человеку хотелось продолжать рассказывать. — И поэтому ты считаешь, что употребление сладкого — это самое большое зло? — его вопрос прозвучал немного скептично после моего рассказа об отторжении и ненависти к сахару. Да, не все это понимали. — Для меня это так, потому что в детстве я посмотрела документальный фильм о диабете. Теперь я считаю лучшим путём избегание сахара в жизни. Но я не навязываю никому свои взгляды, поэтому всегда надеюсь, что никто не будет меня переубеждать. За такими весёлыми разговорами мы дошли до школы. Здесь нас встретили громкие встревоженные разговоры учеников, которые просто продолжали слоняться по коридорам и не спешили на уроки. Казалось, в школе произошло что-то поважнее уроков в школе и звонка. Мы с Чжинёном переглянулись и решили спросить, что происходит у кого-нибудь. В этот момент мне попалась на глаза знакомая блондинка, поэтому я схватила за руку Пака и стала пробираться сквозь толпу, чтобы поговорить с ней. Её длинные золотистые волосы были собраны в высокий хвост, а глаза и губы были накрышены ярко-розовым. Но больше всего выделялись серые лизны, делающие её взгляд более пугающим. Она закрыла шкафчик и уже собиралась уходить, но я успела окликнуть её. Это подействовало, и она остановилась, улыбнувшись мне. — Привет, Джису, давно не виделись, — улыбнулась мне председатель исторического клуба. Я хотела ответить ей тем же и задать интересующий меня вопрос, но была нагло перебита. — Уже успела посмотреть на место, где была найдена убитая школьница? — Что?.. — это единственное что я смогла вымолвить, поэтому вместо меня Чжинён спросил у девушки, что произошло и где именно. Спросил он это нетерпящим тоном, что Чонха даже оскорбилась и неохотно начала рассказывать. — Сегодня утром в школьном спортзале было найдено окровавленное тело ученицы нашей школы. Но самое примечательное — это сообщение, которое он оставил на стене её кровью, — Чонха говорила об этом, словно чья-то смерть веселила её. За это прямо сейчас я хотела ей врезать. Нельзя воспринимать смерть как какое-то событие, которое даёт пищу для разговоров. — Если хотите посмотреть, сообщение всё ещё там, отцепили это место и всё. Тело забрала полиция. — Спасибо, Чонха, — ответил за меня Чжинён. Чонха улыбнулась и, махнув своим хвостом, покинула нас, пробираясь через толпу учеников. Мы с Паком переглянулись, понимая, что сейчас нам было необходимо увидеть то сообщение. Что-то мне подсказывало, что это сообщение нам оставил Силуэт.

***

На удивление в спортзале, кроме членов круга, никого больше не было. Бэкхён и Чживон стояли в стороне от элиты, тихо переговариваясь между собой. Перед входом в спортзал мы с Чжинёном не сговариваясь пошли в разные стороны друг друга, но я всё равно поймала внимательный взгляд своего бывшего парня. Интересно, смогу ли я когда-нибудь не испытывать вину перед ним? Бэкхён замахал рукой, увидев меня, на что я тоже в ответ замахала рукой и пошла к ним. Сам Пак примяком направился к элите. Я чувствовала в этот момент, как рыжеволосая девушка прожигала взглядом мою спину. Сейчас мне очень не хватало Дженни, потому что только она была способна помочь мне противостоять уверенности Розэ. — Думаю, что тебе стоит на это взглянуть, Джису, — сказал Бён, указывая на одну из стенок, где было выведено огромными буквами сообщение для... меня: Она умерла вместо тебя. Я подошла настолько близко, насколько мне позволяло огрождение и прочла беззвучно это сообщение, чувствуя, как вина навязчиво сжимала свои костлявые пальцы на моей шее. Мой мозг прекрасно осозновал, что он именно этого добивался, хотел сломить меня этим сообщением, только сердце всё равно болело. Невинная жертва, которая стала таковой, потому что я спаслась. Из-за своих мыслей я не заметила, как элита оказалась рядом с нами, а их "главный" подошла ко мне ближе, почти соприкасаясь плечами. Я краем глаза посмотрела в сторону Розэ. На её лбу пролегла маленькая складка из-за постоянного хмурого выражения лица, которым она, казалось, сопровождала всех и каждого. — Если ты не глупая, то уже всё поняла, да? — она повернулась ко мне, заставляя своими словами вспомнить, насколько её нелюбовь сильна ко мне. — Не давай ему шанс выбить тебя из колеи этим, потому что судя по записям моих предков, это... только начало. Её слова меня совсем не успокоили, скорее наоборот только ещё сильнее завели мою злость. Моё негодование вырвалось, как и тогда с Дженни, когда я пыталась защитить обман Чживона. — И сколько таких будет? Двое? Троё? Или десятки? Поэтому тебе стоило рассказать нам обо всём изначально! — я стала приближаться к Розэ, а она — отступать назад. В её глазах был испуг, но это только разжигало во мне ещё больше гнева и злобы, будто кто-то другой проснулся внутри меня. — Ты вечно что-то скрываешь и подставляешь нас! Ты даже не стала рассказывать нам о том, что он может убивать других! А теперь, ты хочешь, чтобы я слушала твои советы?! Я и не заметила, как перешла на высокие тона. Розэ отступала, пока не оказалась у стенки, но на этом бы я не остановилась, если бы передо мной не возник Чжэбом. Наверное, увидев угрожающий взгляд, я будто очнулась и пришла в себя. — Тебе лучше остановиться, Джису, — угрожающе произнёс капитан, заставив меня усмехнуться. Будто он и в правду мог навредить мне за то, что я говорила правду. Он мог бы сделать что-то, если бы я начала распускать руки, но это было бы слишком глупо. — Я не шучу. — Не стоит разбрасываться такими словами, Чжэ, — передо мной возник Чжинён, заставивший потерять дар речи не только меня, но и всех остальных. — Без обид. Чжэбом сделал шаг к своему лучшему другу и размял шею, улыбнувшись самой милой улыбкой из своего арсенала. — Тогда и ты тогда давай без обид, — после его слов и так не очень благоприятная атмосфера накалилась до предела, поэтому пожалуй стоило вмешаться. Я никогда не мечтала быть яблоком раздора между кем-то, особенно если эти кто-то — лучшие друзья. Всегда казалось, что между Чжэбомом и Чжинёном никто не сможет встать, но я ошибалась. Они завелись с пол оборота, поэтому это выглядело странно. Для меня точно. — А теперь вы успокоитесь и не будете лезть в женские разборки, мальчики, — произнесла Розэ, которая ловко обошла одно из них и встала посередине. Серьёзно, это выглядело очень круто в тот момент. Почему-то сказать что-то парням она смогла, а ответь мне — нет. — Так что брейк и разойтись по углам. Я хихикнула, получив от Розэ одобряющию ухмылку. Мы будто обе забыли о том, что сейчас произошло между нами. Какое-то чувство вины снова возникло во мне, мне казалось, что я явно переборщила в разговоре с ней. Пока они все приходили в себя и обсужжали возможных нападавших, я ускользнула из спортзала, чтобы обдумать всё. Меня пугало понимание того, что мы становились заложниками ситуации, ничего не подчинялось нам. Мы подчинялись. Нас прогибали, заставляли обманывать друг друга и меняться. Но я просто хотела жить несмотря ни на что. Я зашла в туалет, чтобы ополоснуть лицо. Каждая мысль о том, что следующая жертва не сможет избежать смерти, пугала меня. Так не могло продолжаться, мы должны были сделать что-то, чтобы поймать его. Мы должны были начать хотя бы пытаться. Прежде чем я подняла глаза на зеркало, чтобы посмотреть на себя, раздался громкий стук двери. Это заставило меня броситься к входной двери, потому что что-то мне подсказывало, что меня заперли. Я дёрнула пару раз за ручку, но она не поддалась, но это не остановило меня. Страх за свою жизнь настолько сильно выбил меня из колеи, что я просто начала дёргать эту дверь, надеясь, что она откроется. Но чуда не произошло. Я отошла от двери и сняла с себя кардиган, который просто начал душить меня. В зеркале отобразились мои руки, повреждённые шипами красивых роз. В сумке я нашла свой телефон и сразу же отругала себя за глупость: стоило взять телефон и связаться с кем-нибудь вместо того, чтобы мучать не поддающуюся дверь. Первая мысль была позвонить Чжинёну и попросить у него помощи, но его отношения с друзьями только что пошатнулись из-за меня, а усугублять у меня и в мыслях не было. Поэтому я нашла другое имя в списке контактов и нажала на вызов, надеясь, что он не станет меня игнорировать. — Алло, Чживон, мне нужна твоя помощь... Чживон пришёл довольно быстро, но вот мне пришло ждать, когда он взломает замок, который просто застрял. К счастью, никто меня не запирал тут специально, просто школьная администрация забыла повесить на дверь табличку о том, что дверь даже прикрывать не стоит. Поэтому после моего "спасения", мы с Чживоном сами написали предупреждение и повесили на дверь. На урок нам пришлось бежать, потому что я сомневалась, что Сехун простит мне опоздание только из-за того, что мы вместе ищем нападавшего. Так и случилось. Он отчитал нас перед всем классом, отчего мои щёки просто горели, но я мужественно молчала о причинах нашего опоздания. Чживон тоже невозмутимо молчал, и лишь когда дело дошло до шутки про парочку, его уши стали красными. Я еле подавила смех от этой картины, но строгий взгляд историка заставил меня прийти в себя. Остальной класс тоже смеялся, но только Чжинён выглядел не весёлым. Я сразу это заметила. Только спустя пятнадцать минут нам позволили сесть на места.

***

Сегодня я легла раньше, чем обычно, хотя совсем этого не планировала. Просто все мои моральные силы ушли на то, чтобы определить из тысячи лиц в выпускных альбомах нашего нападавшего. Мне удалось найти несколько отдалённо похожих аурой или же подбородком, но их было слишком много, хотя Сехун пообещал проверить алиби тех, кто во время учёбы играл в команде. На этом вся моя помощь закончила, остальная работа легла на плечи историка и его подруги. Мои мысли иногда уходили в сторону от убийства и нападений к тому, кто похоже решил меня игнорировать. Чжинён ничего не говорил мне, но после случая с Чживоном его напор пропал. Он не пытался со мной поговорить, да и я этого не делала. Только почему-то откуда-то взялось ожидание того, что он заговорит со мной. Я никогда не была из тех девушек, кто делал первые шаги навстречу. Каждый раз я просто ждала, когда кто-нибудь проявит ко мне симпатию, а потом либо отвечала, либо отвергала. И казалось, это всегда действовала. Но делать первые шаги было для меня слишком сложно. Я знала, что мы можем столкнуться с Чжинёном во сне, и он мог просто сделать вид, что ничего не было: ни разговор, ни улыбок, ни неудобных моментов. Но я точно не была готова, что в итоге, когда я проснусь в коридоре, он уже будет ждать меня там. — Привет, — это было единственным, что я могла сказать и неловко улыбнуться, встретив его серьёзный взгляд. Моя улыбка медленно исчезла, а внутри поднялась волна негодования. — Знаешь, если бы ты говорил всё прямо, то было бы намного легче и мне, и тебе. Я знала, что вела себя глупо, потому что только он говорил о своих чувствах, не я. А сейчас пыталась потребовать каких-то объяснений. Но эмоциональность заставляла говорить несвойственные мне вещи. — Могу сказать тебе тоже самое, — произнёс Чжинён, продолжая прожигать меня обвиняющим взглядом. Я собиралась возмутиться, но была нагло перебита. — Как насчёт того, чтобы уважать чужие чувства? Определись, с кем ты собираешься проводить время, чтобы не вводить никого в заблуждение. Его голос звучал хрипловато, отчего я немного потеряла нить, заслушавшись, но когда весь смысл слов дошёл до меня, улыбка сама по себе появилась на лице. Вся злость испарилась, уступая место бабочкам в животе. Чёрт, общение с Пак Чжинёном каждый раз приносит мне всё новые и новые ощущение. Это не похоже на то, что я когда-либо ощущала с другими парнями. Это было сильнее. — Ты просто ревнуешь! — наконец-то сделала заключение я, и увидев его возмущение и желание спорить, продолжала. Теперь я не дала ему вставить и слова. — Вот даже не думай спорить, потому что всё очевидно. Я не должна оправдаваться, но... ты должен знать, что сейчас мне интересует только один парень — это ты. Я не верила, что говорила кому-то что-то подобное. Было ощущение, что я открывалась ему, с большой неохотой, но с пониманием — оно того стоило. Или я просто надеялась, что Пак стоил доверия и некоторого пренебрежения безопасностью моего сердца. Он не успел ответить, потому что появился клубок дыма, говорящий о том, что кто-то прибыл. Но в ту секунду я увидела мимолётную улыбку на лице Чжинёна. И на тот момент этого было достаточно. Но счастье наше длилось не долго, потому что из дыма вылетели два кинжала, направленные прямо на меня. Я не успела издать и писк, как была сбита Паком, и мы оба оказались на полу. Чжинён довольно сильно придавил меня, из-за чего мне показалось, что я услышала хруст руки, на которую упала. Но сейчас нас больше волновал человек, который сейчас стоял посреди коридора. Он был одет во всё чёрное, а его лицо скрывал широкий капюшон, из-за чего мы не видели его лица. Единственной примечательной вещью были голые руки и крупный медальон на шее. Я прищурила глаза, чтобы рассмотреть гравировку на этой золотой вещице. — Кажется, что я помешал очень романтичной атмосфере, но, к сожалению, я люблю больше боевики, — его голос звучал так, будто его обработали в какой-то программе, но на секунду мне показалось, что его обладатель был очень молодым. — А вы очень похожи на своих предков, Тэкёна и Дару. Чжинён встал с меня и подал руку мне, при этом не сводя с незнакомца внимательный взгляд. Но тот продолжал спокойно стоять на месте, даже не шевелясь. — Кто ты такой? — спросил Пак, закрыв меня от него собой и сжав мою руку в своей. Мне было страшно, потому что этот вопрос даже было не обязательно задавать, мы понимали, кто перед нами. — Что тебе нужно? После этого вопроса мы услышали утробный смешок, который перерос в уродливый смех сумасшедшего. Он начинался медленно, но прекратился резко, из-за чего в коридоре от стен образовалось тихое эхо. Ситуация накалялась до предела. — Думаю, что в представлении я не нуждаюсь, но можете называть меня Силуэтом. Я хочу с вами сыграть, только с вами двумя. Надеюсь, что ваши друзья и тайные союзники не будут вовлечены в это, — после этих слов я прямо почувствовала, как страх становился сильнее. Он знал о нашем альянсе с Сехуном и Айрин. Но как? Кто он, чёрт возьми, такой?! — Откажетесь, и я убью ещё одного ученика из вашей школы. Моё дыхание сбилось, когда я представила, как через некоторое время в школе найдут ещё один труп. Из-за нас. — Что за игра? — спросил Чжинён, и я была удивлена, как ему удавалось сохранять настолько ровный тон голоса. — И какие правила. Он хлопнул в ладоши, прежде чем озвучить то, что могло спасти чью-то жизнь. — Всё просто. Ответьте мне на единственный вопрос: кто в настоящем мире является убийцей? Чьими руками я совершил то злодеяние? — в его голосе было столько триумфа, будто он гордился всем, что совершал на протяжении этого времени. — У вас есть два дня на разгадку. Если я не услышу правильный ответ, то кто-нибудь умрёт. Последнее, что он произнёс перед исчезновением: — Тик-так, тик-так.