Жениться по любви не может ни один король

Это уже становилось традицией: стоять перед дверью с целью постучать, исполнить намеренное, подождать доли секунды, потом решить что, раз уж никто не открывает, ну и к лучшему, я тут просто мимокрокодил, не больно-то оно и надо и с чувством исполненного долга смыться. И с первыми пунктами плана выходило без проблем, особенно хорошо у него получалась ничего не понимающая моська, вот только смыться пока ещё не разу не удавалось. Но Антон никогда не терял надежды, и поэтому, когда он гордо развернулся прочь и попытался было дрыснуть от номера Арсения подальше, то практически праздновал победу. Вот только дверь широко распахнулась, чуть не заехав принцу по уху, и уже понятно кто с возмущённым «Куда?» потащил его в комнату за шкирку. — Принёс? — гневно воззрился на обиженного Антона парень. — Принёс, — безрадостно ответил тот, протягивая руку с пакетом. Арсений с интересом осмотрел пакет, после чего задумчиво произнёс: — Спасибо конечно, но я как-то не планировал. Антон удивлённо смотрел на него, пока не удосужился посмотреть на пакет, на котором красовалась надпись «Любимой маме». — Я даже не хочу знать, откуда этот пакет у тебя. — Эмм, — протянул Антон, — неважно. Просто думать нужно головой, когда арендуешь у матери пакет под проценты. Ладно, пусть лучше думает, что он просто идиот, чем неразборчивый идиот без пакетов. — Подожди-ка, — ахнул парень, — ты же принц. — Прекрасно, вот и познакомились. — Я тогда руку, которая сейчас держит этот пакет, мыть не буду, — продолжил он, — а пакет за витрину поставлю. — Будто ты мою маму на ваших зальных посиделках не видел, — фыркнул принц. — Ну вообще-то не видел. Антон внимательно всмотрелся в его лицо: да вроде не врёт. Что за фигня? — Ладно, разберёмся, — пробормотал он, — я, значит, список принёс…

***

Послe долгих прений, «ну блять» и «не пойду, я же тут в доме хозяин», Антон возненавидел весь мир, себя в особенности и твёрдо решил самовыпилиться, не доходя до кандидатов. — Я пойду с тобой. Вдруг ты решишь выпрыгнуть в окно, — как назло выдал собеседник. — Да не собирался я, — не особо убедительно ответил Антон, пытаясь ещё худо бедно выкрутиться, предчувствуя неладное. — Сразу после того, как я назвал имя Егора, ты моментально перестал меня слушать, зато начал очень грустно поглядывать в окно и вполголоса напевать «I believe I can fly», периодически вздыхая, даже не удосужившись просмотреть взглядом кандидатов на вылет. — Может я полностью тебе доверяю, — ответил парень, но, не выдержав направленного на него сердитого взгляда, сдался, — ладно, идём. Только мне нужно кое-куда зайти и кое с кем поругаться, потому что ты этого кое-кого в глаза не видел, а надо бы, по-хорошему. — Мы идём к королеве? — Чуть ли не подпрыгивал Арсений, все его диктаторские замашки мигом сдуло с лица. — Да к королеве, к королеве, — угрюмо пробормотал Антон, — и сдалась она тебе?

***

— Мам, это что такое? — Принц всеми силами старался выглядеть как можно суровее, но получалось с точностью наоборот, и притом, чем больше он старался так выглядеть, тем больше получалось наоборот, и как итог, перед королевой сейчас стоял потряхивающий ушами и широко распахивающий ноздри жираф, который при этом ещё пытался рыть копытами землю. — Что такое? — Вот она как раз была само спокойствие. — Ты, — выпалил парень, — здесь. У себя. Одна. Без парней. — Было бы странно, если бы в моей спальне находились какие-то парни, — так же невозмутимо отвечала она. Да она над ним просто издевается. — Ладно, — возмущённо фыркнул Антон, сиганул за дверь и притащил с собой за шкирку довольно улыбающегося Арсения, — вот он, — указал принц на него пальцем, — вообще тебя ни разу не видел. — Я, кстати, Арсений, — продолжал лыбиться тот, — очень приятно. — Взаимно, — слегка качнула головой королева, — ты откуда такой красивый? — Да вон из коридора, — продолжал он, посмеиваясь, потому что Антон продолжал держать его за пиджак и в его случае это выглядело весьма странно. Принц тупо вращал башкой из стороны в сторону, глядя на то, как эти двое несут откровенную ересь и, похоже, очень рады такой компании. Всё так бы и продолжилось, если бы в голову Антона не пришёл гениальный вывод: — Так, стоп, — развернул он на себя парня, — она с вами не нянчилась, это уже понятно, но кто-то же должен был? — Кто-то и был, — ответил он, — даже не один раз. — Блять, — обречённо произнёс Антон, — блять. Так вы прикрываете его? Пиздец, — на более членораздельную речь он был пока не способен, поэтому тупо повторил, — пиздец. Пойдём, — обратился он к Арсению, — нужно как-то спасать ситуацию. — Подожди, — тот в свою очередь обратился к королеве, — можно с вами сфотографироваться?

***

— Ты совсем уже? — даже не спрашивал, а констатировал факт Антон, — Зачем тебе так нужна была моя мама? — Отец обзавидуется, — лаконично отвечал тот, — она же самая красивая женщина королевства. Он долго ржал, когда меня взяли в Отбор, зато теперь у «заднеприводного» есть фотография с королевой, а он так и остался лежать на диване и плевать в потолок. — Хорошие у тебя с ним отношения, — подметил Антон. — Кто бы говорил, — фыркнул парень, подходя к дверям зала, по мере приближения к которым он начинал улыбаться всё шире и шире. Принц откровенно не понимал, в чём дело, пока не услышал музыку, знакомую настолько, что кровь из ушей начинала течь лишь от простой мысли о ней. — Серьёзно? — было всё, на что его хватило, прежде чем он распахнул двери с твёрдым решением быть мужиком и… Замер. Ровно настолько, чтобы потом снова матюкнуться и ошалело впериться в сие действо. — Курточка моя так хорошо сидит на ней! Эй! — выкрикивал его отец прямо со стола, на котором танцевал, или, по крайней мере пытался что-то станцевать, и Антон искренне надеялся, что до его прихода это нечто действительно походило на танец, нежели на то, что он сейчас видел перед собой. Его спутник откровенно посмеивался, глядя на всё это великолепие, из-за чего принца ещё больше начинало всё бесить. Он искренне попытался испепелить отца взглядом, и или карты так легли, или у него действительно открылся третий глаз, но король развернулся на этой своеобразной сцене и к ужасу всех присутствующих в зале направился к ним. К ужасу всех, но не Антона. Он-то уж точно сейчас ему всё выскажет. Но нe успел принц и рта раскрыть, как отец кинулся, но совершенно нe к нему. — Арс-ю-юша, — широко распахнул объятия король, нe давая парню возможности уклониться, однако он совсем нe собирался этого делать, наоборот, довольно болтал ногами в воздухe, — привет. — Драсьтe, Павел Алексеевич, — отвечал Арсюша. — Откуда вы, блин, настолько близко знакомы? — Антон решительно ничего нe понимал. — Так он жe мой лучший художник, — улыбнулся отец, — авангардист. Фантазёр. Уникум. — Да-да, и ты хотел бы себe такого сына, — вяло сказал принц. — Нет конечно, — парировал он, — зачем мнe сын педик? Без обид, — обратился он к Арсению. — Какиe тут обиды. — Ну так зачем ты ушастого сюда привёл? — Антон начал замечать, что потихоньку становится третьим лишним. — Организовываю ему первоe свиданиe, — с грустью ответил он. — Развe ты около него нe организовался? — Нафиг он мнe нужен? — возмущённо фыркнул парень. — Логично, — отметил король, — так кто счастливчик? — А вон тот, который сейчас «мы промокнем под дождем» с микрофоном завывает. Крид который. — Крид он, — слегка возмутился отец, — Булаткин! — рявкнул он на весь зал, — Вали сюда! — Чего хотели-то? — этому парню как-будто только что сорвали концерт. — У тебя свиданиe с принцем. — Сейчас? — послышались лёгкиe нотки разочарования в голосe. — Нет, — Арсений с отцом переглянулись, — завтра. Свободен. — Может лучшe мнe с кем-нибудь другим пойти? — наконец-то смог вставить хоть что-то в своей жизни Антон. — Он хотя бы поёт ничего, — пожал плечами Арсений, — ты ещё Рому нe слушал. — Какого Рому? — Узнаешь, — многозначительно улыбнулся отец, — уводи его. — Ты так и будешь здесь находиться? — в последний раз попытался возмутиться принц, — как жe всякиe королевскиe дела? — Антошенька, сынок, — грустно взглянул он на него, — мнe для тебя времени нe жалко. На парней мнe пофиг, я жe женат, — помахал он перед носом Антона рукой, — так что вали. — Логично, — всё, что оставалось сказать Антону. Почему-то проникнувшись речью отца, он дажe позволил Арсению увести себя из зала. Тот что-то бормотал про свиданиe, время, место, костюм, причёску, но принц его ужe нe слушал.