Помоги мне вернуться

      Сейчас Альбус не смог бы вспомнить, в какой момент это произошло. Возможно, он сидел в своем кабинете и наслаждался короткой передышкой и чашечкой крепкого чая. А возможно, что он торопливо шел по улице, направляясь по своим важным делам. Или он собирался поговорить с Минервой, верным боевым товарищем и надежной опорой в школе. Сейчас это не было важно, потому что браслет Альбуса, зачарованный на Гарри Поттера, начал нагреваться и словно испускать маленькие заряды тока в руку.       Альбус Дамблдор, великий волшебник и стратег, на секунду замер в ужасе. Он знал, что обозначает данный сигнал артефакта – смертельную опасность. Но уже через несколько мгновений он взял себя в руки – нельзя медлить, когда он может помочь ученику!       - Хонки! – рядом с ним бесшумно появилась эльф-домовик, - Перенеси меня к воротам, - и воздух сжался, завертелся, унося директора прочь. Немедля он трансгрессировал к дому Гарри.       Подойдя к крыльцу по жухлой, желтого цвета траве, он прикрыл глаза, чтобы увидеть ауру защиты дома. Гарри в ней не ощущалось – его там не было. Альбус сосредоточился и начал настраиваться на Гарри с помощью браслета, чтобы определить, где он. Поймав след, он побежал в том направлении.       Жители Тисовой улицы могли бы стать свидетелями очень необычного действия, если бы выглянули в окно. По улице быстро бежал человек – в развевающейся длинной темной мантии фиолетового оттенка, с длинной седой бородой. Но это действие отнюдь не было забавным. Вглядевшись в фигуру этого мужчины, увидев его движения, и, самое главное – его взгляд, становилось ясно, что с ним лучше не связываться. Несмотря на его преклонный возраст было очевидно, что это не странный старик в непонятных одеждах, но воин со стальным взглядом, уверенно двигающийся к своей цели.       Но несмотря на довольно ранний час (еще только начинало смеркаться), из окон никто не смотрел. Да и на улице никого не было. Обычная повседневная жизнь словно замерла, вселяя в сердце холод и непонятный страх. И причиной тому были стражи тьмы, посетившие улицу. Люди не видели их присутствия, да и не могли бы увидеть из своих домов – но они интуитивно чувствовали, что лучше сегодня и носа не высовывать наружу! Семьи в своих домах старались собраться в гостиной и держаться вместе, желая ощутить, что они в безопасности.       Альбус, ведомый артефактом, добежал до злополучного тоннеля. Не замедляя шага, он вызвал своего Патронуса – из палочки вырвалась гигантская птица-феникс, разгоняя дементоров. Он подошел к мальчику, который весь сжался, уткнувшись лицом в пол и накрыв голову руками, и дотронулся до его плеча. Мальчик дернулся, всхлипнул, и обмяк – потерял сознание? Это был не Гарри. Путеводная нить замерцала и практически исчезла, но все еще указывала немного в сторону, куда и направился Альбус.       Он уже предчувствовал, что он увидит. Силой воли он заставил себя подойти ближе и взглянуть в мертвые глаза Гарри. Начал проводить диагностику, Первое, второе, третье заклинание …       У Гарри не было больше души.       Альбус практически вплотную наклонился к Гарри, аккуратно поддерживая его лицо своими ладонями, вглядываясь в когда-то живые глаза, усиленно пытаясь найти отблеск жизни. Хотя бы маленький намек, что он еще здесь, что он еще может слышать, что сможет вернуться.       Но Гарри не подавал ни одного признака осознанности.       - Гарри…, - хрипло вскрикнул Альбус, - как же я тебя не уберег... – Он сгорбился, прижав к себе своего ученика, и больше не издал не звука. В такой позе их и нашла Арабелла Фигг.       Пожилая, суховатого вида женщина кинулась к Альбусу, и эхо от ее шагов гулко разносилось по тоннелю.       - Альбус! Что произошло? Я пыталась связаться с тобой по камину, когда почувствовала приближение дементоров. Но ты и сам все узнал? Вот что значит – великий волшебник! – затараторила она на ходу, подбегая ближе, - значит, теперь можно быть спокойной! Наземникус куда-то запропастился опять, ему абсолютно ничего нельзя поручить … - Арабелла резко оборвала себя, увидев, что Альбус прижимает к себе кого-то … кого-то … такого знакомого. Она медленно наклонилась, уже зная, кого она там увидит. – О Боже! Что с ним? Что с тобой? Что произошло? Альбус, неужели…       Альбус поднял голову немного, чтобы посмотреть на Арабеллу:       - Его выпили дементоры. Души Гарри больше не существует.

***

      Петуния готовилась к ужину. Скоро должен был вернуться её любимый сын с прогулки с друзьями, - ах, какой популярный мальчик! А друзей у него сколько! - вместе с племянником. Вернон сидел в гостиной и смотрел новости. Вид у него был такой осуждающий, а усы так сердито шевелились, когда он ворчал по поводу нынешних нравов и ведущих, что никто бы ему и слова сказать не осмелился, рискуя утонуть в пучине поучений.       Их дом был достаточно удобным и красивым. Но никогда Петуния не чувствовала себя здесь уютно. Зная, что волшебники окружили дом «какими-то своими штучками», она никогда не могла полностью расслабиться. Но никто не смог бы упрекнуть ее в недостаточных стараниях, она, пытаясь быть образцовой хозяйкой и матерью, выбивалась из сил, держа дом на своих хрупких плечах. Каждое лето к ним в дом возвращался Гарри, сын ее сестры, из своего «как-его-там». Петуния с самого детства невзлюбила мальчишку. Он был для нее причиной всех бед и несчастий – сестра, с которой они плохо расстались и так давно не виделись, умерла. В доме начали постоянно происходить странные вещи. И она боялась, боялась за своего сына. Нелюбовь к Гарри возникла в первый же момент, когда она увидела его на крыльце своего дома. Вернон изначально положительно и с пониманием отнесся к неродному племяннику, но, будучи лишь ведомым в их паре Петуния-Вернон, быстро заразился неприятием жены.       Они никогда не били мальчика, но любви своей ему не давали.       Петуния понимала, что она поступает неправильно. Не как взрослый человек. Не так, как поступила бы Лили. Иногда она ловила себя на мысли о том, почему она вообще так негативно начала относится к Гарри с самого начала?       И вспоминала. Что у нее только родился ее Дадли. Что она еще нервничала и восстанавливалась после родов. Что она не могла уделить своему ребенку все внимание, как ей хотелось – приходилось делить с Лилькиным карапузом!       Все это не оправдание. Но она лишь человек.       Решительно встряхнув головой, отгоняя от себя эти мысли, она сервировала стол приборами на четырех человек. Резкий звонок в дверь отвлек ее от этого занятия.       Петунии не понравилось, как прозвонил звонок. Кто-то скажет, что дверной звонок всегда звонит в одном режиме, и нет у него никаких вариаций!       Но Петуния с этим бы поспорила. Потому что она уже слышала такой звонок – в ту ночь, когда обнаружила Гарри у себя на пороге.       Решительно откинув все сомнения и подавив робость, Петуния отправилась открывать дверь.       - Дадли, милый, ты пришел? Как раз вовремя! Как тебе всегда удается приходить вовремя, милый? Это в тебе от меня, - защебетала Петуния, поворачивая ручку двери и обрывая себя на полуслове. Прямо перед ней была компания из четырех человек. – Дадли? Дадли, что с тобой? Ты плачешь? Что произошло? – Петуния прижала к себе сына, ощупывая его на предмет травм и не замечая никого больше вокруг себя, - Милый, не молчи!, - всхлипы Дадли становились все громче.       - Кхм, - попыталась собраться с мыслями Арабелла, - миссис Дурсль. Миссис Дурсль! – Петуния не обращала на нее никакого внимания. Арабелла подошла к ней и мягко дотронулась до ее плеча, - миссис Дурсль,… давайте пройдем в дом.       - В дом? – Петуния бессмысленно уставилась на эту женщину. Да что она от нее хочет? Что с Дадли?       - Миссис Дурсль, прошу вас. – Она немного посторонилась, давая возможность увидеть Гарри на руках у Альбуса. – Давайте пройдем в дом.       Петуния увидела своего племянника. Успела отстраненно подумать, что же с ним? Но Дадли сейчас был намного важнее. А Гарри что? Гарри подождет. Оборачиваясь обратно к своему сыну, Петуния краем глаза зацепила что-то странное. Присмотрелась внимательнее к племяннику. Кажется, он был без сознания? Он был на руках у этого их директора, Альбуса.       - Что вы с ним сделали? Что вы сделали с Дадли? А ну убирайтесь отсюда! От вас одни неприятности! – Петуния начала приходить в ярость. Она медленно отстранилась от сына и начала приближаться к Альбусу, - что вы опять натворили?! – казалось, она его сейчас ударит.       Альбус просто стоял и смотрел на нее. Что он мог ей сказать? Что ее племянник мертв? Нет, не мертв, хуже – что его душа уничтожена навеки?       - Гарри! Дрянной мальчишка, а ну бегом сюда!! Как барышня, право слово, разлегся на руках! Ну что за человек? – Она подошла ближе, чтобы взглянуть на него. – Гарри? – нетерпеливо повернув его лицо к себе, она наткнулась на безжизненный, неосознанный, немигающий взгляд своего племенника. Сына Лили. – Гарри? Гарри!!!       Если бы кто-то сейчас выглянул в окно, он бы увидел, как Петуния плачет.

***

      Через несколько минут Альбус вернулся в замок, в свой кабинет. Прошел к камину, кинул в него Летучий порох. Бессмысленно смотрел на огонь, ожидая ответа.       - Северус! Приходи ко мне прямо сейчас. Открываю камин. Прихвати с собой все, что может помочь после воздействия дементоров. Я беру Омут Памяти и мы отправимся в Суррей.