Ты меня бесишь

      Почему-то утро воскресенья ничем не отличалось от субботы. Только вместо Чонгука на кухню прошла темноволосая девушка в большой Чиминовой полосатой рубашке. Юнги готов поспорить с кем угодно, что под ней сейчас ничего нет. Девушка, не замечая парня, подходит к холодильнику и достает оттуда бутылку воды, потому что Пак на этот раз позаботился о ее наличии. Следом за девушкой выходит уже и сам Чимин, подходит к ней и обнимает ее со спины, утыкаясь носом в волосы. Девушка улыбается, расслабляется, но ненадолго, потому что: - Не мешаю?       Девушка дернулась и резко повернула голову в его сторону. Чимин же проигнорировал и отпил немного воды. Мадам все еще в ступоре смотрит на Мина, а он, совершенно спокойно отпивает из своей кружки кофе, и так же смотрит в ответ. - Что, Чимин, любишь разнообразие? Я не успеваю привыкать. То Лиен, то Чонгук, а теперь… простите, как вас зовут? – лицо девушки вытянулось до неузнаваемости, а Чимин уже прожигал своим злобным взглядом улыбающегося Юнги. - Две недели, Чимин, только две недели прошло. Чонгук? Ты серьезно? Я, конечно, знала, что ты и мальчиков тоже, но я думала, что хоть что-то значу для тебя. Юни права была, ты тот еще бабник. - Он не бабник, он любит разнообразие. - процитировал Юнги, не отвлекаясь от телефона.       Вообще всего этого Юнги мог не говорить, потому что это лишние ссоры. Но нужно же было что-то получить взамен бессонным ночам из-за громких стонов? Вот напряженное без улыбки лицо Чимина он был готов наблюдать хоть весь день. Какое-то копошение в коридоре, грубые разговоры, два хлопка. Один дверью, а второй, судя по лицу Чимина, вошедшего на кухню, ладонью по щеке. - Это моя девушка была вообще-то. В этот раз не мог помолчать? - Ого, у тебя бывают отношения? Я думал, они тебе не нужны. - Я просто решил кое-что проверить, а ты все обломал, гаденыш. - Эй, ты как со старшими разговариваешь? - А кто тут старший? Ведешь себя, как ревнивый школьник. Если хочешь меня, так и скажи. – в этот момент в лицо Чимина прилетает полотенце, лежащее до этого мирно на столе, и плюс много красивых слов от Юнги.       Две секунды, и парни уже носятся по всей квартире. Даже не слышно, что кто кому кричит, но ясно то, что Юнги убегает от Чимина, который намерен опять начать приставать с щекоткой, потому что это самый эффективный способ довести Мина до криков. Все заканчивается тем, что Юнги запирается в ванной и громко смеется от того, как Чимин барабанит по двери.       Это было странное, но очень веселое утро. Чимину определенно понравилось. Потому что, оказывается, Юнги и с ним может смеяться. Оказывается, он вообще умеет смеяться. А улыбка все же красивая, и глаза так щурит. И почему Пак раньше не замечал этих кошачьих глаз? ***       Если честно, тот факт, что он стал все чаще задумываться о своем соседе, немного его пугал. Точнее, как немного, ну совсем пугал. Потому что он помнит, что в своей жизни такое испытывал только один раз, и это было худшее, что с ним происходило.       Поэтому он стал возвращаться домой еще позднее, а из дома, наоборот, уходил раньше, стараясь пересекаться с Юнги только на парах. Потому что его состояние сомнительно приближалось к тому, как пять лет назад. А все, блин, из-за чего? Из-за того, что увидел его улыбку два раза? Услышал, как он смеется и все? Они же наоборот, должны ненавидеть друг друга. Да и разные они совершенно. Но Чимину теперь кажется, что они могли бы даже подружиться. - Ты какой-то странный сегодня, хен. – послышалось из-за спины и Чимин обернулся. За ним стоял Чонгук с подносом в руке и как бы взглядом спрашивал разрешение сесть рядом. - С чего ты взял? – спросил Пак и кивнул перед собой, куда потом приземлился обед младшего, а вскоре и сам Чонгук. - Ты просто с Тэхеном сегодня даже не общался. Он волнуется, хоть вы и стали реже пересекаться. Ты же обычно обязательно пихнешь его в плечо, улыбнешься, а сегодня ходишь какой-то задумчивый, отстраненный. Это странно и непривычно.       «А ты бы не вел себя странно, если бы понял, что все его думаешь об улыбке своего вредного соседа, которую увидел еще четыре дня назад? Думаешь о его дыхании на своих губах, которые впервые почувствовал аж две недели назад? И эти мелочи заставляют полностью менять мнение о человеке» - хотел сказать Пак, уставившись на Чонгука, который спокойно поедал салат. Но остановился, заметив, что его сверлят взглядом. - А сейчас ты пугаешь. – Гук стал смотреть в ответ, а потом, отложив палочки в сторону, серьезным тоном спросил: - Что случилось? «Меня мои мысли пугают, такого еще со мной не было. Точнее было, но…» - Да так, с девушкой расстался. - У тебя была девушка? – чуть ли не выкрикнул Чонгук и сразу притих, заметив на себе посторонние взгляды, в особенности серьезный взгляд Чимина. - Да, была. Две недели вообще-то. – Чимин, наконец, отвис и начал ковырять недоеденные овощи в тарелке. - Стоп, так мы же на выходных как бы… - Забей. - Это не из-за меня, надеюсь? - Нет, это сосед все. - Юнги? Ты что, с ним тоже… - Ты мудак или да? – возмутился Чимин, а Чонгук на это лишь усмехнулся. - И что, так страдаешь из-за нее? Полюбил что ли? Хотя, даже если и ответишь, что да, все равно не поверю. Ты ведь любить не умеешь. - С чего ты это взял? - Все так говорят. – просто ответил Чон, все так же жуя салат, словно не сказал ничего обидного. Хотя, обидного для обычного человека, но не для Чимина. Потому что он и сам понимает, что любить действительно больше не умеет. Пробовал, понял, что это то еще дерьмо. - А вот трахаешься ты отменно… - Все, забыли. Ты чего сам не с Тэхеном? - У Тэхена любовь, не до меня сейчас. – он кивнул куда-то за спину Чимина, и тот повернулся.       За столом у окна сидел Тэхен, а на против него сидел Юнги. Сначала Чимин ничего не понял, и уже хотел спросить, мол «это что, Юнги его любовь что ли?», потому что Тэ смеялся, что-то рассказывал, активно жестикулируя при этом руками. Но потом Мин немного наклонился в сторону, и за его спиной он увидел его друга Хосока, что сидел рядом с Тэхеном и с улыбкой смотрел на него. И непонятно даже для себя, Чимин почему-то облегченно выдохнул, поворачиваясь обратно. - Ты чего? – заметив вздох, спросил Чонгук. - Просто рад, что у него все хорошо. - Ты сегодня странный, хен. *** «Оппа, ты когда-нибудь позовешь меня в гости?*» «Обязательно, когда съеду из общежития, зай» «Но ты ведь можешь это сделать хоть завтра, денег у тебя достаточно, так почему ты все еще живешь там? Ты боишься оставаться со мной наедине?)))» «Давай я просто проигнорирую твой вопрос. Увидимся завтра :з»       Можно подумать, что во время этой переписки, Юнги наверняка лыбится во все тридцать два, умиляется, или хотя бы легкая тень улыбки присутствует на его лице. Все же с девушкой со своей переписывается. Со своей, да. Они вместе и вроде как счастливы. И вроде как любят друг друга. Ну Сохен, по крайней мере, не стесняется говорить такие слова. Хотя, Юнги думает, что она не до конца понимает смысл этих слов. - Ты че хмурый такой? – Хосок тыкает пальцем в складочку между бровей на лице Юнги, от чего тот дергается и быстро убирает телефон в карман. - С Сохен переписывался. – тихо отзывается, берет рюкзак с подоконника, у которого они стояли, и идет в аудиторию, где через три минуты должна начаться картография. Хоби просто недоуменно посмотрел на друга и поспешил следом. - Вы что, поссорились? - Что? Нет, вовсе нет. С чего ты взял? - И вправду, с чего я взял, ты же всегда такой. – он пытается изобразить угрюмую гримасу, на что Юнги лишь одарил Хосока равнодушным взглядом. - Шуга, представляешь, Тэхен приглашает нас в четверг в клуб послушать их выступление. Он с друзьями какими-то выступает, поет. Вот нас зовет оценить, придешь? – вот если спросите, чья улыбка способна осветить весь мир и сжечь все, что попадется на пути, так это улыбка Хосока, вызванная мыслями о Тэхене. Юнги даже непроизвольно прищурился от нее, отворачиваясь и доставая тетрадь из сумки. - Вообще я думал его в кино сводить, но услышать, как он поет, в тысячу раз круче. - Прекрати называть меня Шугой. – на автомате добавил Мин, - Мы не в школе уже. Я думал в кино нужно с девушками ходить, а с парнями… не знаю, че там обычно с парнями делают? - Валят и… - Все, понял, не продолжай. – резко перебил друга, - Тебе к своей группе не надо? - Картография интересней метеорологии, я здесь посижу, ты не против? - Мне все равно. – как обычно ответил Мин и проводил взглядом только что вошедшего преподавателя, что что-то активно обсуждал с Чимином. Юнги и не заметил того, что непроизвольно залип на своем соседе. Только когда столкнулся с ним взглядом, резко опустил голову, принимаясь что-то записывать в блокноте. - Так ты пойдешь? – выжидал ответа Хосок, не переставая смотреть на друга, а тот глубоко вздохнул. - Ты же знаешь, как я отношусь к подобным местам. - Ну пожалуйста, Юнги-я, мне нужна твоя моральная поддержка! – Хоби посмотрел щенячьим взглядом на Мина, а тот смог лишь второй раз отчаянно вздохнуть и слегка кивнуть головой. Хосок вскрикнул радостно, за что был одарен грозным взглядом преподавателя и подзатыльником от Юнги. Больше он не говорил. ***       Сохен не унимается и напрашивается в гости, а Юнги просто не знает, что делать. Или боится. Он просто не до конца уверен в своих чувствах к ней. Не то, что бы он ее не любил, нет. Она ему нравится, она приятная девушка, ухоженная, лишнего не говорит, понимает, хотя в последнюю неделю что-то требует, но Юнги слишком тупой, чтобы понять. Или же слишком девственник. Не суть. - Чимин. – тихо позвал Юнги, все же надеясь, что парень не услышит и все же уйдет с кухни, как и планировал минуту ранее, потому что не очень хотелось заводить этот разговор.       Хосоку говорить что-то не было желания. И так понятно, что он ничего дельного по этому поводу не скажет. Будет только что-то в стиле «Не нравится она мне». Да и, собственно, все. А вот Чимин, наверное, поймет. Партнерш у него было много, поэтому должен понять.       Хотя, с чего бы ему что-то советовать Юнги? Они ведь даже не общаются толком, даже не знают ничего друг про друга. Все, что знает Мин о Чимине, так это то, что тот слишком умный парень, который благодаря своим знаниям поступил в универ раньше положенного и свалил в Сеул из Пусана без родителей. А еще то, что тот любит секс и всех, кто с ним как-то связан. Наверное, поэтому они вдвоем не сошлись. Потому что Юнги никак к сексу не относится, во всех известных смыслах. Любвеобильный мальчик Чимин, что сказать, и непостоянный совершенно. Неудивительно, что отношения ему завести сложно.       Он остановился и подозрительно посмотрел в сторону Мина. А тот лишь указал на стул перед собой и Чимин послушно сел, так же продолжая коситься на соседа. Сейчас он немного удивлен, потому что Юнги еще никогда его не звал вот так… спокойно. Не крича, не ругаясь, а просто спокойно. И Чимину даже страшно стало, вдруг что-то серьезное случилось. - Могу я с тобой поговорить? – в этот момент Чимин как-то резко поставил свою кружку с чаем, которую нес к себе в комнату, на стол. Так, что напиток немного пролился. И теперь Пак даже не стесняется своего удивленного взгляда, и Юнги это замечает и закатывает глаза. - Расслабься, боже, че так зыришь? – Чимин сглатывает и опускает глаза на небольшие лужицы вокруг кружки. - Что-то случилось? - Ты же мастер в этом… - он запинается, но потом вдохнув поглубже, смотрит совершенно серьезно на Пака, - Слушай, чего вообще нужно девушкам?       А взгляд действительно такой серьезный, что Чимин даже теряется ненадолго. Только через некоторое время, когда до него доходит смысл вопроса, резко выдыхает и улыбается, прикрывая глаза. - Хен, ну ты и напугал конечно. Я думал, что-то серьезное. - Это серьезно вообще-то. - Ну девушкам много чего надо. А что случилось? - Ну, тут просто моя девушка… - Погоди, стоп. Твоя кто? – удивился Чимин и почувствовал себя Чонгуком, как он вчера в универе удивился отношениям Чимина. - Девушка моя, что непонятного? – смущается Юнги и старается не задерживаться на этом, переходя к сути. - В общем, она постоянно в гости напрашивается, с родителями рвется познакомится, и еще кое-что… А я просто не знаю, как себя вести и что сказать, чтобы донести до нее мысль, что не хочу торопится. - Это твои первые отношения? - С чего ты взял? – удивляется Юнги и поднимает свой взгляд на Пака, но увидев его выражение лица, сразу опускает глаза обратно. - Ну да, первые, и что? У нас все… - И не спал ты еще ни с кем, верно? – продолжает уверенно спрашивать Чимин. Юнги молчит немного, а потом откидывается на спинку стула. - Все, забей, зря разговор начал… - Зря, потому что ты смущаешься? Это не должно тебя смущать, в этом нет ничего такого, всякое в жизни бывает. У меня вот, например, и девушки нет вовсе. - Но это не мешает тебе жить весело. - А кто сказал, что мне нравится так жить? - Стоны в твоей комнате сказали. И их регулярность подтвердила. – Мин смотрит, а Пак глаза опускает. - Не знаешь ты ничего, не лезь. – тихо проговаривает Чимин, а Юнги вообще, как бы, немного все равно. Ему бы со своими проблемами разобраться и в себе тоже. - Прости, если сказал что-то не так.       Что происходит? Почему Юнги извиняется? Ему же все равно, так какого? Да и за что в конце концов? Уже не первый раз смотря на задумчивые или поникшие глаза этого парня, Мин словно меняется, похуизм уезжает, а на его место приходит сострадание. Хотя, он даже не знает, в чем, собственно, дело и что он такого сказал.       А Чимин, услышав это, поднимает взгляд на Мина, лицо которого, на удивление, спокойно. Как вообще что-то можно прочитать в этом каменном лице? Но в глазах все равно что-то есть.       Чимин еще никогда так долго не смотрел в глаза Юнги, не всматривался, а сейчас присмотрелся. Вечно прикрытые глаза, оказывается, были такими вовсе не из-за присущего Юнги равнодушия к окружающим (хотя оно все равно есть), а из-за чего-то более серьезного, глубокого и личного. Того, что Юнги прячет за своими колкими фразочками, за дверью своей комнаты, у себя внутри. И по глазам, кажется, Чимин мельком уловил это. И в эту секунду Юнги совсем не был на себя похож. А Мин, кажется, тоже что-то почувствовал, оттого опустил взгляд и тяжело вздохнул. - Ничего… - запоздалый ответ, в котором, вообще-то уже никто не нуждался, но Паку нужно было что-то сказать, чтобы разрядить обстановку. - Ладно, доброй ночи. Все равно ничего дельного не сказал. Как и Хосок. – Юнги встал и ушел к себе в комнату, тихо прикрыв за собой дверь.       А Чимин даже и не помнит уже, о чем они говорили. Он помнит только какую-то еле уловимую печаль, что осела где-то в сознании Чимина, после того, как он заглянул в глаза Юнги. Может, это он напридумывал себе, может у него крыша едет, но ему кажется, что Юнги на самом деле совершенно другой человек. Не тот, с которым он жил предыдущие два месяца. И теперь просто обязан узнать его настоящего. А если Чимин чего-то хочет, то он это получает. *** - Уже завтра, Юнги, ты готов? – бодрый голос было слышно даже через наушники, поэтому Юнги нехотя открыл глаза, чтобы посмотреть, кто тревожит его крепкий сон на последней парте. Хотя, что за глупый вопрос, только один человек на свете способен на такое, потому что остальные просто не осмелятся. - Я не понимаю, о чем ты и ближайший час вникать не собираюсь, так что будь добр, съеби. – Юнги закрыл глаза и повернул голову в другую сторону. Но в этот же момент под его руками вибрирует мобильник, и парню просто приходится приподнять свою голову, чтобы взглянуть на еще одного придурка, что потревожил его. Этим придурком, правда, оказалась Сохен, поэтому Юнги резко выпрямился и открыл сообщение. «Юнги, прости, я к родителям на неделю уехала, не погуляем сегодня :с» - и Юнги разочаровано выдыхает и падает опять головой на парту. А ведь именно сегодня он собирался сделать этот отважный шаг и пригласить к себе. Ведь уже больше месяца прошло. Видимо сама судьба против, поэтому придется смирится. Юнги судьбе доверяет, хоть и недолюбливает. - Что-то случилось? – взволнованно спрашивает Хоби и тоже кладет голову на стол, поворачивая ее в сторону Мина. - Сохен к родителям на неделю уехала. – пробубнил Мин. - Да это же здорово! – подскакивает парень, но встречая злобный и непонимающий взгляд своего друга, немного прокашливается, - Ну, то есть, жалко конечно, что вы не погуляете, да. Но это ничего, ведь завтра идем в тусить, верно? - Я не давал никаких обещаний. - Эй, ты что, кинешь меня что ли? – Юнги уже хотел что-то промычать в ответ, но Хосок его опередил, - Даже слушать не хочу. Ты идешь со мной и точка. Пора становиться мужиком! Ты даже не напивался нормально ни разу. Все, я побежал на тренировку. Только попробуй завтра слинять.       На счет «не напивался» он конечно преувеличил. Сам помнит, когда Юнги первый раз попробовал алкоголь, для Хосока тогда тоже это было в новинку. И еще он прекрасно помнит, как они вдвоем отметили свой выпускной. Правда, именно с того момента, Юнги больше бутылки крепкого или двух банок пива старается не выпивать. Знает, что не может себя вести адекватно в таком состоянии. И всегда чувствует, когда ему стоит остановиться.       Пары закончены, ничего не остается делать, кроме как пойти домой. Сохен не в городе, поэтому вечер оказывается свободным. Ну и ладно, все равно у него есть кое-что незаконченное. - Постой, сосед! – послышалось за спиной, и Мин уже жалеет, что никак не может купить себе нормальные наушники и что дергается от неожиданных звуков неосознанно. Юнги обернулся и увидел, как к нему приближается Чимин собственной персоной, а потом останавливается прям перед ним, опираясь на коленки, и дышит тяжело. Бежал зачем-то. - Ну ты и быстрый, конечно. Только звонок, а ты уже здесь. Думал. Что потеряю.       Он все еще отдышаться не может, а Юнги смотрит секунды две на него, как тот улыбается, как спина ритмично часто то опускается, то поднимается, как солнце играет в черных растрепанных волосах. Смотрит на все это, а потом так же равнодушно разворачивается и продолжает путь, не вынимая наушники. - Эй! – Чимин удивляется такому поведению, хотя оно самое обычное и совершенно присущее для Юнги, но такое Чимина не устраивает. Он равняется с Мином, вынимает из его дальнего уха один наушник и вставляет себе. - Слышь, мелкий, ахуел? – Юнги настолько удивился, что даже наушник вернуть не догадывается. Только смотрит на эту улыбающуюся морду, что закрывает глаза и двигает рукой плавно в такт музыке. Только потом понимает, что он слушает его музыку, и резко выдергивает наушники вовсе, сворачивая и убирая в карман. - Красивая мелодия. А кто исполнитель? – вроде обычный вопрос, на который почему бы и не ответить. Так думает Чимин, пока не встречается со злым взглядом, от которого даже мурашки по телу пробежали. - Ладно, можешь не отвечать. Но все равно красиво. – Чимин начинает напевать тот отрывок, что запомнил, и из-за этого получает кулаком в плечо. - Ай, за что? - Не пой эту мелодию. Нигде, усек? И че ты вообще увязался за мной? - Я ключи от квартиры забыл, а как подумал, что ты свалишь куда-нибудь, и что я так и не попаду домой. Жуть.       Юнги ничего не ответил, лишь вздохнул поглубже и снова его лицо приняло на себя любимое свое выражение – никакое. Минут пять они шли в тишине, и Юнги подумал, что не все так плохо. Это почти так же, как и одному, только рядом еще кто-то тащится. И вот Юнги даже позабыл почти, что с ним кто-то есть, пока этот кто-то не начинает зачем-то рассказывать про свои школьные годы.       Говорил про то, как на самом деле изгоем был, пухленьким, но все эти смешки в его сторону лишь мотивировали его. В итоге перескочил в средней школе два класса и оказался сразу в старшей. Рассказал, как пропадал в тренировочном зале, занимаясь своим телом, и параллельно готовился к экзаменам. Танцевал раньше, да и поет неплохо. Первые два курса снимал квартиру и жил с сестрой, а потом она уехала обратно в Пусан, потому что учебу закончила, а Чимину пришлось в общежитие переехать.       А дальше он сказал нечто ужасное, потому что: - Расскажи о своей жизни? Мне просто интересно. Два с половиной месяца живем под одной крышей и ничего друг о друге не знаем. Только теперь ты знаешь чуточку больше. А Юнги в это время думал: «Ну вот чего тебя на разговоры потянуло, а?». В любой другой ситуации он послал бы всех далеко и надолго, но глянув мельком на лицо парня, что так по-детски и мило улыбался, почему-то язык не поворачивался сказать что-то грубое. Даже на секунду показалось, что эта улыбка даже теплее, чем у Хосока. А стоило на самом деле задуматься, какого черта? - Из Тэгу приехал. Поступил на географа, потому что так с другом решили. Мама работает в крупной компании и высылает мне каждый месяц по куче денег, которые если честно, я сам не знаю, куда тратить. Что еще сказать… - Я видел в твоей комнате синтезатор. Ты играешь? - Нет, это для декора. – сарказм, без него никуда. - А отец? – осторожно спросил Чимин. Если уж идти на поводу своей любопытности, то напролом. Но уже засомневался, когда увидел резкую перемену эмоций в лице Юнги. - Тебя это не касается. И чего ты вообще прикопался? – и до Юнги вдруг доходит, - Ты же вышел позже меня из квартиры. Хочешь сказать, что оставил ее открытой вместе с ключами и ушел? - Хм, а об этом я не подумал… Точно! Вспомнил, я закрыл дверь и закинул ключи в сумку. Видимо, я плохо искал… - Чимин начал копаться в сумке, при этом ну слишком ярко улыбаясь. Чимин почувствовал, как его слегка ударили по подзатылку, а потом увидел, как прям перед ним закрылась дверь в подъезд. ***       Ноты на этой странице почти не читаются, но Юнги усердно подбирает их на своем синтезаторе и записывает все на ноутбук. Мелодия есть, но в некоторых моментах остаются пропуски. Эту страницу с нотами отец записал карандашом. Прошло уже много времени, страницы потрепались, поэтому карандаш почти стерся. Мин уже хочет забить на недостающие ноты и придумать свои, но все равно внутри что-то требует, чтобы композиция была именно такой, какой ее придумал его отец.       С помощью этой музыки он может хотя бы немного понять, как чувствовал себя старший Мин в тот день, когда писал эти ноты на страницах своего блокнота. Было много спокойных, расслабляющих мелодий, одна была ритмичной, а эта мелодия, которую и пытается разобрать сейчас Юнги, какая-то печальная. И почему-то больше остальных нравится парню. Каждый раз Юнги играет эту мелодию и заполняет пропуски по-своему, и каждый раз выходит что-то новое, красивое, но все же почему-то печальное.       Взгляд опять скользит по блокноту, затем опять по клавишам, а в конце по экрану монитора, где видна звуковая дорожка, а сбоку множество кнопок и дополнений. Запись завершена. На этот раз Юнги опять вставил свои ноты в пропуски, решив, что сейчас они подходят туда больше всего. Свернув программу и открыв браузер, Юнги сразу заходит на почту, куда ему присылают новости. «Известна дата сольного концерта корейского исполнителя. Он пройдет 2 июня в центральном концертном зале Лос-Анджелеса…» - а дальше Юнги не дочитал и резко хлопнул крышкой ноутбука.       2 июня. Совсем скоро. Сколько дней остается? Двадцать? Забавно, что виза у Мина есть, он ее давно сделал, когда еще думал сам отправится в Америку к отцу. Но потом в последний момент передумал. А сейчас ему ничего не мешает купить билеты на ближайший самолет и отправится туда. Вот только нужно ли ему это сейчас? Он уже решил, что первый не поедет. Будет ждать, когда отец сам вспомнит о своем сыне, сам позвонит. Но он не звонил.       Опять он копается в своих мыслях, думает о том, о чем не должен и готов просто разреветься на месте. Он опять чувствует себя тем девятилетним ребенком, которым был когда-то. Который ревел из-за несправедливости к тому, что его не оставили с отцом. А тот просто уехал. И больше не приезжал. - Юнги, я там пиццу заказал, приходи… - робкий стук в дверь и парень замирает. Юнги сидит на стуле, перед ним пианино, закрытый ноутбук, а голова лежит на клавишах, и лицо утыкается в руки. Можно было подумать, что он так уснул, если бы не периодические всхлипывания. - Юнги… - Уходи. Тебя еще здесь не хватало. – глухой ответ куда-то в рукава толстовки, а Чимин подходит ближе, садится на корточки напротив, кладет руку на плечо, поглаживает.       Здесь ничего говорить не надо. Чимин просто напуган, потому что не ожидал когда-нибудь увидеть такое… Если он бы крайне удивлен улыбке со стороны Юнги, то это ни в какие границы не входит. Страшно. Только страшно не за себя, а за Юнги. Страшно подумать, что с ним творится. Поэтому Чимин молчит и лишь притягивает к себе.       Юнги слабо цепляется за плечи Чимина и утыкается носом куда-то в шею. И плачет. Действительно же плачет. Пак поглаживает одной рукой спину, второй путается в волосах. И молчит до тех пор, пока Юнги не успокаивается. - Будешь пиццу? – легкий кивок, Чимин отстраняется. - Иди умойся пока, я разогрею. – уходит. Потому что знает, как сейчас ему будет неловко.       Юнги приходит на кухню через пятнадцать минут. На столе стоит две большие пиццы, некоторые куски которых уже успели исчезнуть, и кружка кофе напротив стула Юнги. Парни ничего не говорят, они просто сидят и едят. Мин так ни разу и не поднял глаза на Пака, а второй просто думает, что это вообще было, и понимает, что спрашивать об этом не стоит. Да и рассказывать никому тоже. Но Юнги все же видимо страхуется: - Не говори никому. Расскажешь – лично ночью подушкой задушу. – бубнит он куда-то под нос с набитым ртом, а потом делает большой глоток кофе, от которого хмурит брови. Но на Пака так и не смотрит. - О чем ты? Я не понимаю. – Чимин улыбается и смотрит. А Юнги больше ничего не говорит.