Ты меня бесишь

- Это что, вишневый сок? - первым делом спрашивает Чимин, как только поднимается на крышу и видит Юнги, сидящего недалеко от края и что-то ища в телефоне. Юнги на удивленный возглас поднял голову и пожал плечами, показательно делая из коробки сока большой глоток. - Боже... Юнги, ты меня удивляешь. - А на что ты надеялся? Сам сказал, что на мой выбор.       Пак плюхнулся рядом, повторив позу Юнги, по-турецки. Он потянулся к мармеладным мишкам и закинул себе в рот несколько штук. Уже темнело, а перед ними раскинулся город, над которым садилось яркое солнце. Красивые цвета переливались от самых ярких к темно-синему. Если обернуться и присмотреться в темную часть неба, то можно было рассмотреть первые звезды.       Все же Пак гордился собой. Разобрал весь этот кладовочный хлам, который так то не легкий, и даже без лишней помощи. Он ничуть не обижается на Юнги за то, что тот был рядом и не помог. Все-таки это он вытащил Мина на чердак, хотя сам до конца не осознав почему. Или на самом деле он уже давно все понял, разобрался, но просто никак не может признаться самому себе... - Вот, послушай. - внезапную тишину и бурю мыслей в голове Чимина прерывает хриплый от долгого молчания голос.       Юнги жмет пару раз на экране своего телефона, выдергивает наушники и делает погромче. Мягкая музыка, исполненная на клавишах, обволакивает парней, как этот теплый майский ветер. В собственной гармонии со стихией она разлетается по улице на высоте десятиэтажного здания. Чимин прислушивается, и ему определенно нравится то, что он слышит. Мелодия кажется знакомой. Он думает, что это та самая, которую Юнги чаще всего играет в своей комнате, когда не в настроении.       Когда мелодия заканчивается, Юнги, не поворачивая головы на Чимина, спрашивает его мнение. - Это волшебно. Правда, очень красиво! - восхищается парень, произнося эти слова с таким трепетом, а в глазах Чимина можно прочитать неподдельное уважение к труду Юнги.       Старший только тяжело вздыхает и проматывает мелодию снова, включая где-то на середине. - Послушай еще раз этот момент.       Чимин послушно вникает в мелодию, уже обращая внимание на ноты и построение звуков, но один фрагмент заставляет его сердце слегка сжаться. Он сам не понимает, зачем высказывает резкое "стоп", но Юнги останавливает, и почему-то улыбается. - Ты что-то здесь услышал? - интересуется Мин, явно довольный реакцией. - Там момент... Кхм... - он прочищает горло и по памяти перебирает голосом ноты, находя нужную, - это фа, я совсем не ожидал ее услышать в этом моменте, но скажу, что эффект производит офигенный. У меня аж в легких защекотало. - Пак Чимин. - произнес старший, пристально смотря на парня рядом. Младшего даже это немного напугало, ведь вдруг он сказал что-то не то, что-то оскорбляющее для Юнги. От такой мысли ему стало нехорошо, поэтому он лишь смотрел в ответ и ждал продолжения фразы. - Почему ты такой? - Какой? - после недолгой паузы недоуменно спросил Чимин, даже с нотками обиды. - Такой идеальный. - совершенно серьезно сказал Юнги, все также смотря на Чимина.       А у того, если не сердечный приступ, то весь мир на грани обморока. Потому что, Юнги сейчас что сделал? Назвал его идеальным? Чимина? Того самого Чимина, который жизнь ему отравляет своим присутствием, вечно мешая ему в квартире, назло влезающего в его личное пространство и показывая свое над ним превосходство? Да схрена ли?       И прежде, чем Чимин успевает хоть как-то отреагировать, вместо открытого рта, Юнги продолжает. - Ты хорош в учебе, в отношениях, друг отличный, следишь за собой, не творишь глупостей, ну по большей части, талантливый к тому же, с прекрасным голосом и слухом. И вот назревает вопрос, почему же ты мне так не понравился в первые дни?       Чимину показалось, что ему только что признались в любви. Все это звучало так искренне. Сомнений не оставалось, Юнги действительно так считает.       Конечно, младшему не привыкать к комплиментам, но слышать их от Юнги - это теперь новый фетиш. Не каждый день случается такое, точнее, совсем не случается. - Если я тебе так понравился, то предложил бы встречаться. - выпалил Чимин первое, что пришло ему в голову.       Юнги даже поперхнулся мармеладным мишкой, которого закинул себе в рот только что. Чимин засмеялся от этой картины, пока старший прокашливался, потому что сладкое стало раздражать горло. - Какая жалость, я уже встречаюсь с девушкой, - все же ответил охрипшим голосом Мин и запил соком. - Ого... Хен, может ты вовсе не промах, а в соке далеко не сок?       Юнги ну правда пытался сдержать смех от всей ситуации и глупой фразы Чимина, но уголки губ все равно предательски поползли вверх, и он толкнул младшего в плечо, посылая куда подальше. Пак смеется звонко, откидываясь спиной на крышу, и глубоко вдыхает свежий воздух с улыбкой на губах. Мин вскоре поступает так же, как и его сосед, и все оставшееся время они лежат на крыше, смотря как появляются звезды и разговаривая почему-то об однополых отношениях, делясь своим мнением и отпуская друг про друга глупые шутки, которые совершенно не задевают.       С крыши они возвращаются поздно и, пожелав друг другу спокойной ночи, расходятся по комнатам, полностью довольные проведенным временем.       Чимин многое готов отдать, чтобы такие вечера входили в его режим хотя бы раз в неделю, а Юнги думает, что его сосед на самом деле очень хороший человек, и наверное не стоит каждый раз относится к нему холодно. Кто знает, может, они подружатся? ***       В этот раз они приходят в универ вместе, еще с утра обсуждая какую-то тему, связанную с музыкой. Вроде все началось с интереса Чимина к песням Юнги на телефоне, когда без спроса полез в его плейлист. Юнги конечно позлился, но совсем недолго, видимо привык, и поделился с Паком своими любимыми треками.       Да, именно с этого и началось. И никак не могло закончится, даже когда они вошли в аудиторию для сдачи теста для Америки. Когда им все же пришлось сесть на свои места, каждый из них был приятно удивлен, насколько же они друг для друга приятные собеседники.       А Хосок, уже находившийся в тот момент в аудитории, был поражен, кажется, больше всех. Такого большого словесного потока от Юнги, и даже не мата, он не слышал со времен старшей школы. При этом, он выглядел таким воодушевленным, а глаза прямо сияли от интереса. Но он обязательно расспросит Юнги позже, а сейчас надо сосредоточится на тесте.       В аудитории помимо их пятерых сидели еще восемь человек, претендовавших на место путешественников, поэтому нужно постараться. Нужно постараться... - Боже, ну ты то! Ты что жопой чертил, что тебя не взяли? - ругается на весь коридор Юнги, пока Хосок еле сдерживает слезы. Серьезно, провалиться в таком тесте! Его хотя бы утешает то, что Чонгук тоже не прошел. Не один такой.       Точнее Чонгук просто ничего не писал и сдал чистый лист, потому что в последний момент передумал. В итоге в Америку летят Юнги с Чимином, а с ними Тэхен. Просто замечательно. - Ну как я без тебя туда полечу, а? Ну почему именно ты-ы-ы, - ноет Тэхен, повиснув на шее своего парня.       Тот нежно расцеловывает его макушку и щеки, говоря, что ничего страшного не произойдет и что это всего неделя, к тому же там будет Чимин и Юнги. Тэ еще что-то говорил про то, что кроме Хосока ему никто не нужен перед тем, как они не начали яростно щекотать друг другу языки.       Юнги от этого вида стало чуть ли не воротить, поэтому он успешно ретировался домой, чтобы переодеться к встрече с Сохен. Но в последний момент та прислала смс, что не сможет сегодня, так как снова нужно в больницу. Мин понимает, соглашается на встречу через три дня и запирается в своей комнате до возвращения Чимина, снова наигрывая свою любимую мелодию. Только уже с другой нотой, снова. - Ты заменил фа.       Юнги пугается от неожиданного чужого голоса в своей комнате поворачивается к двери. За ней стоит Чимин, укутанный в теплый желтый плед и держа в руке еще один. Видимо, для Юнги. - Зачем подкрадываешься? - выдыхает старший и выключает синтезатор.       Он уже знает, что хочет Чимин. Поэтому просто берет второй плед из рук, идя сначала на кухню за Чимином, который пихает себе под руку подготовленную бутылку красного полусладкого, а сам хватает стаканы, выходя потом первым из квартиры, дожидаясь, пока младший зашнурует свои кроссовки.       На улице сегодня прохладно, но все равно ясно, поэтому лицезреть красивые звезды им повезло. Чимин управился с пробкой, поэтому они уже пропускают по бокалу (по другому керамические кружки с вином внутри называть как то не хочется) и отмечают успешную сдачу теста.       Вчера они уже приходили так на крышу, потому что обоим понравилось проводить здесь время и беседовать обо всем. Юнги нравилось слушать младшего, его истории из прошлого, его голос сам по себе. Но все же в этих историях было такое ощущение, словно что-то умалчивается, что-то возможно важное для Чимина. Юнги не расспрашивал, все же это может быть личным, так что он решил, что если тот захочет, то сам расскажет.       Когда они уже валялись на своих пледах, глядя на темное небо, солнце уже скрылось за горизонтом. Парни лежали рядом, касаясь друг друга плечами и ногами. И если для Юнги это лишь был некий способ согреться, то для Чимина это была целая возможность вот так бессовестно прикасаться к голой коже старшего. Они оба были в футболках, поэтому тепло друг друга полностью ощущали. - Эта мелодия... - начал тихо говорить Юнги, привлекая к себе внимание, и Чимин повернул голову в сторону старшего, - Она написана не мной, а моим отцом. В том самом блокноте записано много нот, от разных произведений. Наброски. И именно эта мелодия не сохранилась полностью. Я пытаюсь заполнить ту пустоту, что стерлась, но выходит всегда как-то не так. Это не дает мне покоя.       Мин взглядом плавал где-то там, наверху, в звездах, пока Чимин медленно погружался в человека рядом. Юнги не понимает, как смог открыться сейчас Чимину, когда еще двумя неделями ранее вел с ним холодную войну. Он действительно чувствует, что младший становится для него не просто соседом, и это так осязаемо, что в полной мере может ощутить эту связь. Он не сразу замечает, что Чимин глаз с него не сводит. Но потом тоже поворачивает голову в его сторону и смотрит в глаза в ответ.       Чимин на самом деле невообразимо красивый парень. Особенно сейчас, когда черная растрепанная челка небрежно откинута назад, а зрачки расширены из-за темноты. Возможно, так на него действует алкоголь или особая атмосфера, что витает вокруг них, но Юнги не чувствует ни капли смущения, вот так просто лежа в максимум пятнадцати сантиметрах от лица Чимина. И совсем не смущается рассматривать его родинки на лбу.       А Чимин в этот самый момент, когда встречается с глазами старшего, окончательно признает свое поражение. Юнги очаровательный в этом свете ночных звезд с его прикрытыми уставшими глазами и мягким взглядом, направленным прямо на него.       Если не знать, кто они, если посмотреть на них со стороны, то можно подумать, что они влюблены. Младший хочет почему-то, чтобы именно так и было. Он совсем позабыл, какого это, смотреть на человека и чувствовать трепет. Он совсем забыл, что у любви есть и хорошие моменты. И почему-то Чимин не страшится снова пропасть в человеке, как сделал это несколько лет назад.       Пак совсем себя не контролируя, списывая порывы на алкоголь, двигает головой ближе к Юнги и застывает взглядом на красивых губах, не смея прекратить смотреть. Старший головой понимает, что то, что сейчас происходит, или, в худшем случае, еще только произойдет, совершенно неправильно. Для Юнги это неправильно. Но тело его не слушается, оставаясь в исходном положении, так же продолжая смотреть в глаза Чимину. А потом взгляд, так же, как и у младшего, падает на его губы, которые тот почему-то волнительно покусывает. А когда чувствует, что чужая ладонь накрывает его, и переплетает с ним пальцы, то все равно не отталкивает, наоборот, слегка сжимает в ответ. - Что ты делаешь? - почти шепчет Юнги, но Чимин глаз не поднимает, продолжая следить за губами Юнги. А когда видит, как старший быстро облизывает отчего-то пересохшие губы, то не сдерживает судорожного вдоха. - У меня возникло странное желание, - так же шепотом отвечает Чимин, еще немного придвинувшись, - И мне кажется, что если я этого не сделаю, то как минимум сойду с ума.       И когда до губ остаются считанные сантиметры (и Юнги даже ненадолго закрывает глаза), старший резко отворачивается, принимая сидячее положение, выпуская из своей руки руку Чимина. Ежится от внезапного холодного ветра, который почему-то отрезвляет лучше, чем вся эта ситуация, и растирает покрасневшие щеки ладонями. Кажется, Чимин даже не шевельнулся. Ну и пусть, думает Юнги. Ему внезапно стало слишком неловко смотреть на соседа, поэтому, когда ему на глаза попадается недопитая бутылка все того же красного полусладкого, то не церемонится и пьет из горла, делая четыре больших глотка. Легкое жжение в горле, и в следующую секунду ощущение расплывающегося жара в груди. Согревает.       Бутылку из рук у него выхватывает уже младший и поступает точно так же. Юнги смотрит, как дергается от глотков кадык парня на фоне ночных огней города. А когда тот перестает пить, то тяжело выдыхает и отчего-то усмехается. - Я почти не сошел с ума, - с легкой улыбкой произносит Чимин, и Юнги не может разобрать печальная она или нет, из-за темноты. - Прости, это все алкоголь. Ты же уже знаешь, мне нельзя напиваться. - Нет, нет, не надо. Это же я провоцирую. Извини, ты слишком красивый, когда во мне вино, а над нами звезды, - оправдывается Чимин и теперь уж точно глупо улыбается. - Хочешь сказать, что днем я не такой красивый? - недовольно подмечает Мин, но они оба знают, что это все шутки. - Возможно. Не знаю. Не присматривался. Врет. Еще как присматривался.       Но Юнги верит, толкает несильно в плечо, как обычно, называя придурком, и падает обратно из-за руки Чимина, тянущего его назад за собой. ***       На самом деле, поцеловавшись они по пьяне, ничего бы страшного не произошло. Ну, Юнги так подумал, когда проснулся этим утром. Он уже целовался так с Хосоком на выпускном, когда ему стало интересно, какого это, с парнем. Тогда ему показалось, что ничего в этом необычного нет и успокоился.       Но сейчас он чувствует, что все было бы по-другому. Не так, как с Хосоком. И возможно он бы даже попробовал, но есть весомые причины, почему он не позволил себе пойти на поводу у соблазнов, даже будучи пьяным.       Ну во-первых, у него имеются отношения, которым совсем скоро стукнет два месяца. Юнги, как бы он не избегал половой жизни со своей девушкой Сохен (да и в целом половой жизни), относится к отношениям в принципе достаточно серьезно. И если бы он поцеловался с Чимином, его бы кушала совесть до тех пор, пока бы не признался.       Во-вторых, он знает, что Чимин способен и по мальчикам, а потому не хотел его провоцировать и давать надежду на что-то большее. Все же он живет с ним не первый день, видит, как тот относится к тем, кого уже заполучил. А вдруг он решил, что Юнги может стать частью его коллекции? На такое старший соглашаться вообще не хотел.       В-третьих, Чимин безумно красивый для парня. Его ровная линия челюсти, пухлые губы и эти сонные большие глаза, все это настолько привлекательно вкупе с нежным голосом (на самом деле не таким уж и высоким, как может показаться на первый взгляд), Чимин представляет собой невообразимую картину, перед которой сложно устоять.       Этот третий пункт вообще никак не вписывается в оправдания своего отказа Чимину, но он не мог все это снова не воспроизвести в своей голове.       И вот теперь с того дня он смотрит на Чимина иначе. Совсем иначе. И его это немного пугает. *** - Хеооон, можешь сделать одолжение? М? - почти кричит в трубку Пак, отчего Юнги невольно морщится, кидая взгляд на настенные часы. 04:08. - Ты больной придурок? Совсем страх потерял? - также кричит, точнее хрипит, но пытается делать это громче, чтобы перекричать музыку, доносящуюся из динамиков. - Хен, забери меня, пожа-а-алуйста! - почти ноет парень, явно отвлекаясь на кого-то в клубе, в котором возможно сейчас находится. - Вызови такси, не маленький, - бросает старший, намереваясь отключиться и выспаться в свой заслуженный выходной.       Предыдущие три дня их в универе конкретно запрягли проектом, который сдать вообще-то можно только через месяц, но преподавателям понадобилось сделать проверку именно на этой неделе.       Но его останавливает посторонний голос в трубке. Разговора не понять, но можно услышать Чимина, который отчаянно кричит какому-то ублюдку отвалить от него, и периодический шум, результатом которого возможно является отбивание телефоном. - Чимин, говори адрес, - как можно громче произнес Мин, вставая с постели. Видимо выспаться не судьба. - Это тот. Который наш. Ну где мы с Тэ и Гуком поем.       Юнги сбрасывает, натягивает свою любимую черную толстовку, которая папина, хватает кошелек, ключи от машины, телефон и выбегает из общежития. Почему-то предчувствие нехорошее.