новая Долорес

Большой зал поражал своей атмосферой: это небо над головой, парящие свечи. Он поистине волшебен, хотя это же школа волшебства в волшебном мире, пора привыкать к подобному. Столы ломились от всевозможных угощений, ученики общались с друзьями после долгих каникул. Эта атмосфера веселья и чуда поглощала с головой, не позволяя остаться равнодушным. Вот директор поднялся, чтобы произнести свою приветственную речь: «Добрый вечер дети. В этом году в составе преподавателей две замены. Мы рады снова приветствовать профессора Грабли Дерг, она будет преподавать Уход за магическими существами, пока профессор Хагрид находится в отпуске. Мы так же приветствуем нового преподавателя Защиты от темных сил — профессор Долорес Амбридж. Уверен вы все вместе со мной пожелаете профессору удачи.»

***

Ага, как же, рад он мне. Да он бы меня на порог школы не пустил, будь его воля. Дамблдор — не глупый, понимает, что посылая меня сюда, министерство таким способом хочет вмешаться в политику Хогвартса и директора в частности. Мне здесь не рады, черноволосый мужчина, сидящий рядом, — живое тому доказательство. На сколько я поняла, это профессор Снегг, не один год пытающийся стать преподавателем Защиты. Мне, право, его очень жаль, он очень способный и надежный человек. В нашем мире он был бы на вес золота, такой профессионал своего дела. А здесь его не особенно жалуют, Дамблдор очень принижает его достоинства. Еще и использует его как двойного агента, ничего не давая взамен, и напрочь не заботясь о его чувствах. Думаю, с Северусом необходимо переговорить, может, убедившись в моей искренности, которую мне предстоит ему как-то доказать, он поверит мне и поможет предотвратить тот беспорядок, описанный в книгах. Очень не хотелось бы, чтобы такой искусный зельевар и просто хороший человек погиб, исполняя роль пешки на шахматной доске такого заядлого игрока и интригана, как действующий директор. Я ведь помню, как я вместе с внуками роняла слезы при просмотре сцены смерти этого храброго человека. Его ж еще предателем все считали. Это несправедливо. Так что такими ценными кадрами я раскидываться не собираюсь, нужно переманить профессора зелий на свою сторону.

***

Я, видимо, слишком задумалась, так как длинная речь директора подходила к концу. Сейчас можно и самой пару слов сказать. «Благодарю вас, директор, за ваши добрые слова приветствия. Хотелось бы сказать и мне пару слов. Для начала, милые дети, я надеюсь, что мы с вами поладим, станем друзьями. Я здесь по просьбе министерства, ведь министерство всегда считало обучение юных волшебников и волшебниц делом чрезвычайной важности. Министерство, как и каждый директор этой старинной школы, всегда стремилось привнести что-то новое полезное в процесс обучения и преподавания. Давайте все пообещаем сейчас друг другу, что сделаем все от нас зависящее, чтобы сделать эту школу хоть немного лучше. Сделаем так, чтобы нами гордились предки. Плодотворного учебного года, друзья. Терпения и удачи нам всем. Спасибо. » Думаю, я произвела на всех впечатление: не розовое экранное одеяние, уверенный голос, располагающая, а не приторная улыбка. Может не совсем и положительное, но недовольных шепотков и презрительных взглядов не было — уже хорошо. На протяжении всего ужина я мельком наблюдала за Поттером. Его все считают вруном, обманщиком. Это понятно по взглядам, которые на него кидают. Я все-таки учитель со стажем, смогу уж разглядеть назревающий конфликт. А если Гарри будет еще и на каждом углу кричать, как в фильме, о возрождении Лорда, его и вовсе «загнобят», если говорить современным языком. Нужно как можно поскорее поговорить с мальчиком, он еще не понимает, как правильно действовать в сложившейся ситуации, а то он местных учителей он помощи пока не получит, это он в будущем герой и мальчик-который-говорил-правду, сейчас же преподаватели вовсе пытаются не смотреть лишний раз в его сторону.

***

Какая удача — первый урок и сразу у курса Поттера. Поприветствовал всех, начала лекцию с того, что министерство считает нецесообразным тратить время на практику, можно ограничиться лишь лекциями. Гарри долго сдерживался, но под конец не выдержал и начал говорить обратное — о необходимости практик. Дабы избежать очередной его речи о воскрешении Воландеморта, попросила мальчика задержаться после занятия, чтобы все обсудить, а пока вежливо попросила не мешать проводить занятие, как того требует расписание. «Избранный» сначала сидел как обиженный котенок, не мог дождаться конца пары, но позже втянулся, все вообще слушали меня внимательно. В какой раз убеждаюсь, что первое впечатление очень важно. И стоит повести себя достойно в конфликтной ситуации, и тебя начнут уважать. До уважения, конечно, далеко, но первый шаг сделан. Не считают истеричкой и собачкой министерства, и на том спасибо.

***

После занятий Гарри, как мы и договаривались, пришел в мой кабинет. — Присаживайтесь, мистер Поттер. Нам о многом нужно поговорить. Похоже мой доброжелательный настрой «сбил его с ног», он забыл, что хотел начать с обвинений, это было видно по округлившимся глазам и слышно по удивленной интонации. Он послушно сел на предложенное место и заговорил: — Здравствуйте еще раз, профессор. Я хотел бы поговорить о, — тут я не дала ему договорить. — Я знаю, мистер Поттер, я знаю, что вас так интересует. Но перед этим я хотела бы попросить вас об одном одолжении. Наш разговор должен остаться только между нами. Я прекрасно знаю о ваших дорогих друзьях, о привязанности к директору. Но все же попрошу это. Вы сможете хранить наш разговор в тайне? — Профессор, я не совсем понимаю о чем таком секретном мы будем разговаривать, что я не могу этим ни с кем поделиться. — Гарри, милый мой мальчик, я хочу открыться тебе. Позволь мне это сделать. Я искренне верю тебе, что тот-кого-нельзя-называть вернулся. Я столько лет действовала по указке сверху, что теперь, получив относительную свободу, хочу поделиться с тобой тайнами министерства и помочь в будущем противостоянии. Но я должна быть уверена в твоем молчании. Это не прихоть, это мера предосторожности. Ведь узнай кто, что я веду двойную игру и помогаю тебе, меня быстро уберут с этого места. Я могу тебе доверять, Гарри? Мальчик завис на минуту, видимо пытаясь понять, говорю ли я правду и можно ли мне доверять. Тщательно все обдумав, он ответил:  — Вы можете мне доверять. Никто не узнает о чем был наш разговор. — Я знала, что ты умный мальчик. Я начну. Запрет практик по защите — не моя прихоть. Это приказ правительства. Как ты уже заметил, министерство не особо тебе верит и не старается принять какие-то меры, хотя бы для профилактики. Поверь, там сидят очень даже не глупые люди, они всегда все просчитывают на 2 шага вперед. И то, что Лорд воскрес, они учли. Тебе незачем лгать, ты бы не смог убить сам того мальчика, Седрика, кажется, — они все это понимают. Смерть участника турнира- это как некое начало игры, это был знак того, что Он вернулся. И Ему будет только в плюс, если вы не сможете в случае чего себя защитить. — Но почему министерство обвиняет меня во лжи? — Это жизнь, Гарри. Здесь не всегда тот, кто говорит правду, не лжец. Многие из верхушки правительства, я не сомневаюсь, если не последователи, то Его сторонники точно. Этим людям выгодно выставить тебя в дурном свете, ты же когда-то уже «победил» Лорда. Да и эта заминка им выгодна, Воландеморт набирается сил, собирает последователей и избавляется от предателей. Время сейчас на Его стороне. — Я. я не понимаю, вы же сами из министерства, почему вы мне это говорите? — Я хочу помочь тебе. Я не согласна с Его идеями, они аморальны. Я не хочу войну, смертей. Мы вместе постараемся выиграть предстоящую борьбу, не позволив ей начаться. — Дамблдор тоже против Лорда. Почему нельзя говорить ему? — Как бы тебе сказать… Вот как давно он тебя избегает? Мальчик задумался. — С конца предыдущего учебного года. В этом году он постоянно убегает от меня. Даже после суда, не дал хотя бы поблагодарить его. — Он не с проста тебя избегает. Мне кажется, он преследует свои цели, и пока они совпадают с твоими интересами, он будет на твоей стороне, а что будет, когда они будут расходиться, не понятно. Избегания ведь начались после того, как ты помог добыть ему крестраж, не так ли? — Откуда… откуда вы знаете? — Я знаю гораздо больше, чем кажется. Как кстати поживает мистер Блэк? Всяко лучше, чем в азкабане, правда? Я его полностью «добила». — Не понимаю о чем вы, — пытался оправдаться Гарри. — Я знаю, о чем говорю. И, как видишь, я никому не рассказала о вашей находке и о твоем крестном. Значит мне незачем тебя подставлять. Я на твоей стороне, Гарри, я хочу помочь. — А друзья? Почему они не должны знать? — Чем меньше людей будет знать, тем лучше. Для всех я должна выглядеть, как дамочка из министерства с завышенным самомнением и преданностью правительству. Ты так и останешься бунтарем, требующим практик. Но прошу тебя перестать кричать о том, что Он вернулся. От этого тебе больше людей не поверит. Те, кто встал сейчас и встанет позже на твою сторону, и есть самые преданные люди, которые тебя поддержат. Подожди немного, все будет. Предложи организовать подпольный кружок, где именно ты будешь их учить. — Но почему я? Я не умею, я не смогу… — Ты — лучший кандидат, не каждый на 5 курсе может вызвать патронуса, если еще и учесть, что его вы его не проходили по школьной программе. Ты будешь отличным учителем. Я помогу тебе: дам необходимую литературу, буду покрывать ваш кружок. Кроме тебя некому. Так ты еще и добьешься признания и доверия участников собрания. Подумай об этом, а пока тебе пора, мы слишком заговорились. Это будет странно выглядеть. — Да, я пойду. Вы дали мне много пищи для раздумий. Спасибо вас. Гарри был на полпути к двери, когда я его окликнула. — Скажи, что я тебя наказывала за неподчинение. Повозмущайся, почему я такая плохая и почему министерство лезет не в свое дело. — Да, я так и сделаю. Сам об этом думал. — Не отворачивайся от друзей, они у тебя хорошие. — Замечательные. Я могу идти? — Конечно. Удачи, Гарри. Доброго вечера. — Спасибо, профессор. Всего хорошего. Когда дверь за мальчиком закрылась, я вздохнула с облегчением. Разговор прошел как нельзя лучше. Надеюсь, не пожалею о своей откровенности в разговоре. В любом случае, Гарри — мой единственный шанс все предотвратить или хотя бы уменьшить потери. Буду надеяться на его честность, благоразумие и умение держать свое слово.