Мята и клевер

      Идущий рядом с ним Нара чуть не запнулся от услышанного. Он с нескрываемой виной и неловкостью взглянул на подругу, затем серьезно и недовольно на друга. Анами, лишь сбитая с толку таким советом от Кибы, смотрела ему в след с самым настоящим искренним удивлением. Инузука постоянно любил шутить на разные темы над одноклассником, но именно эту задел впервые.       — Идиот, — заключил Нара, не жалея сил для нового удара в плечо нападающего. — Зачем ты это сказал?       — Если не я, то кто скажет? — нахмурившись от боли в руке, Киба принялся стирать следы удара на руке. — У тебя кишка тонка, чтобы ей признаться, а она слишком погружена в учебу, чтобы вообще обратить на кого-то внимание.       — Мы с ней друзья еще с начальной школы и…       — Вот именно, что, кажется, она для тебя уже давно не друг, но ты для нее…       — Заткнись и вали на поле, — перебил его Шикамару, застегивая застежки на вратарских перчатках. ― И завязывай с этим…       ― С чем?       ― Верить в то, что выдумал.       Оставшись наедине с самим собой и своими мыслями, Шикамару взглянул на плывущие по небу облака и невольно позволил себе обратиться к воспоминаниям. День их знакомства до сих пор был таким же ясным, как небо этим днем. Солнце, небо, облака и крыша. Шикамару уже с первых классов начальной школы частенько выбирался на крышу во время перерыва и после занятий. Отец порой забывал про время и не всегда мог забрать сына вовремя со школы, а ездить на общественном транспорте, где постоянно надо пробивать себе хоть какое-то место, слишком утомительно.       В тот день солнце приятно грело лицо, от чего Шикамару с большим желанием и без какого-либо сопротивления прикрыл глаза. Уже в свои восемь лет он понял, что стоит ценить каждое мгновение, когда ты вот так просто существуешь и не думаешь ни о чем. Нет ни проблем, ни забот, ни посторонних мыслей. Просто ты и весь окружающий тебя…       — Снова?       Шикамару открыл глаза, когда услышал чей-то голос на крыше. Прекрасно помня о том, что в школе уже прошли все занятия, и на этой крыше он точно должен быть один, Нара всё-таки проявил осторожное внимание.       — Снова оно…       Мальчик даже приподнялся, чтобы оглядеться и увидеть того, кто это говорил. Судя по такому нежному и дрожащему голосу, это определенно девочка. И Шикамару оказался прав. На крышу пожаловала школьница. Он не видел ее в своем классе и параллельных, но судя по отсутствию явной возрастной разницы, она может учиться на третьем или четвертом курсе.       Незнакомка прижалась к стене возле дверей, которые за ней захлопнулись. Тяжело дыша, она приложила руку на сердце. Светлые волосы, собранные в высокий хвост, а особенно кимоно для японской стрельбы натолкнули Шикамару на очередную мысль. Она точно из спортивного кружка. Если не прогуливает, то… Нара присмотрелся к ней внимательнее, заметив, насколько та оказалась взволнованной. Казалось, ее вообще что-то напугало и причем очень сильно.       Девочка пыталась дышать спокойнее. Но ее волнение и смущение были такими сильными, что алый румянец до сих пор не сходил с ее лица. Ее сердце никак не могло успокоиться, продолжая биться все сильнее и быстрей. А в мыслях все еще держался образ того мальчика, глаза которого напоминают дождь и лесной туман, такие же таинственные и бесцветные. Она и месяца не проходила на стрельбу, а уже столкнулась с такими проблемами. Достойный соперник в стрельбе — ее однокурсник, стал причиной того, что она впервые за все время допускала промах за промахом. И на все это была лишь одна причина. Она начала думать о нем. Даже когда держала в руках лук и стрелу, девочка чувствовала его взгляд на себе. Они лишь пару раз говорили друг с другом, а ее маленькое сердце уже ведет себя так. Почему?       — Снова оно бьется, — сжимая кимоно на груди, прошептала она.       — Логично, ведь ты жива благодаря тому, что оно бьется, — раздался голос со стороны.       Девочка вздрогнула и оторвалась от стенки. Безрезультатно оглядевшись, она заглянула за вентиляционную трубу. Теперь на ее лице преобладало удивление при виде школьника, который сидел на трубе и смотрел на нее в ответ.       — Что ты здесь делаешь? — тихо поинтересовалась она дрожащим от легкого волнения голосом.       — Смотрю на небо.       Шикамару пытался разглядеть лицо незнакомки, но та смущенно держала голову опущенной из-за чего ровная челка не позволяла увидеть ее глаза.       — На небо? — протянула девочка, стараясь взять себя в руки. — Но… студентам запрещено выходить на крышу.       — Однако тебя это не остановило. Ты ведь тоже на крыше.       — Я… я не знала, куда мне можно было… Это была необходимость.       — Значит, сбежала от кого-то?       — Почти, — ответила она, бросив свой портфель с учебниками и сумку с формой на пол.       — Ты из кружка по стрельбе, судя по одежде, — заметил мальчик, на что получил скромный кивок в виде ответа. — Что же тебя могло так напугать? Ты кого-то подстрелила?       Не успевая контролировать свою реакцию, девочка замерла, затем тихо посмеялась. Он говорил так серьезно, что она и сама поверила в его глупое предположение.       — Нет, — тихо ответила она, покачав головой. — Никого.       Но затем улыбка исчезла с ее лица. Показалось, что она снова о чем-то задумалась.       — Так в чем же дело? Ты даже школьный устав решила нарушить. Я уверен, что подобное место ты нашла впервые.       — Я просто… испугалась.       — Странная ты, — Нара присмотрелся к нашивке на ее сумке для сменной формы, — Хокано Анами.       — Откуда ты… — с легким испугом начала она, но затем проследила за его взглядом. — Моя сумка.       — Ты боишься, что я расскажу директору, что ты была на крыше?       — Вообще-то и я могу ему рассказать про тебя.       — Ты же не знаешь моего имени, — заметил мальчик, заставив ее снова вздрогнуть.       Вот об этом она не подумала. Ей вообще в последнее время думать совсем не дается, особенно после пары занятий в кружке. Ее голова забита совсем другим. Это так пугает, но больше всего смущает. Возможно, единственный выход — просто перестать ходить туда? Станет ли ей легче, если она больше не будет с ним видеться? Скорее всего так и будет. Так, по крайней мере, с ее сердцем все будет в порядке, если не принимать в расчет возможные проблемы с директором из-за этой крыши.       — Эй… да куда же ты пропадаешь?       — Никуда, — устало вздохнула Анами, сев возле мальчика.       Ну и расскажет он директору, родители поворчат, отец почитает ей лекции о крышах и других опасных местах, что с того? Смирившись с самым возможным и логичным вариантом событий, она понимала, что это будет лучшим, чем испытывать эти странные чувства в груди.       — Облака сегодня такие необычные, — взглянув на небо, прошептала она.       — Как и всегда, каждый день разные, — заметил голос рядом. — Я Шикамару.       — Что?       Анами повернулась к нему, но тот и сейчас наблюдал за плывущими по небу облаками, всматриваясь в узоры каждого, что проплывало над ними.       — Мое имя Нара Шикамару.       Это случайное знакомство привело к тому, что эти двое нередко встречались там. Шикамару иногда засыпал, и чтобы он не пропустил занятия, Анами оставалась с ним с книгой или каким-нибудь научным журналом в руках. С кружком по стрельбе вопрос был закрыт. Родителей удивило решение дочери, что повлекло немало вопросов, но та аргументировала это тем, что учиться ей намного интересней, чем стрелять. И закончив начальную школу раньше на два года, чем Шикамару, она снова с ним встретилась в средней. А после нее оказалась и старшая. Как только перешла в последний выпускной класс, в первом оказался Нара, все такой же ленивый до жути, но слишком смышленый и умный.       По пути в здание кружка кидо Анами встречалась с его студентами, для которых занятие уже окончилось. С каждым шагом приближаясь к этому корпусу, девушка чувствовала дрожь, что охватывала ее тело. Но так как ей уже не впервой предстоит справляться с волнением, она взяла себя в руки и сделал глубокий вдох.       — Хокано-сан? Ты решила записаться?       Знакомый тихий голос, который раздался перед ней, привлек ее внимание. Анами перевела взгляд с дороги на двери корпуса, к которым уже подошла. Из здания выходила девушка с темно-синими длинными волосами и серо-лавандовыми глазами. Зная ее не только, как одну из лучших учениц первого класса, но и как кузину человека, которого ей необходимо найти, Хокано поняла, что она точно знает, где он.       — Нет, — ответила Анами, остановившись перед Хьюгой, — я по другому делу. Мне нужен ваш капитан.       — Вот как? Значит, тебе нужен Нии-сан? Он на заднем дворе, все еще тренируется.       — Тренируется? Может, — задумчиво начала Хокано, — не следует его отвлекать, а подождать, пока он закончит?       — Я уверена, он уже закончил. У него международный турнир на следующей неделе, а завтра соревнования. Он решил обсудить технику напоследок со своим тренером.       И слишком убедительный ответ Хинаты в этот момент, только больше вызвал в Анами волнения. Желая поскорее его найти и уже получить эти списки, она не учла того, что с таким же рвением будет пытаться отложить их встречу. Но мысленно убеждая себя в том, что подобное поведение делает ее глупой и странной, Хокано поблагодарила Хьюгу и вошла в спортивный корпус.       Пройдя через залы с инвентарем и экипировкой спортивных секций, Анами кивала в ответ на приветствие идущих ей навстречу студентов, стараясь при этом не упустить капитана команды стрельбы из лука. Но так и не увидев его, Хокано направилась на задний двор, как и советовала Хината, где и встретила Хьюгу с его тренером. Последний, увидев за спиной своего ученика девушку, улыбнулся в приятном удивлении.       — Анами-чан? Это ведь ты? Я помню, в детстве ты ходила в мою секцию в начальной школе Хонго, — обратился к ней мужчина, посмотрев за плечо Неджи, которому так же пришлось обернуться. — Ты так… выросла.       — Сенсей… — прошептала Анами, удивившись не меньше их встрече, чем он. — Вы теперь преподаете у нас?       — Нет, я лишь присутствую здесь, как личный тренер Неджи.       Позволив своему удивлению смениться пониманием, Анами невольно перевела взгляд на Хьюгу, который так же уже смотрел на нее в ответ. Встретившись с туманом его глаз, который мгновенно наполнился темной серостью от внезапно скрывшегося за тучей солнца, Хокано затаила дыхание от знакомых неспокойных ритмов в груди.       — Видимо, тебе нужен он? — понял учитель, чем привлек внимание студентки. — Мы уже закончили. Кто бы мог подумать? Два моих лучших ученика из начальной школы заканчивают одну старшую. Кажется, только недавно я учил тебя, как держать лук.       — Это было так… давно, — задумчиво протянула она, с трудом стараясь не выдавать своей слабости и девичьего волнения.       — Еще бы, ведь прошло почти восемь лет с того момента, как ты покинула мою секцию. Но я слышал твое имя на последнем съезде учителей нашей школы, многие гордятся тем, что учили тебя. Ведь твои успехи в учебе и научные доклады даже впечатлили исследовательский институт.       — Да, они… предложили мне опубликовать одну из моих работ в своем сборнике, — неловко добавила Анами, пустив руку на локоть. — Осталось только отдать ее на редакцию.       — Я и не сомневался, что у тебя все получится, — с улыбкой заметил мужчина. — Не буду вас отвлекать. Увидимся завтра, Неджи. Больше не напрягай руку и попытайся отдохнуть перед сборами.       Хьюга кивнул, после чего учитель оставил его и девушку наедине, попрощавшись с последней напоследок. Услышав, как шаги мастера уже стихли, Анами осознала, что они остались здесь вдвоем. Пытаясь начать разговор и заговорить первой, девушка сделала вдох, однако тут же ощутила его нехватку. Хокано сжала кулак, мысленно ругая себя за такую слабость и неконтролируемое волнение.       Ясный теплый день за какие-то мгновения перешел в ранний вечер, начало которого решило затянуть небо тучами. Свежий предождевой воздух хоть и стал прохладнее, однако так и не привел мысли Анами в порядок, однако раньше было так. Чтобы успокоиться и взять себя в руки, ей достаточно было сделать парочку глубоких вдохов свежего воздуха.       — Ты хотела поговорить со мной?       Его голос вернул ее к реальности, в которой она до забавного держалась с трудом. Позволив своему телу по-своему ответить на его обращение к ней, Анами ощутила легкую дрожь, что за этот день уже стала постоянной и знакомой.       — Д-да, мне… — неуверенно начала она, не ожидая подобной заторможенности от себя, — мне нужно… составить график сдачи дополнительных экзаменов после закрытия триместра.       Его реакция не заставила себя ждать. Хьюга, удивленный и чуть сбитый с толка ее ответом, вскинул брови, не имея понятия о том, что должен сделать.       — И что же требуется от меня?       — От тебя? — с непониманием переспросила Анами, выразив и свое удивление. — Ничего. Я составляю графики сама.       — Но все же, если ты сюда пришла, значит, я что-то должен сделать, так?       Анами не понимала, что с ней происходит. Оказалось держать свое смущенное волнение под контролем не так уж и просто, если находиться рядом с его причиной так близко. Возможно, если прохладный свежий воздух ей не помог, то такая же освежающая вода вполне способна привести ее в чувства. Глоток для голоса и целое ведро для тела, чтобы уже наконец-то сбить эту дрожь волнения настоящей дрожью мороза.       — Видимо, для составления графика пересдач, тебе нужны списки тех, кто едет на соревнования, — предположил Хьюга, получив от нее настоящий кивок благодарности, а не согласия.       ― Да. Всё… так.       — Эти списки в зале с экипировкой.       Идя вслед за ним, Анами уже несколько раз успела проклясть себя за подобную чувствительность, что появляется в ней только при виде него. С самого утра ничего не предвещало беды, даже погода была символом того, каким спокойствием и умиротворением окончится этот день. Но у всего может измениться настроение, погода не исключение. Небо уже полностью затянулось тучами и вдалеке раздавались раскаты грома.       Войдя в зал инвентаря и экипировки, в котором первым оказался Хьюга, Анами не сдержала своего интереса и прошлась взглядом по щитам, лукам и стрелам. Мало что помня из далеких детских времен посещения кружка по стрельбе, Хокано испытала некое восхищение тем, что ей довелось увидеть. Восхищение и приятное удивление вызвало то, какой порядок и некая «предметная» дисциплина царили здесь.       Стрелоулавливатели стояли ровно в ряд у стены. На своих местах располагались луки и стрелы с именными табличками студентов. Анами поймала себя на мысли, что попала в какой-то магазин, в котором за порядком и чистой персонал следит круглые сутки, и пылинке не позволив опуститься на инвентарь или пол. Спортсмены, музыканты, художники всегда с особой бережливостью относятся к своим инструментам, но, как показывает жизнь, порой противоположное отношение они проявляют к своему времени и жизням. Именно с этим и пришлось столкнуться студенческому совету, который всеми силами пытается организовать правильную секционную и школьную жизнь студентов.       — Завтра едет около тридцати человек, — начал Неджи, подойдя к стенду с объявлениями и заметками кружка. — Две группы из двенадцати и восемнадцати студентов. Пятеро из них отправляются на международный турнир через неделю.       — Пятеро… это включая тебя? — открывая блокнот, задумчиво поинтересовалась Анами и подошла к нему.       — Нет, — тихо ответил Хьюга, заметив, что его нет в этом списке. — Выходит, я буду шестым.       — Спортивные секции, действительно, не особо старательны, когда дело касается документальных формальностей, — с легким назиданием заметила Хокано. — Значит, завтра едет тридцать один человек вместе с тобой. Как можно не включить капитана в эти списки и оставить его без листов на пересдачу? Кажется, вы уже не впервые забываете вписать в них кого-то.       — В следующий раз я проявлю больше внимания к этому вопросу и прослежу за ним.       Его ответ прозвучал достаточно ответственно и с долей искренней вины, что заставило Анами опомниться. Прислушавшись к своим же собственным словам, она поняла, что позволила своему легкому возмущению обратиться в настоящий укор, от чего и сама ощутила вину.       — Прости, я, — Хокано опустила ручку с блокнотом, с неловкостью повернувшись к Хьюге, — я не имела в виду, что это только твоя обязанность… Хотя, как их капитан, ты все-таки должен знать точное количество участников. Лист на пересдачу делается индивидуально для каждого, с него нельзя вот так просто снять скан и вписать свое…       Она замолчала, мысленно повторив то, что сказала, и ужаснулась тому, каким образом начала себя вести. Привыкнув, что спортивные секции мало стараются идти навстречу совету, Анами уже по привычке начала эти размышления вслух, что ее совсем не красит. Особенно в глазах того, с кем она говорит. Она даже сейчас не удержалась, начав метать направо и налево замечания об обязанностях и правилах.       — Боже, я снова это делаю… — тихо прошептала Анами, покачав головой. — Не бери в голову. Если для кого-то из вас не будет напечатан и подписан лист пересдач, я лично сделаю для него один. Пусть это и будет против правил, но…       — Порой мы и вправду забываем подать списки вовремя, чем создаем проблемы студенческому совету и тебе. Я постараюсь не допустить этого.       Ему даже в этой ситуации удалось предстать слишком идеальным, что автоматически сняло с него все обвинения и замечания в его сторону. Мысленно с облегчением выдохнув, Анами расправила напряженные плечи, искренне поражаюсь тому, каким воспитанием и пониманием обладает лучший лучник этой префектуры и, в скором времени, страны.       — Спасибо, — неловко поблагодарила его Анами, вернув взгляд на стенд и принимаясь переписывать имена в блокнот.       В это время, пока Хокано занималась именами участников, Хьюга отошел к полке с экипировкой. Положив лук и сняв перчатки, он повернулся к двери за которой воцарилась слишком идеальная тишина.       — Ты прикрыла за собой дверь? — с осторожной неуверенностью поинтересовался Хьюга, направившись к выходу из зала.       — М? — Анами повернулась к нему, затем посмотрела на двери. ― Да, я прикрыла ее. А что?       Хьюга задумчиво промолчал на взгляд недоумения Хокано, которая осталась на месте в ожидании ответа. Неджи подошел к двери, которую намеревался снова открыть. Но пара попыток, которые не принесли результатов, позволили ему кое-что понять.       — Видимо, охрана решила, что здесь никого нет, — заметил он, вернув взгляд на удивленную Анами.       — Что? Неужели они нас…       — Заперли.