Куколка на ДВОИХ

Полночи Чимин проводит в раздумьях. Переворачиваясь с одного бока на другой, комкает одеяло, кусает подушку. — Как же поступить? Кого выбрать? Что же делать? Ащ~~ как так вообще вышло? Да какого хера-то? — ноет в пустоту. Он резко вскакивает от звонка. Телефон разрывается от вибрации и падает с тумбочки. Пак наклоняется и поднимает его с пола, сразу же отвечая на звонок. — Какого хрена ты мне звонишь посреди ночи? Ты вообще, бля, время видел, идиот? — возмущался Пак. -..... — В смысле не пускаю? А моя квартира что, гостиница? — он встаёт и идёт на кухню. -..... — Да ты ахуел в края!!! — визжит омега. Потом, подумав, резко замолкает, и наступает тишина. Он молчит, пока голос в телефоне не нарушает тишину. — Ладно, хрен с тобой, ползи сюда, — и, как только Пак произносит последнее слово, раздаётся звонок в дверь. Он опять начинает бухтеть, но идёт открывать дверь. — Ким, твою за ляху, Тэхён, как это тебя домой не пускают? — Пак стоит в дверях и смотрит взглядом а-ля «какого хрена???» — Да бля, меня папа не пустил, сказал: иди, откуда пришёл, — вздыхает Ким. — Опачки, а я-то тут причем? Ты не у меня был!!! А припёрся ко мне, наглая твоя харя, — складывает руки на груди Пак. — Ну Чим, ты что, выгонишь меня? Ну Чимусик~~~, — делает щенячьи глазки Тэ. — Ладно, хер с тобой, проходи, но спать будешь на диване, — проходит хозяин вглубь квартиры. — Он всегда со мной, — усмехается омега. На эти слова Пак смотрит на него и крутит пальцем возле виска. Проходит на кухню, ставит чайник. — Ты сказать мне ничего не хочешь? — начинает разговор Тэ. — О чём ты? — вопросительно смотрит Пак. — Ты думаешь: я не чувствую, что от тебя несёт молотым кофе, — наклоняется Ким в сторону Пака, ведя носом по шее. — Пф… и что теперь? — толкает омегу старший. — Ты чё удумал? Бессмертный, что ли? — начинает возмущаться он. Ким отшатнулся от Чимина. Между ними повисло молчание. — Я не знаю, что мне делать, — первый начинает Чим. — В каком смысле? Что ты сделал на этот раз, что смотришь на меня, как насравший котёнок? — нервно улыбается Тэ. — Я переспал с Чоном, а потом с Мином… — челюсть Тэ после услышанного потерялась где-то на полу. — Ч…что, блять??? — начал заикаться он. — Ты чё, глухонемой? — отворачивается Пак, выключая чайник. — Я никак в толк не возьму: почему ты не выберешь одного? — садится за стол омега. — Я просто не знаю, что мне делать. Меня тянет к обоим, — опускает голову Пак, садясь напротив. — Не могу выбрать одного. — Ну это понятно: запах обоих для тебя соблазнителен, но тебе не кажется, что лучше, если ты выберешь одного? — нагнетал обстановку Ким. — Ты, блять, вообще меня слушаешь??? — подскочил Чим. — Я НЕ МОГУ. Не получается. Как тебе это объяснить, идиот… — злится Чимин. — Ладно, поступай, как знаешь. Я спать, — допивает свой чай младший и удаляется из кухни, оставляя парня наедине со своими мыслями. Утро Пака начинается с того, что кто-то наглым образом отнимает его одеялко. ЕГО, БЛЯТЬ, ЛЮБИМОЕ ОДЕЯЛКО!!! Да какого хрена-то, аааа? Он открывает глаза и видит перед собой наглую моську Тэхена. — Ты чё, бля, смертник? — не выдерживает парень. Резко хватает его и оказывается сверху. — Молился ли наутро, Ким Тэхен~а? — смыкает тонкие пальцы на шее младшего Пак. — О… отп… кхм… отпусти меня, — хрипит омега. Чим слезает с него и ржёт убегающему Тэ в след. — Ибо нехуй, — посмеявшись, добавляет он. Пак умывается и проходит на кухню, где его уже с накрытым столом ждёт Ким. — Ты чего так рано-то вскочил, да и мне не дал поспать? — присаживается за стол он. — В смысле рано? — нараспев протягивает Ви. — Ты время видел, ёпта? Уже двенадцатый час. Собирайся, пошли прогуляемся. Куда ты хочешь? — запивает свежесваренным кофе бутерброд. — Пошли просто погуляем, а потом, может, в кино? — вопросительно смотрит Чим. — О, отличная идея, — хлопает в ладоши Тэ. — Тогда пошли сначала прикупим шмоточек, а то мой гардероб устарел, да и твой тоже. — Ты что, рылся в моем шкафу, пока я спал? — вскидывает брови Пак. — Как ты посмел прикасаться к священному храму? — дует губы парень. — Ой, да ладно тебе, там ничего хорошего, давно помойка плачет по твоему «храму». Всё, собирайся, у тебя полчаса, — встаёт он и убирает со стола. Руки отваливаются, идти уже нет сил, но парни заходят в очередной «ну очень классный» магазин, по словам Тэхёна. Нет, Пак любит хорошо одеваться и по магазинам не прочь пройтись, но вот только не с Тэ. Когда Чим соглашался, он, наверное, был под чем-то, что даже забыл об этом факте. — Тэ, ты там долго? Вылезай уже от туда. Ты чё, ещё не всё там перемерил? — сидит уставший Пак перед примерочной. У него больше нет сил, чтобы что-то мерить, но вот у Кима они откуда-то всегда есть. — Да щас, чё ты там ноешь-то, почти всё, — доносится пыхтение из-за шторки. И появляется довольный Ким. — Ну чё? Как? Тебе нравится? Купить, как ты думаешь? — засыпает вопросами он. Чим оглядывает друга, поднимая большой палец вверх, показывая свои уже закончившиеся эмоции. — Ой всё… С тобой ходить никуда нельзя, нормально сказать не можешь: идёт мне или нет? — возмущается парень. — Да заебись тебе, просто я уже не могу. Я устал и есть хочу, мы уже третий час тут бродим, пойдем уже поедим наконец-то, — отвечает Пак. — Ладно, ладно, я тоже уже проголодался. Сейчас это купим, и всё, — парень исчезает за шторкой. Парни заходят в кафе, к ним подходит официант и усаживает за столик. Чим выбирает себе капучино из молотого кофе и пару круассанов, а Тэ — латте с карамелью и ванильный чизкейк. — Ну так, что ты надумал? — допивает напиток Ким. — Я же сказал, что не знаю, — пережевывая лакомство, отвечает Чим. — Пусть всё будет пока так, как есть, а там посмотрим. Ешь скорее, и пойдем уже фильм смотреть, — подзывая официанта для оплаты. — Очередная муть, не люблю такое. Ты же знал, зачем выбрал это? — возмущался Пак. — Да ладно, ты весь фильм в напряжёнке просидел, — ржёт Тэ. — Не люблю я, когда много крови и кишков, аж блевать тяне… — он не договаривает, застывая на месте, смотря в одну точку. До носа доходит приближающийся запах молотого кофе. И в парне, идущему им на встречу, он узнает Гука и не одного, а в компании с миловидной омежкой, пахнущей приторным запахом, похожим на смесь ванили и сахарной ваты. Пак, как застыл с открытым ртом, так и стоял, пока пара приближалась. Их глаза встретились, и омега резко отвернулся, увидев в глазах Чона страх, что его поймали с поличным. Пак резко разворачивается и уходит прочь, расталкивая толпу, стоящую за билетами. Альфа порывается пойти за ним, но его останавливает ручка омеги, идущей до этого рядом, ухватившая его за плечо. — Помнишь, что ты обещал отцу? — шипит противным голосом омега. — Руку свою убрал. Ты не слышал? Руку свою убрал, шлюха, — шипит Чон. — Я лишь сказал, что мы сходим в кино, и не обещал отношений! Отец поорёт и всё равно смирится с моим выбором, понял? Тебе не светит побывать в моей кровати, тварь, — отшвыривает парень руку омеги. — Это мы ещё посмотрим, как твой папочка отреагирует на твою шлюшку, — улыбается уголками губ парень. По холлу разносится оглушительный рык, омега в туже секунду сжимается, чувствуя превосходство альфы и то, что он может и ударить. — Ебало своё завалил, я сказал; ты что, плохо соображаешь? Мы никогда, читай по губам Н.И.К.О.Г.Д.А не будем вместе. Усёк? — надвигается Гук на парня. Тот пятится назад и чувствует, что может стать ещё хуже. Он резко выскальзывает из промежутка между стеной и альфой и убегает в неизвестном направлении. За всей этой сценой до сих пор наблюдает охреневший Тэхён. И медленно соображает, что Пак-то, в принципе, и не так понял, по-видимому, у Чона с этим омегой и ни чего нет, но это уже не докажешь Чиму. Он увидел, как он думает, достаточно. В своих раздумьях Пак и не заметил, как добрался до дома. На улице уже почти стемнело, да и прохладно. Он бредёт по дороге, отстранёно смотря под ноги, не поднимая взгляда; голова раскалывается, эмоции переполняют. Вдруг он врезается во что-то мягкое и чувствует уже полюбившийся запах. Поднимает голову и видит перед собой Чона. — Уходи, я не собираюсь сейчас о чём-либо говорить. Оставь меня, не прикасайся, я сказал, — стал кричать Пак, когда альфа пытался его притянуть для объятий. — Я сказал: руки убрал, — звонкая пощёчина оглушает пространство вокруг двоих. И омега, воспользовавшись замешательством Чона, скрывается в подъезде. Снова бессонная ночь и снова мысли до утра. Пак решает, что ему нужно привести мысли в порядок. Гудки, ещё гудки. И наконец на том конце берут трубку. — Алло…ты где? Приезжай, пожалуйста…