Куколка на ДВОИХ

Чим чувствовал себя ужасно. На улице с утра лил дождь. Он решил не ходить сегодня в универ. Чувствовалось приближение течки. Тело начинало ломить и трясти, поднималась температура, ощущения обострялись. Настроение — говно, держаться сил не было, с каждой секундой становилось всё хуже. Он не видел и не чувствовал запах альф чуть меньше недели, и как будто испытывал ломку от нехватки дозы. И тут Пак стал думать, что ему необходимо кое-что ещё. В предтечный мозг омеги стали закрадываться мысли совсем не пристойного характера. Например: как удержать этих двоих в одной комнате без увечий и пререканий. И бинго: ответ был найден с лёгкостью. Пак набирает смс. «Жду тебя у меня дома через десять минут, срочно нужно поговорить!» Мин лениво раскачивается на стуле в своём кабинете, перебирая какие-то бумажки. Его внимание привлекает оповещение на телефоне. Он берёт телефон и читает смс. Чимусик «Жду тебя у меня дома через десять минут, срочно нужно поговорить!» Альфа срывается с места, вылетая из кабинета, позабыв про свои дела. Мин спускается пулей на парковку, запрыгивает в автомобиль и на бешеной скорости выезжает с неё. Он ждал этой смс от Пака; он уже узнал, что омега вернулся в город, но не хотел давить, ведь их последний разговор закончился не очень хорошо. И теперь он летит, чтобы увидеть свою омегу и наконец-то уже решить вопрос. В это же время из своей квартиры выбегает парень и несётся к своей машине. Чон запрыгивает в автомобиль и резко нажимает на газ, срываясь с места, поднимая большие клубы пыли. Ведь пару минут назад он так же, как и Юнги, получил смс. Карамелька «Жду тебя у меня дома через десять минут, срочно нужно поговорить!» Машина тормозит у знакомого подъезда, и из неё выходит альфа, поднимается на нужный этаж и видит, как Гук стоит перед дверью, занося руку, чтобы нажать на звонок. Но тот поворачивается и видит Юнги. — Ты какого хуя тут забыл? — выплёвывает Мин. — К тебе тот же вопрос, — скалится Чон. И тут до него медленно доходит. — Тебе тоже пришла смс? — вскидывает он брови. — Тебя не касается, — фыркает альфа. — Звони уже, раз пришли, нужно разобраться со всем этим цирком, — подходя к двери. Чон заносит руку над звонком, и тишину разрывает мелодия по ту сторону двери. Парни слышат приближающиеся шаги, а затем обоим резко ударяет в нос усилившийся запах омеги. Зрачки расширяются, ноздри расширяются, затягивая как можно больше запаха. Дверной замок щёлкает, и дверь перед ними распахивается. На пороге стоит омежка и весь трясётся, заглядывая в глаза то одному, то другому. Оба альфы стоят в ступоре от столь неожиданной ситуации. И тут нарушает тишину Чимин: — Чё встали? Течную омегу не видели? Заходить не собираетесь? — отходит с прохода Пак, пропуская альф в квартиру. Чон и Мин, находящиеся всё ещё во власти запаха, одновременно кивают и проходят в квартиру. Пак закрывает дверь. «Ну всё, назад пути уже не будет». Омега ощущает запах молотого кофе, исходящий от альф, ЕГО АЛЬФ. Он скулит, тело желает ласки, незабываемых ощущений, но для начала нужно расставить всё по своим местам. Пак закусывает губу до крови, чтобы хоть как-то отрезвить разум. Он проходит в зал, где сидят до сих пор не понимающие, что происходит, два идиота. — Нам нужно всё решить здесь и сейчас. Я так больше не могу. И терпеть тоже, — ноет омега. — Я не могу выбрать одного из вас. Потому что люблю обоих. И если, как вы оба говорили, готовы на всё ради меня, значит, вы примете моё решение. Я хочу попробовать отношения втроём, точнее не попробовать, а ОТНОШЕНИЯ ВТРОЁМ — почти по буквам повторяет он. — Так что вам придётся мириться с этим, потому что я не могу отказаться от кого-либо из вас… — он замолкает, ожидая реакции. И жать долго не пришлось. Будто по команде оба альфы закивали, понимая, что иначе, действительно, не получиться. — Мы согласны, — хором, не сговариваясь, отвечают Чон и Мин, резко переглядываясь. — Первое время, конечно, придётся терпеть, но со временем привыкнуть, я думаю, сможем, — задумчиво говорит Мин. — Да, я постараюсь сдерживать свой нрав, — поддерживает его впервые Чон. — Но с твоей стороны неосмотрительно звать нас к себе во время течки. Не боишься? Мы ведь можем и не удержаться! — ведёт носом альфа. — Я намеренно это сделал, чтобы между нами не осталось недопонимания, — ухмыляется омега. И тут же его лицо искривляется от боли; он сгибается пополам, нервно шипя. — Помочь мне не желаете? Или мне самому себя удовлетворять, хотя и имеются двое альф под боком? — оба срываются с места, помогая Паку встать, усаживая его на диван и пристраиваясь с обеих сторон. Омега откидывает голову, ощущая нежные поцелуи на шее. Гук чуть посасывает кожу, прикусывая и моментально зализывая следы. Мин поднимает края футболки омеги, прикасаясь к коже живота. Затем тянет ее вверх, тем самым оставляя Пака без верхней части одежды. Кожа омеги настолько нежная, будто шёлк; касаться её хочется всё больше и больше, покрыть каждый миллиметр поцелуями. Что Мин и делает, поднимаясь выше к твердеющим соскам. Тем временем Чон медленно переходит от шеи к мочке ушка Чима, оттягивая серёжку. Пак кайфует от таких ощущений: хорошо, когда тебя ласкают, но когда это делают вдвойне — это незабываемые эмоции. Чим проводит ладошками по телам Мина и Чона, спускается ниже, укладывая свои ладошки на довольно-таки не хилые стояки парней. В заднице всё зудит и требует, чтобы засадили по самое не хочу. Он проводит одновременно по обоим стоякам, сжимая их в ладошках через ткань, и слышит два сорвавшихся стона по сторонам. Мин играется сначала с одним соском, пока Чон расцеловывает шею омеги, потом переходит на второй, медленно развязывая завязки домашних штанов Пака. Чим приподнимает бёдра, позволяя стянуть с себя не нужную сейчас вещь. И Юнги тянет их вместе с бельём, оставляя омегу обнажённым перед альфами. Мин отбрасывает куда-то в угол одежду, за которой летит и его рубашка. Пак скулит сильнее, ведь из задницы льёт, как из ведра; он тянется к ширинке Юнги и помогает освободить колом стоящий член альфы из оков узкой одежды, пока Гук снимает с себя толстовку. Затем поворачивается и проделывает те же действия с джинсами Чона. А Мин тем временем прикусывает и оттягивает кожу на животе омеги, зализывая метки. Гук проводит кончиком языка по пересохшим губам Пака, прикусывая нижнюю, и омега открывает рот, впуская проворный язычок альфы. Юнги поднимается выше, прикусывая кожу уже на шее, оставляя отметки и там. Ладошки Пака снова скользят вниз, хватаясь за стояки альф. Он начинает медленно водить то вверх, то вниз по стволам парней. Гук рычит в губы омеги и отрывается от них, давая возможность насладиться Мину столь сладкими губками, а сам спускается на шею Пака, оставляя отметины, как делал до этого Юнги. Мин затягивает то нижнюю, то верхнюю губу омеги прикусывая до ощущения металла на языке. Чим что-то мычит непонятное в поцелуй и подаётся бёдрами вперёд на прикосновения Гука к своему члену. Альфа водит сначала рукой, затем спускается и проводит языком по всей длине органа омеги. Юнги отстраняется от желанных губ, и с тех срывается громкий стон, полный желания. Альфа спускается дорожкой поцелуев вниз, возвращаясь к соскам омеги. Чон протягивает пальцы ко рту Пака, чтобы тот их облизал. Чим покорно принимает пальцы Гука, обильно смачивая их в собственной слюне. Чонгук вынимает их изо рта омеги и приставляет сразу два пальца ко входу, медленно проталкивая их внутрь. Пак напрягается, сильнее сжимая органы альф в своих ладошках, на что слышит рык обоих любовников. Гук отвлекает омегу от неприятных ощущений, играясь с головкой члена Чима, продолжая одновременно двигать пальцами внутри него, тем самым растягивая его. И тут же добавляет третий. Пак шипит, приподнимая бёдра, пытаясь насадить голову Гука глубже на свой орган. Парень продолжает растягивать омегу, но выпускает его член изо рта, слыша разочарованный стон. Но на его место припадают уже другие, не менее желанные, губы Мина. И альфа продолжает то, что начал Чон. Гук медленно просовывает четвёртый палец, растрахивая колечко мышц омежки. Пак почти кричит и жмурится, но не от боли, а от дикого желания, накрывшего его с головой. Он будто не здесь, а в другой вселенной. Омега уже видит перед глазами взрывающиеся фейерверки и кончает Мину в рот. Тот проглатывает сладкую жидкость, выпуская член омеги изо рта, проходя по всей длине языком. Чон уже не в силах терпеть, вынимает пальцы из разработанного прохода, смотрит на Мина. Тот понимает, о чём думает парень, и кивает, давая ему первому войти в омегу. Пак уже извивается, как уж на сковородке, от нетерпежа, выкрикивая ругательства в сторону альф, которые медлят. Гук пристраивается ко входу и одним толчком входит на всю длину, сразу же попадая по комку нервов внутри Пака, отчего омега замолкает и начинает громко стонать. Юнги же, в свою очередь, ласкает отвердевшие соски Чима, и последний заходится стоном. Чон вбивает податливое тело омеги в спинку дивана, издавая рык удовольствия. Пак отрывает Мина от его занятия, заставляя сесть ближе к его голове. Омега изворачивается, упираясь на локти, припадая губами к члену Юнги, начиная ритмично, в такт толчкам, посасывать его. Гук двигается энергично, каждый раз попадая по заветной точке, отчего омега стонет и пускает вибрации по члену Мина. Последний рычит и толкается в расслабленную глотку Пака. Гук делает ещё пару толчков и выходит из разработанной дырочки. Чим отстраняется от органа Мина, и альфы меняются местами. Теперь Юнги входит во всю длину в проход омеги, а Чон устраивается поудобнее, и Пак вбирает его член по самые гланды, расслабляя горло. И всё повторяется по кругу. Мин вбивается в расслабленное тело, извивающееся под ним, а Гук стонет от приятных ощущений и вибрации, пускаемой омегой по его члену во время стонов от удовольствия. И тут в голову Пака приходит совсем пошлая мысль. «Я же никогда не пробовал ощущать сразу двоих». Пак прерывается, выпуская орган альфы изо рта. — Я хочу ощутить вас обоих, — на что альфы переглянулись. И кивнули. Для них это тоже что-то новое. Юнги останавливается, не выходя из Пака, перемещаясь, давая возможность пристроиться и Чону. Гук медленно входит в омегу, и Чим замирает, привыкая к ощущениям такой наполненности, когда орган парня проскальзывает в хорошо разработанное колечко мышц. Они начинают двигаться одновременно, скользя внутри о бархатные стенки. Члены альф трутся друг о друга, даря тем новые ощущения, которых они до этого никогда не испытывали. Омега под ними извивается, скулит от удовольствия, принимая обоих. Ему это приносит огромное удовольствие. Пак стонет в голос. Воздух в комнате пропитан сексом, страстью, желанием. В нем смешались запахи альф и омеги. Каждый из троих ощущает то, что так и должно быть, что это правильно. Их тянет друг к другу. И теперь ни один не сможет уйти. Мин и Чон увеличивают толчки, вдалбливая омегу в уже скрипящий диван, Пак почти на грани. Перед глазами троих появляются мелькающие пятна, перетекающие в россыпь фейерверков. Чим не выдерживает и кончает, пачкая свой живот белёсой жидкостью. Альфы делают финальные толчки, кивнув друг другу, не выходя из омеги, кончают глубоко в него. Узел набухает на органе обоих альф, распирая проход, и начинается сцепка. Парней настигает неповторимый оргазм, накрывающий каждый раз при малейшем движении. Тела содрогаются от усталости и полученного удовольствия. — Это незабываемые ощущения, — хрипит Пак, пытаясь привести сбитое дыхание в порядок. — Да, малыш, ты просто потрясающий, — отвечает севшим голосом Мин. — Надо будет повторить, когда отойдёшь, — добавляет Чон, и все трое начинают смеяться. Друг за другом они провалились в сон, так и не дождавшись конца сцепки. Ночью Мин и Чон проснулись и, почувствовав, что узел спал, вышли из тела омеги. Пак даже не проснулся; они перенесли его в спальню. Альфы уложили Чима на кровать, а сами устроились по обоим бокам от омеги и снова уснули.