Благими намерениями.

      Если бы сейчас Мерлин обнаружил Рона Уизли, то того непременно настигла бы немедленная кара, ведь удручающий вид, с коим он развалился на диване в гостиной Гриффиндора буквально вопил об ужаснейшей степени лени. Весь его беспорядочный вид, спутавшиеся волосы, мятая рубашка и расстегнутая пуговица на брюках вызывали у проходящих мимо студентов лишь две эмоции: веселье и отторжение. Глуповатый взгляд, направленный в далёкое никуда настолько абсурдно контрастировал с деланным напряженным задумчивым лицом, что каждому, кто знал об актерском мастерстве хотя бы на каплю больше чем сам Рон, становилось смешно. И пусть многим и казалось, что единственное, что наполняет мысли парня в данный момент времени, это безграничная пустота, это всё-таки было не так. Рон думал. Усердно заставляя заржавевший механизм внутри черепной коробки со скрипом вращаться, гудеть и продуцировать идеи. Но выходило из рук вон плохо.       Несколько часов назад студент обнаружил в сумке незнакомое письмо, и, не раздумывая, открыл. Написанное он понял плохо, но того, что сумел расшифровать юноша было достаточно для того, чтобы заставить его бросить к чертям собачьим все дела, связанные в основном с употреблением пищи, и раскинуться на бархатном бардовом диване, позволяя огненным бликам прыгать по веснушчатому лицу. Мыслительный процесс был, но протекал с трудом, и если бы все вокруг на минуту затихли, и Запретный лес перестал бы шуметь вдалеке за окном, так же, как и Чёрное озеро замерло бы пускай на минуту, и каждый студент и учитель замолчал и не позволил себе даже вдохнуть, то можно было бы наверняка услышать, как жалкая мысль бьётся о стенки черепной коробки младшего Уизли, мечется из стороны в сторону, но так и не достигает гармонии. Бескрайний синонимический ряд позволяет использовать огромное количество эпитетов, метафор и аллегорий, чтобы выразить всю глубину этой самой мысли, но мозг Рона позволил себе ограничиться двумя словами:

Что делать?

Этот навязчивый вопрос поселился внутри юноши, не давая ему спокойно придаваться чревоугодию и ленивой развязности, поэтому бесконечно напрягал. Рон был не способен извлекать уроки из жизненных ситуаций, акцентировать свое внимание на важный аспектах и анализировать, но самое главное и, по сути, самое разочаровывающее его самого в данной ситуации: он не умел быстро реагировать.       Уизли был превосходным стратегом - так считали многие, кто его знал. Сам Дамблдор мог бы позавидовать тому, как этот юнец играл в шахматы или продумывал план во время тренировок по Квиддичу. Рон и сам знал, что в подобных делах он мастер, но вот когда дело доходило до молниеносных решений, а ещё хуже - до ответственности, тут он оказывался бессилен. Он не считал себя дураком, пытался быть честен с самим с собой, поэтому спустя час смекнул - письмо загнало его в ступор. Не то чтобы он не мог разработать план действий, не подумайте. Он мог разработать сотню, а то и тысячу разнообразных вариантов, но сама ситуация была слишком неординарной, так что его сознание попросту отказывалось осмыслить не то что тонкости, но и вполне себе лежащие на поверхности нюансы. Угрюмое потрескивание в камине завладевало разумом Уизли, погружало его в неспокойную полудрему, эхом отражалось где-то в подсознании, заглушая вопиющий вопрос, что до сих пор не нашел свой, явно очевидный, но такой далекий и абстрактный ответ.

Бежать.

Это слово врезалось Рону в затылок, вылетев откуда-то из глубины пустынного напряжения мозгов. И, больно ударив изнутри, показалось ему идеальным вариантом. Слишком резко подскочив с дивана, так, что в глазах на несколько мгновений потемнело, потом посветлело, а спустя секунду заиграло тысячами неизвестных юноше оттенков, он на ощупь и по памяти бросился в сторону комнат для парней, сбивая на ходу двух первокурсников и теряя расстёгнутые штаны. На ходу рассудив, что нужно взять себя в руки, он затормозил на одной из ступенек и сделал максимально глубокий вдох. Потом вспомнил про выдох и тоже его сделал. Нервно дёрнув плечами, он уже спокойно дошёл до комнаты, которую делил с Гарри. Среди мебели было жарко, пахло дубом и пылью, а красные балдахины над кроватями создавали таинственную атмосферу дешёвого бара, хотя вряд ли были изначально предназначены для этого.       На кровати Гарри было чисто за исключением одной детали: пера, лежавшего прямо посреди золотистого пододеяльника. Рон медленно приблизился к спальному месту соседа и, прищурившись, посмотрел на перо. С минуту его одолевали сомнения. В его голове один за другим возникали моменты произнесения Гермионой слова "анализ", с разной интонацией, но с одинаковым восторгом. И он решил приложить все усилия, чтобы как можно точнее трактовать это ничем не примечательное перо на кровати друга. Гарри никак не мог написать то самое письмо, на которое в полдень наткнулся Уизли, ведь ни почерк, ни инициалы не указывали на авторство Поттера. Но мог ли друг подделать почерк и зачем ему было это делать? Пальцы Рона сомкнулись на веснушчатой переносице, рыжеватые брови нахмурились, подрагивая от общего напряжения. За подобной позой последовал разочарованный выдох. Юноша так и не смог сделать окончательный вывод и попросту решил придерживаться изначального мнения - это не был Гарри. Уизли отошёл от кровати и направился в сторону своего шкафа, в дальний угол которого он в сердцах закинул письмо. Дрожащими пальцами студент достал серый конверт, в котором, сложенный пополам, лежал лист, заполненый ужасающими строками.       Перечитывая, Рон остановил своё внимание на подписи таинственного отправителя. Вензели слишком обезображивали буквы, не давая адресату, не знакомому с автором письма, расшифровать инициалы. Что юноша мог сказать с точностью - это не были инициалы Поттера, ведь даже намёка на присутствующие в его имени буквы там не было. В последний раз пробежавшись глазами по строчкам, Рон разорвал на мелкие кусочки бумагу, а потом вспомнил про палочку и волшебно сжёг остатки макулатуры. Глупое напряжение, однако, не ушло, и парень подумал, что это наверняка знак - решение бежать было верным. Стараясь выглядеть спокойным на случай если Гарри зайдет в комнату, Рон принялся кидать вещи в рюкзак, вспоминая при этом нудный ликбез Гермионы о заклятии незримого расширения, который он пропустил мимо ушей. И пусть Уизли и понимал, что даже если бы он внимательно слушал, то не запомнил бы и половины, это не мешало ему сейчас себя винить.       Собрав в кучу зубную щётку, шесть футболок, одни штаны, белье, три булочки и бутылку воды, Уизли усердно запихивал всё в рюкзак. Стоило последней вещи скрыться в темной ткани сумки, как дверь открылась и в комнату вошёл Гарри. Он внимательно посмотрел на Рона и сказал: - Салют. - Салют! - Ответил Рон. - Как последняя лекция? Поттер лишь вопросительно изогнул бровь. - С каких пор тебя интересуют лекции? - С тех пор как я их пропускаю, вместо того чтобы засыпать под голоса профессоров. - Нашелся Уизли. Его друг странно усмехнулся и прошел вглубь комнаты. Оба напряжённо молчали, вдыхая запах пыли и смотрели друг на друга стеклянными глазами. Рон почувствовал неладное. Он не был дураком, он знал, что чем дольше молчит, тем больше Гарри что-то подозревает, поэтому парень решил решать проблему: - Ты Гермиону видел? - Он постарался перестать закусывать изнутри щёки, но быстро принялся заново зажимать их зубами. Гарри кивнул, и Рон, изначальный план которого заключался в том, чтобы сбежать от общества Гарри, вспомнил про свой рюкзак. Он быстро окинул комнату взглядом и наткнулся на набор новых перьев, лежащий под столом. - У меня просьба, - несмело пробормотал он, поглядывая на друга, - ты мог бы отнести ей кое-что? - Ты сам почему не можешь? - спросил Гарри, хмурясь и наклоняя голову немного вбок. Он всегда так делал, когда чувствовал подвох. - Потому что не могу. - Огрызнулся Уизли. И мягче добавил: - Это другое, это не так, как просто передать, это немного подарить. Выражение лица Гарри вмиг смягчилось и он тепло улыбнулся. Рон достал набор перьев и передал его Поттеру, молясь Мерлину, чтобы друг не задавал более вопросов. Но не все молитвы помогают. - А ты что будешь делать? Я вернусь сюда и ты расскажешь мне свой план, по рукам? - Задорно сказал Гарри, и Рону оставалось только кивнуть. Через пару минут Поттер скрылся за дверью с красноватой коробкой в руках. Младший Уизли с облегчением выдохнул и, схватив рюкзак, тоже направился к выходу.

***

      Холодный ветер больно ударял по лицу, казалось словно потоки воздуха сдуют с щёк все веснушки юноши. Когда он, пробираясь сквозь чащу Запретного леса, царапал свое лицо и пытался убежать, оставшись незамеченным, он не рассчитывал на то, что к ночи станет морознее. Теплая одежда не грела, рюкзак был слишком тяжёлый, и оттого спину ломило. Темнота вокруг постепенно сгущалась, обещая скорое появление на небе звезд и наступления ночи. Рон был уже достаточно далеко, так что теперь мог остановиться и наконец-то решить, что делать дальше. В этот раз мыслей было больше, а идеи качественнее, так что Уизли решил хватать момент и разрабатывать план. "Возможно, ты захочешь обсудить этот вопрос, так что я к твоим услугам. Стоит тебе лишь отправить мне письмо, и я прибуду так быстро, как смогу..." Эта строчка из письма показалась сейчас парню спасительным сучком при падении в пропасть, так что он решил добраться до ближайшего населенного пункта и отправить оттуда ответ. Отдохнув пару минут, юноша снова двинулся в путь, он питал надежду как можно быстрее дойти до любого поселка, чтобы всё-таки прилечь и расслабить свое тело. Около горизонта алела тонкая полоса света, а наверху, прямо над головой, между верхушками деревьев виднелось уже тёмное ночное небо.