Реборн... Какой нам сейчас Египет?!

Вопреки впечатлениям от игры, автор написал главу :3 Сразу прошу прощения за то, что в главе нет объяснения, почему беременностей 6, а не 4, как надо :3 Супруги реагируют весьма страаанно... *** Савада, подходя к дверям своего дома, горячо молился о своем спасении. Может, Реборн все же слишком остроумно пошутил насчет беременности? Или же он таблетки выпил не вовремя? Ну хоть что-нибудь, что могло бы оградить его от детей! Но все, абсолютно все вокруг упорно указывало на то, что он действительно ждет ребенка. Боже, какой абсурд! Он осторожно открыл дверь и зашел в прихожую, сжав кулаки. Честно, было страшно, ведь Занзас обещал его пристрелить, если он еще хоть раз заикнется на эту тему. А что теперь было делать?! Подождать пока вырастет живот величиной с арбуз, а потом высказать ему все, что он о нем думает? Нет, так не пойдет. Так что оставался один вариант: сказать сейчас и надеяться, что он все же поверит… «Да уж, шансы один из тысячи», — обреченно думал он, поворачивая ручку. — Эмм… Занзас? – тихо позвал он мужа, заглядывая в комнату. Странно, но дома никого не было. «Фууух… моя жизнь продлена на неопределенное количество времени», — он вздохнул с облегчением. Он подошел к кровати и устало опустился на нее, зарываясь лицом в подушку. Хотелось раствориться в ней и уйти от проблем, чтобы не думать о своем идиотском положении. «Боже, ну почему именно я?» — мысленно ныл он. – «Почему именно сейчас? Почему Мукуро не мог поиздеваться каким-нибудь другим способом?! Хотя, скорее всего, инициатива исходила не от него, а от этого маленького негодяя. И ведь объяснять ничего не желает!.. Черт бы его побрал, этого конспиратора… ». Неожиданно его взгляд упал на две бутылки из-под коньяка, одиноко стоявших рядом с ножкой кресла. Потом он увидел два стакана возле другой. «Занзас опять пил. И не один», — мысли в голове двигались медленно-медленно, будто кто-то нарочно не давал им мелькать в голове, как обычно. – «Интересно, кто приходил? Скорее всего Скуало. Черт, надо сделать тест…». Он нехотя поднялся с постели и, засунув руку в карман, обнаружил, что там пусто… В голову сразу закралась паника, и он, обыскав все штаны, закрыл глаза рукой. Теста нигде не было. Теперь он начал злиться и винить в потере все вокруг: себя, штаны, Реборна, Мукуро, и всех, кто хоть каким-то образом был причастен к беременности. В порыве раздражения он обернулся, чтобы метнуть куда-нибудь подушку, а лучше не куда-нибудь, а прямо в окно, а еще лучше в «вовремя пришедшего» Занзаса. Уже потянувшись было за подушкой, он увидел, что коробочка, спровоцировавшая столь негативные эмоции, преспокойно лежит на тумбочке и никому не мешает. «Странно, я не помню, чтобы клал ее сюда…» — он взял тест и направился в туалет. «Неужели, уже токсикоз начинается? Что-то быстро…» — теперь ему было стыдно за свое поведение, за обвинения, а особенно за желание навредить мужу. «Да уж, точно токсикоз». Минут через пять он вышел из туалета с выражением лица Станиславского «НЕ ВЕРЮ!». Однако, тест очень ясно показывал две полоски, оповещая паренька, что скоро он станет мамой, и у него будет милый малыш. Поэтому в душе Тсуна уже давно все понял, принял и смирился. Теперь оставалась самая малость: чтобы этот факт понял и принял Занзас. «Хах, всего-то», – нервно подумал он. Он снова опустился на кровать и, устроившись поудобнее, накрыл голову подушкой. Он думал о том, как можно заставить Варийского Босса поверить в реальность его беременности и, сам того не заметив, провалился в сон. *** Бельфегор же, подходя к дому, лишь предвкушал реакцию акулы на то, что он собирался ему сказать. Бел отлично помнил ночное недоумение мечника, поэтому мог запросто представить поведение Скуало и в этот раз. «Ши-ши, хочу увидеть его лицо», — думал он, приближаясь к дому. Неожиданно послышалось громкое «ВРООООЙ, отцепись, чертов Босс!» и хруст. Бельфегор надеялся, что не костей. Пусть он Потрошитель, садист и безумный любитель крови, ему совсем не хотелось, чтобы Скуало причиняли боль. Хотяяя… Скорее всего, он не хотел, что Скуало причинял боль кто-то, кроме него самого. Принц подошел к двери и услышал гулкие шаги. Хорошо, что он успел отскочить, а то Занзас запросто впечатал бы его дверью в стену, превратив в тонкий листочек, будто пропущенный через принтер. — Ши-ши, Босс, что случилось? — Хах, муж твой пить не умеет, вот что, — усмехнулся Занзас, захлопнув дверь прямо перед носом Потрошителя. — Пить? А по какому поводу? – улыбнулся принц. — А ты у него спроси, когда проспится, — издевательски засмеялся тот и, с насмешкой потрепав гения по голове, куда-то направился. — Ши-ши, и что же такого знаменательного у нас случилось? – подозрительным тоном тихо проговорил Бел, открывая дверь и заходя внутрь дома. Пройдя полупустую прихожую, он оказался в душной спальне, казалось, будто помещение не проветривали неделю как минимум. Он открыл окно и подошел к кровати, на которой валялся мечник. Тот тяжело дышал и тихо храпел, словно брутальный сорокалетний мужик после большой гулянки. Бельфегор наклонился к его лицу и почувствовал не очень сильный запах алкоголя. «Да уж, действительно пил. Если уж к спиртному приложился и мой муженек, то случилось что-то действительно серьезное, шишиши», — промелькнуло у него в голове. — Скуа-ало, — тихо позвал того Бельфегор, реакции не последовало. – Ску-у, вставай, — уже громче проговорил принц и потряс того за плечо. — Ммм… Франческо, Фридерико… — тихо проговорил мечник сквозь сон. Бельфегор изогнул бровь, наклонился ко Второму Императору Мечей и подул ему в ухо. — Ску-у, а ну вставай, а то будешь в бинтах ходить, — недовольно проговорил он. — Ммм… нет, я больше никогда не буду пить… — простонал мечник, отворачиваясь от принца и зарываясь лицом в подушку. – Аделина… — Так, Ску! – возмущенно проговорил Потрошитель, сильно тряся акулу. – Это что еще за Фридерики и Аделины?! – Скуало перевернулся обратно и приоткрыл один глаз. — Бел? – тихо простонал он, медленно мотая головой. — Так, Скуало. А теперь рассказывай, кто такой Фридерик, ши-ши. — Что? Бел, какой Фридерик, ты о чем? — Ты только что говорил о нем во сне! – он немного повысил голос и широко улыбнулся. — Бел, не кричи… — простонал мечник, зажмурившись и приложив руку к виску. – Сколько я спал? — Не больше пяти минут, — засмеялся принц. — Черт, а почему похмелье-то как после суток сна? — А сколько ты выпил? — Бутылку коньяка… чуть меньше. — Шишиши, Скуало, ты тупая акула, — громко засмеялся Бельфегор, с широкой улыбкой наблюдая за мечником, покосившимся от режущего слух звука. — Черт, Бел, и так голова раскалывается! — Сам виноват, — снова засмеялся принц, но уже тише. Он хоть и немного, но сочувствовал мечнику: как-то он сам напился просто в стельку, даже встать не мог, башка не соображала, и язык не слушался… так вот на следующее утро он проклял всё и вся вокруг, начиная от спиртных заводов и заканчивая шнурками на кедах, которые упорно не хотели завязываться. И сейчас он отлично понимал мужа, поэтому немного убавил громкость. — Так кто такая Аделина? — Это… — Нет, сначала ответь на другой вопрос: по какому поводу ты пил? – улыбнувшись, перебил акулу Потрошитель. — Я отвечу на оба сразу… — Скуало помотал головой. – Пил я с Боссом, по поводу пополнения в наших семьях. Видишь ли, Савада тоже беременный, причем как у вас обоих получилось забеременеть, ни мне, ни ему не понятно. — Ну, беременные не только мы, да и как это случилось, тоже нам всем известно, — тихо засмеялся Бельфегор. — Не перебивай. А Фридерик и Аделина – имена, которыми я детей назвать хотел. — А второй вариант для мальчика есть? — Да, Франческо, а что? — Действительно, — широко улыбнулся Бельфегор, заваливаясь на кровать. – Только назовем мы их не так, ши-ши. — Это еще почему? – повысил голос мечник, немного сморщившись. — Потому что мне не нравятся эти имена. — Ладно, потом решим, — закрыл тему Скуало. – Так, а откуда ты знаешь, что у нас будет двойня? – озадаченно спросил он. — Ниоткуда, шишиши. Первая пришедшая в голову мысль насчет моей беременности, — тихо засмеялся Потрошитель, повернувшись на бок и пристально посмотрев на мечника. – Так что может их будет действительно двое, может, трое, а может, всего один. — Врооо!.. – быстро заткнувшись, мечник закрыл глаза и раздраженно выдохнул: при этом крике начинало казаться, что голову медленно и упорно распиливают бензопилой. – Черт, Бел, ты как всегда занимаешься всякой ерундой! – недовольно, но более-менее спокойно проговорил он, вздохнув. — Естественно, — засмеялся принц. — Так, Бел, а как ты рожать будешь? – озадаченно спросил акула. — Не знаю. Но сейчас это не важно, надо придумать, как назвать детей. Мечник обреченно покачал головой и проговорил: — Тебе явно нужно пересмотреть приоритеты… — он встал и пошел на кухню за водой. В каждом доме была небольшая кухонка, которой, однако, вообще никто не пользовался – все с удовольствием питались стряпней, которую готовил мечник Вонголы на общей кухне. Однако, сегодня она оказалась весьма полезной. Бел посмотрел ему вслед и широко улыбнулся. «Ши-ши, даже я не предполагал, что Ску может так положительно отреагировать», — подумал он. *** Занзас зашел в спальню и первым делом увидел лежащий на столе тест. Он взял его в руки, посмотрел на него и усмехнулся: как ни странно, две полоски. «Этот мусор изначально говорил правду. Его гиперинтуиция работает явно лучше, чем у других баб». Он посмотрел на мирно спящего Саваду и легко улыбнулся, немного прищурившись. В его взгляде было столько любви, ласки и нежности, что, если кто-нибудь посмотрел бы ему в глаза в этот момент, не поверил бы, что это Занзас. Он был не похож сам на себя: открытая улыбка, взгляд без насмешки, злости или похоти, брови не сдвинуты, и не слышно этого вечного «мусор». Но таким он стал лишь на пару мгновений. О чем-то подумав, он усмехнулся, уселся в кресло и занялся столь привычным делом – распитием коньяка. Через какое-то время послышался тихий сонный голос: — Занзас, ты снова пьешь. — Да, — усмехнулся тот, переведя свой взгляд на проснувшегося Саваду. — Хватит. — Заставь меня. — Как будто это возможно, — недовольно проговорил Тсуна, пристально смотря на своего мужа. – А вообще, если будешь много пить, это отразится на твоем ребенке. — Ты снова завел свою шарманку о детях? — Естественно. Я сегодня был у Реборна, — фраза звучала точно так же, как слова «милый, я была у врача» или «дорогой, я ходила на узи». Во-первых, совпадала причина, а во-вторых, – точность прогнозов. – Оказывается, я действительно беременный, да и не только… — Знаю, — перебил того Варийский Босс. — Но… — И мы назовем его Кейто. — Но Занзас… — И никаких но, — Вариец отставил в сторону стакан, встал с кресла, и подойдя к кровати, потянул Саваду за руку. – Это даже не обсуждается, — он прижал к себе парня и легко коснулся его губ. — Но откуда ты знаешь, что родится мальчик? – тихо спросил Тсуна, когда тот на мгновение отстранился. Занзас лишь ухмыльнулся и тихо выдохнул своей жене в губы: — А ты не посмеешь родить мне девочку, — и снова впился в его губы поцелуем, на этот раз требовательным и страстным. Что ж… похоже, у Савады теперь не было выбора. *** — Кееея, выпей таблетки, я сказал! – даже Дино уже начинал выходить из себя. Ему казалось, что еще пара отказов, и он силой заставит Хибари принять лекарства. Ох, если бы он знал, что от этих пилюль так много зависит, давно бы уже заставил. А так уже полчаса мучился с этим гордецом. — Отстань ты от меня уже, травоядное, — устало проговорил Хибари, отворачиваясь от Мустанга. Ему же казалось, что еще немного, и он действительно забьет этого придурка до смерти, несмотря на болезнь и то, что он – его муж. — Ну, естественно, лучше мучиться от токсикоза, чем выпить таблетки и спокойно читать свои книжки! – не подумав о своих словах, раздраженно выпалил Каваллоне. — Хаа? – Кея обернулся обратно и недоуменным взглядом с примесью шока посмотрел на Дино. – Что ты сказал? — Я сказал, что ты должен выпить таблетки. — Позже. — А потом ты сможешь спокойно заняться чтением, — недоуменно проговорил Каваллоне. — Про токсикоз! — Ааа, это… — он не хотел просвещать Кею сейчас, но, похоже, вариантов теперь не осталось.— Ну, ты у нас немного беременный. — Немного – это как? – раздраженно спросил тот. — Ну не немного, а совсем беременный… — Дино настороженно посмотрел на Хибари – главное, чтобы не разозлился, главное, чтобы не накинулся. — Ты нормальный? – усмехнулся тот. Злиться он не собирался – тратить силы из-за такого бреда себе дороже. – Как же, по-твоему, я могу забеременеть? — Другие забеременели, и без проблем, а ты что, особенный? – хмыкнул Каваллоне, но тут же спохватился и добавил. – Нет, ты конечно, особенный! Но, только для меня, — он нежно улыбнулся и посмотрел Кее в глаза. – Для иллюзий Мукуро ты лишь тело, которое по своему устройству ничем не отличается от остальных. — Что ты сказал? Для иллюзий этого …? – он не произнес имени. Однако ненависть в голосе говорила все сама за себя: и о ком говорит Глава Дисциплинарного Комитета, и с какими эмоциями, и даже о том, что Дино пора сматываться. — Эээй, Кея, не кипятись! – улыбнулся Мустанг, успокаивающе взяв Хибари за руку. Зря он надеялся, что это сработает. — Камикорос… — процедил Хибари, поворачиваясь за лежащими недалеко от хозяина тонфами. — Кея, Кея, ты что! Мукуро-то сейчас здесь нет! –/ой, Дино-кун, зря ты то сказал… — прим.Авт./ Каваллоне думал, что Хибари последует здравому смысли и, решив отложить ненависть для Рокудо, успокоится и, может быть, примет таблетки. Однако, Кея, вопреки ожиданиям мужа, последовал все тому же здравому смыслу и, решив избить до смерти того, кто произнес ненавистное имя иллюзиониста, сильно сжал в руках тонфы и поднялся во весь рост. — Камикорос… — еще раз процедил он, замахиваясь на мужа. Дино странно, недоуменно и осуждающе, посмотрел на Кею, и тот, немного опешив, решил было последовать здравому смыслу Дино, однако, обдумал ситуацию еще раз и продолжил нападение. «Виновный должен понести наказание» — это был закон его дисциплинарного комитета, которому он всегда следовал. В голове как обычно боролись две стороны: его повседневная, жестокая и равнодушная, и та, которая всем сердцем любила Каваллоне. Вторая упорно пыталась доказать, что в семейной жизни законы дисциплины не срабатывают, и первая быстро сдалась, Кея уже собрался прекратить атаку… но… Каваллоне как всегда оказался в своем репертуаре и все испортил. — Но Кея, ведь сейчас не Мукуро главное, а то, что ты беременный! — А вот в этом, ты, конь, принял самое активное участие, — ненавидящим голосом прошипел Хибари, чувствуя вновь разгорающуюся в сердце и уме злость. — Черт, ну Кея, почему ты всегда на все так реагируешь! Ведь это не так уж и плохо, а очень даже отлично! У нас будет малыш! Он будет похож на тебя! – Мустанг, еле уворачиваясь от ударов тонф, пытался хоть как-то успокоить разбушевавшегося Хибари. — Потому что это ненормально! – тот, еще больше разозлившись, начал новую волну ударов и Дино, не успев от одного увернуться, почувствовал, как к губе сильно приложился холодный металл, а потом резко подступил жар. Он цыкнул и машинально поднес ко рту ладонь, прикоснувшись к разбитой губе. Он посмотрел на руку и увидел кровь. — Ну спасибо, Кея, — проговорил он, поднимаясь. Похоже, идея о детях все-таки была абсолютно безнадежной. Он вздохнул и обреченно покачал головой – даже надежда начала уходить из его сердца. Он развернулся и пошел к стеллажу за аптечкой, чтобы достать перекись, зеленку, и что еще там надо, но почувствовал легкое прикосновение к своей руке. Он обернулся и увидел вздыхающего Кею. Тот сильно потянул Каваллоне за руку и усадил на кровать, а сам направился куда-то к шкафу. Дино посмотрел на него и понял, что тот действительно успокоился, и, похоже, теперь чувствует себя виноватым. Да, злость с Кеи действительно спала и теперь, решив, что Дино действительно не причастен ко всему (хотя еще как причастен), он немного тяготился своим порывом. Поэтому сейчас, достав все нужное из аптечки, он направился обрабатывать «боевое» ранение мужа. — Извини, – тихо проговорил он, приложив вату, пропитанную перекисью, к разбитой губе. — Да ладно тебе, Кея, не в первый раз уже, – усмехнулся Каваллоне, перехватив руку Хранителя облака. Тот вырвал руку и молча продолжил обработку. – Знаешь, но теперь ты точно должен выпить таблетки! – прищурившись, проговорил Дино. Он понимал, что снова нарывается, но такой шанс нельзя было упускать! Вдруг Кея все еще чувствует себя виноватым? — Ладно, – обреченно выдохнул Хибари и, закончив мазать зеленкой рану, отправился за водой. Дино счастливо улыбнулся и отдал уже вернувшемуся Кее две таблетки. — Вторую через пол часа, — улыбнулся Мустанг, смотря, как Кея пьет первую таблетку. Тот лишь кивнул и снова улегся в постель дочитывать книгу о Японии. Ох, Дино-Дино… теперь, главное, чтобы Кея не узнал о том, что ключевую роль в беременности играли именно эти таблетки. Ведь Хибари не посмотрит, что ты и сам об этом не знал – забьет до смерти и на похоронах не появится. *** Гокудера шел домой и думал, как бы получше преподнести своему мужу эту "прекрасную новость". Все казалось очень проблематичным... Учитывая несерьезное отношение Такеши ко всем серьезным вещам, он мог запросто принять все за очередную шутку... Да, и еще он был единственным, кто услышит о беременности впервые. P.S. реакцию последней пары автор оставил на следующую главу :3