А если меня почти не будет?

После поспешного ухода Саида Жади достаточно быстро пришла в себя: «Что я натворила? Он же меня теперь просто истеричкой считает!» - женщина не понимала, что все обстоит намного хуже. «Ну и чего я разревелась? От неожиданности? Да, наверное. Что за глупые вопросы: «где взял?», да «зачем забрал?»… Он же в Фесе на прошлой неделе был, а Хадижа так и светилась, будто лампочка внутри… Сама могла бы догадаться – Хадижа и рассказала. Ну, если про «волшебное блюдо принцессы Хадижи» рассказывать можно, то почему нельзя про другие женские секретики… Ведь Хадижа тоже не знала ничего. А на что я надеялась? Что бабушкины сказки уберегут мою семью? Сама оказалась не такой стойкой, какой должна была быть. Вот и не уберегли.» - тяжело поднявшись с песка, Жади медленно и тщательно оделась, взяла телефон, несчастную куклу и побрела домой: «Надо еще ужин вытерпеть… если конечно не разбрелись уже все спать… Завтра будет новый день, новая должность, новые обязанности и ответственность. Надо успеть с лица эту печальную маску стереть… на всякий случай.» Женщине пригодились все заготовки, потому что ни лара Назира, ни Рания места себе не находили пока Жади не вернулась. Ее состояние каждая истолковала по-своему, но обе сошлись во мнении, что Саид оказался не доволен новым назначением Жади. Как могла женщина постаралась успокоить обеих и предложила все же отпраздновать – за праздничной суетой легче скрыть настоящее состояние души. Ведь праздновать было что! *** Саиду тоже пришлось скрывать все, что он чувствовал, однако по совершенно другой причине. Вернувшись в дом, хозяин не хотел никого видеть и предполагал тихо проскользнуть в свой кабинет… Ни при каких обстоятельствах он не встал бы на сторону Жади, но его удивление услышанным заставило встать на защиту дочери. «Ты не просто мерзавка, ты выродок грязной ведьмы!!! Это твоя мать привороты устраивала! Ее уже сколько времени в доме нет, а твой отец все сохнет по ней!» - неслось из комнаты Хадижи. В другое время отец коршуном налетел бы на обидчика дочери, сейчас же подхватив дочь, бегущую по лестнице, не разбирая дороги, Саид совершенно спокойно спустился с ней в гостиную и приказал Мириам позвать Зулейку. Старшая служанка и рада была спокойствию хозяина и отчего-то опасалась его. Пока спускалась Зулейка, перешептывания были слышны и в гостиной, Саид сел на диван, поставил перед собой дочь и, взяв ее голову обеими руками, так что ладони закрывали уши, глядя ей очень серьезно в глаза, сказал: «Запомни раз и на всегда – ты дочь твоего отца. Ты моя дочь. А если услышишь что-нибудь иное считай, что я сделал вот так.» - с этими словами Саид плотно прижал ладони к ушам девочки и увидел ее улыбку. Поцеловав дочь в лоб, Саид спросил: «Ты меня поняла?» Радостное «да, папа!!!» позволило отцу чуть легче дышать. Теперь он смог посмотреть на женщину, позволившую себе оскорбить его дочь. «Значит «выродок» говоришь? Не только «мерзавка», да? Да, ты права – ее мать не считалась ни с какими запретами, добивалась своего любыми путями, видимо и приворот не является исключением… По крайней мере она это сегодня не опровергла. Вот только теперь она свободна и независима. Да, можешь ее поздравить – она сегодня повышение получила… И наша дочь с ней… А вот что сделала ты? Оскорбила девочку, которая не может противостоять тебе? Причем, оскорбила дочь той женщины, что просила с тобой не разводиться. Разумеется, у тебя есть еще четыре месяца – твое положение это обеспечивает. Но проведешь ты их в Фесе. У меня нет ни малейшего желания подвергать свою дочь новым оскорблениям.» - Саид развернувшись подхватил Хадижу и покружил по гостиной, девочка весело взвизгнула, а вот Зулейка осталась стоять с открытым ртом. *** Потом наступила ночь. Одна ночь на двоих. Совершенно неважно было то, что их разделяло такое расстояние. Каждый чувствовал на своей коже руки избранника, бьющаяся жилка на шее и скользящие по шее горячие губы, прохладный морской воздух, заставляющий плотнее прижаться к жаркому зовущему телу, дыхание сначала разгоряченное, а потом чуть заметное, но такое необходимое… Каждый ругал себя последними словами за несдержанность, поспешность и неистовость… И каждый сознавал, что повторил бы эти часы снова, если бы была возможность… Каждый понимал, что вот только теперь и начал жить… Хотя столько условностей, недосказанности, а в прошлом, обид и предательства… Как через все это перешагнуть? «Как она смогла меня увести за собой сразу же с первого шага? Она знает меня лучше, чем я мог себе представить…» «Как он смог понять меня на берегу океана? Он просто чувствовал…» «Как можно погладить стопой своей ноги человека, находящегося рядом? Эквилибристика какая-то... Но она гладила мои ноги? И это было ... упоительно.» «Какие у него страстные губы – он никогда так меня не целовал… А я его?» «Все, все, все! Завтра новый день… Этого безумия больше не может быть.» - дружно подумали Жади и Саид … если бы они знали, как ошибаются…