А если меня почти не будет?

У Жади вошло в привычку давать Зулейке лишний час поспать до своей работы, в последнее время ее стала часто подменять Рания, видя как осунулась и даже подурнела Жади. Каждая из женщин прекрасно помнила, что им помогали в первые недели после рождения детей. Зулейке же помочь было некому. Зулейка была чрезвычайно признательна за помощь, которая давала ей возможность не валиться вареной курицей в течение дня, а успевать и за ребенком ухаживать и приготовить какое-нибудь лакомство, на которые она оказалась большая мастерица. Разговоров о том, что Саид заберет сына никто не заводил, кроме первого дня. Тогда Жади, зайдя с Ранией в квартиру Зулейки, без предисловий произнесла: «Незавидна судьба матери, у которой забирают дитя. Но у тебя будет возможность попытаться участвовать в его судьбе. Это не так уж мало – поверь. А пока твоя забота дать ему все то, что от тебя зависит. Да пошлет ему Аллах легкий путь на земле!» - с этими словами Жади положила на кровать рядом с Зулейкой серебряный амулет на серебряной цепочке, а Рания крошечные вязанные пинетки. Женщины ушли, а Зулейка залилась слезами прижимая к груди подарки таких же обделенных судьбой матерей. Сейчас не было смысла выяснять кто из них больше виноват в своей жизни – семью потеряла каждая, и если Жади уже нащупала тропинку к тому чтобы быть с дочерью, а Рания уверенно шла за ней по проторенной дорожке, то Зулейке все это еще предстояло. *** Никто из окружения Жади не догадывался, что очень скоро все в их жизни изменится. Казалось, что Жади невозможно больше ничем свернуть с намеченного пути… и только она знала, что в ее распоряжении остаются считанные дни. Она использовала их все до последнего с максимальной пользой. Неожиданно во время очередного воскресного ужина, после которого водитель Саида Рашида забирал домой Хадижу и Мунира, Жади как всегда обнимавшая свою красавицу дочь сообщила, что у нее для всех очень важное объявление: «Донна Роза договорилась о включении меня в программу полугодовой стажировки в группе, изучающей массовое производство национального цветка Бразилии – лелия. Это сорт орхидеи, растущей на скалах и деревьях. Представляете, как они красивы и как прихотливы в разведении и обеспечении условий для круглогодичного цветения? Поэтому, дорогие мои с завтрашнего дня вам придется какое-то время без меня поскучать. Ладно? Ну лара Назира вам спуску не даст, правда?» - улыбалась Жади своей бывшей золовке, а дочурку прижимала к себе все теснее. «Мама, а как же так внезапно? Ты даже не собралась. А я как без тебя тут?» - расстроилась девочка. Жади гладила свою малышку и старалась уговорить: «Ну это же не очень на долго, принцесса моя. И мне же надо учиться, чтобы быть лучшей в своей профессии. А то вон уже скоро Рания конкурсы у меня выигрывать станет. Правда? Прошлый раз чуть не проиграла!» «Жади, а в салоне кто вместо тебя останется?» - распереживалась Рания. Жади ободряюще улыбнулась и ей, не выпуская Хадижу из объятий: «А ты у меня зачем все это время хвостиком ходила? Да ты знаешь не меньше меня, и донна Роза вчера твою кандидатуру утвердила. Вот!» Чуть помолчав, Жади решилась: «Зулейка, ты только сдержись. Зубы сожми, но сдержись. Через три для Саид заберет своего сына. Жить тебе конечно есть где. Но…Ой и пусто тебе в этой крошечной квартирке будет… Ты бы шла к Рании в ученицы. К моему возвращению уже мастером будешь… Как ты? Подумай – хорошее предложение. И среди людей будешь – так все же легче будет, мыслями себя не изгложешь.» «Я сама уже проситься думала» - с печалью произнесла молодая мать. «Мама, а ты писать и звонить нам будешь?» - зазвенел голосок Хадижи. Жади погладила свое сокровище: «Обязательно буду!!! Вот лара Назира и будет за всеми следить – и за теми, кто здесь остается, и за мной, чтобы обязательно звонила и писала!» *** Сколько бы не договаривались, а прощаться очень тяжело, хоть и не на совсем… Поэтому Жади все и подгадала к одному дню, чтобы не изводить никого ожиданием разлуки. В целом разговор прошел спокойно, с наметками будущих целей, а значит не печально-безнадежно. Приехавшая домой Хадижа, обстоятельно все рассказала папе и удовлетворенно увидела, что папе категорически не понравилось предстоящее отсутствие мамы в течении полугода. Не знала девочка только о том, что после того как она уснула у ее отца состоялся напряженный разговор: «Нет, дядя Али, никто ничего не знал – Жади всем сегодня сообщила, а завтра она уже уезжает… И что я должен сделать? Кто такое мог вообще предположить? Всех моих жен на работу пристроила и сама на курсы повышения квалификации!!! Мы же с Вами совершенно не это планировали! Да, именно так - она всех их обеспечила жильем и работой. А я в результате монстр, отнявший у матерей их детей. А результата, на который мы рассчитывали, нет! И что мне делать? Ведь теперь я даже взять слово обратно не могу. Ну что золото? Ну естественно я его все выкупил. Кстати у нее больше ничего не осталось – она так и не потребовала золото у Зулейки. Ну курсы, наверное, донна Роза оплачивает… Завтра узнаю.» Саид послушал, что предлагал ему дядя Жади и поморщившись ответил: «Да узнать, где она на этих курсах не проблема – завтра заеду между делом к донне Розе и все. А будет ли толк?» Пообсуждав еще мужчины пришли к выводу, что когда информации будет больше, решать вопросы станет проще. *** Сказано – сделано. Саид Рашид практически с утра направился в новый салон донны Розы, которая была очень рада его видеть: «Синьор Рашид! Какими судьбами? Как я рада Вас видеть и лично поздравить с такой радостной новостью! Я очень, поверьте, очень сожалею, что сеньора Жади вынуждена покинуть работу. Безусловно! Безусловно синьора Рания меня устраивает в качестве управляющего, но, согласитесь, что ей пока еще далеко до синьоры Жади. Хотя она придумывает свои способы и даже собственный стиль уже явно просматривается… Но разумеется радости материнства не сравнятся ни с какой работой. Я искренне Вас поздравляю, но не оставляю надежды, что сеньора Жади еще вернется в нашу компанию.» Саид за все время не смог произнести ни единого слова. Невозможно описать его облегчение, когда донну Розу срочно вызвали по вопросам контрактов, что позволило Саиду покинуть ее салон, не общаясь ни с кем, потому что мысленно он произносил только одно слово на все лады: «КРЕТИН!!!» Услужливая память нарисовала ему извивающуюся фигурку Жади на фоне бушующего океана… Поэтому она и говорила о сроке в полгода, о Аллах! его ребенку уже три месяца, уже можно, наверное, определить мальчик это или девочка… ДА КАКАЯ РАЗНИЦА???!!! Какая разница кто это, если он только вчера со знанием дела доложил дяде Али, что у Жади больше нет средств к существованию. Жади, родная, где ты? Я не хотел тебя обидеть. Я же просто не знал, что с тобой творится. Я же видел, что ты ответила мне, а потом стала такая неприступная. Почему ты мне ничего не сказала?