А если меня почти не будет?

Ужин после такого значительного события, прошел оживленно и весело. Хотя через некоторое время Жади вдруг поняла, что постепенно за столом воцарилась тишина. Женщина обвела уже осоловевшими глазами всех родственников и тихонько спросила у Саида, сидевшего рядом: «А что случилось? Я что-то прослушала?» Ответом ей был всеобщий хохот, рядом заливалась веселым смехом Хадижа. А Саид, стараясь сдержать смех, ласково проговорил: «Ничего не случилось – просто ты с такой скоростью сметаешь все блюда, поданные тебе, что Зораидэ уже трижды просила тебя ограничить.» Жади так смутилась и покраснела, что все родственники еще раз расхохотались. «Ну… Я три месяца не пробовала ничего подобного и приготовлено все великолепно.» - потупившись пояснила Жади, но есть прекратила. Саид ласково притянул ее за плечи к себе и улыбаясь сказал: «Мы просто любовались тобой. Но ведь ты и ешь за троих… А Зораидэ уже приготовила тебе чай с какими-то добавками. С ней же все в порядке будет – правда, Зораидэ?» Подоспевшая Зораидэ поцеловала Жади в лоб и подала чай: «Пей, мой цветочек – все будет хорошо. Но пока стоит немного прерваться.» Жади выпила предложенный чай с приятным, но необычным привкусом, но всеобщее пристальное внимание ей было в тягость. Выручила Хадижа: «Мама, а давай я музыку включу и для тебя потанцую? Хочешь?» «Очень хочу, моя принцесса!» - поцеловала дочку мама, благодарная за то, что от нее самой внимание уже отвлечено, так как понеслись зажигательные мелодии Habibi, Azez Alaya, Bahlam и так далее. Через несколько минут танцевали уже все присутствующие… И только Саид остался рядом с Жади, обнимая ее за плечи и любуясь красавицей дочкой. «Жади, ты нашу малышку научишь танцевать так же красиво?» - наклонившись к самому ухо любимой и положив руку на ее живот, спросил Саид, Жади лишь счастливо заулыбалась, а мужчина продолжил: «И еще – я хочу, чтобы наши девочки научились слушать океан… Это возможно?» Жади дерзко посмотрела в глаза будущему мужу: «Не боишься?» Саид ответил, не задумываясь: «Нет. Ты всего лишь научишь их быть такими же соблазнительными и страстными. Мне жаль, что я всего лишь однажды это видел.» - тихий голос вдруг заставил пламенеть щеки женщины. «Остановись, Саид. Мы это можем обсудить, но не здесь. Если ты хочешь, чтобы я стала хорошей Первой женой, то не забывай о глазах еще двух» - Жади поднялась, опираясь на руку Саида, но потом улыбнувшись оставила его одного и присоединилась к танцующим Рании и Зулейке. Саид был восхищен тем, что удавалось сделать Жади, ведь он знал, что каждый шаг дается ей с трудом. Пока Жади шла к женщинам это было так заметно. Однако, рядом с ними, улыбнувшись обеим, Жади начала танец, не делая ни единого шага, а лишь поворачиваясь вокруг своей оси. Но как изящно-выразительны были ее руки, шея и плечи! Саид смотрел на всех трех и поражался – это просто не вероятно – танец беременной Жади завораживал больше, чем танец свободно передвигающихся Рании и Зулейки. Лишь Латифа всегда танцевала столь же виртуозно, да под стать матерям были Хадижа и Самира. «Любуешься?» -раздался над ухом голос дяди Али: «Что заставило Жади тебя покинуть? Мне казалось, что ей тяжело передвигаться и я не ожидал сегодня увидеть ее танцующей.» «Дядя Али, я прошу не осуждать меня – я не могу рядом с Жади оставаться бесстрастным или только заботливым» - с улыбкой пояснил Саид: «Ну вот и нарвался на замечание Первой жены о правилах приличия…» «Понятно. Будь осторожен, Саид. Я говорил тебе, когда ты собирался жениться на Рании – можно поровну разделить между женами золото, шелка и даже ночи, но разделить сердце невозможно. Хорошо, что Жади понимает эту проблему. Ты только не подведи ее.» - напутствовал дядя Али. Саид решился на более смелую речь: «Еще раз прошу не осуждать меня. Я ведь обещал, что через неделю после никяха с Жади будет никях с Ранией, еще через неделю с Зулейкой… Дядя Али, у меня лишь две недели начиная с сегодняшней ночи, когда я могу быть только с Жади.» Сид Али посмотрел в светящиеся любовью и страстью глаза Саида и произнес: «Саид, кроме Аллаха тебе отчитываться не перед кем, если ты сделаешь так чтобы никто не знал этого открыто. Ты меня понял?» «Спасибо, дядя Али» - ответил Саид, стараясь следить за выражением лица. «Зораидэ, дорогая, я так устала сегодня… Я бы хотела лечь пораньше.» - произнесла Жади, как только закончилась композиция. Зораидэ тут же захлопотала и вместе с Хадижей отвела Жади в приготовленную для нее комнату. Дочка ластилась к маме и не хотела уходить, но Зораидэ видела, что глаза у той просто закрываются. Поэтому она уговорила Хадижу еще пойти потанцевать, пригласить папу, а маму оставить отдыхать. Хадижа согласилась. Музыка звучала, в гостиной веселье продолжалось, а Зораидэ помогла Жади принять душ и одеть красивую ночную сорочку. Женщина уснула, едва донеся голову до подушки. *** Жади не знала сколько прошло времени, но она проснулась от того, что кто-то чуть касаясь гладил ее волосы, шею, руки… Что значит «кто-то»? Эти прикосновения Жади не перепутать ни с чьими. Она распахнула глаза. Перед кроватью на коленях стоял Саид, его губы тут же коснулись ключицы Жади. «Саид, ты почему здесь?» - шепотом спросила удивленная Жади: «Полный дом народу, даже если Латифа с Мохаммедом и Назира с Миро уехали…» Саид молча легкими поцелуями касался ее обнаженной кожи то здесь, то там. «Жади, любимая, дядя Али прав – сердце разделить нельзя… Но через две недели все остальное мне придется делить… Сейчас я многое отдал бы за то, чтобы наших ошибок не было… Но они были… За них придется платить самым дорогим – любовью, которую я не смогу отдавать тебе каждую ночь в ответ на твою. Поэтому я не могу потерять ни одной ночи, которые принадлежат только нам с тобой. Ты понимаешь меня?» - Саид тоже отвечал шепотом. Жади завороженно слушала, а тоска по предстоящей высокой плате уже заполняла всю ее душу. Как же так? Именно теперь, когда ей совсем не все равно с кем Саид, она обязана будет еще и следить за справедливостью распределения ночей ее мужа… Как Первая жена – обязана... Глаза наполнились слезами. Саид видел сверкающие капельки на ресницах любимой и выпивал их, не давая скатиться на подушку. Руки нежно гладили все тело Жади не обнажая его. «Саид, а сейчас уже нельзя – мы можем навредить нашим малышам. Нельзя позволить им поторопиться на белый свет. Ты понимаешь меня? Я хочу. Очень. Но нельзя.» - Жади с мольбой смотрела на такого дорогого человека. Нежно успокаивая любимую, Саид произнес: «Я догадываюсь. Я видел, как ты движешься. Но я могу тебя касаться губами, руками, я могу лечь рядом и обнять тебя вместе с нашими малышами. Это ты мне позволишь?» - Жади лишь кивнула в ответ. «Тогда я прошу тебя – сделай мне подарок. Покажи мне то, чего я никогда не видел, пожалуйста.» - удивлению Жади не было предела: «Так получилось в нашей жизни, любимая – я никогда не видел тебя обнаженной, пока мы ждали Хадижу. Я хочу увидеть тебя и наших малышей. Я не смогу тебя так видеть днем. И я не видел, как менялось твое тело все это время, как они росли. Но мне никогда не забыть какой ты была в ту ночь у океана. Я хочу видеть какие вы сейчас.» Жади тяжело с помощью Саида поднялась с кровати и позволила ему самому медленно стянуть с нее ночную сорочку. А потом она вдруг стала двигаться как в гостиной – только на месте, только вращение и чарующие движения рук, плеч и шеи. Саид любовался. Ему даже казалось, что он слышит музыку.