А если меня почти не будет?

Сид Али ждал Саида в коридоре, а Зораидэ ушла в палату к Жади и Хадиже, чтобы там дождаться их пробуждения. Саид вышел, стирая слезы обеими руками и не стесняясь этого. Он посмотрел на ожидавшего его родственника и беспомощно произнес: «Что делать, дядя Али? Как помочь Жади и моим малышкам? Лактация… Как я могу «обеспечить ей максимально благоприятную обстановку», если через две недели никях с Зулейкой и Жади об этом прекрасно знает? Я готов их спрятать от всего мира… Только разве это поможет? Из головы Жади я не смогу ничего удалить… А обязанности перед другими моими детьми никуда не исчезнут.» Дядя Али обнял Саида за плечи: «Знаешь, Саид, мы всегда говорим «на все воля Аллаха» и это так, но ведь и от тебя многое зависит. Я не знаю изменилось бы что-нибудь или нет, если бы ты вчера нашел возможность как-то поддержать Жади… Но я абсолютно уверен в том, что ты должен найти слова, способные успокоить ее сегодня – сейчас. Здоровье твоих детей зависит от нее, а ее состояние от тебя. Соберись. Пойдем к Жади и Хадиже. Зораидэ позвонила – они уже проснулись. Сейчас ты должен поздравить свою жену.» *** Когда Саид вошел в палату Жади, то у него на шее моментально повисла Хадижа: «Папочка-папочка, я поздравляю вас с мамой! Я сестричку с братиком видела сразу после рождения – они очень красивые. А ты сейчас их тоже видел, да? Они понравились тебе?» Саид не ожидал, что не сможет сдержать слезы при дочери, поэтому схватив ее в охапку, крепко зажмурился и спрятал лицо в волосах Хадижи. Переждав несколько мгновений, он произнес: «Да, принцесса моя, я их только что видел. Они прекрасны, как и ты была, когда я тебя первый раз на руки взял. А сейчас разреши я обниму и поцелую твою маму.» - отец осторожно, как хрустальную вазу, опустил свою принцессу на пол. Повернувшись, он увидел огромные, немигающие, полные слез глаза Жади. Пара шагов и Саид подхватил свою жену на руки, прижал ее к себе – голова его любимой моментально оказалась пристроенной у него на плече, лицом Жади уткнулась ему в шею, руки ее блуждали, то гладя плечи и спину, то голову мужа, а все тело сотрясалось от беззвучных рыданий. Жади боялась пугать дочь, но ничего не могла поделать с собой. Дядя Али и Зораидэ быстро вывели Хадижу в коридор, чтобы дать возможность супругам побыть вдвоем. «Жади, родная, успокойся… Ну пожалуйста. Тебе нельзя плакать, нельзя расстраиваться. Теперь совсем нельзя - ради наших малышей. Только ты можешь им помочь сейчас…» - Саид говорил и говорил, а горькие слезы Жади не заканчивались. «Саид, прости меня, я не смогла, я не выдержала… Я так берегла наших малышек и все равно не защитила… Я не думала, что это будет так тяжело. Я даже в дом не смогла вчера зайти. В дом, где ты с другой. Мы уехали к океану – я все рассказала Хадиже, как тебе, а она для меня танцевала. Наша девочка была великолепна. Только там, я смогла отпустить тоску, которая скручивала меня весь день. Я думала, что наконец справилась. Мы бы с Хадижей потом в мой дом ушли…» - Жади вновь залилась слезами. «Жади, я должен был найти возможность… Но я за весь день ни на минуту не мог остаться один. Я так хотел тебя обнять, но это было невозможно. Я искал твоего взгляда, но ты ни разу за весь день не посмотрела на меня. Не улыбнулась мне. Я виноват – это я должен был предусмотреть. Я обязан был подождать рождения наших малышек. Тогда бы такого не произошло. О, Аллах! Если бы с вами случилось непоправимое, то я просто не знаю, как смог бы жить дальше… А как же Хадижа?» - Саид все это время носил Жади на руках, с болью ощущая какой тонкой тростиночкой она стала. Муж практически укачал жену, как ребенка. Наконец ее всхлипывания прекратились, а еще через несколько минут она жалобным голосом спросила: «Тебе они правда понравились или ты просто Хадиже так сказал?» «Аллах… Жади-Жади… Да неужели ты никак не поймешь, что вы корни моей жизни… Сегодня появились еще два чуда. Я так благодарен тебе за них. Они мое спасение - моя Наджат и мой Наджи!» - Саид, держащий до сих пор Жади ласково-нежно, прижал ее к себе изо всех сил. Жади последний раз шмыгнула носом: «Ты их так назвал? Такие имена дал?» «Да, родная моя. Но теперь мое спасение только от тебя зависит. Мы с дядей Али разговаривали с врачом. Здоровье наших малышек зависит от того будет ли у тебя молоко для них. Именно так. Кормилица никакая не подойдет. Врач сказала, что молоко женщины, родившей ребенка преждевременно, имеет совершенно другой состав. Для этого ты в первую очередь должна быть спокойна. Ни в коем случае не нервничать. Если они будут набирать вес, то значит будут здоровы. Понимаешь?» - убеждал Саид. То, что ему удалось повлиять на ситуацию стало понятно по следующей фразе Жади: «Саид, а давай я сейчас приведу себя в порядок, и мы с тобой сходим к ним?» - Саид мысленно вознес благодарственную молитву. «Конечно сходим и Хадижу возьмем. Мы спросим – может нам всем туда войти можно будет. Мы же тихонько. Ну или по очереди – дядя Али и Зораидэ их еще не видели. Ну что, давай позовем их? Ведь имен я тоже еще никому кроме них самих не говорил. Теперь еще ты знаешь.» - Саид улыбаясь вернул свою жену на кровать и, распахнув дверь, позвал дядю Али, Зораидэ и Хадижу в палату. Родственники были обрадованы явной переменой в настроении обоих. Договорились, что Зораидэ поможет Жади принять душ, дядя Али присмотрит за Хадижей, а Саид пойдет договариваться с врачом о такой большой группе посетителей. *** Саид объяснил врачу, что эмоциональное состояние его жены напрямую связано с возможностью посещения отделения, где находились в кувезах их дети, вместе с ближайшими родственниками, которые имеют на нее огромное влияние. Врач безоговорочно приняла такое объяснение, но просила быть очень осторожными и вести себя очень тихо. После душа Жади выглядела посвежевшей, но от Саида она просто не отошла ни на шаг, пользуясь тем, что с ними были только ее самые дорогие люди. Саид и не возражал – он постоянно держал жену в объятиях. Теперь отец уже не плакал, глядя на своих малышей – надежда на их быстрое появление дома стояла с ним рядом. Как не странно, но сейчас это была не та уверенная в себе женщина, какой привык видеть ее Саид – она заглядывала мужу в глаза и искала одобрения, восхищения или иного проявления его чувств к новорожденным. А Саида распирала гордость, и это очень явно читалось по выражению его лица. Отец объявил родственникам имена малышек. Выбор имен был одобрен всеми присутствующими. Внимательно посмотрев на детей, Зораидэ сказала родителям, что они ни на день не задержатся в клинике, чему все были несказанно рады. Сид Али ничего не стал говорить, но удовлетворенно подумал: «Эта безумная пара умудряется давать жизнь самым красивым детям, которых я видел, хвала Аллаху!» *** С опасением Саид думал о необходимости разговора с Жади про никях с Зулейкой. Однако нежность, внимание и забота со стороны тех, кого она больше всех хотела видеть, произвели на Первую жену Саида благотворное воздействие. Поэтому по возвращении к себе в палату Жади сама заговорила о предстоящих событиях и даже смогла пошутить: «Ну помнишь я говорила, что для Рании праздник я сама организую, а для Зулейки Рания поможет. Как в воду глядела… Попроси Ранию завтра ко мне вместе с Латифой приехать, пожалуйста. Мы договоримся, что доделать необходимо.» Поколебавшись, Саид попросил дядю Али вместе с Зораидэ забрать Хадижу и дать им еще немного времени чтобы поговорить один на один. Когда дверь за родственниками закрылась и слышать их никто не мог, Саид обратился к жене: «Жади, я полюбил тебя с первой нашей встречи… Потом нашу жизнь сложить можно было по-разному. Каждый поворот или развилку на которых были приняты неверные решения, мы с тобой прекрасно знаем. Этих ошибок нельзя ни отменить, ни исправить. Но сейчас ты моя Первая жена и у нас с тобой с сегодняшней ночи уже трое детей. Мне помощь твоя нужна. Сегодня, стоя у этой стеклянной стены и впервые увидев наших малышек, я понял, что уже нарушаю священные заповеди Корана. Сердце не только между женами поделить нельзя, но и детям поровну не достается. А Мунир и Рамиль никогда не должны этого почувствовать. Они не виноваты, что я люблю мать Хадижи, Наджат и Наджи. Ты сможешь контролировать все это? Мы сможем все это выдержать, Жади?» Ответила Жади без единого слова. Она сначала поцеловала его губы, обвив шею руками, и тут же, отступив на полшага, взяла руку мужа поцеловала и поднесла ко лбу. Саид прекрасно понял ее ответ, благодарно обнял и прощаясь поцеловал в лоб.