А если меня почти не будет?

Жади видела в глазах Саида ожидание ответа на его просьбу. Она напряженно думала. Украшения выполнены на заказ, то есть работа однозначно эксклюзивная, причем идея просто уникальна: выразить родственную связь (единый рисунок плетения, единое цветовое решение) и различие между девочкой (нежные капельки, подрагивающие при малейшем движении) и мальчиком (плотно закрепленные кабошоны на более массивных звеньях) … Кроме того, ее собственное имя звучало в этом наборе колье и браслетов бесчисленное количество раз, на все лады, то есть всей палитрой цветов от белого жади*, до темно-зеленого… Даже не зная имени мастера не оценить такую работу невозможно. А ни Рания, ни Зулейка не получали таких подарков, насколько ей известно. А уж сколько пар глаз ее саму рассмотрит со всех сторон… Какая будет реакция? К чему это приведет? Саид начал нервничать, не понимая, что происходит, откуда возникло такое напряжение. Жади поняла, что нужно срочно успокаивать мужа. Не между ними проблема. Поэтому Жади проговорила Саиду все то, что металось у нее в голове. «Саид, я никогда не видела себя в зеркале такой красивой. И это я еще далеко не в лучшей форме, сам понимаешь. Украшения просто не поддаются описанию. Они восхитительны и настолько явно выражают смысл, что это даже пугает. Если бы для тебя так одеться, то я была бы счастлива. Но ты же понимаешь, сколько глаз меня оценивать будут? Ты Рании и Зулейке что-нибудь подобное дарил? Я не видела у них ни одного украшения такого же или хотя бы близкого уровня. Ты действительно хочешь, чтобы я была так одета?» - голос Жади подрагивал от волнения. Тем больше ее удивил абсолютно уверенный властный голос мужа: «Да! Я очень хочу тебя такой видеть. Ты моя Первая жена, мать троих моих детей и единственная желанная женщина в моей жизни. Ни Рания, ни Зулейка не являлись бы сейчас моими женами, если бы не твое решение тогда в клинике. Мой сын Рамиль родился и совершенно здоров, только потому, что тебя Аллах направил ему в помощь. Поэтому, да! я хочу! чтобы все знали о моем к тебе отношении!» «Хорошо. Я буду в этом восхитительном костюме и в этих великолепных украшениях. Я не смогу подойти к тебе на торжестве. А после того как вы уйдете в дом я в него не войду – ты знаешь почему. И ты обеспечил мне возможность уехать с детьми в любую минуту. Полагаю, что с нами уедет и Рания. Но на твоей свадьбе я буду танцевать для тебя – моим подарком тебе будет танец, который ты хотел увидеть.» - теперь уже уверенно ответила мужу Жади. «Спасибо, любимая, я буду ждать этого. А это завершит твой образ.» - с этими словами Саид раскрыл бархатный футляр, в котором лежали серьги к комплекту. Жади не могла глаз оторвать – каждая сережка представляла собой водопад капелек более светлых тонов, закрепленный на звене со швензой** с крупным кабошоном жади изумрудного цвета. Жена подставила мужу лоб для поцелуя. Саид задохнулся – Жади никогда за двадцать лет добровольно этого не делала - только по необходимости. Поцеловав любимую, муж спросил: «Теперь мы готовы ехать домой?» «Причем это надо делать очень быстро, поскольку Наджат и Наджи скоро должны кушать» - со счастливой улыбкой произнесла Жади. Собрались быстро – сначала праздничный наряд Жади и комплект уникальных украшений, потом детей. *** В особняке их заждались и лишь увещеваниями дяди Али и Зораидэ удавалось сдержать родственников, порывавшихся позвонить Саиду. Как только машина подъехала к особняку и из нее появились родители, держащие каждый по ребенку, захарит разнесся на ближайшие окрестности. Неслись бесконечные приветствия и добрые пожелания вступающим в дом новым членам семьи. Шумная встреча разбудила и без того просыпавшихся малышей, которые тут же возвестили встречавшим родственникам, что им мокро и кушать хочется. Саид сообщил всем, что проводит маму с малышами в их комнату и вернется, чтобы наконец начать праздновать появление своих младших детей дома. Комната Жади в особняке действительно была обставлена точно также, как и комната в ее доме. Саида сменила Латифа, чтобы помочь Жади, а хозяина особняка отпустить к родственникам. Скоро послышалась заздравная молитва. Жади улыбалась, занимаясь гигиеническими процедурами уже проголодавшихся дочки и сына: «Ну вот вы и дома, мои малышки.» Латифа помогла ей быстро переодеться и подала детей, которые моментально смолкли, занявшись самой важной работой в их так сложно начавшейся жизни. Сестры неспешно разговаривали – сейчас они могли позволить себе такое удовольствие. Тишина, покой и умиротворение царили в комнате. ------------------ * жади (Jade) – нефрит; ** швензы – металлическая фурнитура с замочком, предназначенная для изготовления сережек;