Никому нельзя жить без своего альфы...

Прибежав на место, назначенное человеком, которого Юнги когда-то считал отцом, Мин постепенно остановился и огляделся вокруг. Навстречу ему шли отцовские помощники Минам и Бин, которые были знакомы альфе еще с детства. Открыв Юну дверь, те поспешили удалиться, а сам Мин вошел в комнату, бывшую раньше гостиной. С того времени, когда они там жили, прошло много времени, комната покрылась толстым слоем пыли, вещи были разбросаны, а ткань, скрывавшая не вынесенную мебель, в некоторых местах сползла на пол. В самом центре стоял стул, а на нем — Чимин. «Мой Чимин~и!» — промелькнуло в голове у Мина-младшего. Он сидит весь в крови, его красивое лицо теперь в разрастающихся гематомах и ссадинах, по виску течет кровь. Он дышит, он жив… пока что. Возле окна стоит его отец и с кривой улыбкой смотрит вдаль. Ухмыльнувшись, он развернулся лицом к Юнги и сказал: — Юнги~ни, ты пришел, а мы тут развлеклись немного пока тебя не было. — Я заметил, — безэмоционально сказал Юн, — я пришел, отпусти Чимина. — Ладно Юнги~ни, — сказал отец и щелкнул пальцами в знак того, чтобы Чимина развязали. Как только омега упал на пол, Юнги сразу подбежал к нему, пытаясь привести в чувства. — Ему нужно в больницу, — сказал мятный, обращаясь к отцу. — Нам все равно нужно домой, так что я дам тебе отвезти его в больницу, — ответил отец. — Что значит нам? — немного возмущенно спросил Шуга, не до конца понимая ситуации. — Ты возвращаешься домой, а Чимин пускай пойдет на вольные хлеба, мне он не нужен, мне нужен только ты, Юнги~ни, — с хитрой моськой ответил отец. — Зачем тебе я? — сквозь зубы процедил Мин, сжимая хрупкое тельце рыжеволосого в своих бледных, словно сахар, и холодных, как лед, руках. — Потому что ты мой сын, Юнги~ни. Всё, Минам и Бин, пошли, — приказал отец своим приспешникам и они направились в сторону выхода, а Юнги, взяв Чимина на руки, тоже пошел к машине. Сев на заднее сиденье машины, они отправились в путь. Ехали не долго, ведь уже через пятнадцать минут были возле больницы. Минам выкинул из машины еле живого Чимина и автомобиль отправился дальше. Смотря на удаляющуюся фигурку помирающего Чимина, Юнги крикнул что есть мочи: — Ты сказал, что дашь мне отвезти его в больницу! Какого хуя ты творишь?! — Я отвез его в больницу, что-то не так? , — невинно захлопал глазками Мин-старший. — Отвез?! Ты его из машины выбросил!!! Молись, сука, чтобы он живой был, а иначе я тебе яйца вырву и сожрать заставлю! — на одном дыхании выпалил младший. — Ой какие мы злые, Бин, ты знаешь что делать, — сказал старший. Мужчина вытащил белую тряпочку с хлороформом и приложил к лицу Юнги. Альфа сопротивляется, но спустя несколько секунд силы его покидают, и Юнги спит сладким сном.

***

Миниатюрная девушка в белом халате суетливо оббегает пациентов, что как назло идут в противоположную сторону. Она еще новичок и многому должна научиться, но на данный момент она должна купить обед на врачей ее отделения. Уже около недели эта обязанность прицепилась к ней, поэтому брюнетка спешит к выходу, зная какая очередь будет в магазинчике напротив. Выбежав на улицу, взгляд цепляется привычно в сторону магазина, но неожиданно подъехавшая машина на мгновение привлекла внимание. Обессиливший паренек в драной одежде падает на асфальт прямо из автомобиля, но так и не может встать. Машина отъезжает, а медсестра, не думая, несется к бедолаге. Дрожащие веки, многочисленные раны и дрожь во всем теле предстают взору девушки. От испуга она вопит, подзывая к себе санитаров с носилками. В какой-то момент она правда почувствовала себя доктором и, забыв о святой обязанности в виде покупки обеда, девушка заведует всем делом, командует персоналом, распределяя для всех роли. До врача ей далеко, но она уже давно наблюдала за действиями и на простые указания была способна. Дежурный врач подбегает минут через пять, и уже думает сделать выговор, но видя, что та делает все правильно, улыбается и осторожно отводит девушку, приступая к работе самостоятельно. Чимин открывает глаза и ничего не понимает: белый потолок, боль в конечностях и какой-то шум. Где-то над ухом пищит аппарат, обозначающий работу сердца, а сбоку видна капельница. «Больница» — приходит осознание вместе с тем, что одеяло совсем не греет. Раскрыв шторку, отделявшую Чимина от других пациентов, вовнутрь вошла симпатичная брюнетка. Как только она заметила, что Пак пришел в себя, тут же подорвалась и принялась осматривать омегу. — Где Юнги? — шепчет Пак одними губами, но девушка непонимающе смотрит и говорит, что его выкинули из салона автомобиля. На глаза наворачиваются слезы, а в горле застревает ком.

*тем временем дома*

Юнги сидит в своей комнате уже несколько дней и никуда не выходит, ведь возле дверей стоят два амбала — Минам и Бин, а на окне решетка. И вот уже несколько дней его не покидает тревожное чувство за Чимина. Юнги встает с кровати и направляется в сторону окна. Удобно расположившись на подоконнике, он закуривает, смотрит вдаль и просто думает. Все время, что он находится здесь, он никогда не перестает придумывать план побега. Он уже опробовал один, но после этого он стал совсем как в тюрьме. Как это все было: Юнги как всегда идет на кухню перекусить, но сегодня у него другая цель — сбежать из дома. Заперев дверь, ведущую на кухню, он тихо открывает окно и выбегает, но как назло нарывается на отца в сопровождении одного из своих телохранителей. Этот шкаф с легкостью заламывает Юнги и укладывает на лопатки. Зеленоволосый шипит от боли в спине и видит перед собой лицо папаши, который зло смотрит на него с верху в низ.  — Я не хотел делать тебя узником, полагался на тебя, но ты сам все за меня решил. Бин, веди его обратно домой, — приказал отец и направился в сторону дома. Вот так как-то, но в этот раз все получится. Юнги уверен. Выпуская дым прямо в пожарную сигнализацию, Юн спешит спрятаться за дверью. Как только в комнату входят Минам и Бин, Юнги спешит на выход, сметая все на своем пути. Неповоротливые помощники намного медленнее Шуги, поэтому как только они выходят на улицу, то не замечают Юнги, который уже давно скрылся во дворах. Отдышавшись, Мин присел на лавочку, что стояла на остановке и дожидался автобуса, благо он успел найти свою заначку в комнате. Он отчетливо помнил больницу, возле которой выбросили Чимина, поэтому его целью на данный момент являлось увидеть омегу. Приехав на место, он побежал в здание и подошел к стойке ресепшена. По знакомым приметам пациента быстро наши и назвали палату. Найдя нужный номер среди этих запутанных коридоров больницы, он вошел и увидел знакомую рыжую макушку, что глядела в окно. Юнги стоял и не знал что ему делать. Ей богу, как девственница какая-то, стоит, глубоко и тихо дышит, словно боится спугнуть. Все-таки он решается подойти к Чимину. Младший оборачивается на звуки за спиной и видит его — Юнги. Его цвет уже порядком выцвел и корни отросли, но он все еще Юнги и только его. Чимин спрыгивает с кровати и попадает в объятия Мина, начинает тихонько всхлипывать.  — Не плачь, солнышко, все хорошо. Я здесь, я с тобой рядом, и больше никогда не брошу, — приговаривает Юнги, поглаживая по голове Чимина, — Все будет хорошо.