Лёд

Выяснить слабое место Шо было делом нелёгким. Ну не верил Рицу, что тот умеет абсолютно всё. Сперва Рицу проверил учёбу. Оценки Шо прыгали с плохих до отличных. Когда Шо в очередной раз пришёл к Рицу в комнату, причём через окно, Рицу демонстративно отвернулся и с ожесточением пролистал учебник математики. Шо к нему лез, но Рицу поставил условие — либо Шо поднимает свои оценки, либо не мешает учиться. Рицу не ожидал, что всего через неделю Шо принесёт свой табель успеваемости с лучшими оценками за тесты. Бой был проигран, но Рицу не сдавался. Проверок на прочность было много: и чтение наизусть, и английский (с этим Рицу лажанулся, у Шо было прекрасное произношение), и спорт, и рисование, и пение, и даже икебана с чайной церемонией. Рицу вычеркнул последний пункт в списке и подпёр кулаком щёку. Что делать? Не мог быть Шо настолько идеальным! И Рицу считал своей прямой обязанностью найти хоть что-то, чего Шо не умел. Рицу вычеркнул пункт с кулинарией — Шо прекрасно готовил и не раз притаскивал ему в университет бенто, украшенное сердечками из ветчины и овощей. Ладно. В конце концов, у Шо завтра день рождения, поэтому надо ему сделать хоть какой-то подарок. Мысленно Рицу забраковал своё обнажённое тело, обмотанное широкой атласной лентой и с огромным бантом на причинном месте. Нет-нет, надо что-то нормальное, без всех этих намёков. Рицу перевёл взгляд на телефон, где на заставке была фотография Шо. Тот как-то спёр телефон и поставил свою фотографию на рабочий стол. Как Рицу ни пытался, изменить заставку не получалось. Ещё один плюс в копилку идеальности Шо — тот даже в телефонах хорошо разбирался. Проведя пальцем по щеке Шо, Рицу вздохнул. Даже на фотографиях тот получался идеально. Телефон завибрировал. Высветилась донельзя довольная мордашка Шо. Рицу вздохнул и поднёс трубку к уху, принимая вызов. — Рицу, что делаешь? — довольно бодрым голосом спросил Шо. — Не твоё дело, Сузуки, — в голос сами собой пробрались раздражённые интонации. Вроде бы Шо и не раздражал, но как только они начинали общаться, Рицу щетинился. Возможно, дело было в том, что Шо идеален, и рядом с ним Рицу чувствовал себя ущербным? — Да ладно. Встретимся завтра? — Я учусь. — После пар. — У меня курсы. — Прогуляешь. — Я не прогуливаю. — Ну хоть один разочек можно? Для меня? — и добавил чуть тише: — Пожалуйста. Рицу не сразу нашёлся с ответом. С каких это пор Шо говорит «пожалуйста»? — Я тебя покормлю ужином. И сделаю всё, что скажешь, и даже лезть к тебе не буду, обещаю! Сделаю всё, что ты захочешь! Только давай встретимся. — Ладно, посмотрим на твоё поведение. Я заканчиваю... — Я знаю, во сколько! Сразу после универа ты целиком мой! Ты обещал! — Да... — протянул Рицу в трубку с короткими гудками. *** Как и обещал, Шо стоял у входа в здание университета и ждал Рицу. Он ловил ртом крупные хлопья снега, которым небо щедро осыпало город с самого утра. На Шо была смешная зелёная шапка, прикрывающая рыжие волосы. Тёплый белый шарф несколько раз обматывал шею, а синяя куртка доходила до паха. Рицу заметил его в середине последней лекции. Видимо, тот пришёл раньше, чтобы проследить, не сбежит ли кое-кто. — Привет, Рицу. — Шо развёл руки в стороны, чтобы обнять его, но вспомнил о своём обещании и мгновенно спрятал руки в карманы — во избежание. — Давно ждёшь? — вместо приветствия спросил Рицу, провожая взглядом Шигео. Тот шёл в офис к Рейгену, болтая по телефону. — Только пришёл. Врал и не краснел. — Куда пойдём? — Не знаю. А куда ты хочешь? — Шо пристроился рядом с Рицу. Нетерпение в нем так и билось. Шо был слишком подвижным, нервничал, не знал, как привлечь к себе внимание, и не хотел задеть Рицу, зная, что из-за любой мелочи тот может развернуться и пойти домой. Рицу чертыхнулся мысленно — выдрессировал на свою голову, аж тошно. И при этом сам не может совладать с собой и своим характером. — Мне надо брату подарок купить на день рождения, можно что-нибудь поискать, — Рицу закинул сумку на плечо. Шо приуныл. Даже жалко стало, что осознанно задел. — Поэтому всё равно, куда. Ты же ведёшь. Шо встрепенулся: — Веду? — и улыбнулся, представляя явно не невинные фантазии. — Можем на каток сходить, — повёл плечом Рицу. — Слышал, как одногруппницы обсуждали. Там ещё рядом есть кафе, так что можно посидеть и погреться. Хвалили банановый десерт с шоколадом. Обдумав, Шо согласно кивнул. До катка они добрались быстро. Оставили вещи в шкафчиках, арендовали коньки. При этом Шо весело болтал, заполняя фон привычным шумом. Рицу особо не вслушивался, но всё равно неосознанно подмечал детали. Рицу быстро зашнуровал коньки, поднялся и скинул с себя пальто. Потянулся, наклонился из стороны в сторону, проверяя собственный баланс, и выпрямился. Шо сидел на лавке и медленно завязывал шнурки. — Готов? — Да, — нарочито бодро ответил Шо и посмотрел на Рицу огромными зелёными глазами. С трудом оторвав от них взгляд, Рицу махнул себе за спину: — Тогда идём. Рицу вышел на лёд и сделал круг, вспоминая тройку и скобку. В своё время у него не получалось отличать эти элементы, и он потратил на изучение не один час. И даже позволил себе сделать полубильман. Вышло не очень красиво и качественно, но Рицу был доволен. Прекрасное чувство, когда ветер бьёт в лицо, а тело знает, что делать. Если бы не то ужасное событие с хулиганами, когда Шигео защитил его своей эсперской силой, Рицу мог бы стать профессиональным фигуристом. Но, возможно, и к лучшему, что не стал — теперь у него была собственная сила, друзья и... Шо. Интересно, где он? Шо нашёлся рядом с ограждением, которое то ли подпирал, то ли хватался за него руками. Прикалывался он, что ли? Опять разыгрывал из себя неумелого профана, а на деле катался, как профессионал? — Что-то случилось? — Рицу подъехал к нему. — Нет, всё прекрасно. Лучше не бывает. Дай мне ещё минутку. Можешь ехать, я скоро догоню. Только сперва вспомню, как это делается. Рицу смерил его взглядом с ног до головы и обратно. Не в порядке было всё: ноги дрожали и готовы были разъехаться в стороны в любую секунду, Шо трясло, он плохо держал баланс, но при этом умудрялся весело болтать. — Сузуки, — кажется, до Рицу медленно доходили весь комизм и трагедия ситуации, — ты не умеешь кататься на коньках? — Всё я умею! Мне нужно больше времени! — тут же ощетинился тот, но мгновенно сдулся: — Не умею. Даже на роликовых не ездил ни разу. — Но при этом умеешь кататься на скейте. — Скейт — это другое! А коньки... — Шо взглянул испуганно на Рицу, пытаясь держать лицо, и прошептал: — Это ужасно. — Хватайся, — Рицу протянул ему руку и ободряюще улыбнулся: — Я тебя научу. Шо схватился. Да так, что оба рухнули на лёд. — Я думал те, кто умеют кататься, не падают, — Шо засмеялся. — Даже профессиональные фигуристы падают, — Рицу поднялся было, но Шо его дёрнул, и он опять упал. — Особенно если их так дёргают. Ты мне руку оторвёшь. Отпусти. — Нет, — Шо крепче сжал его ладонь. — Ты впервые меня за руку взял, и вообще... — Поднимайся, — прервал его Рицу. Поднялся и потянул Шо на себя. — Иначе выведу тебя на середину катка и брошу. — Ты этого не сделаешь, Рицу. Ты не такой. — Ты ещё не знаешь, какой я. Долгих объяснений не понадобилось, Шо схватывал на лету. И через полчаса уже вполне сносно стоял на коньках. Даже мог более-менее нормально ездить и почти не падать. Рицу ехал рядом, поддерживал на поворотах, наставлял и делал замечания. Шо справлялся. — У тебя отлично получается, — признал Рицу, беря направление к середине. — Не верю, что ты не умеешь кататься. — Не умел, — пробурчал Шо, следуя рядом. — А сейчас научился, потому что у меня хороший учитель. Они остановились. Может, сейчас был и неудачный момент, но Рицу решил рискнуть, иначе он ещё долго будет ждать удачного или подходящего момента. — Слушай, Рицу... Рицу приблизился к Шо и прошептал, глядя ему в глаза: — Если ты доедешь без меня до выхода, то я поздравлю тебя с днём рождения... Шо. И пока тот не успел отреагировать, развернулся и поехал к выходу с катка на максимально возможной скорости. Лицо заливал густой румянец, щёки горели — Рицу никогда ещё не чувствовал себя настолько смущённым. Обратиться к Шо по имени! Другого времени не нашёл, что ли! Хотя мысленно Рицу всегда к нему так обращался, но фантазия и реальность отличались. Ведь обратившись по имени, Рицу дал понять, что относится к Шо по-особенному. Едва Рицу доехал до бортика, в него с пятисекундным опозданием врезался Шо, и они повалились на лёд. Опять. Рицу попытался побыстрее слинять, но Шо его не выпускал, удерживая за пояс. — Повтори, — взволнованно попросил он. — Повтори, что ты только что сказал? Рицу отрицательно замотал головой. — Повтори. — Я не повторяю по два раза. — Но когда ты учил меня кататься, то... — Это другое. — Конечно, другое! — Шо сел. — Это намного лучше. Ты правда... правда не забыл? — Нет, конечно, идиот, — буркнул Рицу и почувствовал, как Шо крепко обнял его, передавливая грудь. — Я так счастлив! Шо продолжал его обнимать. Рицу глубоко вздохнул, возвращая спокойствие и позволяя себя лапать. В конце концов, у Шо день рождения, ему можно. — А ещё раз назовёшь меня по имени, Рицу? — Нет. — Ну пожалуйста. Ну, скажи. — Я сказал — нет. — Всего-то скажи «Шо». — Ты достал, — Рицу попытался подняться, но Шо держал крепко, и они вновь упали. — Прекрати. — Ты мне нравишься, Рицу, — сказал неожиданно Шо и крепко сжал его ладонь. — Поэтому я рад, что ты согласился провести со мной день рождения. У меня никогда не было столько эмоций. — Не за что. Они поднялись и отряхнулись. Шо и правда был счастлив. Рицу почувствовал, как на губах появляется улыбка. Шо поднял голову и хитро сощурился. — Что? — нахмурился Рицу. — Ничего. Просто редко вижу, когда ты так улыбаешься. — Как — так? — Не скажу, — он показал язык. — С тебя подарок, мой дорогой. — Я тебя уже по имени назвал, тебе этого мало?! Шо хитро и нагло ухмыльнулся: — Я всё ещё хочу от тебя подарок. — А больше ничего не хочешь? — Рицу открыл калитку и, нацепив на лезвия чехлы, двинулся в сторону раздевалки. Он ругал себя за собственную неосмотрительность. Теперь Шо точно не отстанет и будет с каждой встречей требовать всё больше. Вскоре дело точно не обойдётся одними хватаниями и обжиманиями. Рицу покраснел, представив, как расстёгивает рубашку на Шо, чтобы добраться до кожи... Нет, нет, нет. Не думать. Не думать и не представлять, когда Шо рядом. Иначе так недолго и в чувствах признаться. А они есть. Это пугало Рицу. Он отталкивал Шо от себя, отстранялся от слишком назойливого и настойчивого внимания, но всё равно, как ни обманывай себя, а его тянуло к Шо. Он вздохнул, остановился рядом с раздевалкой и обернулся. Шо ковылял позади, смешно расставив ноги в стороны и размахивая руками в попытке удержать баланс. Рицу даже залюбовался его страданиями — маленькая месть была весьма мила сердцу. — Я до тебя дойду, и ты мне всё равно скажешь! — крикнул Шо на весь коридор. Хорошо, что посетителей не было. — Ты обещал! Вот только сперва... чёрт! — Шо грохнулся. Зло зыркнул на Рицу, виня его во всех своих падениях, но вновь поднялся. И, руками придерживаясь за стенку, двинулся к Рицу. — Вот только сперва сниму эту адскую обувь. — Ну попробуй. — Ты садист, ты в курсе? — Тебе только кажется. Шо сжал зубы. Они смотрели друг на друга, пока Шо сокращал дистанцию между ними. Лицо Шо выражало крайнюю степень злости на одного конкретного человека, и Рицу знал, как это можно использовать. Он давно уже мечтал, что однажды поцелует Шо и будет наблюдать за сменой его эмоций. Почему-то казалось, что на лице Шо будет отражаться абсолютно всё, когда тот будет беззащитен. Эсперская сила в расчёт не бралась — она совсем другой природы. Интересно, Шо нравятся укусы? И если да, то в каком месте — больше всего? Рицу посмотрел на свои руки, зажмурился, сосчитал до десяти — это ни разу не помогло, — и открыл глаза. — Я скоро, — бросил он через плечо и направился в туалет. В зеркале, заляпанном каплями краски, отражалось раскрасневшееся лицо с блеском в глазах. Блеском, который отражал сразу всё — от простого желания до похоти. Надо с этим разобраться и как можно скорее — у Шо не было абсолютно никакой выдержки. Даже его эсперская сила — огонь — была под стать хозяину. Если заметит, то не оставит. Рицу снял перчатки и заткнул их за пояс штанов. Включил воду, подождал, пока она нагреется и, сложив ладони лодочкой, подставил под струю. Смочив лицо водой, Рицу посмотрелся в зеркало. — Ты странный, — сказал Шо, складывая на груди руки. Нарисовался он быстро, пока Рицу метался и совершенно не обращал внимания на окружающую обстановку. — Что происходит? — А ты как думаешь, Сузуки? — Рицу выключил воду и вытерся бумажным полотенцем. — Я не очень люблю думать, я действую, — ответил Шо. — Потому что могу упустить свой шанс. По спине Рицу пробежали мурашки. — И называй меня по имени, раз решился. — Для тебя это так важно? — руки дрожали, и Рицу засунул их в карманы. Только бы не выдать своего волнения. — Очень. Ты же знаешь, как долго я хотел, чтобы мы обращались друг к другу по имени. — Это всем скажет, что мы ближе, чем друзья, — заметил Рицу. Он не напомнил, что Шо с самого начала наплевал на этикет. — Тебе не всё равно? Рицу провел пятернёй по лицу, запустил в волосы, приглаживая. Он не знал ответа. Просто события развивались стремительно, а Рицу привык всё контролировать. Шо этой возможности лишал. Он заполнял жизнь собой, вытесняя других, и требовал к себе всё больше внимания. И Рицу не мог отказать, потому что тянулся к его огню, который не обжигал, а согревал. Рицу вздрогнул от жаркого касания к шее и отступил. Шо стоял на прежнем месте, только улыбался. — Прекрати, — попросил Рицу, накрывая ладонью потревоженную кожу. Однако фантазия уже пустилась вскачь. Рицу представил на секунду, как его тела касается горячая рука, нагревает кожу, почти обжигает, ведёт по телу вниз, к бёдрам, и Рицу это нравится. — Назови меня по имени, — Шо двинулся на Рицу. И вся его сила двинулась вместе с ним. Она ощущалась жаркой прозрачной волной воздуха. Пока ещё не горячего, терпимого. — Я серьёзно, Сузуки, прекрати, — Рицу отступал до тех пор, пока не упёрся в стену. — Меня зовут Шо. — Прекрати, пока не поздно. — Иначе что? Воздух разогревался — пока ещё медленно, но если Шо захочет, то температура может подскочить на сотню градусов за секунду. Рицу выставил вперёд руки, возводя барьер. Сразу же стало прохладнее и легче дышать. Шо усилил напор, Рицу усилил защиту. Так они и отражались в зеркале — как два придурка с протянутыми друг к другу руками. — Ты не сможешь защищаться вечно, Рицу. — Намекаешь, что твой огонь скоро затухнет? — Только не когда ты рядом. Сила росла, напор увеличивался. Рицу хорошо держался, но была одна проблема — у Шо больше опыта. Уже во время первой встречи в Когте Шо умел такое, о чём Рицу только мечтал. Но он всё равно не сдастся легко. Не в этот раз. — Это хорошо, — Рицу направил плотную волну на Шо. Пока тот на неё отвлёкся, Рицу сократил дистанцию и толкнул Шо в ближайшую кабинку. Кажется, тот ударился об унитаз. Сверху полопались лампы, погружая туалет в полумрак. — Ни хрена ж себе! — сказал незнакомый голос. — Опять света нет, — добавил другой. — Вы чего, в сортир уже не можете сходить без света? Обязательно причиндалы свои видеть надо? — произнёс третий, недовольный. Сверху что-то грохнулось, разнося эхом противный звук. — Твою ж! — выругался первый. — Быстрее свои дела делайте, а то, чего доброго, рулон туалетной бумаги свалится на голову, и сотрясение получите, — пошутил третий голос. — Ты сумасшедший, — прошептал Шо, крепко держась за Рицу. Он улыбался. — Ты сам идиот, — в тон ему прошептал Рицу. Они едва-едва касались друг друга губами. — Зачем силу использовал? — Потому что мне хочется тебя развеселить — ты вечно хмуришься. — И не нашёл другого времени демонстрировать свою крутость, как в туалете? Шо перехватил Рицу удобнее, и теперь его рука заскользила по пояснице. — Должен же я был после провального выступления на льду показать что-то, что хорошо умею. Рицу чувствовал его улыбку губами, голова кружилась от близости. Шо был горячим от только что использованной силы. В него хотелось завернуться и погреться, потереться щекой, обнять и поцеловать. — Значит, только и можешь, что быть эспером? Очень сложно устоять, когда всё в такой доступности. И даже незнакомые люди за тонкой стенкой не могли сбить градус желания. — Нет, — ладонь Шо переместилась ещё ниже, провела по ягодице, сжала. — Ещё я умею просто отлично целоваться. — С чего ты взял? — прикосновение понравилось. Рицу прижался к Шо теснее, вплавляясь в его тело. — Можешь проверить, если не боишься. Это был откровенный развод. И Рицу не видел причин отказываться. Он первым наклонился и смял губы Шо в поцелуе. И тогда словно трубу прорвало. Они набросились друг на друга, путаясь в руках и ногах. На то, что творилось вне кабинки туалета, было плевать. Сейчас существовали только они двое. Поцелуй превратился в рваную азбуку Морзе: каждый старался перехватить инициативу и увести её в свою сторону, но Рицу не позволял, а Шо не уступал. В итоге они стучали зубами, кусались, царапались и целовались. Ладони шарили по телу, не столько раздевая, сколько расстёгивая всё на своём пути. Рицу успел первым — расстегнул ширинку светлых джинсов и накрыл рукой возбуждённый член Шо через трусы. Тот застонал, разорвал поцелуй и часто задышал, запрокинув голову. — Да, — прошептал он. — Вот так... Ободрённый, Рицу продолжал гладить через трусы по всей длине. Колено Шо упиралось между ног, поэтому Рицу периодически тёрся об него. — Как? — поинтересовался Рицу, нагнувшись к шее Шо и прикусывая её. — Как угодно, — сказал Шо. Похоже, он уже ничего не соображал, даже оставил попытки вести. В этот раз он уступил. Рицу разорвал прикосновение. Недовольный вздох наполнил кабинку, но почти сразу её затопило стоном и жаром — Шо не мог сдержать ни себя, ни свою силу. Забавный факт, о котором Рицу решил не задумываться. Не сейчас, по крайней мере. Потом как-нибудь. Приспустив штаны, Рицу обхватил его член и сжал у основания. Шо дёрнулся навстречу, поднял голову и посмотрел на Рицу. — Мой подарок, — напомнил Рицу. — Ты всё ещё хочешь его? — Да, — Шо обнял его, прильнул, поцеловал вскользь в шею. Второй рукой через штаны провёл по паху Рицу. — Очень хочу. Рицу поцеловал его и начал двигать рукой. Откуда-то он знал, что с Шо надо пожёстче: нежности будут потом, а сейчас надо именно так — жёстко, быстро и на сухую. Смазки не хватало, но Рицу обошёлся тем, что было. Можно было попросить Шо смочить пальцы слюной, но это было слишком смущающе... Ну да, словно дрочить Шо в туалете — совершенно нормально! Уткнувшись в шею Шо, Рицу работал рукой. Шо двигался навстречу, подмахивая бёдрами и ловя общий темп. — Ещё немного, — прошептал-простонал он неразборчиво. — Кончай, — Рицу зарылся носом в волосы Шо, прохрипел: — Давай, — и укусил за мочку уха. Шо кончил громко и жарко. В буквальном смысле. Стены вокруг плавились и дымились от жара, запахло палёным пластиком и догорающей бумагой. Рицу отступил к дверце и посмотрел на довольного Шо. Тот часто дышал и выглядел так, как обычно писали на форумах — затраханным, но довольным жизнью. — Это был лучший подарок, Рицу. Рицу покачал головой. Он уже приблизительно знал, как будут дальше развиваться их отношения. Вздох получился слишком тяжёлым. — Что такое? — Шо приподнялся. Он светился от счастья. — Ой, твою проблему я сейчас... Шо потянулся к его паху, но Рицу не позволил: — Я сам справлюсь. Приведи себя в порядок. — Но я хочу тебя. — Потом, не сегодня, — отмахнулся Рицу и мысленно дал себе подзатыльник. Теперь Шо точно будет приставать и припоминать его неосторожные слова. — Хорошо. Рицу вышел. Стараясь не смотреть на себя в зеркало, он зашёл в соседнюю кабинку и запустил руку в трусы. Хватило всего пары движений и воспоминания о голосе Шо, чтобы кончить. Бумаги не было — она истлевшими чёрными хлопьями валялась на полу. — Блин. Тут бумаги нет. — Держи, — Шо перекинул через верх носовой платок. — Спасибо. Вытершись, Рицу постарался привести в порядок чувства. Он пока не был готов смотреть на Шо, но сидеть в кабинке вечно тоже не мог. Ловушка захлопнулась — чем дольше он этого избегал, тем внезапнее оно произошло. — Рицу, — протянул радостно Шо, — а дома ты мне это сделаешь? — Кое-кто хотел получить подарок прямо сейчас, — буркнул Рицу и всё-таки вышел. Они встретились с Шо взглядами. На лице у того расплылась донельзя довольная улыбка. Он обнял Рицу: — Я тебя обожаю. И не против добавки у меня дома. Подари мне ещё раз этот подарок, а? Обещаю, что я буду так же доволен, как и в первый раз! Рицу едва не застонал. — Ладно, посмотрим на твоё поведение. — Кажется, я начинаю любить эту фразу. Кажется, Рицу начинал её ненавидеть.