Эй, учитель!

Через несколько дней. Хосок бухой в хлам. Намджун это понимает сразу, как только видит старшего, разлегшегося на барной стойке с полупустым бокалом виски в руках. Парень, еле дотащив пьяную тушку до своей машины, едет к себе домой, а затем грязно матерится, когда Чона начинает рвать прямо в салоне его дорогого авто. «Нахера я вообще его забрал?! Лежал бы там, никто бы его не трогал. Щас за ним еще убирать, сука!» Полчаса назад. *Навджуна ммне тааааак плрохо Забири меня атсюда пжалуста.* *Где ты находишься? * *В Хевен клупсе Приоди я хончу тебя увадеть.* *Хорошо, скоро буду.*

***

— Ох! — Нам перекладывает Хосока на кровать и снимает с парня ботинки и верхнюю одежду, с трудом переодев его в домашнее. Затем, сморщив нос, он протирает чужие испачканные блевотиной губы влажной салфеткой и, жалуясь, буркает. — Ну вот почему я должен это делать? ПОЧЕМУ, БЛЯТЬ? Тем временем, Чон что-то неразборчиво мямлит и тянет руки к Намджуну, пытаясь его обнять. На что тот недовольно хмыкает и, накрыв старшего одеялом, уходит на первый этаж. Юноша думает переночевать в одной из комнат для гостей, где точно нет чудовищного запаха перегара и пьяных охающих звуков. Но через час вновь возвращается в свою комнату, садится на край кровати и долго наблюдает за спящим Хо, который на непонятном языке разговаривает во сне и ворочается, как маленький ребенок, сбрасывая с себя одеяло. — Знаешь, а я полный придурок, потому что только придурки влюбляются в тебя. Только придурки так поступают, и только они хотят вернуть то, что было, наверное, одной лишь иллюзией. После сказанного, Ким замолкает. Воспоминания прошедшего лета всплывают перед его глазами и делают только больнее. Flashback. Хосок берет младшего за руку и сплетает их пальцы в замок, улыбается, будто солнце, и в ухо шепчет: — Ты мне нравишься, Намджун-а. — Дяденька, что вы только что сказали? — театрально проговаривает Ким, слегка округлив глаза. — Я вам нравлюсь? — Да, — хохочет смущенно Чон. — Ты такой милый и забавный, что я просто тону в твоем очаровании. — А еще? — сдерживая радостную улыбку, интересуется Нам. — А еще ты безумно сексуальный, что мне хочется отдаться тебе прямо здесь, — Хо останавливается и, глядя в чужие глаза, облизывает губы. Провоцирует, а Намджун ведется и целует, хватает за попу, прижимая к себе, и низким голосом спрашивает: — Так что же нам мешает? — То, что я дяденька, — смеется Хосок почти по-детски, а в его глазах волна желания смывает все берега. — Не волнуйся, я не заявлю на тебя в полицию, — произносит младший и начинает раздевать Чона, бросая его одежду на теплый песок, а после проделывает то же самое со своей одеждой. Ночной секс на пляже, крик чаек на утро, еще одна галочка в их списке. И Намджуну все это в кайф, ему не надо чего-то еще. Просто Хосока, просто быть с ним рядом, этого вполне достаточно. Думал он, пока не понял, что влюбился по уши… Пока не стал по-собственнически держать за руку, подолгу обнимать и в поцелуях прятать нежные признания в любви. Но однажды Хосок не ответил на его звонок. Не ответил старший и на сообщения. И когда Нам пошел к нему в общагу, то был ошарашен, увидев старшего, целующегося с какой-то девушкой. Парень сразу же подбежал к парочке и с грозным видом воскликнул: — Что это значит?! А Хо, испугано вздрогнув, повернулся к блондину и, заикаясь, изрек: — Н-намджун? П-почему ты здесь? — Оппа, это кто? — послышался девичий голос из-за спины Чона, а затем девушка вопросительно уставилась на Нама и, то ли специально, то ли нет, взяла Хо за руку и крепко ее держала. — Это мой друг, — еле слышно ответил Хосок и опустил свой взор на землю. — Ким Намджун, - решил все же представиться Нам. — А я До Бонсун, девушка Хосока, приятно познакомиться, — блондинка сдержанно улыбнулась и протянула юноше руку, но тот не пожал ее, лишь сильнее помрачнел и разочарованно произнес: — Так у тебя есть девушка... Чувство предательства распространилось внутри с бешеной скоростью, не кровь, а гнев тек по венам. Становилось так паршиво и больно, что хотелось со всей дури врезать Хосоку и, как следует, обматерить, а может быть, и убить... вместе с этой блондинкой, которая назвалась его девушкой. «Да, убить и выбросить в реку, чтобы не увидеть их больше никогда!» — Намджун, я тебе все потом объясню, — нескладно вырвалось из уст Чона, а Намджун вдруг усмехнулся, думая, что эта фраза до одурения банальна. — Нет, не надо, спасибо, — искусственно улыбнувшись, кинул блондин и ушел прочь. А вечером он получил сообщение от Хо. *Мы должны прекратить наши встречи. Прости…* Flashback. /the end/

***

Утро. Хосок просыпается от невыносимой головной боли и долго пытается понять, где он. Парень окидывает мутным взглядом комнату, а потом вспоминает, кому она принадлежит. — Черт! Как я сюда попал?! — спрашивает он себя и тут же хватается за голову, которая, кажется, скоро лопнет. А память, как назло, ничего про вчерашний вечер не говорит. — Я не знал, где ты живешь, и поэтому привез к себе, — отвечает знакомый голос позади. Хо поворачивается в его сторону и, как даун, пялится на Намджуна, который сидит за ноутбуком, не отводя взгляда с экрана. — Если что, на кухне есть суп от похмелья, а твоя одежда в шкафу. — Спасибо, — неловко бросает Чон в ответ и, пересилив собственный стыд, бормочет. — Вчера… Я тебе позвонил, да? — Нет, написал. — Понятно, — буркает брюнет и в опаске спрашивает. — Надеюсь, я ничего такого не сделал? — Сделал, — чуть громче отвечает Нам. — Ты блеванул в моей машине. — Блять… — Ага, — все так же не смотря на парня, изрекает Ким. — Я тебе заплачу. — Конечно, только не деньгами, а натурой. — Что?!! — Ты слышал, что я сказал. — Намджун! — нахмурившись, возмущается Чон, а младший лишь устало вздыхает. — Можешь идти, на сегодня ты мне не нужен.

***

В машине жарко и места чертовски мало. Хосок извивается под блондином, вцепившись ногтями в чужую спину, и длительно стонет. А Намджун блаженно прикрывает глаза и, медленно выходя из старшего, кончает под низкое: "Дааа!" Полчаса спустя. — Ты меня ненавидишь? — вдруг спрашивает Хо, нарушая тишину. Нам останавливается на светофоре и только тогда в ответ кидает: — А должен? — Просто ответь: да или нет? — Тебе правда это интересно? — с толикой сарказма в голосе изрекает младший, повернув голову в сторону встревоженного Хосока. — А помнишь, что ты мне сказал в свой первый рабочий день? Злость проскальзывает в темно-карих глазах, зрачки сужаются, и губы, ядовито улыбаясь, говорят: — Ты сказал: "Давай притворимся, будто мы не знакомы. Так будет лучше для нас обоих. Ни тебе, ни мне не нужны проблемы". И знаешь, твоё "лучше" — это просто дерьмо собачье. — Значит, ненавидишь… — вслух рассуждает Чон, опечаленным взглядом изучая младшего. На этот раз Намджун не отвечает. Он сворачивает с нужного направления, с силой жмет на педаль газа и мчится по дороге, не замечая других машин. В его жилах вскипает кровь, ярость томится внутри, а руки так сильно вцепляются в кожаный руль, потому что Нам невольно представляет там Чона. — Куда ты едешь? — слегка пугливо произносит брюнет. — Не скажу! — Намджун, ты ведешь себя, как ребенок. — Заткнись! Приехав на пляж, Ким хватает брюнета за руку и ведет к реке. Он заходит в воду выше пояса, пока Хосок пытается выбраться из крепкой хватки. — Что ты делаешь?! Я не умею плавать! Намджун, остановись! — Сперва я убью тебя, — устрашающе изрекает Ким и заходит еще глубже. А Хо верит в реальность намерений младшего и до смерти пугается, затем прижимается к чужой спине и многократно повторяет: — Пожалуйста, не делай этого! Намджун, прошу тебя! — Ты разбил мне сердце… Предал меня, а я, как долбоеб, продолжал верить в то, что всё равно найду тебя, и мы будем вместе. А что теперь? Ты смотришь на меня с презрением и делаешь вид, что между нами ничего не было?! Какого хуя, Хосок?! — Ты любишь меня? — спрашивает Чон, будто не веря, и с силой разворачивает блондина к себе. — Ответь! — Люблю, — пелена гнева постепенно исчезает, а голос слабеет и шепчет. — Из-за тебя стал таким, понимаешь?.. Парень наконец-то отпускает чужую руку и в одиночестве уплывает вдаль. Слезы предательски скатываются с его щек, но, к счастью, их никто не видит. Ким задерживает дыхание и исчезает под водой на долгое время, сам не понимая, зачем приехал сюда и ради чего признался Чону. А потом, возвратившись к машине, застает заснувшего там Хосока и измученно вздыхает. Он снова отвозит парня к себе домой и снова всю ночь не спит. Под утро, правда, засыпает, стянув со старшего теплое одеяло и свернувшись калачиком. Проходит примерно два часа, и брюнет просыпается, сонно протирает глаза, замечая рядом с собой мирно спящего Намджуна и следом убирая светлые пряди, спадающие на его лицо. В голове слишком много ненужных мыслей, и Чон пока не знает, что с ними делать. Но одно парень знает точно: — Я должен рассказать правду.