Спустись с небес на землю, пидор

       Том хотел уж было принять сидячее положение и выбраться, наконец, на свет божий, как вдруг, ни с того, ни с сего, на него налетело горячее тело и прижало сверху с криком: «Как же это было ахуительно!».        Всё так же улыбаясь и шумно дыша, Каулитц схватил лежащего парня за руки, заводя их на уровень его головы. Глядя в карие глаза своими почерневшими от пережитого кайфа и накатившего возбуждения глазами, Билл резко подался вперед, накрывая приоткрытые от удивления губы своими. Том дёрнулся от неожиданности, замычав нечто нечленораздельное, и протестующе укусил Билла за нижнюю губу, затем возмущенно вспыхнул и резко перевернулся, меняя их с Каулиитцем местами.        Прижав растрепанного блондина к земле, Том усмехнулся, глядя на тщетные попытки Билла дотянуться до его губ. Того явно распирало от накативших эмоций и чувств, он выгибался, извивался и, подаваясь бёдрами наверх, обнимал ногами инструктора, прижимаясь к нему как можно теснее.        Язык, поблёскивая штангой, скользил между приоткрытых губ, смачивая их слюной. Все движения парня были резкими и грубыми, будто его колотило под разрядом тока в двести двадцать вольт. Каулитц рвано дышал. Он притягивал к себе одним взглядом, тем самым раскаляя атмосферу вокруг до предела. Наслаждаясь подобным зрелищем, Том ощутил неистовое желание проникнуться этим безумством, да побыстрее, но вместо этого он медленно склонился ниже, дразняще проводя кончиком языка по приоткрытым влажным губам, снова и снова, пробуя их на вкус и будто проверяя, не начнёт ли Билл действительно биться током, но тот отзывался лишь нетерпеливыми потираниями паха о пах. Поняв, что сдерживаться сил больше нет, Томас таки прижался к нему, тут же проскальзывая в его горячий рот к такой соблазнительной штанге. Почувствовав шарик металла, он негромко замычал, ощущая, как парень под ним уже сумел разобраться с замками и змейками на куртке, а жадные ладони оказались на его широкой спине. Не церемонясь, Билл, сминал, царапал и сжимал ногтями кожу, заводясь от ощущения тесноты и головокружительного запаха другого парня. Том же срывался на укусы, не жалея податливых губ и едва не разгрызая кожу в кровь. Он впитывал в себя солоноватый привкус и нападал на мягкие губы с новым рвением и силой. Ему хотелось поставить Билла на место, подчинить его себе, заставить кричать. Ещё с первой встречи. С первого слова, вылетевшего из этого сладкого рта.        Оторвавшись от поцелуев, Том накрыл щеку парня ладонью, медленно скользя подушечкой большого пальца по его губам. Они тут же гостеприимно распахнулись чуть шире, вбирая в себя палец с влажным звуком. Том, не сводил помутневшего взгляда с этого действия. Он шумно сглотнул и рвано выдохнул, а рука блондина тем временем схватила инструктора за запястье, вынуждая того отдать во власть указательный и средний. Рот, обхвативший длинные пальцы плотным кольцом, медленно, но уверенно скользил по ним, издавая удовлетворенные причмокивания. Приоткрыв глаза, блондин смотрел на парня напротив лукаво-томным взглядом, вынуждая того плавиться, как школьника. Вторая же рука Билла уже ловко проникла меж их тел, устраиваясь на напряженном бугорке инструктора. Томас давно не ощущал такого медленного, завораживающего, но остро-бьющего по нервам, наслаждения. Каулитц, как опытный боксер, попадал размеренным, но четкими ударами в самые чувствительные точки, заставляя партнёра шумно дышать от предвкушения. Ощутив, что сил терпеть эту экзекуцию уже не осталось, с предостерегающим рыком Том переместил ладонь от губ к шее и резко сдавил её пальцами, на что Билл отозвался тихим хрипом. Его глаза закатились от удовольствия. Заведенный до предела, Том, вновь впился в жадно-дышащий рот, отбирая последние капли кислорода у блондина, но после щедро делясь с ним своим дыханием.        Мечась под крепким телом, Билл не знал, куда ему деваться от захлестнувших ощущений. Адреналин, всё ещё искал выход и бился в жилах стаей разъяренных птиц; возбуждение, которое накрыло словно раскалённой лавой, заставляло протяжно мычать, остервенело потираясь собственным возбуждением о бедро парня. В какой-то момент Биллу показалось, что он вошел в транс, а руки Тома ласкали его повсюду, во всех местах одновременно. Его вело. Сдавленно выдохнув, он оторвался от ласкающего его парня, шепча ему севшим напрочь голосом: — Не могу терпеть больше, Тооом, — и это было последним ударом для трезвого мышления. Нокаут.        Шумный выдох, и Томас одним резким движением сдёрнул с них тёмную пелену плотной ткани парашюта. Порция кислорода не отрезвила затуманенный мозг, а напротив, усугубила положение. Миг, и Билл снова оказался под крепким телом. Ещё миг, и руки, бродящие и жадно-шарящие повсюду, избавили его от мешающей одежды. Губы и язык инструктора, прочерчивающие самые разнообразные узоры, скользили по чувствительной коже шеи, не забывая неистово кусать и засасывать, оставлять за собой бордовые отметины. Он вовсю сминал гладкую кожу бёдер и двух упругих половинок, так и норовя проскользнуть меж них, но отчего-то медлил, лишь больше дразнясь.        Билл, не сдерживая себя, стонал уже в голос, который, к слову, был сорван, отчего из его рта издавались лишь протяжные хрипы.        Том, тем временем, не заставил себя ждать, и потянул напряженный сосок с пирсингом, оттягивая металл зубами и заставляя податливое тело выгнуться навстречу с пронзительным возгласом. Едва не хныча от раздирающего возбуждения, Билл пытался дотянуться до своего стояка и хотя бы немного облегчить себе жизнь, но строгие руки удерживали его от этого движения. Том шлёпнул его по ладони, как ребёнка, стремящегося добраться до сладостей перед основным блюдом.        В отместку, Каулитц толкнул парня в грудь одним рваным движением, вынуждая того откинуться на спину. Усевшись сверху на так соблазнительно возвышающийся бугор, он плотоядно улыбнулся, пару раз качнувшись на бёдрах и после, принимаясь технично избавлять инструктора от одежды. Оставив его полностью обнаженным, Билл, не медля, тут же склонился над самой интересной частью тела и медленно провел ладонью по стоящему колом члену. Том сдавленно зашипел сквозь стиснутые зубы, затем приподнялся и шлепнул Билла по бедру, после чего схватил того за щиколотку и резко утянул на себя, заставляя тем самым перевернуться над ним. Блондин послушно поменял положение, перекидывая через голову Тома ногу и возвращаясь к прерванному занятию. Тянуть с подготовкой сил ни у одного, ни у другого не было, но с другой стороны, было безумное желание вкусить и попробовать всё в этом идеальном теле. Поэтому, Билл, не медля, провёл языком по всей длине члена Тома, после возвращаясь к влажной головке и захватывая её губами. Услышав удовлетворенный стон парня, Каулитц тут же начал активно работать головой, насаживаясь на член как можно глубже и ощущая, как влажные пальцы медленно, один за другим, погружаются в него, нетерпеливо, но аккуратно растягивая вход. Вдруг, Билла выгнуло и он, оторвавшись от мокрого члена, громко протяжно застонал, зажмурив глаза. Он ощутил уже не пальцы, а шершавый язык на своей промежности. Дрожа всем телом, он не знал, куда деваться, то ли насадиться и прижаться к ласкающему рту, то ли отстраниться дальше, ибо это показалось невыносимым удовольствием.        Всё же, не выдержав, Том быстро повалил извивающееся тело на плотную ткань парашюта, накрывая его собой и вновь прижимаясь к покрасневшим шумно-дышащим губам. Билл тут же обвил его талию длинными ногами, прижимая ближе к себе и изнемогая от предвкушения. Влажная головка коснулась растянутого входа в горячее тело. Одним уверенным глубоким толчком, Том вошёл в него по самое основание. Блондин выгнулся в спине, издавая удовлетворенный вскрик. Инструктор, очутившись в тесноте и жаре податливого тела, тут же замычал, хватая парня за ягодицы и растягивая их шире. Не имея возможности терпеть, он сразу начал вколачиваться во влажное нутро, ощущая, как стенки мягко обволакивают его член. Найдя нужный угол и задав максимальный темп, Том дико драл громко-стонущего парня, на что Билл лишь просил ещё и метался в экстазе, не в силах даже открыть глаза. Кожа на спине Тома уже отчаянно горела от царапин, колени стёрлись от контакта с жёсткой тканью, но он не мог прекратить врываться в парня снизу, который, кажется, уже слабо представлял, где явь, а где сон.        Ощущая, как искры буквально сыплются из глаз, а всё существо партнера начинает заходиться в лёгкой дрожи, Том накрыл истекающий смазкой член Билла, отчего тот застонал ещё громче. Он очень хотел кончить, ибо терпеть это безумное наслаждение было уже настолько тяжело, что можно было лопнуть. Всего пара движений рукой, и блондин прогнулся чуть ли не до хруста костей. Пальцы на его ногах поджались сами собой. Он распахнул глаза и застонал осипшим голосом, а затем зашёлся в предоргазменных конвульсиях и бурно кончил в кулак инструктора. Шепча что-то нечленораздельное, он откинулся на спину, продолжая дрожать и извиваться, удовлетворенно жмурясь. Ощущая, как тесные стенки заднего прохода парня стиснули его еще крепче и наблюдая за его экстазом, Том не смог сдержать протяжного стона, кончая следом в горячее нутро Билла.        Шумно тяжело дыша, инструктор навалился на всё ещё слегка подрагивающее тело сверху, зарываясь лицом в изгиб шеи и лениво целуя её. Билл же нашёл в себе силы открыть глаза, расплываясь в довольной улыбке. Медленно поглаживая влажную кожу спины парня, он облизнул горящие и напухшие губы и хрипло проурчал Тому на ухо: — Том? — Ммм? — А мы съездим на Рождество к моим родителям?        Услышав это, инструктор чуть заметно напрягся, а после зашёлся в содроганиях смеха, скатываясь с Билла. Сдерживая улыбку, он усмехнулся и щёлкнул парня по носу, отвечая: — Кудааа? Спустись с небес на землю, пидор, — видя насупленное лицо блондина, Том всё же рассмеялся и вопреки своим словам, подтянул его к себе, сгребая в охапку и целуя белобрысую макушку, тем самым, давая немое соглашение на его предложение. The End.