Дети из будущего

Холодный ветерок ворвался в комнату мальчиков Слизерина, заставляя Драко вздрогнуть и укрыться одеялом с головой. Снова он не спит. Снова эти мысли. О чем может думать самый обычный парень в его возрасте? Точно не о детях, не о таком будущем, не о Грейнджер. Было бы гораздо проще выкинуть эти мысли из головы, если бы он не был Драко Малфоем. Воспользовавшись Люмосом, он осветил его маленькое укрытие под одеялом и закатил рукав пижамы. Драко долго всматривался в метку, размышляя, нужно ли ему это? Даже если и не нужно – уже ничего назад не вернуть. Знал бы он о Маховике. Знал. И это ничего не меняет. Малфой таки не сомкнул глаз до утра, а на утро пришлось отправляться на завтрак с огромными мешками под глазами. Паркинсон перехватила парня у дверей в Большой зал, окинула его жалостливым взглядом и просто поцеловала в щеку. Обычно она каждое утро впивалась в губы Драко страстным поцелуем, но не сегодня. Видимо, выглядел очень жалким? Они вошли в Большой зал и заняли свои места. Завтракать совсем не хотелось, как и ужинать вчера, и обедать. Драко совсем не помнил, когда последний раз ел. «Справившись» с завтраком, компания в числе Драко, Пэнси, Блейза и Астории вышли из Большого зала и направились на уроки. Драко немного помедлил, отстав от друзей, так как почувствовал удар слабости: ноги стали ватными, а голова тяжелая. Немного пошатнувшись, он завалился на пол, потеряв сознание. Рядом проходившие Скорпиус и Гермиона, которые вели беседу по поводу ее вчерашнего забвения, подбежали к блондину и склонились над ним. -Его нужно в больничное крыло. – Гермиона потрогала его лоб: немного влажный, холодный. Они подхватили слизеринца под руки, но не тут-то было. Пэнси Паркинсон увидела любимого в непригодном состоянии и кинулась к нему. -Убери свои грязные руки от него! – Паркинсон оттолкнула Грейнджер и помогла придержать Драко. -Пэнси, - Скорпиус проскрипел зубами от злости, - иди на урок и предупреди, что мы задержимся. -Я не собираюсь быть посыльной. Пусть эта идет. – девушка кивнула на Гермиону и брезгливо поморщилась. – Я останусь с Драко. Ему нужна моя помощь. Гермиона сжала кулаки и быстрыми шагами преодолела расстояние между ними. Ученики разных факультетов останавливались посмотреть, делая вид, что завязывают шнурки, поправляют мантию, разговаривают. -Послушай, ты, поганая слизеринка, если сейчас его не отнести в больничное крыло – будет хуже. – не то, чтобы Гермиона жаждала помочь Драко, но он тоже человек. -Почему ты так хочешь ему помочь? Вы же ненавидите друг друга. Что, паршивка, влюбилась? – шикнула Паркинсон и зло посмотрела ей в глаза. -Паркинсон, твою мать, еще слово скажешь! – Скорпиус свободной рукой сжал запястье Пэнси, на что та поморщилась от боли. – Иди на урок. -Я все расскажу Драко. Ты пожалеешь. И ты. – Пэнси отпустила Малфоя и сделала шаг назад, окинув презрительным взглядом Скорпиуса и Гермиону. Еще секунда, и она уже достает палочку. Еще секунда, и она прячет ее обратно в карман мантии, наверное, решив, что без нее справиться намного лучше. Еще секунда, и Пэнси кидается на Гермиону. Она схватила гриффиндорку за волосы. Крепко. Жадно. -Дура, отпусти! – Гермиона схватилась за ее руку, которой она так яростно держала ее волосы. Грейнджер, от себя не ожидая, со всей силы ударила ее по лицу. Пэнси пошатнулась, но волосы не отпустила. -Грязнокровка паршивая! – слизеринка крепче схватила ее за волосы и откинула в сторону, вытягивая палочку. Скорпиус облокотил отца о стену и подлетел к девочкам. Он встал перед Гермионой, таким образом, заслоняя ее. -Палочку убрала! – приказным тоном, который походил на тон Малфоя, сказал Скорпиус. Блейз, не ожидая такого поворота событий, подбежал к Пэнси и выхватил у нее палочку. -Все, Пэнс, она того не стоит. Не трать на нее свои нервы. – он заботливо приобнял ее. – Отнесем Драко в больничное крыло. Пойдем.

***

-Вот мерзавка. Ненавижу. Ненавижу. – бормотала Гермиона, когда Скорпиус провожал ее к женскому туалету. – Как же я ее ненавижу. И всех их. Всех слизеринцев. -Меня тоже? – Скорпиус настроил теплую воду и сделал шаг назад, чтобы мама привела себя в порядок. Грейнджер мельком рассмотрела Скорпиуса и наклонилась к умывальнику, делая вид, что не услышала вопроса. – Ладно, вернемся к нашему разговору. Гермиона привела себя в порядок и закрыла кран, она выпрямилась и прикрыла глаза, вспоминая вчерашние события. Скорпиус взял ее за руки, прошептав, что это поможет. -Ты сидишь в Большом зале. Завтрак. – начал Скорпиус, прикрыв глаза вместе с мамой. – Ты поела и встала раньше всех. Вспомни, зачем? Рон и Гарри еще завтракают. -Я… я осмотрела стол Слизерина и выбежала. – запинаясь, говорила Грейнджер. Она пыталась вспомнить каждую мелочь. -Хорошо. Ты осмотрела стол, в поисках кого-то? Там сидели мы с Хьюго, папа, то есть, Драко. – продолжил Скорпиус. -Драко. Он выскочил из-за стола, и я пошла за ним. – Гермиона резко открыла глаза, искренне обрадовавшись, что вспомнила такую важную деталь. – И я тут же оказалась в библиотеке. -Папа выбежал, и ты за ним. Но он точно направлялся не в библиотеку. Тогда куда же? Ты вышла и пошла за ним, но оказалась в другом месте. -Я… - снова запнулась Гермиона. – Я наложила на себя Невидимые чары. Но в библиотеку я пришла в видимом состоянии. -Ты точно хотела за ним проследить. Не думаешь, что он снова пошел в Выручай-комнату? – вздохнул Скорпиус. Как бы он хотел молчать об этом. Не говорить о метке, о Выручай-комнате, о шкафе. Но директор сказал, что надо помочь отцу, и, Хьюго помог. -Выручай-комната. Я хотела в прошлый раз нанести на себя эти чары, но не успела. Я не могу вспомнить, Скорпиус. – она сжала его руки и вздохнула. -Ничего, мам, ничего. – он открыл глаза и увидел грустные глаза матери. Она даже не обратила внимания, как назвал ее слизеринец. – Давай просто спросим папу. -И Малфой просто так возьмет и расскажет. – гиффиндорка закатила глаза. -Мы можем воспользоваться сывороткой правды. И, к тому же, Хьюго рассказал, что папа верит нам. Верит, что мы его дети. -Верит? – Грейнджер искренне удивилась и опустила голову. – Не знала, что этот человек может так быстро довериться. -Он здесь такой противный и вредный, в нашем времени он давно повзрослел и стал хорошим отцом. Самым лучшим. Как и ты – самой лучшей мамой. – Скорпиус погладил большими пальцами ее руки. -Спасибо за помощь. Тогда сходим после уроков к нему. Я хочу знать правду. – девушка слегка улыбнулась и обняла его. Он ее поддержал, попытался помочь. Гермиона хотела отблагодарить его вот так, так как знала, что для него это важно. Обнимая этого парня, она почувствовала тепло, такое родное, будто бы обнимала маму или папу. Дверь туалета распахнулась и туда влетел рыжий, высокий… Рон. -Гермиона, мне сказали, что вы с Пэнси подра… Что здесь происходит?! – Уизли увидел сию картину и сразу же вспыхнул от злости и ревности. Он ревновал Гермиону ко всем и ко всему. – Отойди от нее, слизняк! -Снова это начинается. – шепнул Скорпиус и закатил глаза, сделав шаг назад. Гермиона же не пыталась отскочить от блондина. Уже надоела по горло эта бессмысленная ревность Рона. -Рон, успокойся. Ничего не было. – девушка подошла к нему, но Уизли уже не слышал ее попыток остановить его. Он только отодвинул от себя Гермиону и достал палочку, сразу же отправив в Скорпиуса каким-то гадким заклинанием. Тело Скорпиуса покрылось маленькими прыщами, а волосы позеленели. Рону этого показалось мало, поэтому пульнув в него боевым заклинанием, он посмотрел на Гермиону и хмыкнул носом. -Рон! С ума сошел?! Если не веришь мне, не доверяешь, зачем со мной? Убирайся прочь! – Гермиона взбесилась и ударила Рона по лицу. Вся ее злость на Пэнси, на Драко вот так просто выплеснулась на дорогом человеке. Грейнджер направилась к Скорпиусу, помогла ему встать и повела в больничное крыло, а Рон Уизли остался один. Один.

***

Гермиона присела на койку Скорпиуса и слегка улыбнулась, взяв парня за руку. -Прости его, он просто очень ревнив. -Я бы тоже ревновал такую красивую и умную девушку. – Скорпиус улыбнулся во весь рот, а Гермиона покраснела и также улыбнулась. – Раз уж мы здесь, можем поинтересоваться у Драко тем, что нас интересует. Драко Малфой лежал на соседней койке и часто дышал. Снилось что-то ужасное, вся левая рука ныла и отдавала в сердце. Блондин во сне застонал и схватился за левую руку. Грейнджер почему-то стало жалко его. Почему? Ведь это тот же Малфой. Теперь еще и Пожиратель. Она подошла к нему и присела на стул рядом. Обмакнув маленькое полотенце в холодной воде, которая стояла на тумбочке, она закатила рукав его рубашки и приложила компресс на Темную метку, немного вздрогнув - было мерзко касаться метки. Малфой немного поморщился, но смог расслабиться. -Ты рассказала Гарри и Рону о метке? – тихо спросил Скорпиус и слегка улыбнулся, проследив за движениями мамы. Было приятно наблюдать, как мама заботится о папе. Гермиона лишь покачала головой, до сих пор задаваясь вопросом, почему же не рассказала друзьям о Малфое? -Мне так жалко его. Почему он выбрал такой путь? Я не понимаю. Он бы мог пойти против воли отца, против воли Волан-де-Морта. – тихо говорила Гермиона, рассматривая бледное лицо Драко. – И умер бы. Но сейчас он тоже медленно умирает. Разве это жизнь? Разве он счастлив? -С каких пор ты заботишься о моем счастье, Грейнджер? – Малфой приоткрыл глаза и закашлялся. Блондин увидел компресс на руке и растерялся. Было глупо отпираться, поэтому он молча спрятал руку под одеяло. -Ты бредишь, Малфой. Тебе послышалось. – Гермиона отодвинулась на стуле и кинула быстрый взгляд на Скорпиуса, который внимательно их рассматривал. На немой вопрос Драко: «А с тобой что?», Скорпиус лишь махнул рукой и слегка улыбнулся. -Я хочу узнать кое-что. – Грейнджер помялась и внимательно изучила уставшее лицо Драко. – Ты как? -Какое твое дело? Это все, что ты хотела узнать? – Драко снова закашлялся и приподнялся, чтобы не удавиться кашлем. -Ты невыносим. – фыркнула Гермиона и выдохнула. – Ты стер мне память? -Больно высокого мнения о себе, Грейнджер. Я бы не стал тратить время на такое. Если бы я хотел, чтобы ты молчала – лежала бы здесь. – он указал на свободную кровать рядом. Это звучало, как угроза, поэтому Гермиона еще больше взбесилась. -Ответь, пожалуйста. – Скорпиус тоже приподнялся и влез в разговор. -Нет, не стирал. – соврал Драко и прикрыл глаза. -Тогда почему у меня в голове бред всякий вместо нужной информации? – возмутилась Гермиона. Если по правде, то хотела она его подловить таким образом. -Бред? – усмехнулся Малфой и открыл глаза. – По-моему, у тебя там другого ничего и быть не может. -Малфой, расскажи все, как есть, иначе ночью утоплю тебя в сыворотке правды! – шикнула Гермиона. Драко сузил глаза от удивления, он впервые видел угрожающую Грейнджер, и, такая она ему больше нравилась. Точнее, была более выносима. -Делай, что хочешь. Я все сказал. – он лег на подушку и посмотрел на нее, так, внимательно, изучающе. – Не мешай отдыхать. Гермиона фыркнула и уже хотела что-то сказать, как в палату ворвалась Пэнси Паркинсон. -Милый, ты уже пришел в себя. – радостным тоном воскликнула девушка. – А эта что здесь делает? О, вижу, ты уже отомстил этому за меня. Мой дорогой. Пэнси столкнула Гермиону со стула и села на него, взяв Драко за руку, на которой до сих пор красовался компресс. -Милый, представляешь, она меня избила. Прямо у всех на глазах. – Пэнси попыталась пустить слезу, но ничего не получалось. Драко усмехнулся и осмотрел лицо ошарашенной Гермионы. -Даже она умеет постоять за себя, а ты что? Ты же слизеринка. – пытаясь сдержать смех, сказал Драко. -Но Драко, милый. С ней был этот. – она поерзала на стуле и кивнула на Скорпиуса, на что тот закатил глаза и посмотрел на реакцию Драко. -Видимо, какой-то тайный поклонник, отомстил ему уже, за тебя, разумеется. – устало сказал Драко. Пэнси изменилась в лице и вздохнула. -Ты устал очень, поэтому не понимаешь, что говоришь. Отдыхай. Я позже зайду. – она поцеловала его в щеку и быстро направилась к выходу. -Была б я на ее месте, давно врезала тебе. – Гермиона покачала головой и обратно села на стул. -Хочешь быть на ее месте? – Драко подмигнул и усмехнулся фирменной улыбкой. -Вы и не заметили, как стали адекватно общаться друг с другом. – прошептал Скорпиус и довольно улыбнулся. -Но мы не друзья. – Гермиона сама не заметила, как стала переносить Малфоя. Возможно, это все влияние Скорпиуса и Хьюго. Возможно, обычное сочувствие. -Конечно не друзья. – снова усмехнулся Драко и задумался. Неужели и правда от ненависти до… не до любви, конечно… до… он не мог подобрать слова.