Самое приятное.

Самое приятное в Поле — был его запах. Очень странное дурманящее переплетение кофе с молоком и сигаретного дыма. Какое-то… утреннее. Домашнее. Пол был свободен и пользовался своей свободой на полную. Если бы он после смерти предстал перед небесным судом, то на чашу весов «искушение» полетели бы сотни пачек выкуренных сигарет, десятки пакетов, забитых доверху порошками, и бог знает сколько бутылок, вперемешку с безответственностью, эгоизмом, расточительством и звездной болезнью. А на другую чашу попала бы его улыбка. И, черт возьми, она бы перевесила всё перечисленное выше. Джордж знал его улыбку — не вымученную ухмылку, обращённую к визжащей толпе фанаток, не ту, идеально выверенную, что постоянно попадала объектив камеры, а настоящую. Чистую, открытую — почти мимолётную улыбку, которая появлялась очень редко, когда Пол глубоко задумывался о чём-то. В этот момент его взгляд был мягким и исполненным нежности — не слащаво, а скорее катастрофически искренне. Это случалось редко, но Джордж хранит это на отдельной полке памяти. Руки Джорджа пахнут книгами и алкоголем. Горький запах, от которого не избавиться, стал привычным за последние годы. Как и холод. Бывало, когда зима пробирала до костей — он вспоминал, что Пол всегда теплый. В редкие моменты прикосновений он всегда был теплым, даже на диком морозе. Словно солнце создало его, как своё протеже. Пол был женственным — может черты лица, может сама манера поведения, а может всё вместе, но даже многие девушки, которых встречал Джордж, не были столь элегантны. Это выглядело забавно и даже, в какой-то степени, мило. Ему нравилось перечислять их с Полом отличия. Джордж постоянно молчит, когда Пола попробуй заткнуть. Джордж вечно хмурый, особенно в сравнении с неугомонной веселостью Маккартни. Джордж привык к тому чтобы, если не прятать все свои чувства, то не распространяться о них, когда Пол — раскрытая книга эмоций. Любой сказал бы, что Пол неразлейвода с Джоном — вечно ищущие публику, влипающие в авантюрные истории, постоянно требующие внимания. Результатом ужасающе большая толпа восторженных фанаток. Большую часть времени Маккартни проводит с ними — в этом ни у кого не было сомнений, даже у Джорджа. Но по какой-то причине холодными вечерами, пустыми ночами, в короткие минуты перерыва Пол тихо ступал по коридору, замирая лишь перед одной дверью. И по какой-то причине, Джордж всегда чувствовал этот знакомый домашний запах, выходя из своей комнаты. С этого запаха всегда начинался его день. ***