За седьмым перевалом

Проведя несколько часов с Карин и разобравшись с графиком на ближайшее время, Берт наконец добрался до дома, мечтая о душе и постели. Квартира встретила тишиной и темнотой. Роскошный двухэтажный лофт с панорамными окнами, с которым придётся попрощаться: даже если получится оставить все сбережения при себе, аренда в престижном районе ему теперь долго будет не по карману. Особенно с учётом того, что он и впрямь хотел вернуться к своему неожиданному знакомому в Боулдер. То, что случилось там, было настоящим. Было тем, что он так долго искал. С тем, кого он искал. Берт не стал включать свет – привычно славировал между подставкой для зонтиков и выступающей из темноты перегородкой, избежал столкновения с барной стойкой, но в итоге потерпел поражение, споткнувшись об огромное кресло-мешок и рухнув частично на него, частично на разделочный стол. – Твою мать… В конце концов он добрался до холодильника, ухватил оттуда бутылку пива, откупорил и жадно отпил несколько глотков. Мысли больше не путались. Они обрели кристальную ясность. Давно пора было все изменить – работу в глянце, отношение к себе и своим предпочтениям. Чего он боялся, чего столько времени ждал? Он мельком взглянул на окна и начал подниматься по лестнице, но вдруг остановился. Что-то было неправильно. Берт медленно обернулся и бросил еще один взгляд на окно. Огромная створка была приоткрыта. Даже если бы он сам забыл закрыть окно, приходящая горничная сделала бы это после уборки. Наконец рефлексы заработали. Берт подобрался, но сбежать вниз не успел: перед носом замаячило что-то белое, потом прижалось к лицу, словно фейсхаггер*, резко и сладко запахло хлороформом, и перед глазами все поплыло. Некоторое время привычка к крепкому алкоголю помогала цепляться за реальность, но ноги уже подогнулись и не позволяли перекинуть неизвестного броском через плечо, а руки только бесполезно стиснули чужое запястье. Потом в виски заколотило невидимыми молотками, и Берт отключился. В себя он пришёл резким рывком, как всегда бывало после сильных седативов или анестезии. Кем бы ни были эти люди, они не терялись. Использовали технические особенности его квартиры, связали и подвесили его так, чтобы он не потерял сознания, не отключился и как можно дольше оставался адекватным. Окно закрыли. Свет включать не стали. Молодцы. Поток ехидных мыслей прервало появление высокого широкоплечего мужчины, который молча встал напротив Берта. Тот не удержался, усмехнулся криво – губы ещё не слушались – и с некоторым трудом проговорил: – Ты который из братьев, Джимми или Шейн? – Где деньги, Роберт? – приветливо спросила тёмная фигура. Берт пожал плечами. – В банке. – И что же они там делают? – Лежат. Он пропустил момент замаха. Скулу дернуло болью. Берт дернул головой. – Мы же договорились, Роберт. – Ключевое слово: вы договорились. Рад за вас. – Сучка. Повыебывайся ещё, – сбоку прилетел удар в печень. А вот и второй братец. Какая милая ему чуть не досталась семейка. Право слово, можно было не напрягаться, жениться на Энн, провоцировать этих двоих и получать свою порцию «по морде» хоть каждый день. Берт нервно рассмеялся. – Смеёшься? Смелый? Второй был ниже и коренастее. Берт пошевелил руками, насколько позволяли верёвки. Не вырваться. Ноги связаны и подтянуты к несущей опоре. Руки растянуты вверх и в стороны. Свободной оставалась только голова. – Вы же понимаете, если я умру, денег вам точно не видать. – Я не понимаю, чего ты жмёшься. В крайнем случае, ляжешь под кого-нибудь и вернёшь себе все. – А может, тебя злит, что я не под тебя лег? – ядовито сплюнул Берт. И немедленно огреб под дых. Дыхание перехватило. Он выгнулся, хватая ртом воздух. – Шутишь? – более высокий мужчина ухватил его за подбородок и приблизил лицо. – Зря. Времени у нас вагон. Твоя помощница не хватится тебя до завтра. А может, и вовсе не хватится. Будь хорошим мальчиком, скажи нам… Берт, по миллиметру отводивший голову назад, дёрнулся, вывернулся из захвата и со всей силы врезался в переносицу лбом. Говоривший качнулся назад и схватился за сломанный нос, пальцы и рот немедленно залила кровь. Бок Берта вдруг скрутило все нарастающей болью. Он попытался изогнуться, но боль быстро пронзила все нервы. Шокер, понял он, обмякая и конвульсивно подергиваясь. – Хватит, Шейн! – сплёвывая кровь, прошипел старший. – Ты его убьешь. – Не убью. – Лёд принеси. Берт тяжело перевел дух. Думать стало трудно. Мысли словно тонули в густом сиропе. Что-то в нем предательски советовало отдать деньги. Перед отъездом он даже снял их со счета и положил в сейф. Но проснувшееся упрямство заставило с новой силой стиснуть зубы. Какого хрена? Он не сделал ничего плохого. Ну, изменил своей женщине не с бабой, а с мужиком. С кем не бывает, действительно, особенно в наше время. Последняя мысль почему-то озвучена была голосом Карин. Шейн успел принести лёд, отдал его брату и теперь стоял перед ним – достаточно далеко, чтобы уберечься от нового выпада. Но и достаточно близко для того, что задумал. В руках он крутил длинную двузубую вилку для гриля. Берт, как-то раз неуклюже напоровшийся на неё, скрипнул зубами и сердито засопел. Остроты зубьев хватит, чтобы проколоть кожу. Но кровью он не истечёт. За пределами лофта не слышно было даже убийственных басов его стереосистемы, а кричать можно сколько угодно. Телефон в кармане, но дотянуться до него не представлялось возможным. Никто не придёт. Горничная бывала дважды в неделю, когда он был в городе – сейчас у неё выходные. Карин позвонит, и если он не возьмёт трубку, сначала поедет в студию. В лучшем случае окажется здесь после полудня, и у неё все равно нет ключей. Что бы ни задумали братья, они будут делать все, чтобы он продержался подольше. Словно подтверждая его размышления, Шейн поднял пульт и включил кухонную подсветку, чтобы лучше видеть. А потом неторопливо воткнул вилку ему в бедро. Берт зашипел. Джимми устроился в кресле, прижимая к распухшему носу пакет со льдом, и явно приготовился к длительному представлению. Вывести из себя старшего не представлялось возможным. Берт перевел взгляд на младшего. – Зачем вам этот цирк? Я все равно не скажу ничего нового. И пока я тут вишу, вряд ли смогу забрать деньги. – Мы сами заберём. Ты ведь снял все со счета. Ну да. Конечно. Нанять специального человека – друга или родственника, работающего в банке, проверить счёт – пара пустяков. – Снял. Но с чего вы взяли, что я принес все деньги сюда? Я похож на идиота? Вообще-то именно идиотом он себя и чувствовал, раз уж именно так и поступил. Но тут перед глазами расцвела целая черная дыра, заглатывающая звезды – Шейн не выдержал и врезал ему в живот, а потом ухватил за яйца и стиснул. – А вот мы сейчас проверим, похож или нет. Все равно тебе твои орешки не нужны, педрила… Берт затуманенным взглядом проследил, как тот замахивается вилкой, которую все еще держал во второй руке. И тут в дверь что-то грохнуло. Шейн остановился. Джимми отбросил лед, встал и крадучись прошел в темноту холла. Оттуда через мгновение раздалось приглушенное бормотание. Затуманенное сознание Берта не сумело распознать слова, но Шейн вдруг злобно отшвырнул в сторону вилку и метнулся туда. Берт скорее ощутил, чем увидел темную тень перед окном и тряхнул головой, пытаясь сфокусировать взгляд. Окно тем временем приоткрылось, тень скользнула внутрь, а через мгновение Берт чуть не вскрикнул, но вовремя ткнулся губами в знакомую жесткую ладонь. – Тихо, хороший… – шепнул Логан. _______________________________________ Примечания. Фейсхаггер (англ. Facehugger) – подвижное скорпионообразное существо из вселенной Чужих, имеющее восемь длинных суставчатых конечностей и ещё более длинный мускулистый хвост, который предназначен для перемещения, захвата будущего носителя и удержания тела лицехвата возле ротового отверстия жертвы.