5 сантиметров в секунду

...я не первый, Кто-то начал, это значит, Глупо злиться. Всё простится, И совсем проста игра...(с) Звери

      Зико испытующе смотрит в глаза напротив – обычные, карие. А может он просто нихрена не романтик? - но нету в них ни жжёной карамели, ни кофе, ни горького шоколада, и что там ещё может быть. Просто красивые карие глаза. Нет, не просто, а красивые, с нажимом, с придыханием, с томящейся нежностью на глубине зрачков. Есть в них загадка, лукавый тягучий магнитик внутри. Там есть искры.       И Чихо смотрит сейчас в них, отматывая назад, но ничерта не понимает. Было же весело. Почему сейчас не смешно? Его даже не задевает красноречиво оттопыренный средний палец ольджана, перепачканный в креме именинного торта Тэиля. И даже когда яркий рот обхватывает этот палец влажно-розовыми губами, откровенно пошло, по-блядски втягивая в себя, скользя вниз и обратно вверх, Чихо внешне спокоен. Приходит запоздалое осознание, что лески натянуты, зажатые в умелых руках кукловода, да только кукла как раз таки он. Вот леску тянут вверх, и руки обнимают ольждана поперёк груди; вот тянет прямо, и губы целуют призывно открытую шею; назад – пальцы касаются мягкой кожи щеки, в то время как на дне удивлённо расширенных глаз беснуются искры.       -Хён...эта...не делай так больше...это слишком...- заторможено басит сидящий рядом Пио, выводя себя и остальных из оцепенения.       -Пошло? – Смущённо интересуется ДжеХё, не разрывая зрительного контакта, и до Чихо доходит – ему дали отпор.       ...       Стоять вот так вот в полумраке близко-близко у открытого окна волшебно. Особенно когда последние закатные лучи касаются идеального профиля, играя светотенью на светлой ухоженной коже. У Зико приятно щекочет в носу. ДжеХё стоит рядом и пахнет уходящим солнцем и апельсинами. Чихо чувствует, как леску снова натягивает, там внутри, и тянет властно, призывно на себя. Он поддаётся легко, без уговоров, просто, как и раньше. Губы слегка приоткрываются, касаясь кожи на выступающей ключице. ДжеХё улыбается каким-то своим мыслям, глядя куда-то в сиреневую даль, где рождается сумрак. А Чихо тем временем трепетно с каким-то благоговением и обожанием целует шею, чувствуя, как внутри сворачивается тугой узел. Он почти хнычет, когда тихо просит позволить, чтобы было по-настоящему.       - А дальше что? - насмешливо, с иронией, с грёбаными искорками в красивых карих глазах.       И Чихо замирает. А правда, дальше что? С крючка ему не соскочить, и леску не обрезать. ДжеХё смотрит с понимаем, чуть свысока, словно снисходя, покровительствуя. Зико впервые чувствует себя ребёнком, осознавая, что сейчас Ан как никогда настоящий, взрослый.       -Не хочу быть подружкой Зико и подружкой У Чихо тоже не буду.       -ДжеХё...- на выдохе, с мольбой...       -...хён, - добавляет Ан и зарывается пальцами в блондинистую макушку младшего, ласково треплет. – Давай в следующий раз просто снова посмеёмся? Как и всегда...       ...       Чиховская рука обвивается вокруг молочной шеи, но останавливается, оставаясь так, полусогнутой. Зико осекается, неуверенный, ждёт. Ольджан громко смеётся и смотрит буквально секунды, а затем позволительно опускает ресницы, давая немое согласие. Чихо резко сгибает руку в локте, осуществляя захват под всеобщее улюлюканье и смех шестерых участников.       ...