Mea vita et anima es/ Ты - моя жизнь и душа.

Ближе в полудню следующего дня Кёсем Султан вышла в сад, дабы провести свою трапезу на свежем воздухе. У стола её уже ожидал Кемакеш, который как всегда почтительно поклонился и не смел поднимать голову, пока Султанша не обратилась к нему. - Кеманкеш, - позвала его женщина и рукой показала, что он может сесть с ней за стол, - вчера вечером я была резка с тобой. - Ну что вы, Султанша, я всё понимаю и не держу на вас обиды, - с пониманием ответил Кеманкеш. Уголки губ женщины слегка приподнялись,но затем она вновь нахмурилась: - Я плохо спала этой ночью, всё просыпалась, не могла собраться с мыслями, - жаловалась Султанша. - Воздух Амасии пойдёт вам на пользу. Ранним утром я прошёлся по саду, его территория оказалась гораздо больше, чем я мог предположить, - рассказывал Кеманкеш, пытаясь заинтересовать Султаншу, - за поместьем есть прекрасные цветочные лабиринты, а если спуститься вниз, по тропинке, то можно дойти до озера. - Как великолепно, как раз самое место, чтобы утопиться, - язвила Кёсем, но Паша не одобрил её шутку. ***** Так дни проходили за днями. Кёсем Султан почти не сидела во дворце, она постоянно гуляла, каталась на лошадях, вышивала или читала, иногда выходила на рынок и общалась с людьми. Одним днём, ничем не приметным от остальных, Султанша и Паша вместе прогуливались по саду. - Тут так скучно, Кеманкеш, я очень тоскую по гарему. Спокойная жизнь не для меня. - Да, жизнь тут протекает совершенно в другом русле , к этому надо привыкнуть. Попробуйте устроить ужин для жён здешних Пашей, пустите пару сплетен и будет вам почти столица. - с улыбкой сказал Кеманкеш. Кёсем засмеялась: "Отличный совет,Паша." Это был чуть ли не единичный случай, когда Кеманкеш увидел смеющуюся Султаншу и улыбка эта так его заворожила, что он сам невольно начал смеяться. - Знаешь, Кеманкеш, - продолжила Кёсем, - а ведь у меня были планы. Если бы нас не отправили сюда, я бы выдала за тебя свою дочь - Гевхерхан. Кеманкеш остановился и оторопел. Кёсем тоже остановилась и повернулась к нему. - А что? Вы были бы прекрасной парой, да и это отличный шанс для тебя построить политическую карьеру. Но увы, это уже невозможно, - с грустью сказала она. Кеманкеш, явно не ожидавший такого возможного развития событий, сказал: - Хвала Аллаху, что это больше невозможно, Султанша. Разумеется, я бы подчинился вашему решению и решению Повелителя, но этот брак обречён быть несчастливым. - Почему ты так говоришь? - с недоумением и возмущением поинтересовалась Кёсем. - Как гласит давно известная мудрость - "насильно мил не будешь". Хотя я очень уважаю Гевхерхан Султан, я бы никогда не смог полюбить её и сделать счастливой, потому что ... , - Кеманкеш запнулся, думая, стоит ли сказать ей, что это она, она та самая женщина, по которой он уже долгое время сходит с ума, - потому что ... в моём сердце и мыслях находится другая женщина. Закончив фразу Кеманкеш посмотрел на Султаншу и заметил, как что-то в её лице дрогнуло, взгляд её изменился. Но она не поняла намёк, или не хотела его понимать. - Что ж, повезло этой женщине, -сказала Кёсем и быстрым шагом направилась во дворец. Кеманкеш тяжело вздохнул. ***** Прошло ещё несколько дней. Всё в Амасии проходило спокойно. Кёсем Султан, вернувшаяся с рынка, направилась в свои покои. Открыв дверь, она увидела мужчину, стоявшего к ней спиной. - Кеманкеш? - тихо позвала она. И он повернулся с письмом в руках. Взгляд Кеманкеша был полон гнева, разочарования и отчаяния. - Что это? - с осторожностью спросила Кёсем. - Письмо от Хюсрева Паши, что было адресовано вам. И Кёсем всё поняла, её глаза наполнились страхом, одна мысль в голове сразу заменялась другой, голос задрожал. Вот уже несколько недель Султанша со своими верными Пашами готовили переворот в столице, целью которого было свергнуть с трона Султана Мурада и вернусь себе регенство. Они почти достигли своей цели. Это последнее письмо должно было стать знаком для Кёсем, чтобы та дала приказ поднимать восстание, но Кеманкеш перехватил его. Как он узнал? Кто из слуг её предал? - Кеманкеш... - проговорила она и немного подошла к мужчине. - Я думал, Султанша, что вы успокоились, что вы смирились с тем фактом, что больше не имеете былой власти. Но вы разрушили все мои ожидания. - Кеманкеш, пожалуйста ... дай мне объяснить, - со слезами на глазах говорила Кёсем, всё ближе подходя к мужчине. Она должна была любым способом уничтожить это письмо, ведь добравшись до столицы - оно станет её смертным приговором. - Султанша, как вы можете поднимать восстание против собственного сына? - с нескрываемым отвращением говорил Кеманкеш. За это время Кёсем приблизилась уже на достаточное расстояние и сделала попытку выхватить письмо из его рук. Но попытка оказалась неудачной: Кеманкеш ожидал таких действий и быстро поднял руку вверх, куда, в силу роста, Кёсем бы просто не смогла дотянуться. По щеке женщины потекла скупая слеза, но её взгляд резко изменился, голос окреп. - Послушай, Кеманкеш, он же с ума сошёл. Посмотри, что он творит. Я бы ни в коем случае не посягнула бы на жизнь собственного сына , но трон не должен принадлежать Мураду. Он уже нарушил все законы и традиции. Если это не сделаем мы, то это сделают мятежники, а они не пощадят его. Помоги мне, Кеманкеш, ты должен быть на моей стороне. Пока Кёсем подбирала нужные слова, Кеманкеш не мог не восхититься ею. Она играла с ним, как кошка, каждый раз подбирала нужную интонацию, обращалась то как с ребёнком, то как понимающим мужем. За эти пару минут она сменила тысячу масок и всё это великолепное актёрское мастерство было проявлено с целью предотвратить катастрофу. Кеманкеш, конечно же, понимал, чего сейчас добивается Кёсем, но он так увлёкся наблюдением за движениями её губ, что желание задушить её пропало. Кёсем же, заметив, что он потерял бдительность, резко выхватила из рук письмо и бросила его в камин, оставив Кеманкеша стоять с открытым ртом. Поняв, что только что произошло , мужчина сказал: - Не к чему было устраивать такую сцену, Султанша, я бы всё равно не передал письмо Повелителю. Но Кёсем не слушала его. - Стража!, - вдруг закричала она и в покои вошли двое охранников, - немедленно схватите Пашу! Быстро! Но стража стояла и не выполнила приказ, а Кеманкеш, отходивший от шока, ответил: - У вас больше нет власти, Султанша... даже здесь. Кёсем вся затряслась от злости. Если бы у этой женщины в руках сейчас находился нож, она бы не раздумывая перерезала всем, находившимся здесь, глотки. - Предатель..., - сквозь зубы прошипела Султанша и нервно покинула покои. "Предатель"... это слово и её взгляд ещё долго не покидали мысли Кеманкеша. Они ранили его сильней, чем стрела, выпущенная в сердце. Он понимал, что теперь он стал главной целью для Кёсем Султан, а это женщина опасна в своей мести. Главное задачей Кеманкеша было укротить её, а он и понятия не имел, как это сделать.