Alone in the dark

Я в ужасе вскочила с дивана и увидела обеспокоенные лица друзей. — Лидс, что случилось? Ты как? — ко мне мгновенно подлетел Стайлз и обхватил моё напуганное лицо своими тёплыми ладонями. — Всё в порядке, — выдохнула я, крепко обнимая парня. Мне хотелось быть уверенной, что я не сплю. А ещё рядом со Стилински так спокойно и уютно… — Мы так испугались за тебя, — тихо сказала Эллисон и подошла ближе к нам. Я обратила внимание на её опухшие от слёз глаза. — Я в норме, просто переутомилась… А ещё я вспомнила день смерти своей родной мамы, — все присутствующие заинтересованно уставились на меня, ожидая продолжения. — Её убила Малия. Она была моей старшей сестрой, но не кровной. Тогда Тейт хотела убить и меня, но я позвонила в 911 и спряталась в сарае. А потом мой дом был сожжён, и прибыли полицейские. Малия к этому времени скрылась, и меня привезли в участок, после чего была удочерена семьёй Мартин. Мой мозг просто перекрыл страшные воспоминания, поэтому я забыла свою настоящую маму, — с отрывками оповестила я, не отпуская руку Стайлза. Так мне было намного легче говорить. — Вот это поворот, — выдавил Скотт спустя несколько минут затянувшегося молчания. Все переваривали поступившую информацию. — Сколько ей тогда было? — Восемь или девять, точно не помню. Похоже, она изменила возраст и фамилию по документам. Ей сейчас точно не восемнадцать. — Малия убила твою маму в восьмилетнем возрасте? Её точно стоит остерегаться, — подал голос Айзек, упав на диван. — Даже не могу представить, каково тебе тогда было… Увидеть труп мамы, а потом и убийцу в лице старшей сестры. Это ужастик какой-то, — Эллисон крепко обняла меня. Я шумно выдохнула и прикрыла глаза, расслабившись и чувствуя поддержку подруги. Арджент всегда знала, что нужно делать — это ещё одна черта, которую я любила в ней. — Тейт должна за всё поплатиться, — прошипел Стайлз. В его глазах загорелся огонёк злости и ненависти, от этого взгляда по коже пробежали мурашки. Стилински был сам на себя не похож. Я аккуратно сжала его плечо, а потом прижала к себе, чтобы он усмирил свой пыл. Ярость сейчас нам ничем не поможет. Я почувствовала, как недавно съеденная пища поступила к горлу и, сорвавшись с места, скрылась в туалете. Через пару минут я смыла почти весь ужин в унитаз, ополоснула лицо и, открыв дверь, сшибла Стайлза. — Простите… А, это ты Байлз. Тогда ты сам виноват, ведь кому, как не тебе, придёт в голову стоять прямо перед дверью? Не думаю, что существует человек, который превзошёл бы тебя в неуклюжести, — процитировала я слова парня, вспомнив весёлую ситуацию в начале года, и громко засмеялась. Стайлз бодро поддержал меня, потерев ушибленный лоб. Так продолжалось минуты две. — Ты как? — приняв серьёзный вид, опомнился он. — Всё хорошо, обычная рвота. Желудок не принял идею так сразу кушать, — усмехнулась я, криво улыбнувшись. Стилински обеспокоенно кивнул, но я уверила его, что в порядке. — Ладно, пойду приложу лёд, а то шишка выйдет, — Стайлз указал на лоб и скрылся на кухне.

***

Я вышла на крыльцо, чтобы освежиться и морально приготовиться к тому, что нас ждёт. Сев на ступеньку, я прикрыла глаза, представляя, как всё наладилось, я вернулась к обычной жизни, закончила школу и поступила в университет. Только вот, чего-то не хватало. Неожиданно я ощутила тяжёлую руку на своём плече и открыла глаза, резко обернувшись. Стайлз улыбнулся и, садясь рядом, уронил бумажник. Я подняла выпавший предмет и увидела торчащий оттуда уголок листочка. Любопытство взяло надо мной верх, поэтому, прежде чем вернуть бумажник хозяину, спросила у него, что это такое. Стилински улыбнулся ещё шире и достал листочек, продемонстрировав мне изображение парня, которое я нарисовала и подарила ему перед прогулкой. — Ого, ты его сохранил, — улыбка тронула лицо, и я почувствовала необъяснимое тепло. — Я помню тот день, ну, что на рисунке. Ты тогда подошла ко мне и спросила, что со мной случилось, а я послал тебя куда подальше, но в душе умолял остаться, ведь действительно требовалась поддержка. Я узнал, что причастен к смерти моей мамы. Выбежал на дорогу за мячом, а она меня оттолкнула и взяла весь удар на себя. Из-за шока мой мозг «заблокировал» это воспоминание, а отец в сердцах раскрыл мне глаза в начале сентября. Я чуть с ума не сошёл, стало так невыносимо больно, ведь я так любил маму и стал причиной её смерти. Я убийца, Лидс… — на его глазах блеснули слёзы, и я прижала этого беззащитного парня к себе, пытаясь поддержать. — Ты не убийца, Стайлз. Убийца делает своё дело намеренно, а ты этого точно не хотел, — Стилински взглянул на меня, и его губы дрогнули в полуулыбке. — Ты такая невероятная, Лидия Мартин, — на секунду я задержала дыхание от слов брюнета. — Мне так стыдно за то, что я раньше унижал тебя и смешивал с дерьмом. Прости меня! Особенно за тот случай с Джексоном… — Это в прошлом, я давно простила тебя, Стайлз… — Нет, выслушай меня! Ты обещала, — перебил Стилински, глядя в мои глаза. Я слегка кивнула, и он продолжил. — Я жутко напился после того, как узнал об истинной причине смерти моей мамы. И накосячил, врезавшись в бэнтли Джексона. Он сказал, что забудет об этом, если я повстречаюсь с тобой, потом пересплю и брошу. Ты ему нравилась, а он видел, что предмет его воздыхания симпатизирует мне после случая на вечеринке. Таким образом, он хотел, чтобы ты посчитала меня уродом, Уиттмор бы тебя утешил, и вы бы «уехали в закат». Сначала я встречался с тобой из-за сделки, но постепенно безумно влюблялся в тебя. Джексон понял это и надавил на меня во время урока, я и сказал ему, что скоро всё закончится, а ты услышала наш разговор, но когда я осознал свой поступок, мне было плевать на инцидент с машиной. Я бы выплатил ремонт до копейки, лишь бы быть вместе с тобой. Я готов на всё ради тебя, потому что бесконечно люблю. Ты моё солнце. И мне стыдно, что я заставил такую замечательную девушку страдать… Просто помни, я люблю тебя, Лидия Мартин, — во время длинного монолога Стайлза мы не разрывали зрительного контакта. Теперь всё встало на свои места, картинка сложилась, и я чувствую, что Стилински — это именно то, что не хватало для полного счастья в моём будущем. Я накрыла мягкие губы Стайлза поцелуем, и он сразу ответил, прижимая меня ближе к себе. Это был действительно волшебный момент. Стилински углубил поцелуй, и внутри меня запустились фейерверки непередаваемых эмоций. — Я тоже люблю тебя, Стайлз Стилински. Мы вместе, и я знала, что всё будет хорошо.

***

Я шла по тропинке к дому Малии и пыталась унять дрожь в руках. Волнение переполняло меня полностью: на лбу выступил холодный пот, глаза бегали туда-сюда в поисках поддержки, я постоянно оглядывалась и боялась встретиться с Тейт всеми фибрами души. Успокаивало лишь то, что друзья рядом и готовы прийти мне на помощь в любой момент. Я постучала в дверь, и она со скрипом открылась. Странно. Я вздрогнула и, откинув страшные мысли, медленно вошла в дом, ожидая наихудшего. «Я справлюсь! Я смогу! Пора покончить с этим ужасом раз и навсегда и зажить, наконец, нормальной жизнью», — подбадривала я себя в голове, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в кромешной тьме. Неожиданно зажёгся свет, и в миллиметре от моего лица пролетел нож, а после застрял в стене. Я перестала дышать от страха, ноги подкосились, перед глазами пронеслась вся жизнь. Взяв себя в руки и обернувшись, я увидела убийцу с широченной ухмылкой. Боже, как же я хотела вырезать по её самодовольной роже в этот момент! — А я уже заждалась, сестричка, — слащаво протянула Малия, что вызвало во мне рвотный рефлекс. Какая же она противная! — Присаживайся, я думаю, нам надо многое обсудить. А потом перейдём к тому, что я должна была сделать уже очень давно. Я молча села на диван, и шатенка сразу протянула мне чашку чая. В горле пересохло от страха, поэтому я взяла посуду с напитком и мгновенно осушила содержимое. Тейт села напротив меня на чёрное кожаное кресло и скрестила ноги, приготавливаясь к долгому рассказу. — Я слушаю, — холодно сказала я с полной уверенностью, а на самом деле еле держалась, чтобы не убежать подальше от убийцы, крича во всю глотку о помощи. — Всё началось с далёкого детства, когда я жила со своей родной семьёй в Питерсвуде. У меня были любящие родители и хорошенькая младшая сестрёнка, которую я обожала и защищала от каждого обидчика, но потом она стала много проказничать. Теперь всё её грехи висели на мне. Сначала я терпела, а потом стала ненавидеть младшую, она испортила мою жизнь, родители постоянно ругали меня за то, что я не делала, били, говорили, что я самая огромная ошибка, и лучше мне вообще умереть, — Малия рассказывала это с такой поразительной твёрдостью, ни одна мышца на её лице не дрогнула. — Я плакала ночами, а «добрая и пушистая» сестрёнка проводила время с родителями, они лелеяли её, меня же будто не существовало для них. Стала невидимкой, которая только портит им жизнь. А я молчала и не говорила правду, думала, что сестрёнка маленькая, и это пройдёт, но с каждым днём ненависть заполняла мою сущность всё больше и больше. Я подумала, что как бы стало хорошо, если бы любимица умерла, — Тейт на секунду отвернулась, прекратив рассказ. Я молчала, вникая каждому её слову, почувствовав чуточку жалости, на время смягчилась, а потом опомнилась и сделала каменное лицо. — Я пыталась утопить в озере свою младшую сестру, но мама это заметила. В тот вечер я сломалась полностью, папа чуть не лишил жизни, хотя полностью убил внутри. Родители с ненавистью и отвращением отдали меня в детдом, а когда уходили, радовались, словно маленькие дети, которым купили новую игрушку. Я много плакала, а потом поняла, насколько глупа и больше никогда не показывала своих слёз. В семь лет меня удочерила мисс Джонс, у которой уже был четырёхгодовалый ребёнок, — стало ясно, что начинается новый этап в жизни Малии. — Я надеялась, что всё наладится. Хотела начать с чистого листа, показывала себя с лучшей стороны, но замечала, как новая мама уделяла родной дочери чуть больше внимания. Я держалась, повторяла в голове, что не надо повторять ошибок прошлого, но терпения хватило только почти до девяти лет. Я сильно разозлилась, потому что ничего не изменилось, и убила твою мамочку, потом хотела то же самое сделать и с тобой, так как очень круто видеть ужас в глазах своей жертвы. Но ты была умна в пять лет и вызвала копов, поэтому мне пришлось скрыться. Я все прошедшие года придумывала план мести, однажды встретила сумасшедшего друга Лиама Данбара, который мне во многом помог, — я пошатнулась от прозвучавшего имени и расширила глаза от шока. — Ты же знакома с ним, правда? Он следил за тобой в Доме Айкена всё время по моей просьбе, — на глазах выступили слёзы от чувства предательства, которые я пыталась сдержать. Получалось, мягко говоря, не очень. Вот за что он извинялся перед моим уходом! — С его помощью я узнала, где находится Кора Хейл, кстати, моя родная сестрёнка, — можно было догадаться, ведь она часто крутилась недалеко от королевы школы. — Мне очень повезло, ведь моя вторая сестрёнка тоже оказалась в Бейкон Хиллс, только уже под фамилией Мартин и с отшибленной памятью, — Малия немного посмеялась со своей «гениальной» шутки. Я закатила глаза, чувствуя нарастающее отвращение. — План немного подкосился, когда ты стала относиться ко мне по-доброму. Я уже думала отомстить только Коре, которая и осталась стервой, а тебя оставить в покое, но ты начала встречаться с парнем, что мне безумно понравился. В общем, ненависть к тебе снова проснулась, и я приступила к выполнению плана расплаты. — Ты убила Тео. Зачем? — наконец, подала голос я и наклонилась ближе к Малии. — Кора была сильно влюблена в него. Смекаешь? Лучше сначала хорошенько помучить эту сучку, а не сразу убивать. — А мне ты отомстила поместив в психушку? — Именно так. Тебе понравилось? — Малия ухмыльнулась, а я закатила глаза и поджала губы. — Странно, что ты всё рассказала, — прищурилась я в поисках подвоха. — Ты всё равно не уйдёшь отсюда живой, — спокойно пожала плечами Тейт, поднялась с места и ушла на кухню. Я сглотнула и быстро отправила запись с признанием шатенки Стайлзу. Но это оказалось совершенно бессмысленным, когда Тейт вернулась с телефоном парня и заливисто засмеялась. Явная сумасшедшая. — Вы думали, что я настолько глупа? — убийца покрутила айфоном Стилински прямо перед моим носом, а потом резко отбросила его в стенку, и тот разбился вдребезги. — Где мои друзья? — тихо выдавила я дрожащим голосом, понимая, что весь план накрылся медным тазом. — Ты про Скотти, Сти и Элли? Они точно не в безопасности, — Малия ухмыльнулась и взглянула на наручные часы. Я воспользовалась моментом и, схватив керамическую вазу со столика, попыталась нанести удар, но резко упала, чувствуя подступившую усталость и адскую боль в области живота. Малия от неожиданности моих действий пырнула меня остронаточенным ножом. — Упс! — шатенка засмеялась в голос и лизнула холодное оружие, пробуя мою кровь на вкус. Фу. — О, и таблетки, наконец, сработали. Лидия, ты стала такой глупой: кто будет пить чай, который дал тебе убийца? — я мысленно ударила себя по лбу, коря за такую оплошность, и простонала от боли. Это конец. Я проиграла. Мы все умрём, а психопатка останется на свободе без малейшего наказания. Я такая эгоистка! Подвергла друзей опасности… Глаза стали медленно закрываться, и я не спеша затягивалась в глубокий сон. — Спокойной ночи, сестричка, — последовал заливистый хохот, и это было последнее, что я услышала перед тем, как отключиться.