Ты узнаешь меня

Я не знаю, как это описать… Кто я? Кого считать моим я? Какова природа моей личности? Можно ли мне считать себя Джоном Шепардом? Ощущаю ли я себя им? Наверное, нет. Я помню, как он рос, как поступил в космофлот Земли, как получил в распоряжение первый корабль, как встретил Гарруса, Лиару, Джек… Арию. Даже про Горн и про скитания после, в попытках спасти разрушающееся тело, про то, как вспомнил про Хеплорна — я это всё знаю, помню, но случилось ли это со мной? Вряд ли. Я это знаю, но не чувствую ничего, будто в моём теле хозяйничал другой я. Раздвоение личности. Растроение?.. Нас, меня — множество? Может, они сменяли себя друг за другом, и каждый раз, когда один из меня погибал, то на его место становился следующий я? И нас таких двое, трое… сотня? Если меня собрать вместе, в одной комнате, её хватит, чтобы вместить меня, как… как оболочка тела? Вероятно, если я окажусь рядом с другими я, то увижу их, смогу коммуницировать, возможно… возможно, мы сможем собраться обратно — в меня изначального? Хотя зачем… Это имело бы смысл, если бы впереди была какая-то глобальная цель, ради которой и стоило бы… а сейчас? Я занял своё-чужое тело, и буду занимать его дальше, если кто-то ещё не вылезет наружу, как и я, отчаянно толкаясь и пытаясь начать своё становление в этом мире, оставив меня ожидать. Или, может, всё дело в том, что я просто не хочу быть Шепардом — и никогда особо не хотел? Да и кто бы по доброй воле решил пожертвовать бы собой, своими друзьями, соратниками — если бы имел выбор? А как жить потом, если ты — Шепард? Подозреваю, что тот Шепард, что был до меня, тоже не знал, а просто ставил перед собой задачи на месяц, неделю, день. Значит, это хорошо, что шрамы, которые появились ещё во время работы «Цербера» над моим телом, теперь только умножились, и мало кто, подобно Джек, сможет распознать за ними облик, который мне принадлежал ранее… А дальше… Что — дальше? Дальше Ино полетит умирать (если вообще успеет туда добраться) на свой Раннох, Шута можно будет поставить на корабль вместо СУЗИ — собственно, он и есть СУЗИ, или то, что от неё осталось после того, как тот, другой-я, спёр бэкапы, а Ино их порезала и творчески обработала… Шепард? Шепард мёртв — ему давно пора. В конце концов, герой должен умереть, а не жить после своего подвига. А я — снова без имени, без прошлого, без недостающих, отнятых у себя собой кусков, проснусь от яркого электрического света, встану, новым — или наоборот, старым — и буду привыкать к роли капитана заново. И я конечно привыкну. Привыкну ещё раз.