Werewolf

После того неприятного разговора о Стиве Берне доктор Джексон не заходил ко мне, хотя раньше за день мог раз пять наведаться. Всегда считала его единственным нормальным и адекватным человеком в этих белых стенах. Где-то в глубине души рассчитывала на его понимание и содействие, но, видимо, зря. Как бы грустно это не звучало, но мир жесток по отношению к таким, как я.  Стив тоже не появлялся, наверно, отсыпается где-нибудь после дежурства. Сил набирается к ночной смене — урод! Как представлю, что он снова заступает на дежурство ночью, холодок бежит по телу. — Эмили, — вошла медсестра, — Ты выпила свои лекарства? — подходит к тумбочке и проверяет уже пустые стаканчики. Неужели Джексон обиделся на то, что я раскрыла ему глаза на его лучшего санитара? Да вот Мистер Ливертон больно и неприятно разочароваться в людях! Добро пожаловать в мой клуб! Обидно, что он мне не поверил, а может из-за того, что ни разу не зашел проведать? И сейчас отправил медсестру ко мне, видимо, сам побрезговал. Дрогнуло все внутри, от того, что ничего не вышло и ночь на подходе. Для полного букета, осталось стать жертвой насилия.    — Молодец, — мило улыбнулась женщина. — Сегодня вы дежурите в нашем отделении? — с надеждой смотрю и молюсь, чтобы она ответила — да. Сижу и как маленькая, держу кулачки за свое желание и спасение. — Нет, — губы сгибаются в улыбке, — моя смена как раз заканчивается. Сегодня Стив Берн дежурит. Он начнет обход немного позже, — приветливая медсестра направилась к выходу. Вот не везет, так не везет!   Смотрю, как она уходит, глаза бегают по палате. Мысли разные мелькают в голове, не могу молча сидеть и ничего не делать. Ещё одну ночь с извращенцем Стивом мне не пережить! Что, если в этот раз он действительно задумает изнасиловать меня? — Ммм… Мисс? — не уверена, что знаю, что сказать, но и упускать шанс тоже нельзя. — Эмили? — она повернулась ко мне. — Ты что-то хотела? — Да! — сажусь на кровать и пытаюсь что-нибудь придумать. — Ну и? — вопросительно смотрит на меня, а я никак не решу, что сказать? — Я… ммм… а Доктор Ливертон ещё не ушел? — и вот зачем я только про него вспомнила? — Вроде ещё нет, — подозрительно посмотрела на меня, — Что-то хочешь ему передать? — Нет, — в голове пусто, а на душе тревожно. — Эм-м. — Может ему сказать, чтоб он к тебе зашел? — смотрит и не понимает мое мычание. А ведь он не придет, если попросить.    — А можно мне к нему зайти? — выжидаю секундную паузу. — Если вы не против меня к нему проводить? — хитро улыбнулась. И вот зачем только мне это нужно? Почему бы не попытаться ещё раз не поговорить с ним? Как начать разговор и что сказать? Мысли в панике забегали в моей коробочке под названием голова.  — В принципе, он не занят был, вроде… — задумчиво сказала. — Ну, если ты буянить не будешь! — улыбнулась. — Нет, конечно! — пытаюсь быть милой. За весь год ни разу не кричала и не устраивала истерик. Если только немного самому Доктору Ливертону, но он как-то вроде не в обиде был на это. Не знаю почему, но, как только попала сюда, пропало желание даже просто говорить, не то, что кричать или доставать кого-то из персонала. Порой с трудом понимала и отвечала на вопросы докторов, лень было лишний раз взглянуть в их наглые глаза. — Ну пойдем тогда, а то у меня смена скоро кончается, — кивнула головой на выход. Иду по коридору и не могу ничего умного придумать, что же сейчас я скажу доктору Джексону? Ненавижу выглядеть бедной и несчастной, тем более что-то у кого-то просить, а сейчас как раз тот момент. Если не у него, то у кого попросить помощи? Кто ещё сможет защитить? Поверить не могу, беспомощна, и по-видимому, одинока в своей проблеме. — Регина, — окликает кто-то сзади медсестру. — Срочно зайди в ординаторскую!  — Моя смена закончилась! — возмущенно кинула взгляд. — Регина, это срочно! — быстро пробежала мимо нас девушка в белом халатике. — Твоей смены касается! — Да что ещё могло тут случиться?! — возмущенно прошипела медсестра. — Ты посиди тут, а я скоро подойду! — усаживает меня на небольшой диванчик для ожидания. — Я быстро! Эмили, никуда! — строго смотрит на меня, отходя быстрыми шагами. — Ага, — кивнула ей вслед. Куда я могу деться в больнице с решетками и охранниками с электрошокерами за поясами? Наверно, это даже к лучшему, есть ещё немного времени подумать и придумать, что же сказать моему врачу? И вообще, зачем я к нему иду? Всё, что могла, и всё, что нужно было, сказала ещё с утра. Я его толком и не знаю, так и не разгадала этого мужчину. Могу ли рассчитывать, что он передумает и пересмотрит мою жалобу? А может он всё знает и покрывает своего Стива? Зачем ему заступаться за меня? Умалишенные обречены здесь обитать до конца своих безумных дней. И кто знает, я наверно в том числе? — Доктор Ливертон, так вы меня примете? — мимо проходит рыжеволосая девушка, закатывая глаза. — Без записи… и вне очереди? — кокетничает по телефону. Интересно! Это она по телефону разговаривает с моим доктором? Моим? С чего вдруг такое суждение? Неужели у Джексона есть девушка, да ещё и такая симпатичная. Раньше что-то я не наблюдала такого явления, иногда начинала думать, что он нетрадиционной ориентации. Хотя с чего вдруг такие мысли о нем? Он никогда не откровенничал со мной, и где мне было его увидеть с девушкой, когда сижу в палате сутками? И когда он успел так природниться ко мне, аж ревность взыграла не на шутку.    — Что у меня болит? — усмехается. — А можно вам это с глазу на глаз показать? Это может вас заинтересовать, — убирает телефон от уха, смеясь, выключает звонок и открывает дверь в его кабинет. — Какой вы сексуальный в белом халате… — и захлопнулась дверь на самом интересном.   Отвожу взгляд в сторону и тоже улыбаюсь, понимая ее подтекст. Если эта его возлюбленная, то у него не плохой вкус: высокая с зелеными глазами, длинными рыжими волосами и пышной фигурой, даже малость завидно стало. Вот только до конца еще не поняла, чему именно? Ее красоте, свободе, ее положению — настоящей дружбе с Джексоном? А может её настроению, которое так легко передалось мне? Давно я не видела нормальных, здоровых, жизнерадостных людей, не считая докторов, которые здесь работают. На душе стало тепло, словно снова живу нормальной жизнью. А глупая ревность наверно от того, что они друзья, а я так просто пациентка, с которой он иногда подшучивал.   Да, я скучаю по той жизни, что была у меня. По простым прогулкам, по бессмысленным разговорам и по пустому смеху, который вырывался из глубины души. И ревную Мистера Ливертона к этой красотке, сильно же я привыкла к нему за этот год. Наверно он классный кавалер, внимательный, заботливый… — Эмили, — подошла медсестра и сбила с ненужных мыслей. — Ну всё, пошли! — кивнула в сторону кабинета Доктора Ливертона. Встаю и медленно шагаю за Региной, понимаю, что он там не один, но молчу. Пусть это будет подло, но хочу поймать их с поличным. Всё внутри ликует и трепещет от предстоящей картины. Когда ещё такое увижу? Медсестра что-то приговаривает, возмущаясь по поводу работы, но я её совсем не слышу. Голова занята другим, мне больше интересно, между Джексоном и рыжеволосой просто интрижка или у них всё серьезно? С другой стороны, какая мне разница? Это не мое дело! Но мысли снова выдают, фантазируя, чем они там могут заниматься! И что же она такое ему показывает с глазу на глаз, что его может так заинтересовать?! Боюсь уже подумать, чем дальше, тем пошлее у меня фантазия об этой парочке. — Доктор Ливертон, — Регина дернула ручку, не постучав. — Ой… — смущенно улыбнулась и растерялась. Как и ожидалось, девушка была в его объятьях, ну или он был в её — неважно, были объятия. Рыжеволосая и не собиралась стесняться, продолжала стоять и прилипать к Джексону, а меня малость передернуло, хотя ничего другого я не ждала за дверью.   — А вас стучать не учили? — рыжая состряпала недовольный вид, собрав губы бантиком. — Не этично как-то, не находите? — недовольно вздернула бровь гостья. Джексон впал в ступор, он не ожидал, что мы может войти не успев постучать. И кто стоит за дверью? Я стою. Та, которая пыталась не раз выудить у него информацию о личной жизни. Но зачем слушать, когда можно посмотреть! Мистер Ливертон ухмыльнулся, кидая на меня взгляд сквозь Регину. — Ага, и вам доброго вечера! — шепнула я себе под нос, но не думаю что-то кто-то смог расслышать. А вот мой волчонок услышал бы…  Джексон смотрит, как я краснею за него или за себя, но не отвожу взгляд. Раздирает интерес, чем весь этот цирк закончиться?    — Извините, — дрогнул голос Регины. — Мы зайдем позже, — поспешила закрыть дверь. — Нет! — неожиданно возразил Джексон. — Я не занят! Лара уже уходит! — высвобождается из объятий красавицы, — Правда, Лара? — мило ей улыбнулся и убрал её руки со своих плеч. — Что? — вскинула брови рыжая. — Серьезно? Ты меня гонишь? — Вы что-то хотели? — обошел стол и сел на своё крутящееся кресло, поправляя взъерошенные волосы на голове. Точно эта коза целовала его и теребила шевелюру моего доктора. — Да, Эмили хотела поговорить с вами, — тихо проговорила медсестра. — Вот я её и… — Эмили, заходи! — нагнул голову, чтоб встретиться снова взглядами. — Джеки?! — возмущенно заголосила рыжая. — Ты же не… Ого, она зовет его Джеки — ласково, наверно между ними всё-таки есть искорка. — Регина, вы можете идти, Эмили я сам провожу! — снова игнорирует свою гостью. И снова на нем маска серьезного доктора Ливертона. И куда подевался тот шаловливый Джеки, который только что зажимался с рыжей красавицей? — Я зайду в другой раз! — что-то мне стало стыдно за мое вмешательство, но буду рада, если он её выгонит. И откуда во мне проснулась наглая стерва?   — Действительно, зайди в другой раз! — рыжая переключает свою нервозность на меня. — Эмили, подожди! — строгий тон Джексона. Регина быстро выскользнула из проема и скрылась прямо по коридору. Видимо, убегала от неловкой ситуации, в которой погрязла я и втянула её. Но она-то этого не знает и не узнает! — Эмили, иди! — ещё один приказной тон со стороны рыжей. Да, они издеваются надо мной — Эмили, иди; Эмили, стой! — Может, вы уже определитесь как-то, мне стоять или уходить? — неожиданно вскипела, понимая, что они оба начинают меня раздражать. — Лара, тебя дома муж не хватится? — Джексон плотно сжал губы, скрывая улыбку. Муж? Серьезно? Я о нем была другого мнения. Никогда не могла и предположить, что Доктор Ливертон будет путаться с замужней дамой. Хотя кто знает, не мне его судить, может он влюблен? — Ну знаешь, Джеки! — злобно посмотрела на него. — Ты пожалеешь об этом! — шипит, как змея. А вот и пропала та милая рыжая и чертовски привлекательная девушка. Глаза злобно блеснули на него, а потом и на меня. Как же может человек измениться в лице, когда ему что-то не по душе. — Уже жалею, — откинулся на спинку кресла, нагло смотрит на неё и покачивается. А может и не влюблен. Сейчас он ведет себя, как хамло из подворотни. — А ты что-то на умалишенную не похожа, — окинула оценивающим взглядом, шагая мимо меня. — Собрались тут… — А я вылечилась! — ей вслед и закрываю дверь. — Не собрались, а собрали! — злобно пробубнила себе под нос. Не знаю, правильно или нет, но я только что влезла в чужой разговор, и доктор Ливертон позволил мне это сделать. Не могу сказать, что мне это не понравилось, но зачем? Мне послышалось, или он сказал, что её дома ждет супруг? Может, он и правда хотел от неё избавиться, тем самым используя нас с Региной? Можно не напрягаться — она замужняя, и если Мистер Ливертон настоящий джентльмен, но не будет путаться с гулящими девками. И почему меня это все так волнует? Пусть делает, что хочет! Меня это никак не должно волновать! — А ты молодец! — медленно покачивается в кресле и ухмыляется, — С характером девочка. — Извините, я не хотела мешать, — лучше не придумала, как ещё можно это прокомментировать. — Ты не помешала, — хитро окинул взглядом, никак раньше. — Наоборот, спасла. — А по вам не было видно, когда мы только открыли дверь, — не упущу момента, чтоб его не подстебнуть. — А ты… ты… — Да, да это она вас обнимала. Я поняла! — раз уж сам завел разговор, почему бы и не поддержать его? — То есть я видела! — меня ужасно раздирает смех, еле сдерживаюсь. Смотрю на его невозмутимость, и это так забавляет, такой милый когда растерянный. — Эмили, довольно! — зажимает указательным пальцем губы, облокачиваясь на руку. Понимаю, обескураженность неприятна, поэтому давить не буду. Не в моих интересах портить с ним отношения. Не за этим я сюда пришла! — Как скажите, хотя вы сами начали, — пожимаю плечами, улыбаясь, смотрю на него. — Может, уже хватит? — вижу, как его начинает это раздражать. — Эмили, что тебя привело на этот раз? — умело меняет тему и переходит к делу, а я только малость расслабилась, но… — Даже не знаю, как сказать или с чего начать, — глубоко вздыхаю, снова чувствуя горечь своего положения. — Дай угадаю, — в изнеможении закатил глаза. — Снова Стив Берн? Он вроде ещё заступил на смену… — Нет, — мотнув головой, опустила взгляд, пряча от его оценивающего. — Всё, что наболело, ещё с утра высказала о нём, — тихо шепнула. А сама не знаю, что ещё добавить, чтобы не выставить себя дурой. — Передумала о встрече с отцом? — снова пытается угадать. — Нет, я не передумала! — видеть его я точно не хочу. — Наверно, сегодня не мой день, второй раз и не угадать тебя! Ну не в любви же ты пришла мне признаваться? — шутливо рассмеялся и устало теребя волосы на голове откидывает к верху. — Нет! — смеюсь ему в ответ. Смотрит на меня уже добрым взглядом, несмотря на то, что утром был ещё зол. Какой-то он сегодня не такой, не могу разгадать его настроение. Все вроде то и одежда и позволяет себе только в мере дозволенного. Но что-то не так! И это самое не так ужасно притягивает. Неужели это все из-за той девушки, что только ушла? — Ладно, поднимаю белый флаг. Давай ты, — смотрит прямо в глаза, что обескураживает и заставляет волноваться. — Хотела спросить, когда проходит полное обследование моего психологического состояния, за кем идет… — лучшего ничего не придумала, но о Стиве просить больше не буду — бесполезно. — Последнее слово? — договорил. — За лечащим врачом? — вопрос к вопросу. — Вы же мой лечащий врач? — смотрю в его карие глаза и пытаюсь уловить хоть какую-то реакцию. — Да. Врач я, но иногда дело может быть вовсе не во мне, а в… — Во мне? — перебивая, договариваю. — Нет! В твоих родителях! — мне казалось, что он сейчас всё спихнет на меня. — Эмили, пойми. Это не тюрьма — это больница, здесь людям пытаются помочь, а не навредить! — мне показалось или он действительно повернул тему в другую сторону. — Подождите, подождите, а причем здесь мои родители? — возвращаю его обратно. Пусть всё объяснит. И если не пойму, то пусть разжует, как маленькому ребенку. — Заявление поступило от твоих родителей… — Они же его отозвали! — тревожно как-то стало от его слов. Он смотрит на меня и с сожалением мотает головой, давая понять, что они ничего не отзывали. Тело стало каким-то ватным, воздуха не хватает. Обидно и больно, самые родные, а с тобой, как с врагом. Неужели это все из-за той ночи в лесу с волком? Это они такой способ нашли меня разлучить с ним? — Мне почти восемнадцать, они уже не вправе решать мою жизнь! — еле выговорила, пытаясь скрыть сдавленный голос. — Через месяц восемнадцать, Эмили, — уточнил, будто я не знаю. — Как раз подходит конец второго срока твоего лечения. — И меня выпустят только через месяц? — он кивнул головой в ответ. — И вы подтвердите мою полную вменяемость? — он снова кивнул, словно скрывая важные ответы от чужих ушей. — Ответите честно? — смотрю на него, прищурившись, если честно, то не особо доверяю ему. Скрытный и постоянно чего-то не договаривает.   — Дать клятву Гиппократа? — хитро сверкнул взглядом. — Вы сами считаете меня нормальной? — смотрю в глаза, пытаюсь выловить все их движения, если вдруг он решит уйти от ответа. Все смущение отодвигаю в сторону — нагло жду ответа. Ясного и честного ответа. — Для этого у меня есть ещё целый месяц, Эмили. — Ну конечно, — усмехаюсь нервно от напряжения. — Как я могла рассчитывать на иной ответ! — по телу пробежали раздражающие мурашки. — Всего лишь месяц, — снова откинулся на спинку, склонил голову на бок и странно покосился. Иногда кажется, что он действительно видит меня насквозь. А сейчас чувствует мою злость и не пытается даже хотя бы обмануть, чтобы хоть как-то успокоить. Я уже где-то видела такой взгляд со звериной привычкой наклонять голову на бок. Сердце забилось тревожно, в душе пробежал холодок. Сладкие воспоминания, приятные, но очень далекие и уже не реальные. Но встали перед глазами, словно кино и кадр на паузе. Черт! Как в живую всё. А мне казалось, что я эти чувства тоски по нему глубоко захоронила. — Мне не пережить этот месяц, — произнесла беззвучно поднимая взгляд на окно. — Месяц — это не так много, — тут же мне в ответ и пристально на меня. — Что? — это он ответил на мои слова? Совпадение. Он не мог их услышать. Или я снова начинаю гнать или у него сверхъестественный слух?! Ну как же… стоило мне вспомнить о моем волчонке, как тут же мне повсюду теперь мерещится мистика. — Говорю, если хочешь, можем вместе отпраздновать твой день рождения? С меня торт? Шоколадный? — действительно какой-то он сегодня странный. — Ты же любишь сладкое? — Справлять будем здесь, у вас в кабинете? — пытаюсь подловить его на неуместном разговоре о моем дне рождении. И сама пытаюсь откинуть дурные мысли о нем. — Я бы пригласил тебя к себе домой, но… — и засмеялся. — Надеюсь, вы всех своих пациентов приглашаете к себе домой на их дни рождения! — смотрю на его довольный смех, меня это бесит. Сейчас он мне кажется извращенцем. И я не удивлюсь, если он покрывает Стива.   — С ума не сходи! Что было бы, если бы я всех приглашал?! — либо у него хорошее настроение, либо он решил меня достать! — Действительно… — Я так по дружбе, — сказал так внезапно и просто, если бы я его не знала, то сразу растаяла. О какой только дружбе может идти о речь? — Мы же друзья? — точно какой-то подозрительный, аж пугает. — Хм… Доктор и умалишенная — закадычные друзья! — усмехаемся тихо друг другу. — Отличная парочка! — таблеток каких наглотался здесь у себя? Зрачки становятся темнее или просто расширены? — Ага, не буду больше вас задерживать, — встаю со стула. Хватит того бреда, от которого толка нет. — Вам, наверно, домой уже пора? — Я провожу, — встает следом. — Не стоит! — смотрю на него с недоверием. — Вы же мне доверяете? Не так ли, друг? — пытаюсь улыбаться, а саму передергивает от его взгляда — дьявольские глаза. — Конечно, — снова плюхнулся в кресло. — Даже если это не по правилам! — Спасибо, — он делает мне исключение? Очень даже хорошо, бежать все равно шансов нет и он это отлично понимает. Вот и отпускает самой до топать до своей палаты. — Эмили, — одергивает, только хотела выйти. — А? — стою за дверью и жду. — Мне жаль, что так вышло с твоими родителями, — кинул понимающий взгляд. Смотрю на него, а язык так и чешется спросить ещё кое о чем. — Прошений тоже не было? — Ни одного, — тихо шепнул, — мне жаль. — Мне тоже, — натянула улыбку. — Удачных выходных! — Спасибо. Лежу на кровати и смотрю на небо сквозь решетки. А ещё говорит, что это не тюрьма. Самая что ни есть настоящая! В темном небе ярко светит полная луна, освещая весь больничный двор. Напоминая мне о той ночи в лесу, эти ощущения я переживаю снова и снова в своих снах. Мой первый и единственный поцелуй был таким нежным, горячим и волнительным, как хочется ощутить его снова. Почему в моем возрасте один простой поцелуй превратился в мечту? Обидно.   Тяжелые и медленные шаги приближаются к моей двери. А я уже знаю, кто это так шагает. С каждым шагом я вздрагиваю под одеялом, сжимаю ладони в кулаки. Может быть, это покажется наивностью, но в такие моменты в голове всплывают последние слова черного волка: «Всегда тебя жду!». Скорее это мне никак не помогает, а только усугубляет мое психологическое состояние, так как иногда верю, что вот он придет и спасет. Снова я про сказку, которой в реальной жизни не бывает. Прошло уже много времени, скорее он больше не приходит на ту поляну, но все же воспоминания дают мне силы держаться. Именно эта сказка в голове не дает сойти с ума окончательно. Она как светлый огонек в темном тоннеле, на который я медленно шагаю с надеждою в сердце, что когда-то выйду на этот свет.    — Эмили, — похотливый голос в щелку моей двери. Вздрагиваю, пытаюсь дышать ровно, но не получается — нервы бьют через край. А этот урод специально играет со мной, зная, что меня это раздражает.   — Тебя не было на моем обходе, — какой же он омерзительный! — Я соскучился, моя дурочка, — захлопывает дверь за собой. От хлопка веки дрогнули, и я открыла глаза. Квадратная прическа, маленькие похотливые глаза и дебильная улыбка — Стив надвигается на меня. Я же так просила Джексона не давать ему ключ от моей палаты. Как он мог взять и так подло поступить, мне казалось, что он верит мне. Хотя тот ещё извращенец, как только сегодня не кидал взгляды на меня после своей подружки. И почему, я всегда в людях пытаюсь видеть хорошее? Верить и надеяться на то, чего нет на самом деле?! — Прятаться бесполезно! — резко откидывает одеяло в сторону. — Ку-ку, кто у нас тут? — если бы не решетки, я бы скорее выпрыгнула из окна, чем стала участвовать в его извращенных играх. — Иди ко мне, — схватил меня за ноги и потащил вниз, ближе к себе, пытается навалиться. — Пошел вон, урод! — высвободила одну ногу и заехала ему по морде, сколько силы было. — Да чтоб ты сдох, Стив! — снова удар, но и на этот раз он даже не пошатнулся — туша! — Сучка! — искры из глаз, звонкая пощечина. — А-а-а, — ещё один удар, сел сверху. Скрутил мне руки, собою зажал ноги. Тяжелый, гад, не пошевелиться — шансов ноль против этого бугая. — Так-то лучше, — нервно дышит мне в лицо. — Что у нас здесь? — поднимает больничную рубашку и ведет рукой по бедру. — Стив, пожалуйста, — слезы брызнули из глаз. — Не трогай меня, — зажмуриваюсь, чтоб не видеть его довольное лицо. Ну почему? Почему со мной это происходит? Говорят, что жизнь поступает с нами справедливо — как мы к ней так и она это нам. Но чем я так не угодила вселенной? Что я сделала не так в этой жизни?  Лапает. Возбужденно дышит мне в ухо. Тело сковывает и трясет. Чувствую, что мне скоро придет конец, эту ночь не пережить — сил нет бороться с ним. Не так представляла я свой первый раз, не Стива видела в своих фантазиях. Всегда думала, это будет желанно и незабываемо. Как раз про незабываемо, эту ночь я забыть не смогу! — Если не будешь брыкаться, — чуть ли слюной не брызгает, — то тебе понравится, — больно кольнуло в области груди, вздохнуть не могу. Открываю глаза и смотрю в окно на луну. Слезы стекают по вискам, не чувствую своих конечностей. Где ты, волчонок?! Почему все выходит именно так?! Небесное светило смотрит на меня и словно плачет вместе со мной. — Помоги, — тихо шепнула, будто в бреду. — Пожалуйста… Неожиданно в тишине раздался волчий вой. Не может быть! Наверно, я слышу то, что хочу — моё сознание снова играет со мной злую шутку. — Что это? — Стив замер на мне и прислушался. — Вой? Молчу и понимаю, что я не одна это услышала. Вздохнула полной грудью, в ожидание, — слишком много совпадений для одного дня, чтобы быть неправдой. — Наверно, больные бесятся на луну, — усмехнулся и снова принялся за меня. Ни шагов, ни воя, абсолютная тишина. Не могло же нам обоим это показаться?! А если он прав и это просто умалишенные бесятся? То получается… сердце сжалось так, что все в груди передавило и не вздохнуть. Только показалось, что спасенье близко, и снова судьба бросает в несправедливость. За что? — Помоги! — закричала в отчаянье. — Я знаю, что ты здесь!   — Никто тебя не слышит! — крик в лицо. Громкий рык зверя в коридоре, сердце забилось трепетно, с надеждой. Стив побледнел и снова замер. Дверь резко открывается и ручкой бьется о стену. В проем двери еле вмещается огромный взъерошенный волк. Аккуратно проходит в проем, наклоняя голову чуть ли не до самого пола. — Вот черт! —  Стив медленно сполз с меня вниз на пол. — Что ещё за чертовщина? — еле собрал слова воедино. Сама с трудом верю в то, что вижу. Но радости и страху нет предела. Я видела раньше волка, но не такого яростного. Зверь злобно рычит, скаля огромные клыки. Горят яркие карие глаза в темноте, шерсть цвета темного шоколада стоит дыбом. Я жмусь к стене, прижимаю к себе колени. Это явно не тот волк, что был в лесу тогда. Но все равно я ему очень рада! Как по мне так быть лучше задранной волком, а не изнасилованной Стивом. Медленно и уверенно шагает на Стива. Оглушающий рык, с пасти капают слюни. Скалится и морщится.   — А-а-а… — бросается на Стива. Со страху ладонями закрываю лицо. Я не настолько сильная и хладнокровная, чтобы смотреть, как он убивает этого урода. Слышу борьбу в палате — рык и крик Стива. Сижу, не шевелюсь и пытаюсь не дышать. Страшно. Сжимаюсь сильнее, чтобы перестать дрожать. — Эмили, — голос Стива доноситься из коридора. — Убери его от меня! — и тишина. Зовет меня, будто я с ним заодно. Я бредила оборотнем, и все знали в отделении, но это был далеко не этот зверь. Несколько секунд сижу, прислушиваясь к звукам, и не решаюсь открыть глаза или пошевелиться. Не слышно ни Стива, ни зверя, что там происходит? Он убил его и ушел? Спас меня и ушел? Нужно бы открыть глаза ни век же так сидеть! Но дрожь не прекращается, а только усиливается. И порой кажется, пока я ничего и никого не вижу, то я как тот страус в мнимой безопасности.  — Эмили, — знакомый мужской голос. — Всё хорошо, — убирает руки от моего лица. — Он больше тебя не тронет, — напротив меня стоит доктор Джексон. — Слышишь меня?   Смотрю на него и не могу придти в себя. Он стоит в одних брюках, с обнаженным торсом и босиком. Взъерошенный волос, глаза темнее ночи — совсем не похож на себя. Но это он и он…   — Это был ты, — еле проглотила комок в горле. — Тише, — быстро сел напротив. Потянул меня и прижал к себе. Крепче прижимает, чтобы сдержать мои судороги. — Всё позади, — наконец воздух поступил в легкие, и я обняла Джексона. С трудом понимаю, что сейчас произошло. Это был Джексон? Он оборотень? — Джексон, — уткнулась ему в плечо и заревела. — Тише, Эмили, — нежно гладит по волосам. — Всё закончилось, ты в безопасности. Ты меня слышишь? — отдирает меня от себя и смотрит в глаза. — Ага, — мотаю головой, но не уверена, что адекватно всё воспринимаю. Всё как в тумане. Всё происходит не со мной или не по-настоящему. — Так-то лучше, — губы скривились в улыбке. — Ложись, тебе нужно отдохнуть и успокоиться, — медленно наклонил меня и уложил на подушку. — Только не оставляй меня! — крепко хватаю его за руку, — Не сейчас, пожалуйста, — смотрю в его бездонные глаза, подобные темной ночи. И только сейчас начинаю понимать, почему он был сегодня такой странный.   — Я и не собирался, — ложиться рядом. — Ты вся дрожишь, — тянет одеяло на меня. Зуб на зуб не попадает, не думаю, что это от холода, скорее от стресса. Дрожащими ладонями прижимаюсь к его горячей груди и закрываю глаза.  Человек, который весь год пытался добиться от меня правды, сам оказался волком! Вот только если он знал, что я не сумасшедшая, к чему все это было? К этому вопросу я ещё вернусь, а сейчас мне бы успокоиться. — Я думала, что ты домой ушел, — тихо шепчу. — Разве я мог тебя оставить? — слышу, как он улыбается. Рука поверх одеяла, прижимает меня крепче. — Мы же друзья, — шепчет мне на ухо. — Как ты сказала — закадычные! — Почему ты не сказал, что ты… — раздирает вопрос на части. — Тише, — на ухо. — Осторожнее в выборе слов в этих стенах! — гладит меня по щеке и смотрит в глаза каким-то странным взглядом. — И всё же? — настойчиво смотрю, не отводя глаз. — И как ты себе это представляешь? — снова хитрая улыбка и глазки засверкали. — Ты меня выдавал за сумасшедшую всё это время! — сжала ладонь в кулак и ударила по стальной рельефной груди. — Как ты мог?! — Не правда! — поймал кулак в руку. — Я хоть раз это слово употребил? — Ни один врач не скажет это! И так ясно! — Скажем так, я тебя первый забрал на сигнал SOS твоих родителей. — Зачем? Ты мог меня отпустить! — Затем, Эмили, что я знаю правду! А не отпустил, так как не мог понять тебя. Ты в правду видела волка в лесу или тебе привиделось? Ты же уперлась, как… Отрицала то, к чему я тебя все это время вел. — К чему? — Сказать всё, как есть! — молчу и не знаю, что ответить на это. — Но пришлось в итоге, самому показаться! — Что со Стивом? Ты уб… — Нет! — возмущенно посмотрел на меня. — Я разве похож на убийцу? Я волк, а не душегуб!   — Если честно, я не знаю, на кого ты похож, — тихо шепнула и уткнулась в него. Правда не знаю, что и думать. Джексон, как всегда, недоговаривает. Требовать от него правды — это невозможно! За долгое время стало так уютно и спокойно. Пусть ненадолго, но хотя бы чуть-чуть побыть в его объятьях; хрупкой и защищенной. — Стив завтра займет твою палату, ну, после того, как в себя придет, — добавил, прижимаясь ко мне подбородком. Наверно чувствует  мое расположение к нему. Хотя я так мало знаю об этих существах или почти ничего не знаю. — А покусы или… — На нем ни царапины, Эмили! — ухмыльнулся. —  Если только пару ушибов! А с этим я завтра разберусь. Для него это счастливое везение, такому, как он полагается настоящая тюрьма. — Это точно, — тепло Джексона начинает расслаблять. — Эмили, — тихо и нежно. — А? — А кого ты видела в лесу тогда? — прошептал на ухо. И зачем только напомнил? В груди глухо кольнуло о старом. — Я не знаю, — еле шевелю губами от усталости. А ведь я и правда ничего не знаю, о том волке или человеке, что видела в лесу. Что я могу рассказать о нем? Если только того, что он черный, большой… ну и телепат. — Ну кого-то же ты видела, — теплым дыханием ласкает ухо. Нежно, но настойчиво вытягивает информацию. А я уже подумала, что и правда нашла друга — закадычного. Сама себе усмехаюсь. Потешаюсь над собственной наивностью. Кто будет дружить с малолетней девчонкой? Такой как Джексон? Взрослый мужчина, у которого на пороге такие, как та рыжая красавица? Пусть он и оборотень, а всего лишь пациент. Один плюс, теперь мы выяснили, друг для друга кто мы есть. Он оборотень, а я не умалишенная. Может теперь будет о чем поговорить? Или что-нибудь решить, когда мне исполнится наконец восемнадцать?      — Видела волка. Такой же, как ты большой вот только он… — Только что? — любопытства ему не удалось скрыть в голосе. — Только другой. Другой волк. И наверно, другой человек, — пытаюсь вспомнить его и понимаю, что вспоминать нечего. Был зверь, прикосновение, голос и непонятные притягательные чувства. Так хочется поделиться с Джексоном, как он меня тянул к себе. Думаю, он лучше всех меня поймет сейчас, но такие подробности могут ему быть отвратительными, поэтому промолчу. — Ты его не видела в человеческом обличье? — удивился наклонился заглянуть в глаза. — Не-а, — такие красивые раскрытые карие глаза, — Только в образе волка с горящими глазами, как голубая бездна, — тяжелые веки медленно закрываются, но я все хорошо понимаю и вижу. — Но он умел разговаривать… — Он говорил с тобой будучи зверем? — мне кажется, что Джексон пытается гипнотизировать взглядом, но я уже это проходила и на меня это больше не особо-то действует.   — Ага, — плотнее прижимаюсь щекой к его плечу, чтобы скрыться от его взгляда. — В каких лесах говоришь видела, — тихо шепнул. — - Недалеко от дома. А что? — глубоко вдыхаю его запах и так приятно. — Голубые глаза черного волка… — почти беззвучно добавил. — Ага… ты его знаешь? — Не думаю, — неприятно как-то ответил, будто не понравился ему мой вопрос. — Что? — не уверена, что понимаю, о чем идет речь. — Да, так ничего. Просто интересно было, кого ты там встретила. За все это время впервые засыпаю в безопасности и тепле. Чувство защищенности дало комфорт спокойствия и умиротворения. Я расслабилась в объятьях Джексона. Мне понравилось обнимать его и прижиматься к нему. Вдыхать его запах, чувствовать под рукой гладкое рельефное мужское тело. Не хочется признавать, но мне так давно хотелось мужского внимания. А о Джексоне я просто боялась мечтать, хотя и сейчас тоже. И мой доктор ещё долго что-то шептал мне на ухо и совсем не мешал. Но царь сна не давал мне его слушать, медленно погружая в свое царство.