Капли дождя

      Акаши протяжно выдыхает, рассматривая команду в раздевалке. Обидно. Такая чёткая эмоция висела в маленьком помещении и мелькала в еле уловимых движениях каждого. Сам же Акаши испытывал сильное чувство свободы, которое затмевало собой любые другие мысли и ощущения. Несмотря на то, что на это потребовалось больше времени, его ставка на друзей всё-таки сработала. Конечно, он думал, что это будет Дайки, как единственный не согласный в любом мнении с бывшим капитаном, оттого жутко смелый и глупый, но фантом удивил его. В неожиданно хорошем смысле.       Красноволосый сильнее погружается в давно забытое ощущение, наслаждаясь восстановленным контролем тела и особенно разума. Под прикрытыми веками пробегает множество кадров прошедшего матча, мозг даже в расслабленном состоянии не может перестать анализировать. Он обязательно ещё несколько раз посмотрит всё дома и вместе с командой, но именно сейчас он больше сосредоточен на своём главном оппоненте. Светлая макушка, мелькавшая в последней четверти слишком много. Яркий, горящий взгляд напротив, которые совсем незаметно изменяется после «его» возвращения. Он вспоминает команду Сейрин, их громкие крики и долгие поздравления от зала, который всё ещё слышно даже здесь в отдалённой раздевалке.       Телефон сильно вибрирует несколько раз с одинаковой периодичностью. Одно точно от Исаму с указанием места, где он его ждёт. Второе от отца, и нет Акаши не тешит себя мыслями, что Масаоми отложил свою работу и посмотрел полностью матч сына. Штат его сотрудников огромен, поэтому все важные новости он получил чуть ли не сразу после финального сигнала. Вероятно, там сухое «Поговорим дома», поэтому заставить себя посмотреть на экран, сил нет. Раздевалка потихоньку оживает, ребята обсуждают последующие тренировки и озвучивают дурацкие шутки про тренера и его реакцию.       Акаши нужно ещё время на раздумья, чтобы привести мысли хотя бы в минимальный порядок. Он не может вернуться домой сейчас в нынешнем состоянии, иначе поговорить на равных с отцом не представится возможным. Парень разворачивается к двери и спокойно выходит, отмахиваясь от активных расспросов Котаро. Они привыкли к этим молчаливым уходам капитана, поэтому даже не пытаются позвать его с собой в какую-то забегаловку недалеко, только чтобы посидеть ещё пару часов в их шумной компании. Акаши всегда отказывается.       В коридоре уже стихли громкие овации, остались слышны лишь возбуждённые перешёптывания фанатов, с рассуждениями о представшем перед ними зрелище и результатах матчей. Сейджуро выходит на улицу через запасной выход, вдыхая морозный воздух Токио. На улице лежало не так много снега, но было прохладно для одной ветровки, что совсем не волновало юношу в данный момент. Обогнув здание по небольшой дуге, он приблизился к лестнице, на которой совсем недавно разговаривал со своими бывшими товарищами. Между грязными ступенями и металлическими поручнями, он выбирает второе, чтобы спокойно присесть и поднять взгляд вверх на небо. Природа всегда помогает успокоиться и подумать о многом, не отвлекаясь ни на что.       Со стороны главного входа раздаётся громкий лай, который приближается с каждой секундой всё ближе. Слышится торопливый бег, торможение и уже обычный шаг. Акаши пробует угадать чей это шаг, он точно знает этого человека и его неспешную, лёгкую походку.       — Тецуя, что привело тебя ко мне сейчас? — юноша всё ещё находится в расслабленной позе, поворачивая голову на бок, чтобы взглянуть на собеседника. Он не против его компании, из всех людей, кого молодой господин знал до этого момента, Куроко Тецуя был единственным, кто не нарушал общую тишину места и атмосферы.       — Акаши-кун? Почему ты стоишь тут в одиночестве?       — Знаешь, иногда слишком много разных мыслей пытаются ужиться в одной голове, заставляя задуматься о том, а нет ли кого-то ещё в твоём теле. Не совершил ли ты таких поступков, о которых после будешь после много и безрезультатно рассуждать.       — Ты говоришь слишком философские вещи. Неужели именно сейчас ты решил провести мне урок по этой дисциплине, как единственному слушателю?       — Я всегда так говорю. Не думал, что за это время тебя начала пугать философия и рассуждения о причинности различных действий и…       — Гав! — щенок на руках фантома радостно высунул язык и пролаял ещё несколько раз, с интересом рассматривая человека напротив. Подобно хозяину, он склонил голову набок, можно было увидеть изогнувшиеся в вопросе брови на его морде.       — Сацуки всё-таки осуществила свою мечту о «мягком и послушном Тецу-куне»? Откуда в твоих руках щенок, выглядящий идентично с тобой? Я мог бы принять его за призрачного фантома и выпустить на поле вместо тебя, думаю наши соперники бы такого не пережили.       — Очень смешно Акаши-кун, но боюсь Номер 2 не докатил бы мяч даже до кольца, он слишком маленький, — Куроко напряжённо вглядывался в расслабленную позу бывшего капитана и пытался понять, кто же перед ним сейчас. Не померещилось ли ему то самое чувство во время игры, как будто всё вернулось обратно.       Акаши замолчал и внимательно наблюдал за тем, как его пытаются рассмотреть со всех сторон и выявить что-то для себя. Подняв руку к щенку, он погладил его по небольшой голове, с удовольствием подмечая полное повиновение со стороны питомца. Фантом продолжает прижимать Номер 2 к себе, но делает шаг вперёд, чтобы Акаши было удобнее взаимодействовать с щенком.       — Он забавный, питомцы и правда похожи на своих хозяев.       — Я похож на маленького щенка хаски?       — А разве нет?       — Ты ужасный шутник, Акаши-кун.       — Меня и не учили. Поздравляю с победой, игра выдалась интересной. Хотя я думал, что до финала дойдёт Дайки, но он всё ещё не может устоять перед тобой как и было всегда. Хотя ваше выступление в конце матча с этой речью было ужасно, почему вы каждый раз попадаете в такие стыдные ситуации, — красноволосый выдыхает со смехом, в голове всплывают выходки компании в средней школе, невольным участником которых становился и сам Акаши.       — Это не вежливо, Акаши-кун. Ребята просто хотели, чтобы…. — Куроко не мог придумать ничего негрубого, чтобы это звучало как обычная фраза. Всё-таки данная ситуация целиком и полностью сложилась из-за бывшего капитана.       — Я понимаю, но от этого ваш поступок менее стыдным не становится. За такое не жалко и парочку кругов сверху на тренировке накинуть в качестве профилактики, — Сейджуро возвращает на своё лицо нейтральное выражение, лишь слегка поднимая уголки губ в знак одобрения. Телефон начинает вибрировать сильнее в кармане штанов, оповещая что водителя уже успели поторопить с возвращением наследника обратно в дом. Легко оттолкнувшись от перил, он идёт в сторону спортивного комплекса, чтобы забрать свои вещи из раздевалки.       — К твоему сожалению, ты больше не являешься нашим капитаном, поэтому никакие наказания ты не можешь нам «накинуть». С наступающими праздниками и с наступающим Днём Рождения, Акаши-кун, — Куроко слегка поклонился и пошёл в сторону выхода с территории как можно быстрее, стараясь не обращать внимания на взгляд бывшего капитана в спину. Даже не являясь его товарищем сейчас, испытывать терпение Акаши Сейджуро совсем не хотелось.       Красноволосый и правда был удивлён. Нет, никто из Поколения Чудес не жаловался на память в датах, но поздравить его? Куроко оставался таким же вежливым, как и в средней школе, даже его разочарование или гнев не могли выбить правильное воспитание родителей и бабушки. А ведь и правда, ровно через 2 дня в их доме будет организованно огромное мероприятие по этому случаю, на котором он обязан будет провести ровно всё время, пока последний гость не соизволит поехать домой. Ужасный день.       Садясь в машину, он всё ещё перебирает возможные варианты по уменьшению его часов пребывания на данном мероприятии, желательно с минимальными последствиями для него. Вполне можно было переключить внимание на кого-то из других детишек-богатеев, но отец хотел представить его взрослому обществу и начать официально приводить его на собрания и переговоры, чтобы начать процесс передачи дел наследнику. Этот вариант отпадает, а других вариантов без риска для здоровья у него не находилось, он связан по рукам и ногам.       — Молодой Господин, Господин Акаши убедительно попросил вас удержаться от «подросткового бунта» и создания различных вариантов побега с банкета в честь собственного дня рождения. Там будут важные гости, в особенности ваша тётушка.       — Этот аргумент сейчас звучит совсем не в пользу банкета. Если тётя и правда собирается приехать, то у меня ещё больше желания никогда не появиться в главном зале, даже если отец после отошлёт меня в интернат, — Акаши поднимает пронзительный взгляд на водителя, который краем глаза смотрит на реакцию юноши, скорей всего, чтобы доложить обо всём отцу. Ну и пусть, Исаму единственный, кто даёт только необходимый минимум информации нанимателю, пока это не угрожает ни чьей жизни. Сейджуро мог бы сказать, что он самый надежный человек в их огромном особняке, который знает его ещё с маленького возраста. — Сверни на следующем светофоре в сторону ближайшего Торгового центра.       — Но Молодой Господин!       — Это приказ, мне нужно кое-что купить перед возвращением домой. Отец не заметит разницы — приеду я на час позже или на полчаса.       — Как пожелаете.

***

      Территория самого дома была не настолько большой, как любили делали другие обеспеченные семьи. Основную часть территории занимал лес и различные сооружения вроде конюшни или собственного цветущего сада, который раньше любила его матушка. Ещё давно их предок решил обосноваться здесь в глубине леса, подальше от города и приезжих зевак, которые так и норовили залезть к нему в карман. В лес ходить горожане не любили, особенно так далеко, поэтому до резиденции доходили либо упёртые, либо те, кому и правда это было нужно. Спустя несколько поколений вся земля вокруг дома была официально выкуплена и оформлена, а бизнес процветал и помогал поддерживать статус «господ» на этой территории.       Основная дорога было облагорожена для комфортного передвижения, но вот трогать остальной лес бывшая Госпожа Акаши настрого запретила своему супругу. Мужчине не было дело до огромных зелёных насаждений, поэтому пока деревья не мешали обзору на дороге, никто их не трогал. Дорога была выложена до шоссе, которое располагалось совсем недалеко от станции поездов, для более комфортного передвижения.       Мысли снова заполнили тяжёлую голову. На улице уже ощутимо похолодало и даже выпал снег, покрывая тонким слоем голые стволы деревьев. Акаши всё ещё пребывал в смешанных чувствах и его внутреннее чутье, буквально говорило не идти сразу же к отцу. Он уверен, что мужчина ничего плохого не сделает, в рамках суждения среднестатистического человека, но в их семье подобные ситуации были редкостью, особенно накануне большого праздника. Постоянно вибрирующий телефон водителя говорил о том, что кто-то очень недоволен его выполнением работы. Разглядеть, кто именно присылал эти множество сообщений не получалось, взгляд расфокусировался и не желал восстанавливаться в данный момент. Это давало какой-то эффект отрешённости и умиротворения.       Ворота в резиденцию медленно открылись, приглашая желанных посетителей дальше. Сейджуро знал, что ещё несколько минут до парковки, а после придётся вернуться к своему прежнему состоянию и идти на встречу с отцом. И тётушкой. Он был уверен, что эта громкая женщина не пропустит экзекуцию над своим родным племянником и обязательно «подольёт побольше масла в огонь». Было бы замечательно сначала пересечься с её подопечными или хотя бы с одним, чтобы выяснить насколько отвратительное настроение у этой женщины сейчас, но как он знал, они оба сейчас в Токио, возможно даже где-то вместе проводят время. Отвратительно, буквально вся ситуация складывается против него.        В данный момент времени слуг в холле было не так много, большая часть из них заняты приготовлениями к ужину или подготовкой комнат для гостей предстоящего праздника. Дворецкий приветствует юношу и сразу же просит пройти с ним, по сильно сжатым кулакам, Акаши понимает, что все устали взаимодействовать с хозяевами, пока те ожидали молодого человека. Красноволосый вполне мог бы сделать замечание и отложить встречу с отцом на какое-то время, но тогда тётушка нашла бы его ещё раньше и весь настрой на разговор с отцом, был бы растрачен на взаимодействие с женщиной. Юношу всегда поражало, насколько его матушка и её старшая сестра были разными в характерах, но в понимании мира находили единое мнение, которое устраивало обеих.        Дворецкий уверенно стучит в дверь и открывает одну створок, пропуская молодого человека вперёд. В этом доме не принято проявлять эмоции в отношении хозяев, особенно в присутствии свидетелей, будь те даже самыми близкими членами семьи. Но мужчина не может сдержать обеспокоенный взгляд, брошенный на расслабленную спину Сейджуро. Складывалось ощущение, что он сам запустил маленькую змейку в вольер к взрослым хищникам.       — Добрый вечер, отец. Тётушка, очень рад, что вы приехали заранее, чтобы помочь нам с организацией банкета по случаю моего дня рождения, — Акаши перевёл всё внимание на тётушку сразу же, так как начинать сразу же серьёзный разговор с порога не было никакого желания. Женщина довольно улыбалась, буквально пожирая взглядом вставшего неподалёку баскетболиста.       — Милый Сейджуро, ты так долго ехал со своей игры, что мы с твоим отцом уже успели заскучать. Мы даже успели посмотреть вместе твой матч, — женщина дурачилась, поглядывая на племянника. Пройтись по всем неприятным темам было её любимым. — в прямом эфире.       — Акане, прекрати. Я разрешил остаться в кабинете, только если ты не будешь мешать. Твоя тётя подняла правильную тему, которую я бы хотел обсудить с тобой до твоего дня рождения.       Мужчина встал с кресла и развернулся лицом к окну. Сквозь стекло открывался прекрасный вид на сад, покрытый небольшим слоем снега будто легким одеялом. Лицо его оставалось таким же непроницаемым, но в кабинете повисла гнетущая атмосфера, даже тётя не пыталась поддеть зятя, хотя обычно она игнорировала чувство такта. В их разговорах с отцом ничего не изменилось, они всегда разговаривали без матушки, она не знала о некоторых договоренностях, принятых в данных стенах, но её уход повис в данном пространстве тяжёлым куполом, заставляя каждого по-своему интерпретировать данное молчание. Акаши было без разницы, что именно думал отец или тётушка, ему нужно было как можно быстрее покинуть кабинет и желательно с меньшими потерями для себя.       — О боже, ты так грустишь, что твой ненаглядный наследник проиграл? Да ещё и своему «подчинённому»? — женщина сделала в воздухе кавычки и перевела взгляд обратно на молодого человека. Она по лисьи улыбалась, ожидая от кого-то из Акаши реакцию, потому что точно знала, что задела за живое, ещё и таким неприятным способом.       — Симидзу Акане я ещё раз повторяю, если будешь мешать нашему разговору, охранники с радостью проводят тебя обратно в спальню сейчас же. Сейджуро, мне показали твой финальный матч. Это не тот результат, который мы от тебя ждём, особенно перед важным праздником. Если ты решил поощрить своих «друзей» за старания в игре с тобой, то не стоило сразу отдавать весь «пряник». Это основы поведения грамотного руководителя.       Акаши мог поклясться, что вокруг глаз отца собралось больше морщинок, а взгляд выражал эмоцию несвойственную его характеру. Он был расстроен? Юноша почему-то был уверен, что данная эмоция промелькнула в глазах мужчины на долю секунд, пока он рассматривал сына напротив себя. В комнате было темно, только две лампы освещали небольшое пространство вокруг себя. Показалось, точно показалось.       — Отец, приношу свои извинения.       — Мне это не нужно. Я плачу за твою школу, на которую пал твой взгляд, и ты должен приносить мне результаты. Я даю тебе занимать баскетболом, с условием, что ты выигрываешь. У тебя не может быть «друзей», пока ты играешь на поле. Есть ты, мяч и противник, которого нужно обойти. Твоя команда была сильнейшей, о чём ты сам мне сообщил в начале учебного года.       — Твой отец такой грозный, меня даже пробивает дрожь от испуга, когда слышу его безжалостные комментарии. Команда и правда очень важна, но только с грамотным капитаном она может выйти в свет и большую игру. У тебя же были такие замечательные детишки в средней школе, почему же вы так поспешно разбежались? — женщина кружилась вокруг племянника, словно ястреб над добычей. Отец был для неё крупной добычей и очень непробиваемой, а вот молодой Сей был тем, что надо, чтобы потренировать колкость языка. — Ох, ты был таким серьёзным последний год, мои мальчики даже подумали, что Масаоми достал где-то твоего злобного близнеца.       — Если бы у меня был близнец, первой по чью душу мы бы пришли, были бы вы, тётушка.       — Я так счастлива, что ты меня настолько любишь и ценишь. К твоему сожалению, я ещё очень молода и здорова, чтобы поддаться старшеклассникам. Но о чём это я, посовещавшись в близком кругу, мы решили, что данная школа тебе не подходит. Твой отец желает забыть твой проигрыш как страшный сон, поэтому рассматривает возможность твоего перевода в более «приличное» заведение, которое будет сосредоточено на воспитании наследника, а не спортсмена-неудачника.       — Сколько у меня времени, чтобы переубедить вас?       Со стороны рабочего стола раздался непонятный звук, совсем не напоминающий хоть какое-то слово. Сейджуро судорожно продумывал возможные варианты и аргументы в разговоре с отцом. Желательно только с ним, с тётушкой договариваться нужно было отдельно и в другом настроении. Голова снова заболела от обилия мыслей, слишком много переменных и вариантов. Он не был привязан к команде Ракудзан настолько сильно, но и другой логичной альтернативы со школой и клубом он не мог найти сейчас. Главное было остаться здесь, в городе, где у него оставалась хотя маленькая свобода, он был уверен, что женщина планировала отправить его в закрытый пансионат.       — Даже не знаю. Уже на банкете я планирую расспросить своих знакомых о возможных вариантах, поэтому времени у тебя…       — Два месяца. К середине февраля ты должен будешь мне предоставить варианты, которые меня удовлетворят, иначе мне придётся прислушаться к твоей тёте и выбрать учебное заведение вместе с ней. Оно будет закрытым, возможности выбираться в город не будет, как и постоянно разъезжать на соревнования. Я не хочу повторения ошибок, которые влияют на репутацию. Даже маленькая ошибка — это огромное черное пятно и повод для сплетен в нашем обществе.       — Я вас понял, отец.

***

      Два дня в одном доме с тётушкой были поистине тяжёлым испытанием. Её муж должен был прибыть непосредственно на мероприятие, так как находился в рабочей командировке, поэтому женщина развлекала себя самостоятельно тем, что доставала рабочий персонал, водителей и самого Сейджуро. Его она с особой любовью будила каждое утро и в обязательном порядке следила, чтобы он присутствовал на всех приёмах пищи вместе с ней. Ужасающая женщина.       Акаши ненавидел отменять тренировки, но выбраться из-под надзора тёти было проблематичнее, чем заставить Дайки учиться. Ужасное сравнение даже вызвало приятную ностальгию. Возможно, в упёртости эти два человека могли посоперничать на равных, но с семьёй Акаши конечно же не сравнится никто. Только этот факт и помог красноволосому уехать в школу под насмешливые и подначивающие комментарии женщины. План по организации места преступления в доме был отложен до конца банкета, хотя руки так и чесались вспомнить то, как себя вёл Император в подобных случаях, и опробовать это на тёте Акане, которая на целый год уезжала за границу и не смогла в полной мере ощутить этот «дивный подростковый бунт» племянника.       Исаму привычно сидел на водительском сидении, внимательно рассматривая дорогу перед собой. Настроение было отвратительным, хотелось поскорее добраться до спортзала, почувствовать в руках мяч и привести мысли в порядок. Одной из немногих причин его отъезда был небольшой тренировочный матч с какой-то из ближайших школ в округе. Договорённость была заключена ещё до Зимнего кубка их тренером, который не хотел после таких тяжёлых соревнований сильно нагружать спортсменов. По мнению Акаши это было одно из глупых решений мужчины.       Машина вырулила на шоссе, давая понять, что скоро они прибудут в пункт назначения. До школы было ехать не так далеко, нужно только выехать из-за территорий их резиденции, а дальше по шоссе можно было доехать в течении получаса, на поезде иногда получалось даже быстрее.       Иногда он пытался анализировать решения, что принимает его вторая личность, но хаотичность некоторых поступков сбивала с толку. Отрезать чёлку? Это было и правда самым ужасным решением в его жизни, волосы даже не начали отрастать, открывая вид на чистый лоб капитана. Но вот с выбором школы Император не прогадал, если уж он принял решение разойтись с его «идеальной» командой, то нужно было взамен дать такую же уникальную или даже лучше. Только вот его гиперфиксация на «призрачном» игроке заставляла задуматься. Акаши сам заметил Куроко и сам дал ему возможность развиться, лучше него, к сожалению, никто больше не будет и молодой человек это признавал. Пытаться из другого человека сделать тоже самое, что тебе нравилось в другом игроке, было ужасным решением по отношению ко всем, а особенно к самому себе. Император настолько отчаялся? Или пытался доказать, что сможет создать игрока ничуть не хуже, чем первоначальная личность? Множество вопросов заставляли сильнее погрузиться в долгие размышления, поэтому остаток поездки пролетел для юноши в одно мгновение.       В школе мало кто был в не учебную субботу. Несколько отличников, которые пришли в библиотеку или в клубную комнату, некоторые спортивные кружки тоже проводили сегодня свои занятия, баскетбольный клуб был одним из таких. Матч должен был начаться около полудня, перед этим обязательно была тренировка и обсуждения тактики, что в нынешнем матче было совершенно бесполезно. Сейджуро чётко решил, что не выйдет на поле, иначе у бедняг даже не будет и шанса набрать пару очков. Несмотря на то, что в команде соперника все были со второго или третьего года, технически и по параметрам Ракудзан их обходил. Можно использовать этот матч как тренировку для основного состава и замены для него самого.       Красноволосый ещё не обдумывал недавнюю ситуацию в кабинете отца, но был уверен, что в Ракудзане он вряд ли останется. Ракудзан это выбор Императора, коим Акаши сейчас не являлся и не планировал давать ему возможности вновь проявиться. Он ощущал себя чужим под многочисленными взглядами запаса, основная команда была без сомнения одной из сильнейших в данный момент среди старших школ, но никаких эмоций привязанности они тоже не вызывали. Он чётче помнил Куроко напротив себя во время финального матча, чем любого из его сокомандников. Они не смогли бы тягаться с ними. Они не смогут переступить через эту грань игры и стать ею.       — Акаши, наконец-то ты пришёл. Тренера вызвали к директору, поэтому все обязанности наставника вновь на тебе. Он ещё что-то пробормотал про загруженность в день рождения, но я совсем не разобрал, — Котаро подбежал к нему сразу, как только заметил красную макушку в зале. Все блондины настолько гиперактивные? Может ли у него выработаться фобия людей со светлыми волосами и отсутствием личного пространства? Стоило поразмышлять об этом на досуге.       — У нас матч через два часа, но вы даже не начали разминаться. Или тренер Широгане дал вам послабления после проигранного матча?       — Сей-чан, расслабься хоть немного. Двух часов более чем достаточно, чтобы размяться и даже устать в ожидании тренировочной игры, — Рео выглядил расслабленным и даже чем-то довольным, оглядывая спортивный зал. Мысли семпаев, особенно сейчас, были непонятным набором информации. После прямолинейности ребят из Тейко, где основной мыслью был баскетбол, выяснения отношений в старшей школе были очень запутанными, оттого отягощали мысли и без того задумчивого капитана. — Кстати, тренер попросил передать, что сегодня ты должен встретить ребят из школы соперников. Возможно, решил сразу их напугать твоим присутствием, чтобы сдали матч без проблем.       С разных сторон послышались смешки разминающихся школьников. Никто не сомневался в сегодняшней победе. Только вот и о своём единственном проигрыше никто из них предпочёл не задумываться. Это была случайность, — он услышал это со стороны скамейки запасных ещё во время матча. Это была случайность, — твердили все, кто хотел получить расположение богатого наследника. Это он виноват, я выложился на полную, — читалось в действиях команды.       — Сегодня я снова провожу тренировку, поэтому никаких послаблений не будет. Проигранный матч должен стать для вас стимулом к развитию, никто из вас не совершенен в игре. Оба состава бегут двадцать кругов вокруг спорт зала, после разминка и тренировочная игра, чтобы вы пришли в форму.       Даже если и были недовольные его кандидатурой капитана, то никто не решился бы обжаловать данное решение. Никто из основы не хотел брать на себя такие обязанности и делать в клубе ещё и кучу обязанностей сверху, поэтому они спокойно отдали все обязанности и привилегии бывшему капитану знаменитого «Поколения Чудес». Императору даже не пришлось никого запугивать, его присутствия хватало, чтобы отрезать совсем мелких сошек, а те, кто не падал ниц от его ауры, были просто не заинтересованно во власти.       Тренировка протекала мимо Акаши, основной состав всегда знал свою программу тренировок и занимались этим самостоятельно. Два человека из запасных очень удивились своей кандидатуре для участия в матче, но никто противится не смел. Это же самая настоящая удача добиться место, даже временного, в основном составе в такой сильной команде. Соперники должны были прибыть в ближайшее время, поэтому отдав указания кто учувствует в матче для разогрева, он вышел из зала.       Соперников можно было услышать задолго до появления на стоянке, парни-старшеклассники громко о чём-то спорили и подкалывали друг друга. Кто-то обсуждал девушек и предстоящий праздник, кто-то учёбу и предстоящие экзамены, почему третьегодки всё ещё учувствовали в тренировочных играх было загадкой. Приехало достаточно много людей для простой игры, складывалось ощущение, что они привезли с собой всех желающих посмотреть на сильнейшую команду Ракудзан.       Акаши пробежался глазами по толпе школьников, подмечая особо способных потягаться с ними в игре, большая часть и правда выглядела как болельщики или просто далёкие от спорта люди, но основную команду можно было выявить без проблем. Несколько девушек-менеджеров бегали туда-сюда, стараясь удержать расползающуюся толпу на месте. Зацепившись взглядом за одну фигуру, юноша поднял взгляд выше, чтобы подтвердить свои опасения. Момои Сацуки собственной персоной.       — Скажи же мне, Сацуки, когда ты успела перевестись из Тоо в Сакё и стать менеджером их команды?       — Ох, Акаши-кун, привет! — девушка попятилась назад от неожиданности, пока не упёрлась в спину одного из спортсменов. Быстро извинившись, она отошла в сторону, склонив голову вниз перед красноволосым как будто в чём-то провинилась. — Я приехала посмотреть ваш матч. Сразу же после Зимнего кубка устраивать тренировочный матч совсем в твоём стиле, остальные школы решили пока дать время на отдых игрокам.       — Я знаю зачем ты здесь, меня интересует как ты узнала о матче и с чего тебя вообще заинтересовала эта маленькая игра?       — У меня же могут быть секреты? В девушке обязательно должен быть секрет, а лучше несколько, поэтому я использую своё право на молчание и не выдам свои источники, — девушка подняла руку и с серьёзным лицом посмотрела на бывшего капитана. Сейджуро точно знал, что если начать её расспрашивать, то она сдастся под его натиском, но необходимости в этом не видел. Его не интересовало как она это сделала, если ей это надо было, она бы и Акаши ослушалась.       — Твоё право, но я всё равно рано или поздно узнаю источник. Круг слишком узкий — это кто-то из команды Ракудзан.       — А вот тут ты не угадал!       — Даже если это кто-то из школы, это ничего не меняет. Когда я найду твоего информатора, то вход в школу и на наши матчи тебе будет закрыт, нечего тебе тут делать.       Молодой человек повернулся к тренеру прибывшей команды и начал объяснять положение дел. Тот понятливо покивал и прикрикнул на галдящую толпу, призывая следовать за капитаном Ракудзан. Сацуки крутилась неподалёку, что-то записывая в телефон и недовольно прикусывая губу. Она старательно игнорировала бывшего капитана и не пыталась продолжить их прошлый разговор. В спорах победителем всегда выходил Сейджуро, с кем бы из Поколения Чудес он не спорил, даже упёртость Дайки давала слабину и тот просто гневно отплёвывался и уходил доставать Куроко.       — Сидишь здесь, — единственное, что сказал красноволосый после долгого молчания, оставив Момои в одиночестве на скамейке запасных с его командой. Игроки в запасе заинтересованно поглядывали на девушку, строя теории о том, почему она сидит здесь и почему капитан её до сих пор не выгнал. Некоторые смельчаки даже пытались взять её номер, но быстро получили отказ от девушки и грозный взгляд от Акаши с другой стороны зала.       Акаши размялся только для себя, играть он был не намерен, но и застоя в мышцах не терпел. Рассказать тактику игры также предстояло ему, так как тренера до сих пор не было в зале, появлялись сомнения появится ли он сегодня тут. Команда слушала в пол-уха, так как основная тройка точно была уверена в своих силах, а оставшиеся два всё равно не до конца понимали, что именно нужно. Отвратительно.       — Небуя, сегодня ты под кольцом и никуда не сдвигаешься, только подборы мячей и пасовка, ни шагу из зоны. Наоки будет на моей позиции, поэтому пасовать вам будет он по своему решению и возможности, никакой самодеятельности. Остальные в атаке, никакой игры в полсилы, против вас играют третьегодки с большим опытом и своим проработанным стилем игры, даже если вы считаете себя сильнее вы все равно должны играть нормально.       — Акаши твою мать, какого хрена!       — Акаши-сан, вы уверены, что я смогу играть на вашей позиции?       — Если есть сомнения, то отдай своё место любому игроку из запаса, они с радостью заберут у тебя его хоть сейчас. Либо играешь, либо лишаешься возможности играть дальше в этой команде, — красноволосый тяжело вздыхает, уговаривать неуверенных в себе спортсменов не его конёк, он вообще ненавидит этим заниматься. Ребята из Тейко либо сами его слушались, либо боялись Ниджимуры, который точно умел их «убеждать» своими тяжёлыми кулаками. Либо играешь и развиваешься сам, либо уходишь с позором и мизерными результатами.       — Никак нет, я буду играть. Прошу прощения, Акаши-сан.       Акаши повернулся спиной к команде и начал движение к скамейке. Сацуки всё также не отрываясь печатала в телефоне и выглядела самой счастливой на свете. За спиной раздался свисток и приветствие команд, игра началась. Девушка оторвалась от телефона, чтобы запечатлеть начало игры и что-то прикинуть в своей голове. Она нахмурилась, когда увидела приближающегося парня к скамейке и озадаченно подняла бровь, выражая немой вопрос.       — Я решил сделать из этого тренировку на терпение для второгодок и тестирование для игроков запаса.       — Акаши-кун расщедрился на места в основе? Звучит неожиданно, — девушка широко улыбнулась и вновь вернула взгляд на игру. После новой информации, можно было по-новому взглянуть на игру и посмотреть, насколько данная тренировка будет успешна.       Игрок на позиции Акаши чувствовал себя немного скованно, но старался поддерживать игру на нормальном уровне, хотя несколько раз всё-таки пропустил мяч. А вот второгодка под кольцом весь уже извёлся и постоянно недовольно возмущался, громко и не стесняясь, словно из него сделали инвалида в игре. Момои недовольно вздохнула, баскетболисты так просто обижались и что самое главное одинаково, будто с началом игры в них внедрялся один и тот же алгоритм возмущения и огромного самомнения.       Первая четверть подходила к концу. Девушка судорожно прокручивала в голове то, что собиралась сейчас произнести и просчитывала возможные варианты отступления. По её мнению, в вопросе не было ничего криминального или оскорбительного, но вот как на это отреагирует бывший капитан, она не знала и не решалась предполагать.       — Акаши-кун… это ведь и правда ты?       — Что ты имеешь в виду?       — Сейчас со мной ведь ТЫ? Я заметила ещё во время матча против Тецу-куна, но побоялась, что мне показалось. Не знаю заметили ли остальные парни, хотя Тецу-кун точно понял, он был самый внимательный из всех нас в команде.       — Да это Я. Тот, кого вы все знаете как Акаши Сейджуро и ваш бывший капитан.       — Акаши-кун, ты просто отвратительно себя вёл, знаешь? Вы были мне как родные братья и заставили выбирать между собой во время выпуска, а я так надеялась на совместную старшую школу с Тецу-куном, — Сацуки эмоционально жестикулировала и поджимала губы, когда высказывала недовольство капитану. Иногда в ней играл характер «дворовой девчонки», и она забывала о том, кому и что говорила, но никогда её возмущения не заходили дальше слов, хотя на друга детства это не распространялось.       Игроки, сидевшие на скамейке, навострили уши и внимательно вслушивались в разговор между бывшими капитаном и менеджером. Девушка старалась не слишком громко говорить, но вот жестикуляция привлекала внимание, отчего заскучавшие зеваки обратили на них внимание. Красноволосому это совсем не нравилось, никто из них не связан с темой разговора, поэтому и подслушивать не имеют право. Резко встав на ноги, он пошёл к выходу из зала, не сомневаясь, что Момои последует за ним.       — Не ожидал, что ты последуешь в школу за Дайки, а не за Тецуей. Мне казалось, ты больше была привязана ко второму или я ошибся в своих наблюдениях? — Акаши продолжил их разговор сразу же, как закрылись двери спортивного зала. На улице стояла прохлада, отчего девушка вздрогнула и посильнее запахнула свою кофту.       — Ты! Как будто ты не знаешь какой Дай-чан остолоп и разгильдяй! Тецу-кун хотя бы не прогуливает школу и матчи, в отличии от своего «дурацкого света». Ты представляешь, я пыталась растрясти его целый год, а нужно было один раз столкнуть его лбами с Куроко и его новым светом Кагами. Уму не постижимо, какие вы парни все идиоты!       — Ты понимаешь кому это говоришь?       — Ты тоже дурак, я не отказываюсь от своих слов. Возможно, я пожалею об этом через пару минут, но я пострадала от вашего спора не меньше. Если вы решили поругаться и разойтись, то предупреждайте всех, Тецу-кун очень сильно обижен на вас всех, а я не меньше. Это было страшное время Акаши-кун, — девушка неожиданно снизила громкость разговора. В голосе слышалась горечь, отчего казалось, что девушка сейчас расплачется. — Вы вели себя как чужие друг другу люди, и я не знала, как вам помочь. Я видела, как страдал Тецу-кун, но не могла предпринять ничего как ваш менеджер и подруга. Я боялась тебя в то время, казалось, если я скажу что-то против, то ты просто выкинешь меня и найдёшь другую девушку на моё место, которая сможет молчать. Я пыталась поговорить с Мидоримой, но он не хотел идти ни на какой контакт, а как ещё повлиять на тебя я не знала.       Девушка судорожно вздохнула и подняла голову к потолку в коридоре. Послышалось несколько коротких вдохов, после чего из глаз полились слёзы. Сейджуро остановился. Момои никогда не плакала при нём, особенно от грусти, да и сам парень не имел должных навыков, чтобы успокоить другого человека. Это было по части Кисе или Мурасакибары, а особенно хорошо менеджеру помогали слова фантома. Девушка начала тереть глаза руками, пытаясь убрать дорожки слёз со щёк, но те все продолжали и продолжали бежать.       — Кажется, мы принесли тебе слишком много хлопот. Спасибо, что всё ещё приглядываешь за этими дураками, особенно за Дайки, — Акаши накинул ей на голову свою ветровку, скрыв лицо, чтобы девушка не стеснялась своих эмоций и могла спокойно привести себя в порядок. Она всё ещё продолжала прерывисто дышать, но кажется понемногу успокаивалась.       — Пожалуйста, это мои обязанности как вашего менеджера, — девушка хрипло рассмеялась и продолжила растирать лицо в попытках окончательно успокоиться. — Акаши-кун, пожалуйста, больше не пропадай.       — Я не дам ему больше завладеть собой. Я это Я, и никто не займёт моё место никогда.       Разглядеть лица Сейджуро не мог, но смел предположить, что девушка улыбнулась такой уверенной фразе. Это не было обещанием, это было утверждением, которое являлось абсолютной правдой и не подвергалось сомнению. Разговор был закончен, как и её причина прибывания здесь, поэтому девушка молча следовала за бывшим капитаном.       — Возвращайся, — с лица пропала защитная ветровка, отчего ещё мокрые щёки коснулся прохладный зимний ветер. Девушка почувствовала холод метала на щеке и удивленно посмотрела на парня, тот протягивал ей какую-то газировку со вкусом вишни из автомата. Она благодарно вцепилась к банку и развернулась на 180 градусов в сторону длинного коридора. Сделав несколько шагов вперёд, Момои обернулась назад, разглядывая фигуру в форме Ракудзан, которая неподвижно стояла около автомата с напитками.       — Ты хорошо постаралась.       Девушка подумала, что ей послышалось. Акаши Сейджуро сказал что? Завтра ураган? По гороскопу на неё упадёт горшок? Надо было написать Мидориме, чтобы уточнить об этом. Он редко кого-то хвалил, если говорить честно, то практически никогда. Она удостоилась похвалы только пару раз и то в начале, когда только показывала свои навыки. Кажется её настроение с отметки «ужасно измотана» резко изменилось до «меня похвалил Акаши-кун», чем вызвало широкую яркую улыбку. Она, не стесняясь улыбнулась ему и даже хлопнула в ладоши от переизбытка эмоций, после чего не оглядываясь побежала по направлению к залу. Эйфория от похвалы будет действовать ещё пару дней точно.       В спортивном зале ничего не изменилось, игра всё также продолжалась, хотя изменилась четверть игры, как раз начиналась последняя. В зале уже находился тренер Ракудзан, а на поле были новые игроки, основная тройка оставалась неизменной, хотя центровой уже источал огромную ауру недовольства и гнева. Сацуки могла с точностью сказать, что он сорвётся в этой четверти, наплевав на указания Акаши.       — Где Акаши?       — Он отправил меня обратно около автомата с газировкой, я не знаю, — девушка пожала плечами и села на своё место на скамейке. Тренер обладал поразительной выдержкой и не спросил у неё больше ничего, как будто такого расплывчатого ответа ему хватило. Он даже не поинтересовался, почему она сидит тут, а не на трибунах. Влияние бывшего капитана и правда было поразительно.       Со стороны поля раздался рёв и по полю пронесся, буквально снося всю защиту, центровой Ракудзан. Момои он не нравился. Небуя был отвратительным, невыносимым мужланом, который не обладал даже толикой манер или поведения в обществе дам. Даже несмотря на хорошие способности и телосложение, она не могла пересилить свой скептицизм при рассмотрении его как игрока команды. Сейчас она видела подтверждения всем своим выводам. Он ослушался приказа капитана и тренера, наплевал на командную игру и совсем отключил мозги, как будто это поможет ему лучше играть. Такая тактика работала только с Дай-чаном и то в тандеме с Тецу-куном.       Такое происходит ещё пару раз, до того момента пока Акаши не возвращается в зал. Он недовольно оглядывает поле и счёт, в котором они лидируют с минимальным отрывом, и расспрашивает девушку обо всём, что произошло за время его отсутствия. Та с радостью делится наблюдениями и даже даёт собственную оценку игре. Получив желаемый ответ, он разворачивается к тренеру и о чём-то переговаривается с ними до конца матча.       После прощания команд, все возвращаются по местам. Игроки Ракудзан получают нелестные комментарии об их игре от Акаши, под молчаливое согласия тренера. Небуя получается несколько кругов сверху, но бежать заставляют всё равно всех. Как говорит Акаши — для профилактики командного духа.       Команда соперников спокойно собирается в раздевалке, после чего той же большой толпой следует обратно к автобусу. В этот раз их провожает не только капитан, но и сам тренер. Сацуки всё также вертится вокруг красноволосого, но не заводит с ним разговор. Она несколько раз посмотрела на него, пока писала кому-то сообщения, но так ничего и не озвучила вслух. Тренера спокойно переговариваются и жмут друг другу руки, пока автобус наполняется громкими школьниками.       — Кажется тебе пора, — он с намёком кивает на заполненный автобус и ожидает какой-либо реакции от девушки. Она продолжает хихикать над приходящими сообщениями на её телефон, совсем не обращая внимания на ожидающего ответа парня.       — Сацуки, время твоего пребывания в этой школе окончено. Ты должна покинуть территорию, иначе мне придётся сообщить о тебе охраннику.       — Акаши-кун злюка, разве я не могу остаться здесь на вашу тренировку? Ты же не можешь их так просто отпустить, особенно после такой ужасной игры.       — Я уеду из школы в ближайшие полчаса, поэтому нет, ты не можешь здесь остаться.       Девушка понятливо кивает и начинает движение в сторону автобуса. Она всё ещё в приподнятом настроении, но сейчас больше погружена в какие-то рассуждения, интересоваться которыми Сейджуро не намерен. Он подталкивает в её спину, чтобы менеджер ускорила шаг, отчего получает недовольный взгляд, но никаких комментариев не следует. Спустя несколько шагов, она, кажется, принимает какое-то решение и резко разворачивается, чтобы оказаться лицом к лицу с бывшим капитаном.       — Акаши-кун, с днём рождения! — Момои на эмоциях обнимает капитана и сразу же отпрыгивает, смущённо заправляя волосы за ухо. Она привыкла активно проявлять эмоции во время поздравления своих друзей, но как относиться к такому поведению сам именинник, она не знала. Основную роль в поздравлении капитана на себя брал кто-то из команды, она же помогала с организацией. Послышался сигнал автобуса, заставив девушку развернуться и в несколько широких шагов преодолеть оставшееся расстояние до автобуса. Когда-нибудь её всё-таки отругают за такую самодеятельность и никакие «милые глазки и женская хитрость» её не спасёт.

***

      — Рад официально представить вам моего сына и наследника, Акаши Сейджуро, — Масаоми не привык действовать «тихо» на банкетах, он расхаживал по всему залу и представлял своего отпрыска всем «важным», по его мнению, людям. Они обязательно задерживались около важных личностей и вели разговоры о каких-то аспектах бизнеса, в которые именинник предпочитал пока что не вникать, его мнение всё равно не спрашивали. В голове мелькала шальная мысль подойти к тётушке и возможно немного развлечься, но компания её воспитанников полностью отбивала такой настрой. Он видел этих парней только недавно на стадионе Зимнего кубка и не желал вообще видеть в ближайшее время.       Тётя Акане была очень успешной и уверенной в себе женщиной, но так и не захотела иметь собственных наследников даже после нескольких серьёзных отношений. Почему её взгляд зацепился именно за этих молодых людей — оставалось загадкой. Но Сейджуро точно был уверен, что это она вложила в них часть своего игрового мышления и поощряла любые эксперименты в игре. Несомненно, он тоже получил свою порцию знаний от этой ужасающей змеи, но рядом со своей сестрой она становилась менее ядовитой и более терпимой, поэтому эффект её «укусов» был минимальным. Красноволосый не испытывал к парням жалости — они захотели выйти в люди и сами решили какие именно им знания стоит перенять от своей наставницы, даже если это сподвигло их совершать аморальные поступки по мнению Акаши. Он всегда оставался при своём мнении, поэтому с тётушкой предпочитал видеться по возможности очень редко и не больше часа в день.       Собеседники отца сменялись быстрее, чем Акаши запоминал их лицо, казалось никто не привлекал внимание мужчины из-за чего он постоянно искал менее раздражающую компанию. Дольше всего они задержались около возрастного мужчины, который хитро сверкал глазами и постоянно похлопывал себя по бокам, когда высказывал какую-то особо забавную, по его мнению, мысль.       — Хо хо, ты так похож на свою матушку, молодой человек.       — Благодарю, господин Оотани. Думаю, мама была бы рада услышать от вас этот комплимент.       — Безусловно, я помню её ещё школьницей, которая хотела профессионально заниматься хоть каким-то спортом, жаль здоровье не позволяло. Хотя старшая сестра выполнила практически все её желания. Я слышал, что изначально женой Масаоми должна была стать старшая из дочерей, но твоей матушке так понравился этот сухарь, что она упросила семью поменять невест, — мужчина склонился поближе к Акаши и заговорчески начал шептать всё, что знал о его семье. Складывалось ощущение, что он и правда наблюдал за этой драмой в реальности. Хотя можно ли назвать это драмой? Больше походило на типичный сюжет огромного количества второсортных сёздё манг, которые любила читать Момои, а иногда и Кисе.       — Господин Оотани, думаю вы рассказываете лишнюю информацию, — Масаоми недовольно нахмурился и сделал шаг вперёд, отгораживая пожилого человека от своего сына.       — Каким был, таким и остался, и что в тебе нашла малышка Шиори? Я удивлен, что ты разрешил своему сыну заниматься «этим» видом спорта или ты решил превратить это в семейное дело? Твой зять…       — Господин Оотани! Сейджуро, пойдём, твой дядя наконец-то приехал, — отец впервые повысил голос в его присутствии на кого-либо. Этот пожилой мужчина и правда был знаком с его родственниками очень давно, но никогда не заводил разговор с самим красноволосым до этого. Он не в курсе какого-то важного прошлого своей семьи? Дверь в банкетный зал распахнулась и в помещение начали заходит новые люди, никого из них Акаши не знал, а отец не выказывал никакой заинтересованности, из чего можно было сделать вывод, что гости не с его стороны. Помещение заполнилось молодыми людьми и девушками, которые с любопытством оглядывали людей вокруг, выбирая к кому подойти и завести диалог. Тётя Акане отставила бокал вина и с улыбкой на лице подошла девушке в костюме, которая выделяла на фоне молодых своим строгим стилем в одежде.       — Приветствую, Масаоми, Сейджуро, — супруг тёти, Симидзу Тадаши, был мужчиной грозным и невозможно спокойным. Парень поистине восхищался его терпению, так как выдержать эту адскую женщину могло совсем малое количество людей, а уж строить с ней отношения вообще не получалось ни у кого. Пожав руки всем представителям семьи Акаши, он встал по левую сторону от хозяина дома и завёл разговор.       Акаши слушал в пол-уха, пробегаясь взглядом по всему помещению. Многие модели, как он услышал от дяди, были приглашены тётей из благих побуждений, чтобы «дать молодому поколению возможность завести полезные связи». Никто из мужчин в это конечно же не поверил. Вероятно, она хотела просто похвастаться такими красивыми ребятами в агентстве её знакомого, которая она уже несколько месяцев как хотела перекупить, а также повеселиться на приёме, наблюдая за попытками молодых моделей завести хоть какое-то знакомство. У нескольких людей и правда не было проблем с коммуникацией, они разошлись по всему залу и завели разговор с людьми, которые показались им максимально лояльными к разговору. В большинстве случаев это были молодые наследники, которые также присутствовали на данном мероприятии, некоторые же модели разговорились со взрослыми леди, которые оценивающе смотрели на молодое лицо и неохотно поддерживали разговор.       Акаши скучающе перевёл взгляд на отца, который уже не был заинтересован в компании собственного отпрыска, после посмотрел на тётю Акане, которая чему-то довольно улыбалась и рассматривала парочку блондинов. Если сосредоточиться, то можно было разобрать пару лестных комментариев, которыми она осыпала молодых людей напротив себя. Менеджер агентства, как предположить Сейджуро, довольно кивала и расписывала в красках их достоинства. Выглядело пугающе, как будто он оказался сейчас на рынке людей, а не на банкете в собственную честь.       Блондинистая голова парня продолжала крутиться из стороны в сторону, будто искала кого-то определённого в толпе. Он несколько раз мазнул взглядом по макушке именинника и только в третий раз остановил свой взгляд на их компании, когда уже Акаши сосредоточил свой взгляд на нём. Он посмотрел в глаза молодого господина и ярко улыбнулся. О чёрт! Руки уже радостно махали в знак приветствия, слава богу открыть рот ему мешала рука тётушки, которая всё ещё любовалась внешностью популярной модели.       — Отец, дядя, могу я пройтись по залу, чтобы поговорить с наследниками других семей? — Сейджуро продумывал возможные варианты решения данной ситуации. Нет, стыдиться знакомства со своими друзьями он не стал бы, просто одна конкретная головная боль, могла своим громким голосом и активными действиями разрушить минимальный покой праздника. Дождавшись кивка от мужчин, юноша сразу же последовал к темноволосой женщине, которая как будто специально подольше удерживала моделей рядом с собой.       — Тетя, не знал, что вы проявляете такой сильный интерес к модельному бизнесу, — красноволосый встал рядом с женщиной и аккуратно убрал её руку от лица семейства Кисе. Рёта благодарно посмотрел на бывшего капитана и был готов уже обнять своего спасителя, но тяжёлый взгляд именинника пресёк все возможные действия. Девушка рядом с ним удивлённо посмотрела на подошёдшего парня и несколько раз переводила взгляд с брата на наследника и обратно, не известно, к каким выводам она пришла, но на её лицо тоже появилась улыбка, только вот глаза сверкали какой-то хитростью и довольством.       — Мой дорогой Сейджуро, с днём рождения!       — Вы поздравили меня ещё с самого утра и ещё один раз в обед. Неужели память уже совсем подводит?       — Мелкий негодник. Мне нравится число три, поэтому получить поздравление три раза за день от меня это настоящее благословение, дорогой племянник.       — Благодарю, но мне достаточно и одно раза. Так зачем вы мучаете семейство Кисе? К сожалению, помочь вам обрести молодость они не в силах, с этим справится только время и возраст, — красноволосый встал лицом к лицу с женщиной, загородив собой блондинов. Он не собирался их защищать и вступать в открытую конфронтацию с тётей на празднике, но и наслаждаться беспомощностью его подчинённого никто не имеет права.       — Сей-чан, у тебя всё такой же острый язык. Может проявишь немного больше любви к госпоже Симидзу, она ведь организовала такой замечательный праздник в твою честь, так ещё и друзей твоих пригласила. Замечательный ведь подарок? — Ханамия Макото собственной персоной. Он не нравился ему на баскетбольной площадке, он не нравился ему сейчас, он не нравился ему вообще. Акаши не нравилось, что Макото являлся одним из воспитанников тёти, которым она была готова помочь всегда и везде.       — Так Рёта-кун твой друг? Почему же ты сразу не сказал, я повела бы его сразу к тебе. Какое трогательное воссоединение, — женщина умилительно сложила ладони вместе и прикрыла в наслаждении глаза. Акаши ни на секунду не поверил в её ужасную актёрскую игру, она точно знала кого приглашает и точно знала кем он является.       — Кисе Рёта был моим сокомандником в Тейко это верно. В данный момент у нас… проблема со связью, поэтому я не смог предупредить тебя об этом, — Сейджуро продолжал смотреть прямо в глаза тёте. Их мысленная борьба продолжалась бы до конца праздника, если бы на весь зал не заиграла классическая мелодия, указывающая на скорое начало танцев. Многие дамы тут же последовали к своим кавалерам, а молодые наследники и наследницы начали искать себе пару в ближайших людях.       — Госпожа Симидзу, вам стоит пройти к вашему супругу, скоро начнутся первые парные танцы, которые вы условились открыть с супругом, — Имаёши Шоичи являлся ещё одним её воспитанником. Правильнее было сказать, он был первым, кого она «пригрела» у себя, а вот Макото присоединился к их «команде» позже, когда в средней школе имел удовольствие познакомиться с Имаёши в баскетбольном клубе. Для наследника семьи Акаши всё ещё было загадкой, как их родители согласились на наставничество от этой женщины и как она вообще решила, что именно эти парни нужны ей в роли личных «собачек».       — Мы обязательно продолжим позже, Сейджуро. Хорошего вечера Рёта-кун, Эико-чан, я свяжусь с вами позже через агентство! — женщина помахала затаившейся парочке блондинов и даже послала воздушный поцелуй Акаши, гадко улыбаясь после. Он ни за что не останется с этой женщиной наедине до конца вечера, даже если это значило провести вечер в компании активного и энергичного семейства Кисе.       Заиграла мелодия вальса, сформировавшиеся пары потихоньку выходили в центр зала, чтобы начать свой танец. Чета Симидзу прошествовала в центр, чтобы открыть танцевальную часть вечера. Все смотрели затаив дыхание на гармоничную пару, Акаши мог признать, что смотрятся они вместе достаточно эффектно рядом друг с другом. Сам же наследник никогда не искал себе пару, отец никогда пока не настаивал на этом, а если какая-то девушка подходила он услужливо соглашался и кружился с ней ровно один танец в знак уважения её храбрости. Сейчас таких храбрых девушек увы не нашлось.       — Сейджуро-кун, не подаришь ли ты мне танец? — уха коснулись мягкие губы, а в пустую ладонь легла чужая небольшая ладошка. Кажется, смелость среди семейства блондинов передаётся в крови, иначе он объяснить этого действия никак не мог. Последовав просьбе девушки, он провёл её ближе к центру и закружил её в вальсе. Станцевать все медленные танцы он мог не глядя, поэтому во время движения старался удерживать девушку от возможных столкновений с другими парами. Самым страшным было только то, что она случайно наступила ему на ногу во время одного из поворотов, но совсем не раскаивалась, а наоборот тихо посмеялась. Красноволосый даже позволил себе немного расслабиться в её компании, так как девушка не пыталась завести разговор или требовать к себе внимания, она просто наслаждалась танцем, как будто её партнёром был не наследник магната, а обычный друг её брата.       Рядом с ними промелькнула вторая светлая макушка. Рёта кружил в вальсе какую-то наследницу, которой посчастливилось выбить у него один танец. Он действовал умело, хотя и немного неуверенно, всё-таки на такие мероприятия он никогда не ходил, а уж тем более никогда не практиковался профессионально в танцах. Блондин поддерживал разговор насколько мог, но постоянное восхищение то внешностью самого Кисе, то самой девушки начинало надоедать. Он постоянно отвлекался на вальсирующую пару сестры с капитаном и всё старался подобраться поближе.       Музыка поменялась, что означало смену партнёров. Эико довольно улыбнулась и оставила невесомый поцелуй на щеке именинника, спокойно перейдя в руки своего брата, который вовремя появился рядом. Он хватал ртом воздух и пытался что-то сказать невозмутимому Сейджуро. Стоило поработать над его способностями к переговорам.       — Два танца. На балконе.       — Спасибо, Акашичи!       Акаши хмыкает слишком сильной радости форварда и разворачивается в поисках следующей партнёрши. Тётушку взяли в обиход её воспитанники, поэтому она не успела дойти до племянника. Он протягивает руку первой попавшейся девушке, которая с радостью её принимает и покрывается румянцем. Он мог поклясться, что видел, как ему подмигнул Имаёши и закружил темноволосую женщину в танце. Они помогают ему? Звучит как бред.       Обязательные танцы вскоре заканчиваются, несколько человек остаётся в центре и продолжают просто кружиться без сложных действий, большая же часть возвращается по своим местам или продвигаются ближе к столикам с закусками и напитками. Красноволосый их понимает, после трёх танцевальных композиций подряд хочется чего-то выпить, чтобы утолить жажду. Он берёт бокал с виноградным соком и с невозмутимым лицом следует на балкон, игнорируя людей, которые хотят с ним заговорить.       — Акашичи, прости, но последняя девушка вцепилась в меня и совсем не хотела отпускать, — Кисе вваливается на балкон с бокалом какого-то напитка, попутно поправляя съехавший костюм. Выглядел он как всегда хорошо, не смотря на небольшую помятость. На лице играл небольшой румянец, а улыбка всё также не сходила с лица.       — Рёта, когда ты успел выпить? Не рановато ли? Спортсменам алкоголь запрещён, а тебе тем более.       — Это всё сестрица Эико, которой одиноко пить одной, поэтому она вручила мне бокал шампанского после танца и заставила выпить вместе с ней, — блондин сделал жест руками как бы защищая себя от любых нападок именинника. Он был готов поклясться, что ни разу бы в жизни не выпил алкоголь в присутствии бывшего капитана, если бы юноша того потребовал. — Спасибо за то, что пришёл на помощь, когда твоя тётя нас рассматривала? Что она вообще от нас хотела, в агентстве ещё множество красивых моделей, которые выглядят лучше, чем мы, к тому же опытнее?       — Ты мой… подчинённый. Пусть это и было раньше, но тётушка любит тыкать всех в их слабости и проблемы, а ещё она любит мучать людей. Вероятно, она хочет использовать тебя, чтобы как-то надавить на меня. Эта женщина непредсказуемая.       — Она думает это сработает? Мы вроде как уже не связаны друг с другом? Акаши ничего не ответил. Он предпочитал не подтверждать безумные теории своей бывшей команды, даже если они являлись правдой. Чем меньше слабостей, тем лучше репутация. Он всё ещё считал их одними из самых близких и комфортных людей в своём обществе, но напрямую сказать никогда бы не смог. Красноволосый перевёл взгляд на форварда, который что-то высматривал в телефоне, переминаясь с ноги на ногу. Где-то он уже сегодня такое видел.       — Эм, Акашичи… Мы не знали, насколько тебе это нужно, но Момочи убедила нас, что это правда очень-очень важно и Курокочи с ней тоже согласился. И… — Рёта закусил губу, чтобы правильно подобрать слова. Во всей его позе читалась неуверенность, как будто он собирался сделать что-то, что не понравится капитану. — С днём рождения, капитан!       Кисе решительно смотрел на парня перед собой. Он был не уверен в своих словах, но отступать уже было слишком поздно. Неожиданно, телефон Сейджуро начал издавать звуки уведомлений несколько раз подряд. Только не говорите, что они решили всей командой поздравить его? Нет, в нескольких людях он был уверен, они не были бы против, но вот как они убедили особо упёртых, было интересно. Блондин выжидающе поглядывал на Акаши, пока тот гипнотизировал свой телефон.       И правда, оставшиеся четыре члена команды написали ему поздравление в собственной манере. Хотя Дайки, он был абсолютно уверен, писал под зорким надзором Куроко, иначе юноша вообще не мог представить, когда бы получил от него хоть какое-то сообщение. Шинтаро тоже удивил, хотя его поздравление выглядело скорее, как ежедневное пожелание в гороскопе, нежели типичное поздравление с праздником. В самом верху висело новое сообщение от Сацуки, которая ещё раз поздравила его с праздником и спросила, понравился ли ему подарок. Подарок?       — О, да неужели я могу отдать этот огромный альбом! Я больше никогда не буду помогать вам ребята, если вы будете также мяться с разговором как сейчас, — Эико бесцеремонно вошла на балкон, как будто ждала этого момента уже достаточно долгое время. Сейджуро подметил, что за время разговора к ним и правда никто не попытался зайти, хотя он точно знал, что несколько зевак следовало за ним попятам. Девушка в несколько шагов преодолела расстояние до брата и передала ему большой свёрток с книгой? Вероятно, это был альбом, как и сказала ранее девушка, но вот его смысловую нагрузку он представить не мог. Блондинка же, поздравив уже от себя, убежала обратно в зал, чтобы не смущать бывших сокомандников во время дальнейшего разговора.       — Итак, что это? И как вы смогли сделать мне подарок в такой короткий срок?       — Это… ну… По окончанию средней школы Момочи сделала каждому из нас альбом с воспоминаниями. Она хотела передать его тебе, но вернулась из твоего кабинета грустная и с альбомом в руках. Не знаю откуда она узнала, что я был приглашён к вам домой на праздник. Альбом я получил почти перед самым отъездом сюда, заворачивать нам пришлось в несколько рук в автобусе, — Кисе посмеялся с комичности ситуации и протянул подарок имениннику.       Она хранила альбом всё это время? Была ли она уверена в том, что когда-то всё вновь встанет вернётся как было или просто от отчаяния решила сохранить этот альбом — не важно. После смерти матушки у него осталось не так много памятных вещей, о чём он очень сожалел. Ни отец, ни тётушка не хотели делиться с ним своей «памятью». Что-то напоминающее времена в Тейко было и правда хорошим подарком. Он жалел о своих решениях, о своих поступках, обо всём что произошло, хоть и не его руками.       Раздалось несколько щелчков камеры. Ужасная привычка Кисе всё фотографировать, сейчас сыграла плохую шутку. Для него. Он поспешно отошёл на несколько шагов, судорожно печатая что-то в телефоне. Акаши не любил неожиданные фотографии, особенно где он неосознанно проявляет какие-либо эмоции. Кисе это знал, Момои тоже, но они всё равно с завидным упорством делали всё наперекор, хоть и получали потом сильный нагоняй от капитана и конфискованные телефоны.       — Рёта, удаляй.       — Но Акашичи!       — Удаляй! Сацуки я потом сам достану.       Блондин загрустил от несправедливости, но всё равно удалил фотографии с телефона под гневным взглядом капитана. После окончания «наказания» он смог спокойно продолжить листать альбом, предаваясь воспоминаниям о моментах, которые были запечатлены на страницах подарка. Хоть несколько фотографий в альбоме и нужно было убрать, Акаши более чем был доволен таким огромным архивом с воспоминаниями.       — Не ной Рёта, ты знал правила, но всё равно сделал это, — Сейджуро безжалостно гнул свою линию, так как был прав. Правила даже после их распада никто не отменял, не хватало, чтобы неожиданно в прессе случайно появились такие фотографии, потому что кто-то залез в телефон к этим идиотам.       — Лучше расскажи мне о событиях прошедшего года, и я так уж и быть отпущу тебя целым домой, несмотря на твоё неисполнение приказов капитана.