Победа или проигрыш

Я быстрыми шагами шагала по пустым коридорам и залам красного замка. А внутри бились два противоречия: одно говорило, что я дура, второе твердило, что это моя обязанность – защитить сестру. — Леди Ариана! — окликнул меня чей-то голос. Я обернулась и увидела стоящую около приоткрытой двери старушку Тирелл. — Леди Оленна, — остановилась я взглянув на нее. — Гулять в такое время… тем более вам… — женщина покачала головой. — Я ищу Сансу, — произнесла заходя вслед за королевой шипов ее покои. — Вы казались мне умными, — улыбнулась пожилая дама, запирая дверь. — Она моя се… — не закончила я. — Да-да! — перебила Оленна, махнув рукой. — Сестринская дружба, любовь… Ты не в том мире, чтобы… — говорила Оленна. — Ты поймала своего льва, а без его защиты ты лишь одинокий волк. А без стаи волк умирает. — Я уже не волчонок. Не малое дитя. И я не буду прятаться за спину Ланнистера, — сквозь зубы прорычала я. — Скажу тебе то, что говорила внучке: умная женщина должна быть терпеливой и покорной до того времени, пока не покорит своего зверя. Смиренность и почет, вот ее девиз. — Я не леди. Я воин и всегда им была. — Ошибаешься, — улыбнулась старуха. — Ты леди Винтерфелла – Ариана Старк, а после свадьбы станешь леди Утеса Кастерли – Арианой Ланнистер. — Во мне всегда был и будет тот огонь азарта в бою, слепой веры в победу, такой огонь, который бывает не у многих бывалых вояк. И этот огонь не потушит не брак, не ребенок. И если мне предложат меч или семья – я выберу меч. Моя рука всегда будет тянуться к нему, а душа к полю боя. И как бы меня не называли, леди… дама… хранительница… Я все равно останусь воином. Это вы ошибаетесь леди Оленна, — произнесла я с такой уверенностью в своих словах, что эта сила показала мое ужасное настоящее… Меч или Семья. Старуха покачала головой и вновь посмотрела на меня.  — Север… — после недолгого молчания произнесла она. — Ты не такая как мы… Южане… Север… Злой, беспощадный север живет внутри тебя… Я знала твою мать… Говорила с твоей сестрой… Но лишь ты истинная северянка… Семья или меч… Можно дать тебе совет? — я кивнула. — Я не в праве тебе указывать, но… Хочешь остаться в живых – выбери семью. — Благодарю за совет, — холодно произнесла я поклонившись.  — Уезжай отсюда, да поскорей. Роди Тайвину внука и уже тогда выбирай меч, — послышалось сзади, когда я была уже у дверей. — А твоя сестра… Сделай вид, будто ее и не существовало, в этом мире женщине лучше и вовсе не любить.

***

Я вновь шагала по коридорам, куда я шла… Зачем? В голове кишели как муравьи мысли. Тирелл бесспорно права… но… — Ариана, — чья та рука вцепилась в мое плечо, пробудив меня ото сна мыслей. Серсея Ланнистер стояла подле меня с красными от слез глазами и все в том же платье, что было у нее в день свадьбы ее первенца. — Ваше величество, — поклонилась я. — Где она! — шипела королева. — Я не знаю, — произнесла я выдирая свою руку из ее крепкой хватки. — Она твоя сестра! Не ври мне! — Она никто, — произнесла я с таким холодом, что Серсея отступила. — Мне безразлично ваше горе, побег сестры, — слова сами вылезали из меня. — И если хотите обвинить меня в убийстве, прошу! Но я никогда не совершала его. А если бы даже совершила, ваш отец снял бы с меня все обвинения, — говорила я, а голос дрожал. «Смиренность и почет» пролетели слова в моей голове. — Прошу прощения, — выдавила я из себя уходя от Серсеи.

***

Отперев дверь собственных покоев, я застала Джейме спящего в моей постели, рядом лежала Стрела. Лишь пару свечей освещали окутанную тьмой комнату. Я прошла на балкон. Было так темно… даже не видно было, что находится внизу, лишь огоньки в домах намекали на какую-то жизнь вне замка. — Я волк… — задумчиво произнесла я в пустоту, дул сильный, холодный, ночной ветер. — А может все-таки лев? — закрыла я глаза и глубоко вздохнула. Семья или меч… семья или меч… –твердило что-то внутри, разрывая меня пополам. Я вошла обратно в комнату и заперла двери на балкон. Смиренность, терпение, покорность… и ты дождешься своего часа… Кем бы я не казалась, не претворялась, не врала самой себе – я волк. Волк Севера, волк Винтерфелла. И чтобы все вернуть и отомстить, придется побыть львом. Я сняла с себя одежду и легла подле Джейме. Люблю ли я его? Если да, то сильнее той любви, что я испытываю к мечу? В полусне он прижал меня к себе. Покорность и смирение… – повторяла я самой себе. Но могла бы ты убить его ради мести, ради меча? — спросил голос внутри. Нет – был мой ответ, привязанность? Нужда хоть в чем-то обществе? Или наконец любовь? Некоторое время назад я думала, что это любовь, а сейчас? Нет-нет… тяжело… сложно… А как тогда объяснить все те ночи? Страсть. Нет, тут что-то другое, но потом… подумаю потом… меня ждет сон и покой.