А он любит?

Ривер любит Доктора. Давно и безответно. Да и как можно ждать взаимности от Доктора? Он ведь… почти бог, но явно не простой человек, он не влюбляется в людей. У него было множество женщин, так? Каждая — особенная по-своему. И даже Ривер яркая и невероятная, но недостаточно для него. Она сидит на полу своей камеры, перечитывая последнюю запись в дневнике. Пока что их совсем немного, пара строчек и набросков, сделанных аккуратным мелким почерком. Светлые кудряшки растрепались, а в зеленых, болотных глазах плескалось дикое счастье. Пару часов назад она вернулась с очередной встречи с Доктором, посетив какую-то мелкую планету, заселенную странными особями, похожими на земных дельфинов. Женщина искренне смеялась, хлопая в ладоши вместе с этими удивительными существами. Конечно, он не мог не выпендриться, устраивая настоящее шоу с похищением принцессы этого народца, совершенно случайно, в его стиле. А Ривер не смогла удержаться и, закатив глаза, сказала какую-то колкость. Первую в его адрес. И он улыбнулся, такой молодой, красивый и одновременно старый. Старый и добрый Доктор. Ривер уже тогда понимала, что вряд ли сможет без его неловкости, улыбки и чертовой фески. Он устраивал ей встречу за встречей, похищая, одурманивая, влюбляя. Но она лишь улыбалась нагло и дерзко, так, как он любил. Ривер знала: он не любит, привязывается, играет с ней, будоражит ее сознание. Поэтому отвечала ему тем же, лишь изредка позволяя истинным чувствам вырваться наружу. Она улыбалась, не пошло, не призывно, не соблазнительно. А искренне и невинно, не для всего мира, только для него. Мелоди Понд — невозможная женщина, совсем нереальная, досягаемая лишь ему. Н, а в с е г д а. Дневник постепенно разбухает, наполняется ее записями, рисунками и воспоминаниями. Ривер запечатлела каждое мгновение своей жизни, порой не смыкая глаз целыми ночами, но ничего не могла с собой поделать, ее жизнь неслась, не сбрасывая свои обороты. Жаль, что она не могла повелевать временем, ведь даже он не мог, как бы ему не хотелось. Для Ривер этот… звук ТАРДИС становится главным. Он предвещает сразу все. Битвы, приключения, потери, а главное — его. Ривер чувствует ТАРДИС, знает, что та сочувствует ей, зная страдания Мелоди, но ничего не может поделать, лишь изредка поет для нее Галлифрейские песни, уготовленные только ей. Интересно, а боится ли он терять? Может ли бояться до сих пор? Когда Доктор потерял ее родителей, Ривер просто не могла плакать. Ради него она должна была держаться, правда? У него было столько спутников, но он до сих пор привязывался к своим маленьким девочкам и мальчикам, искренне переживая и умирая вместе с ними. Доктор не хочет грустить, не хочет думать. Н е х о ч е т. Он бежит за своей жизнью, растрачивая минуты и целые столетия. Но все еще помня. Битва с Далеками. И еще одна. Новые планеты, миры, жизни, все это крутилось вокруг него. И вокруг нее тоже. Ривер становилась старше и все больше убеждалась, что ему нельзя верить, не такому молодому, совсем еще мальчишке с такими красивыми, кристально-голубыми глазами. Доктор врет, соблазняет, у б и в а е т ее сознание, разрушает жизнь. Женщина еще помнит вкус его губ, сухих и почему-то горьких. Помнит его потерянный взгляд, и тут осознание того, что это их первый поцелуй, для него первый, заставляет ее вздрогнуть. И теперь, почему-то, горько уже ей. Едко, странно и разочарованно. Ривер — женщина, не боящаяся ничего и никого, боится. Боится быть забытой им, одним единственным и самым главным для нее мужчиной. Ривер видит его, но не узнает. Такого старого, больше не ее мальчишку с большими глазами, отображающими старость их вселенной. Она знает: он не придет за ней, только не доктор. Разве звезда может полюбить маленького человечка? Нет. И она это знает, уже давно, даже не надеясь. Но он почему-то приходит, вновь руша ее сознание, заставляя поверить, д о в е р и т ь с я ему, несмотря на все данные обещания. Он целует ее первый и губы больше не горькие, они незнакомые и самые дорогие одновременно. Доктор, ее Доктор. Она понимает, что любой Доктор — ее Доктор, как бы он не выглядел, что бы не делал, в его глазах можно увидеть вселенную, а ее — его. «Неужто влюбился?» — думает она, прерывисто дыша прямо ему в шею. А затем улавливает еле заметный кивок головы. Влюблен настолько, чтобы быть рядом сейчас. Быть рядом всю ее жизнь. Доктор боится, боится много, но больше всего терять. Людей, таких хрупких, непохожих на нее. А ее — особенно. Его невозможную женщину, созданную только для него.