Вкус расплаты

Чувства… Так много смысла мы вкладываем в одно слово. Так же мы делаем с такими словами как «жизнь» или «смерть». Но можно ли жить без чувств? Или же их отсутствие означает смерть? Возможна ли жизнь без ощущений малейшего страха или влюбленности? Все эти вопросы на некоторое время обосновались в голове Клауса. Но вскоре эти рассуждения привели его к ответу. Можно. Жизнь возможна без чувств. Эту аксиому он доказал на собственном жизненном опыте. Десяток веков он жил без чувств, хоть и никогда не выключал их. Они просто были заперты на задворках души. Душа. А разве у него есть душа? Раньше его ответ был бы однозначным и лишь утверждал ее отсутствие. Но теперь его уверенность в своих деяниях стала понемногу угасать. И из-за чего? А точнее из-за кого? Из-за молодой вампирши. Как такое возможно? Как возможно, что порядком устоявшуюся жизнь древнего гибрида, прожившего более десятка веков, может перевернуть неопытная девушка-вампир. Она была не похожа на своих сверстниц. Была более сдержанной, практически не поддавалась влиянию своей темной сущности. Была. Теперь она выключила чувства, и ее внутренний свет, который озарял все вокруг, погас, как будто сама жизнь, которая до этого момента не покидала ее тела. Из раздумий Клауса выдернул едва слышный стон. Девушка, которая мирно спала вот уже сутки, внезапно начала метаться на кровати с невероятными криками, которые теперь раздавались более громче. Кэролайн снился кошмар, и древний попытался разбудить ее. Через несколько мгновений ее глаза распахнулись. В них читался животный страх, который так быстро забрал вампиршу в свой плен. Но он исчез также стремительно, как и появился, и вот, ее глаза снова заполнены пустотой. - Тише! Тише! Все хорошо. Это всего лишь сон – шепотом произнес Клаус, прижимая голову блондинки к груди. Но Кэролайн вовсе не плакала, и даже страх, который минуту назад заполнил каждую клеточку ее мозга, бесследно исчез. Немного отодвинув гибрида от себя, девушка проследовала в душ, не произнеся ни слова, что немного обескуражило первородного. Но, сославшись на происшествия последних нескольких дней, он не стал ее останавливать. Выйдя из комнаты, древний направился на кухню. Через час их должна навестить Бонни, которая и должна была привнести свой вклад в план по лечению сумасшествия у Кэролайн. К тому времени, как Клаус приготовил кофе, вампирша уже оделась и спустилась вниз, последовав на будоражащий рецепторы аромат. - Доброе утро, Кэролайн – немного помедлив, произнес первородный. – Кофе? - Да, пожалуй. Спасибо – ответила блондинка. Кофе был для нее сейчас, как нельзя, кстати. Каждый глоток этого бодрящего напитка вносил некоторую ясность в ее разум, который как раз сейчас ей был так нужен. По крупинкам она стала вспоминать свой план, придуманный накануне ее «самоубийства». Как же легко было одурачить этого древнего. Она сама до конца не верила, что он сможет спасти ее. Но игра, какова бы она ни была, всегда стоит свеч. Все это было маленьким представлением. Жаль, что зритель пропустил столь увлекательную картину. Она определенно заслужила оваций. Но представление, к сожалению, приближается к концу. Скоро придет Беннет, и все будет кончено. Она слышала, как Клаус вчера звонил ведьме, хотя даже Кэролайн не могла предугадать, что все сложится так удачно для нее. Хотя, гибрид ее приятно удивил. Кэролайн не ожидала, что он будет с ней в минуты ее «отчаянья и безумства». Спустя некоторое время, ее размышления прервал стук, который доносился из гостиной. «Последняя часть Марлезонского балета началась» - подумала Кэролайн и последовала за Клаусом, который уже открывал дверь. Как и ожидалось, на пороге стояла Бонни. Без лишнего страха ведьма зашла в дом. Увидев Кэролайн, девушка немного испугалась, так как состояние вампирши оставляло желать лучшего. Под глазами сияли синяки, а все тело было покрыто некоторой бледностью. Но глаза так и оставались пустыми. - Я оставлю вас. Думаю вам нужно поговорить. Если что, я буду в кабинете – произнес напоследок гибрид и вскоре скрылся за одной из дверей первого этажа. - Кэролайн. Что случилось? Как ты себя чувствуешь? – говорила Бонни. - Бонни. Мне так плохо, так плохо – жалостно говорила блондинка. – Но сейчас мне станет намного лучше. Спустя мгновение Кэролайн оказалась за спиной Бонни и одним легким движением зажала ее голову в руках. Ее стойка говорила о готовности свернуть маленькой ведьмочке ее шею, но этого не произошло. - Сними заклятье или я сверну тебе твою хрупкую шейку – с некоторым злорадством произнесла вампирша. - Кэролайн! – лишь успела вскрикнуть Бонни, как в гостиной мгновенно появился Клаус. Перед ним открылась завершающая сцена спектакля, который так умело был разыгран Кэролайн. Как он мог так просчитаться? Но сейчас не было времени на раздумья. Надо было действовать. - Сними заклятье! – теперь Кэролайн чуть ли не кричала, но в ее голосе чувствовалась какая-то чрезмерная уверенность. - Бонни, делай, что она говорит – тихо произнес Клаус. В его глазах ведьма увидела необычайную уверенность. - Но Клаус! - Бонни, сделай то, что тебя просят – громче сказал первородный. Его глаза стали наполняться яростью, но так и не выказали его истинной сущности. Бонни, неожиданно для себя, на секунду поверила этому монстру, который сейчас был, возможно, единственным, кто мог хоть как-то справиться с обезумевшей вампиршей. Погодя некоторое время ведьма стала произносить заклинание и, закончив, сказала: - Все готово. Но Кэролайн не спешила отпускать ее. Дойдя до двери и убедившись, что барьера, некогда сдерживающего ее, не стало, блондинка откинула Бонни в сторону и, не медля ни секунды, на вампирской скорости умчалась прочь. Клаус, встретившись взглядом с ведьмой, также скрылся в лучах утреннего солнца.