Суженый, ряженый.

Легко сказать «шуруй в тир», а где он, этот тир находится. Территория острова составляла ни много ни мало площадь 1,6 км. В основной комплекс тренировочной базы входили три общежития, столовая, библиотека, учебный корпус, научный и тренировочный центр, аудитория на 1000 мест, административный офис, большой спортивный зал и стадион, оборудованный гараж. В дополнение к основному комплексу на территории построен мини-город, имитирующий типичный российский городок и созданный для отработки действий сотрудников в различных оперативных ситуациях. Здания городка используются для тренировок начинающих сотрудников, внутри них располагаются классы, аудио- и видео- лаборатории, а также административные и хозяйственные помещения. Неподалеку от городка располагается тренировочная трасса, протяженностью около двух километров. Для обучения стрельбе и обращению с огнестрельным оружием оборудованы восемь стрельбищ. Алекс во время похода с Иваном не отвлекался на запоминание расположения зданий, как оказалось, зря. Поплутав минут пятнадцать и, поняв безрезультатность самостоятельных поисков, парень обратился к первому встречному мужчине: - Прости, брат, не подскажешь, как тир найти? - Новенький? – спросил тот. - Он самый, - вздохнул Алекс. - Как зовут? – поинтересовался предполагаемый проводник. - Алекс. А тебя? – задал встречный вопрос парень. - Борисом мать нарекла. Пошли со мной, я туда тоже направляюсь, - скомандовал Борис. Какое-то время они шли молча, а потом Борис задал вопрос: - Скажи, Алекс, что такой красавчик как ты делает у нас? - То же, что и все, тренируюсь, - просто ответил парень. - Алекс, я здесь не первый год, и у меня есть глаза. Наш хозяин красивых парней забирает себе сразу. - Зачем? – вырвалось у Вольнова. - Угадай с трех раз. Ты что вчера родился? Хозяин дюже охоч до красивых постельных игрушек, парень. Ни одного смазливого раба мимо своей койки не пропустил. А тут ты, весь такой из себя аппетитный, и у нас. Вот и спрашиваю – зачем ты здесь? Кстати, а где тебя поселили? – вкрадчиво спросил Борис. - Точно не скажу, просто не знаю номера своего общежития. Оно черного цвета и расположено рядом с административным корпусом,- ответил Алекс. - А-а-а. В общежитие для командного состава значит. И комната у тебя, я думаю, индивидуальная? – продолжил спрашивать Борис. - Ну да. А что не так? – насторожился Алекс. - Да все так. Узнаю руку Ивана. Озаботился шельмец о твоей неприкосновенности, не стал селить вместе со всеми бойцами. Видать у хозяина на тебя особые планы, - вещал удовлетворенно мужчина. Он был доволен, как будто разгадал интересную головоломку. - А в тир зачем? – продолжил он задавать вопросы. - Учиться стрелять! – начал заводиться Алекс. Достали его недомолвки и загадки. Еще пять минут назад ему казалось, что он раскусил Ивана, что тот простой вояка. Оказывается, его обвели, как сосунка. Мысленно Алекс хвалил себя за то, что хватило ума не говорить главное. А то, что его считают простым недалеким парнем, так это ему на руку. Пусть не воспринимают всерьез, не опасаются. А «цыплят по осени считают», принял он решение. Настроение Алекса поднялось, а потом он увидел внимательный взгляд попутчика. - Что? – поинтересовался парень. Но Борис ни капельки не смутился. Он только понимающе хмыкнул. - Вот и пришли. Проходи, - открыл он дверь тира. – Кстати, ты хоть знаешь, что такое тир? – спросил он Алекса. - Естественно. Тир — место, специально приспособленное для целевой и учебной стрельбы из персонального стрелкового оружия; обычно помещение, в котором есть стрелковые позиции и учебные мишени. Верно? – отрубил Алекс. - Ух ты, какой молодец, как по книжке отчеканил, - засмеялся Борис.- Ну, а я заведую этими хоромами. Показывай, что умеешь, - подал он Алексу пистолет. - Да нихрена я не умею, мил человек. Оружия раньше в руках не держал. Вот Иван и погнал меня сюда стрелять учиться, - объяснил парень. - Весело, - тяжело вздохнул Борис. – Тогда начнем с азов. Весь день, с коротким перерывом на обед, Алекс провел в тире. На следующий день история повторилась. Постепенно Вольнов практически поселился в тире. Борис гонял его до седьмого пота. Перелом наступил через два месяца. Оружие начало слушаться парня. Он уже меньше мазал, а еще через полгода бил только в десятку. Это утро было самым обычным. Ничего не предвещало беды. Алекс, как обычно, спешил к шести утра в тир – Борис не терпел опозданий. До тира осталось метров пятьсот, как взревела сирена. Утреннее спокойствие острова взорвалось криками команд. Борис вылетел с тира, увидел Алекса, на секунду остановился и приказал: - До моего возращения тренируешься сам. Держи ключи, - кинул парню в руки связку ключей, и побежал дальше. Алекс развернулся и рванул к Ивану. Так сложилось, что все это время он жил отшельником. Штурмовики его не трогали. Однажды Алекс услышал разговор группы парней, которые обсуждали его внешность. Подошедший Борис несколькими тихими фразами свел их интерес на нет. Что наставник им сказал, парень не знал, но с тех пор в его сторону даже не смотрели. Ивана он встретил на площади перед административным зданием. Тот садился в машину. - Иван, что происходит? – закричал Алекс. Командир тренировочного лагеря увидел парня, вышел с машины, подошел поближе: - Алекс, мы отправляемся на задание. Тебя велено оставить дома. - Кем велено? – спросил удивленно парень. - Алекс, я подчиняюсь только хозяину. Астарот лично велел оставить тебя на базе. Официальная версия – ты еще не готов. Но раньше его это не останавливало. Если раб не успел подготовиться к бою, то это была его проблема. Как говориться спасение утопающих, дело рук самих утопающих. Ты по-прежнему ничего не хочешь мне сказать по поводу планов хозяина на тебя? – прищурился вопросительно Иван. - А тебе он не сказал? - с надеждой посмотрел в глаза собеседнику Алекс. - Нет, Алекс, ничего. Я уверен, ты знаешь, но не хочешь говорить. И правильно делаешь, парень, молчание – золото. А сейчас, извини, мне пора. Кстати, Борис говорит у тебя неплохие результаты в стрельбе. Не знаю, суждено ли мне вернуться, поэтому послушай моего совета - учись на снайпера. С этими словами Иван бросился к машине, водитель которой давил клаксон не переставая, пытаясь привлечь внимание командира. Через полчаса от начала боевой тревоги база практически опустела. Вдали скрылся последний вертолет. Алекс сидел в сквере на лавочке, вертел в руках ключи от тира и размышлял. С головы не шла прощальная фраза Ивана. Стать снайпером. Легко сказать. Одно время в прошлой жизни он мечтал убить Риту, женщину, разрушившую его жизнь. Тогда он много читал о снайперах. Он знал, что СНАЙПЕР - ЭТО НЕ ПРОФЕССИЯ, - это образ жизни. Если он выберет эту стезю, будет непросто. Снайперы обречены на одиночество. Впрочем, он всегда был одиночкой, так что с этим проблем не будет. Парень вспомнил, что слово «Снайпер» впервые появилось в английской армии во время Первой мировой войны, и происходит от англ. snipe — «бекас» (мелкая и быстрая птица, охота на которую сложна тем, что траектория полёта птички непредсказуема, и выстрел должен проводиться «навскидку»). В пылу сражения каждый солдат помнит, что находится в группе подобных себе людей, где все стремятся поддерживать друг друга, так как только такое поведение помогает им всем уцелеть и победить врага. Именно этот подход является в настоящее ключевым элементом в обучении штурмовиков и на их базе. Боевикам внушают, что каждому из них надо сражаться за свою собственную жизнь и за жизни товарищей по оружию. Кроме того, в группе никогда не знаешь, кто именно убил противника. Тем самым как бы «размывается» моральная ответственность за нарушение пятой заповеди - «не убий». В составе группы и вместе с группой легче оправдать свое участие в бою и уничтожение других людей, например, назвав все это самообороной или возмездием. Убийство является составной частью солдатского ремесла, но рядовой пехотинец всегда может сослаться на обстоятельства. Например, на то, что его поставили в такие условия, что если ты не убьешь врага, то он убьет тебя. Большинство людей отнесется вполне сочувственно к подобной аргументации. Снайпер не может так подходить к этому вопросу, да и не хочет. Ему ни к чему моральные сомнения. Он убивает сознательно и хладнокровно. Он добровольно берет на себя ответственность за каждую смерть, причиной которой является. Именно поэтому многие люди (в том числе военнослужащие) не хотят и даже не пытаются понять и оправдать его действия. Парадокс заключается в том, что меткий стрелок напрямую стремится реализовать цель войны: он активно ищет противника и старается его уничтожить. Он делает это для того, чтобы спутать планы врага, спасти жизни своих товарищей. Следовательно, снайпер должен считаться героем, но подобного отношения к нему нет. Вероятно, так происходит потому, что он не скрывает (и не может скрыть), что хладнокровно, расчетливо, по заранее выработанному намерению убивает людей. Согласитесь, что с точки зрения Уголовного Кодекса любой страны эти факторы являются «отягчающими вину обстоятельствами». Вообще говоря, многие люди испытывают смутную тревогу, когда они сталкиваются с человеком, который отличается от них своей подчеркнутой независимостью, и при этом полностью посвятил себя избранной деятельности. Еще тревожнее становится на душе в том случае, если понимаешь, что между снайпером и хладнокровным серийным убийцей дистанция ничтожного размера. Однако в число героев нередко попадают такие люди, которых общество обычно считает преступниками, проходимцами или аморальными личностями. Данное обстоятельство обусловлено тем, что героические поступки почти всегда связаны с большим риском (физического, психологического либо социального плана) и с необходимостью вести борьбу в одиночку, без всякой помощи со стороны. Обычных «средних» людей все это пугает. Поэтому большинство героев возвышается над средним уровнем, который считается нормой в том обществе, к которому они принадлежат. Люди восхищаются их подвигами и отвагой, но лишь очень немногие действительно (а не на словах) хотят стать такими же, как они. Парадоксально, но факт: герой, вызывающий всеобщее восхищение, остается вне общества. Сказанное помогает понять, почему рядовой солдат не хочет, чтобы его сравнивали со снайпером. Как бы ни складывались обстоятельства, нелегко убивать других людей. Парень вспомнил выученный наизусть текст из интернета. «Все загадочное порождает легенды. Искусство боевого снайпера граничит с мистикой. Эффект его работы ужасен, а способность возникать в самом неожиданном месте и бесследно исчезать после выстрела кажется сверхъестественной. Легенды о возможностях снайперов основаны на реальности. Подготовленный снайпер действительно может делать то, чего не могут другие. Снайпер – это длинный нож в сердце противника; слишком длинный и слишком жестокий, чтобы с ним не считаться. Игнорировать снайпера нельзя. От него не спасают расстояние и бронежилет. Против снайперской пули бессильна охрана. Снайпер способен в корне изменить обстановку на поле боя, поставить нужную точку в политическом процессе и с точностью хирурга обезвредить террориста. Сама угроза участия снайперов давит на психику врага и заставляет его пригибать голову. Настоящий снайпер невидим, беспощаден и неуловим. Угнетающе действует сам факт его недосягаемости и безнаказанности. Он появится из пустоты, выполнит приказ и уйдет в пустоту; исчезнет в одном месте, чтобы появиться в другом; его промысел романтичен, как романтичен сам процесс выстрела на свободной охоте». Получается, что снайпер изолирован дважды: во-первых, от гражданского общества в целом; во-вторых, внутри той профессиональной структуры, в составе которой он живет и действует. Пугает ли это Алекса? Нет! Всю прошлую жизнь он пытался подстроиться под обстоятельства, прогнутся, приспособиться. И что это ему дало?! Вот то-то же!